Живучий Гарри

— Гриндевальд… Гриндевальд… ГРИНДЕВА-А-АЛЬД! — Я тебя услышал и с первого раза, Том! — рассердился старик, сидящий на полу в углу тесной и тёмной камеры. — Прости… просто хотел обставить своё появление поэпичнее. — Я знал, что ты придёшь, Том. Правда, с этими рыжими волосами тебя не узнать… Ты не думал о том, что две косички — это уже перебор? А этот нос… — Очень сложно найти нос своего размера… Но я над этим работаю. В любом случае, я пришёл сюда не для того, чтобы поговорить о моей новой внешности. — Ах, да… Ты ведь теперь считаешь себя старшим братом Гарри Поттера и хочешь ему помочь. Я слышал, что Альбус повесил на него свои долги… — Ты можешь мне помочь? — Шутишь, что ли?! Я сижу в этой чёртовой тюрьме уже несколько десятков лет… Альбус ведь приходил ко мне перед смертью, предлагал свободу «всего» за сотню миллионов. — И ты отказался? — А что мне делать на свободе? Там то очередной Тёмный лорд решит мир захватить, то какой-нибудь Избранный начнёт докапываться… И это я уже молчу о том, что до сих пор должен Дурмстрангу за обучение! — Только не говори, что в Дурмстранге те же самые правила… — О, малыш Том, ты даже себе не представляешь, что там творится! Твой Хогвартс — это милое, спокойное местечко по сравнению с той школой, где учился я. Волан-де-Морт недоверчиво фыркнул, отчего его нос едва не отвалился и теперь висел неровно. — Мне, конечно, жаль, что тебе пришлось всё это пережить, но я здесь по делу. Мне нужно помочь Гарри Поттеру отдать долг. Я уже продал все свои Чёрные метки, но этого оказалось недостаточно… Насколько я знаю, Гарри сейчас пытается продать меч Гриффиндора. А я хотел бы продать палочку Дамблдора. Ты знаешь, где она? — Знаю… Но поверь, от неё одни проблемы. Я когда-то был её хозяином… и вот, где я теперь! Ой, вот только не надо смотреть на меня этими своими грустными, красными глазами… Ладно, если ты так хочешь — дело твоё. Палочка в могиле Дамблдора. Он настолько не хотел расставаться со своим имуществом, что потребовал закопать её с ним. На какое-то время в камере повисло напряжённое молчание. — Слушай, Том, — неуверенно начал Гриндевальд. — Я уже давно хочу спросить: а кто это наблюдает за нашим разговором? — Что? А, это Гарри… У него иногда бывают видения про то, что я делаю. — «Видения»? Ну надо же! И что, они всегда правдивы? Я хочу сказать, Гарри может верить в то, что он сейчас услышал? — Не думаю… — То есть мы можем быть ненастоящими? — Скорее всего, так и есть. *** Видение исчезло так же внезапно, как и появилось. Гарри лежал на полу в каком-то тёмном подвале без окон. Над ним склонились чьи-то бледные взволнованные лица. — Гарри! Наконец-то ты пришёл в себя! — Рон?! Ты как здесь оказался? Рон выглядел слегка помятым, но в целом, кажется, был в порядке. — Ну… сначала я убирал дом Лавгудов под действием ментальной магии. Сказать по правде, это были лучшие полчаса в моей жизни! Так легко и спокойно… А потом началось. Вы сбежали без меня. Мистер Лавгуд всё твердил об очередном конце света. Потом он решил принести меня в жертву каким-то древним богам. Те сначала обрадовались, но когда увидели меня, спросили: «Все ли в этом мирке такие, как этот пацан?! Тогда живите тут сами! Мы уходим!». В общем, кажется, я спас мир…