Мой мальчик

Корабль Дурмстранга пришвартовался около берега, а через десяток минут в Большой Зал вошли крепко сбитые парни во главе с директором Давидовым. За ними стайкой, словно бабочки, влетели ученицы Шармбатона. Голубоглазый профессор оценил равнодушным взглядом гостей, но зацепился за одного юношу. Блондин, волосы едва косались хрупких плечей, вытренированная осанка, ровный нос без изъянов и пьянящие своей красотой глаза. Чёрный и белый. На нём отлично сидела форма Дурмстранга: красная, как и то вино, что преподнёс директору Диппету директор Давидов. —Альбус,–прошептала Дамблдору профессор МакКоулс,–Взгляни на директора Шамбатона–Де Ласье. Она тебя глазами изнасилует. Профессор кинул секундный взгляд на симпатичную девушку, едва ли достигшую его возраста, но успел рассмотреть. Брюнетка с выразительно яркими, зелёными глазами. Чем-то она напомнила Альбусу лягушку, которая выискивала себе пищу, муху или другую мошкару. На этот раз, ей оказался сам профессор. —Я не намерен заводить романы,–ответил всё же Дамблдор. —Ну-ну, Альбус,–МакКоулс отследила взгляд юноши,–Это Геллерт Гриндевальд. —Откуда вы знаете, мадам?–спросил голубоглазый. „Геллерт-красивое имя, которое явно подходит мальчишке”. —Он главный фаворит Дурмстранга,– ответила женщина,–Очень одарённый ученик. Пожалуй, как и ты несколько лет назад, дорогой,–продожила Фиалла,– Не забывай в какой школе он учится. —Дурмстранг. И что?– не понял Дамблдор. МакКоулс устало вздохнула, впервые она видела, что Альбус не понимает чего-то. —Тёмные Искусства,–произнесла шатенка. Юноша вгляделся в карие глаза бывшей преподавательницы, а теперь коллеги,–Они с напором их изучают. Только представь, насколько он одарён. Блондин оглянулся на профессора и улыбнулся так, что по телу пошли мурашки от нарастающих чувств. Дамблдор улыбнулся в ответ и принялся к пище. В этом году явно будет веселее..