Мой мальчик

  Перед тобой склоняются тысячи, миллионы людей. Они готовы на всё ради тебя, ради твоих идей и ради общего блага. Май, 1945 год. Не трудно подсчитать, сколько же прошло лет. Эти годы прошли и их не вернуть вспять. И если бы даже Альбус Дамблдор вернулся назад, в прошлое, он бы ничего не менял. Абсолютно. Были ли они счастливыми? Разве что наполовину. Гриндевальд был жестоким гением, непревзойдённым стратегом, к нему тянулись люди. Все они хотели постараться ради общего блага. Геллерт же воплощал их идеалы в жизнь. То, о чём люди боялись даже подумать, стало реальностью. Волшебники со всего мира стали под флаги революционного движения. На то, чтобы собрать соратников, ушло немного времени, а на воплощение идеи – больше 20 лет... И вот, наконец-то, мир принадлежит волшебникам. Маглы слабо сопротивлялись, как будто знали, что сопротивление бесполезно. Америка и Европа сдались быстро, а Азия пыталась бороться. Ради Альбуса Гриндевальд старался меньше убивать, но именно на этой части континента не обошлось малыми потерями. В конце концов волшебники подчинили власть континента полностью и..а что дальше? —Геллерт,–тихо окликнул его Дамблдор. Сейчас они дома, в тихом спокойном и уютном месте. Всё обставлено со вкусом, но не помпезно, как у большинства богачей.– Ты счастлив? Я не о нашем совместном проживании, а о том, что мы сделали вместе. —Знаешь, даже если вернуть всё вспять –я ничего не поменяю. Если бы не „общее благо”–я не сблизился бы с тобой. Мы жили бы в скучном консервативном мире, где никто ничего не хочет менять. Так что да, я–счастлив. Cum vere homo vult aliquid, in toto universe, quod tumidis coniurat hominem adiuvare ad animadverto somnium ejus.