Особенная. Часть вторая: Саша...

Вездеход ехал по дороге среди тысяч деревьев, сросшихся в огромный лес на тысячи километров. Таких лесов на Флуте-5 разрослось великое множество. Из-за них, на планету когда-то обратили внимание колониальные корпорации и само правительство. Если правительство с частными компаниями привлекали подобные планеты со столь обширными лесами, разросшимися до почти всего основного континента планеты, то Сашу леса отпугивали, особенно после начала подросткового возраста, когда грязь стала ей нравится меньше, чем ещё совсем недавно. Саша вела вездеход по дороге. Чётких мыслей у неё пока не появилось, но и сильно торопится ради их поиска не было веских причин. Вокруг находились десятки селений и в каждое можно было да заглянуть… и почти в каждом наверняка её ждала одна и та же картина, с одними и теми же ужасами. Её уже начинало воротить от всего этого. Поэтому, она ехала очень нервная, сжав руками руль настолько крепко, что в том остались следы от её коротких для девушек ногтей. Она свои ногти не красила на постоянной основе, лишь пару раз и то в целях игры, что как она поняла, не доставляла ей столько удовольствия, как её сверстницам в те годы. Рада этому была, наверное, лишь её мать, которой не следовало после дочери, до покупать лак и прочие косметические приспособления, что дочери других матерей, постоянно использовали в играх. На секунду, её сжатые до предела губы, дали сбой изобразив улыбку, а взгляд с чистой ненавистью, направленный в пустоту, что витала впереди перед её глазами в те секунды, не исчез, а лишь смягчился, но это длилось лишь секунду. Но, когда её вид вновь стал хмурым и раздражённым, он не казался таким же, как и пару секунд до этого. Прошли считаные секунды, а злость вновь стала накапливаться, так как голова не желала не чем заполняться иным. Саша не редко помнила такие моменты из жизни, в такие моменты, ей нужно было хоть что-то, что могло занять голову, а то в ней не останется места для чего-то приятного на долгое время, возможно на несколько дней, а находится в подобном состоянии в такие времена как эти, означало подвергать себя дополнительной опасности. Ей однозначно следовало забить голову чем-то другим. Её голова поймала мысль о планшете наёмника с тем видео, с ужасным сюжетом, что Саше не понравился, как и любому другому НОРМАЛЬНОМУ человеку. А вот актёрская игра действующих лиц, особенно того Адамса на кресле, были вне всяких похвал, Саша аплодировала бы им стоя… на их трупах… Глаза забегали по кабине вездехода в поисках сумки с планшетом. Сумка лежала прямо перед ней, но в столь бешеном метании глазами по кабине, неудивительно, что сумка нашлась лишь спустя пол минуты. Как нашлась сумка, она про себя сказала пару «ласковых» и потянулась рукой в ней. Та была прикрыта, и чтобы открыть её одной рукой, следовало потратить некоторое время с неким количеством усилий, а так как она сидела ещё и за рулём, ей оказалось вдвойне сложно осуществить задуманное. Спустя пол минуты, она натурально психанула с гневным ругательством на всю кабину и схватив сумку одной рукой, уместила её у себя на коленях и быстро двумя руками с яростью и злостью, достала из неё планшет, чуть дважды не уронив его при этом. Сумка за ненадобностью отправилась на соседнее место, печатавшись в него от столь сильной отправки в полёт. Саша, чтобы не сильно отвлекаться от руля, положила планшет на руль и стала в нём капаться и при этом поворачивая руль при нужных поворотах, что часто выбирались ею абсолютно случайно. Планшет включён. Выбрано одно из видео в нём. Выбирала она не долго, пальцами она пролистывала одну страницу с видео за другой, особо не вчитываясь в названия тех, так как те обычно назывались «1» «2» «3» «4» и так далее. Но некоторым были присвоены разные названия и название «Невероятно глубокая впадина», овладело её вниманием. Ей стало интересно, что именно было невероятно глубоким и насколько именно. Она включила то видео, поставила планшет на специальную для него подставку. С первых же секунд, любой человек бы понял, к какому разряду относится это видео. Уже с первых секунд можно было зацензуривать если не весь экран, то хотя бы его добрую часть. Стоны раздались на весь вездеход, а глаза Саши поглядывали на экран планшета, когда дорога впереди, не имела поворотов или каких-либо проблем. Саша под столь громкие и звучные стоны, заметно расслабилась и даже почти откинулась на своём месте. Её лицо смягчилось, а рука сама полезла в штаны. Седьмая находилась в задней части вездехода с кучей места для себя. Если бы она находилась на пассажирском месте рядом с Сашей, то та не смогла бы нормально вести вездеход от крайне сильной тесноты, устроенной одной лишь Седьмой. Всё-таки Седьмая была не маленькой, даже на фоне тех троих неизвестных и даже Дублина, что мог легко потягаться с самым крупным в весе. Она отвлеклась от грустных воспоминаний с размышлениями, наполненных глубоким само копанием, когда до неё донеслись ужасно громкие стоны, даже для простого человеческого уха, что уж там говорить о её слухе. В первую секунду она растерялась, но затем, всё встало на свои места. Как Седьмая поняла, что Саша вспомнила о тех видео, с крайне непристойным содержанием и сейчас… слушала одно из них и даже время от времени поглядывала, будучи при этом за рулём. Она как Цезарь или Ленин. Сразу несколько дел способна делать. Можно её за это похвалить. Лишь бы при занятии несколькими делами одновременно, успех гарантировался во всех. Но Седьмую не устроил факт того, что Сашина рука, плавно, не спешно и абсолютно уверенно, частично спряталась в штанах. Она и вовсе решила прервать это, не думая больше ни секунды. Она издала шипение, с целью напомнить о себе и отвлечь её от данного занятия, что столь сильно увлекло её. Шипение произвело нужный эффект, Саша повернула к ней голову. — Ах бл..ть… — огорчённо простонала Саша, даже не думая вынимать руку из штанов. — Про тебя я малость подзабыла… дашь мне одну минутку? — спросила почти умоляюще Саша. Седьмая решительно дала ей ответ в виде шипения, похожего на слово «нет» и схватила планшет, отключив его и положив рядом с собой. — Бл..ть! — выругалась Саша стараясь дотянуться до планшета рядом с Седьмой, но ей было со своего места очень не удобно это делать, да и тот ублюдский планшет, стараниями Семёрки, оказался на приличном от неё отдалении, да и сама Седьмая, в любой момент была готова отодвинуть его дальше. В общем… Саша планшет вряд ли получит, даже если остановит вездеход и всерьёз займётся возвращением планшета назад. Седьмая просто не позволит. — Ну просто блеск! — вырвалось у Саши из рта, а из штанов вылетела подобно пуле рука, что тут же угнездилась на руле рядом со второй. — Ты сучка! — глядя в зеркало заднего вида на Седьмую, проговорила Саша. — Ты об этом в курсе? А?! Семёрка ты сраная! Седьмая к её удивлению кивнула, произнеся шипящее «дфаа». Саша усмехнулась, а затем посмеялась. Не долго, за то искренне. Ей стало комфортнее. С этим «чем-то» ей действительно комфортнее, чем одной, с Крисом или Мейсоном. Те быстро слились, как она сама стала называть их трагическую гибель, а этот монстр, не пытался выжить. У него это на автомате, да и о ней кое-как заботится, у того получалось. О лучшем сопровождении хоть к самим воротам ада, она, наверное, и мечтать не могла. Что делать если, люди стали монстрами, желающие убить тебя, а то и ещё хуже? Найти своего монстра с натуральным обличием, тот вряд ли будет хуже монстров с телами людей. Отныне так считала Саша с улыбкой следя за дорогой. Переведя взгляд на зеркало заднего вида, с целью взглянуть в очередной раз на своего монстра, она увидела, как тот с настоящим увлечением что-то делал с планшетом. Что-то, означает кликал по нему часто при часто, словно не мог найти в нём что-то или что он всё-таки делал с планшетом? Саша повернулась к Семёрке и пригляделась к планшету. Семёрка была в разделе видео и кликала на каждое видео своим пальцем по паре раз. Саша не понимал, что та делает, но вновь приглядевшись, она осознала, что Семёрка, удаляет видео с порнографическим содержанием. — Ты чего бл..ть творишь?! — взревела Саша, всеми силами став к ней тянуться с целью изъять планшет и сохранить хоть малую часть тех содержимого. Седьмая на её нелепые попытки отобрать столь далёкий для неё планшет, лишь издала звук похожий на усмешку и отодвинула от неё планшет подальше. Саша не сдавалась и продолжала пытаться дотянуться до планшета, пока раздел видео не опустел полностью. Она для большего комфорта остановила вездехода и перепрыгнула через своё место к Седьмой. Стала цепкими руками пытаться отобрать у той планшет, но для Седьмой её попытки отобрать планшет, были лишь вескими причинами посмеяться в очередной раз. Незаметно для себя, Саша стала смехом реагировать на всё происходящее, возможно на это повлияли и смешки Седьмой, от чего Саша и начала смеяться, прикрывая от смеха глаза. Она теперь пыталась отобрать у неё планшет, но уже не с таким ярым фанатизмом как в самом начале, теперь ей просто весело и приятно делать это. Да и делала она это в целях игры, в которую это занятие только что превратилось к удивлению, обеих. Саша словно вернулась в приятные моменты из детства. Пусть в этом детстве и присутствовал огромный монстр чуть ли не страшнее самой смерти в глазах бывалых людей, но её это не волновало, перед ней находилось что-то не столь тёмное, как для любого другого человека, похожего или не похожего на неё. — Это было… прикольно, но… не более того. — размышляла Саша в слух, снова сев за руль поведя вездеход дальше, уже приблизительно решив куда можно на нём доехать быстрее всего. Седьмая на её слова отреагировала, покачав головой с неким подобием ухмылки, словно, не веря её словам и зная точно, что ей понравилось вот так подурачится и убить хотя бы пару минут, не думаю о том, как выживать дальше и что делать чтобы не умереть. Ей это было нужно, и Седьмая ей это дала… но конечно же не без приятного и для себя… иначе в чём суть помогать Саше успокоить нервы? Да и самой нужно иногда разрядиться. Вездеход не спешно ехал по дороге. Дорогу со всех сторон окружали тысячи деревьев и потеряться в таком месте не составляло труда, но Саша имела карту местности в планшете наёмников. По ней она приняла решение куда лучше всего ехать. Тишина в вездеходе начала её напрягать, а говорить было не… не то что не с кем, но состоятельного диалога с Семёркой выстроить не удалось бы при всём желании, с учётом того, что ответить она не смогла бы по большей части и вместо нормального разговора, это скорее было душе-излияние со стороны Саши, существу страшнее всех ужасов ночи, но среди света звезды Флута, что делало Семёрку не менее страшным существом, но всё же лучше тех ублюдков, что она встречала до этого и от которых так активно бегала и пряталась. Лучшей игры у неё в памяти не было и быть не могло после этой точно. Но она после поймает себя на мысли спустя время, какой же всё-таки наивной дурой она являлась раз когда-то так думала… Саша не хотела вновь терять на ровном месте настроение, с таким… трудом добытое. Она стала разглядывать панель вездехода и отыскала глазами радио что оказалось очень кстати. То пусть не вещало новости, но на нём, зато имелись кое-какие сохранённые песни. Саша включила одну из них, решив послушать из-за заинтересовавшего её названия. Заиграла музыка, лёгкая, довольно бодрая гитара. Ей не составило труда узнать в этой гитаре ковбойский мотив. Через считаные секунды, запевший голос подтвердил, что это песня на ковбойский мотив, к тому же очень приятная и почти как бальзам на душу после недавних событий последних дней. Под такую песню и ехать стало легче, и всякая дрянь в голову не лезла, будучи не в силах испортить быстро поднимающееся настроение от столь приятной песни, которая словно для неё сочинялась и записывалась. «Что-то знакомое… я слышала эту песню». Седьмая вспомнив мотив, а затем и саму песню стала про себя напевать её по памяти, лишь пару раз немного путаясь в словах из-за не идеальной памяти, за которую она на себя чуть не зло держала. Саша, прослушав половину песни, отметила, что к собственному удивлению, запомнила большую её часть. Стала подпевать при каждом следующим припеве покачивая головой и прикрывая глаза от состояния души, в котором та находилась. Было хорошо и казалось, что ничего дурного не случилось, словно это была игра, а она ушла в неё с головой. В нижней части своего поля зрения, она стала видеть не чёткую полоску здоровья, которое она где-то изрядно подпортила. В верхней части поля зрения, не чёткие слова с описанием её задания и снова в нижнем, виден прозрачный пистолет с точным количеством патронов, что прилагались к нему. Но стоило прикрыть глаза и открыть их снова, весь интерфейс пропадал, как и надежда на то, что лишь захватывающая с головой игра, из которой она просто не знала, как выбраться, но если б она знала, то не возвращалась бы сюда, никогда. Уж очень много нервов игра эта потрепала… но если бы только это… а так… на счету у этой игры намного больше «киллов» чем у Саши в любой другой игре, да и название очень мрачное… реальность… — Это чё за херь? — прошептала Саша, вглядываясь вперёд, стараясь рассмотреть по лучше что-то впереди. Она остановила вездеход и отключила уже довольно долго играющую песню. Седьмую насторожили действия Саши. Особенно, когда она достала пистолет и покинула вездеход. Седьмая не собиралась оставаться здесь, пока Саша идёт не пойми куда, да и ещё специально взяв пистолет для этой цели. Во всём этом добра она не видела и последовала за нею, открыв дверцу вездехода с боку от себя. Саша на миг обернулась, на звук открывшейся дверцы и вылезшую из вездехода Семёрку, а затем продолжила медленно идти к цели, что заприметила рядом с дорогой. Седьмая глянув на эту цель, к которой шла Саша, узнала в ней вездеход или его большую часть. Его перед дымил и был явно пробит и проплавлен мощным оружием. Она даже подозревала что за оружие использовалось на этом вездеходе. Если это было не оно, то хотя бы отдалённо на него смахивающее. Седьмая догнала Сашу, а затем и обогнала её. Саша постояла, глядя в след Седьмой, а затем опять зашевелила ногами, продолжив движение к по всей видимости брошенному транспорту. Труп. Труп наёмника. Труп обезглавленного наёмника. Вот именно такую картину могла лицезреть Седьмая у самого вездехода. Головы нигде не завалялось, а срез оказался точным, словно световым мечом кто-то взмахнул, лишь кровь на шее не запеклась, а осталась литься дальше, начав подсыхать. Головы рядом с телом Седьмая не приметила, да и на большем отдалении от транспорта, её обнаружить не удалось. Лишь мелкие капли крови, вдалеке от вездехода на опавших листьях, словно ту забрали с собой после настолько идеального среза. Она заглянула в кабину вездехода. Стекло всё усеяно мелкими и крупными и, самое главное — многочисленными трещинами. Осколки битого стекла меньше слезы, а иногда по больше, усеяли почти весь вездеход снаружи и внутри. На месте водителя располагался наёмник. Он был мёртв, как и первый, но его голова на месте, а грудь кто-то пронзил, как и переднее стекло перед ним с сидением. Седьмая резко усомнилась в том, что ей такое под силу. Скорее это был… или скорее были, те трое психов в чудных масках с мощными пушками и острыми лезвиями. Если они ещё где-то рядом бродят, она и Саша далеко не в зоне комфорта. — Эм… ладно. А там что такое? — спросила Саша, пройдя мимо обезглавленного трупа, лишь одним глазом на него покосившись. Она встала у дверцы вездехода и открыла её, — Твою мать… Её глазам открылась сумка. Сумка крупная. Такая же, как и у неё, но в отличие от её сумки, эта была набита под завязку деньгами и драгоценностями, которые в колониях мало кто мог себе позволить, даже из числа простых колец с серьгами. Жадно Саша оглядела и остальную часть вездехода. Кроме всякого хлама с мусором и более-менее дорогих гаджетов, что наёмники решили прихватить с собой в качестве дополнительной награды или бонуса за работу, она обнаружила ещё кучу денег с парой драгоценностей, что в результате аварии, высыпались из раскрытой сумки. Не теряя больше времени даром, она принялась собирать все деньги в сумку с бешеной скоростью, словно имела ограничение по времени на подобное проявлении жадности. «Владельцы этих денег мертвы и им теперь эти средства не зачем…» бухтела себе под нос Саша, собирая деньги обратно в сумку. Вроде как закончив со сбором всех вывалившихся денежных средств, она решила погрузить руку в сумку на всю глубину и поводить рукой в сумке, наполненной деньгами. Это обещало быть чем-то из разряда приятного. Но вот только для неё, это закончилось не так приятно, как она рассчитывала. В сумке, где-то на её дне, она ощутила пакет. Ей стало интересно, что пакет мог забыть в сумке с деньгами. Она попыталась достать его. При попытках это сделать, не малая часть денег выпала из сумки. Саша на них плюнула, ей важнее достать этот заинтересовавший её пакет. Вот он. Пакет был у неё в руках, и он был полон денег. Саша быстро посчитала их на глаз и оказалась в ступоре. Денег было довольно знакомое количество… да и этот пакет… она уже видела и более того… использовала для своих денег, спрятанных надёжно в селении рядом с домом… Это её пакет с деньгами, что она украла из магазина с тем придурком и его словно обдолбоным чем-то дружком. Руки задрожали, глаза расширились и не думали моргать. Это её деньги, её деньги среди денег покойников… подобная мысль, ввела её в ступор не на одну минуту. Превозмогая дрожь в руках и по всему телу, она сунула пакет в сумку. Собрала часть вывалившихся денег назад в сумку. На полу вездехода, оставались ещё деньги в приличном количестве до недавних пор, к примеру, до получения ею такой большой сумки с таким большим количеством наличных. Она не могла оставить столько денег здесь. Если она выживет во всём этому аду, то они пригодятся ей, для выживания в более подходящем для этого месте. Она могла бы собрать и те пару тысяч, что оставила на полу, но находится здесь дольше, оказалось выше её сил. — Всё Семёрка, валим отсюда. — сказала она Седьмой, быстрым шагом двигаясь обратно к вездеходу. Седьмая показала свою голову из кабины водителя. Видя уходящую Сашу, она решила, что так будет лучше, если они по быстрее отсюда свалят. Мало ли, те трое могли рыскать где-то рядом… Крепко сжимая руль одной рукой ведя вездеход, Саша другой рукой брала одну купюру из сумки на месте пассажира и подержав её немного, выкидывала через открытое окно с пустотой во взгляде без единой мысли о своих поступках связанных с выкидыванием денег без причины на ветер в буквальном смысле. Седьмая на некоторое время зациклила на ней полностью внимание. Саше резко стало хуже после той остановки, а ведь с такой-то сумкой денег, должно было вроде как стать только лучше, но видимо Саша знала о крови, что была пущена как минимум большей части хозяев этих денег. Седьмая знала насколько было плохо Саше и даже жалела о её уровне осведомлённости о подобных вещах. С деньгами, запачканными кровью ей будет как легко жить, так и сложней в моральном плане. Седьмая давно свыклась с подобным для себя, но видя Сашу такой, становилось тяжело как никогда. И как ей теперь помочь? Она почти ни на что не реагировала и на попытки Седьмой привлечь её внимание тоже. Седьмая не отступила, она лишь признала своё временное поражение, решила отступить с этого фронта и вернуться на него в более благоприятный период времени. Вездеход ехал по лесной дороге который час. Тишина успокаивала и одновременно раздражала. Было сложно и больно находится в подобном состоянии с положением, вспоминая о чём-то очень ценном, но утраченном и совсем не давно, к примеру матери. Нужно было дать Саше время побыть наедине со своими мыслями или хотя бы просто не мешать. Так будет лучше для Седьмой сейчас, а для Саши позже. Но перед полным отступлением, Седьмая решила попробовать немного приподнять ей настроение, предложив включить музыку. — А… чего? — спросила Саша, повернув голову, услышав шипящее произношение своего имени, от которого, Седьмой было немного неловко и даже стыдно. Иногда у неё получалось лучше произносить слова и по сложнее, а иногда… даже простейшие слова, давались с ужасными усилиями… да и как она вообще могла иметь представление о сложности тех или иных слов? А что насчёт понимания людской речи? Н-да... вопросы… одни единственные и вечные её спутники, никогда не оставят одну и дадут фору Хатико… Саша заметила, что Седьмая указывала на радио, положив руку на кресло пассажира спереди. Саша взглянула на радио и ничего особенного не увидела, но затем до неё дошло то, что Седьмая имела в виду. — Музыку включить? — Седьмая ответила ей одним твёрдым кивком головы. Саша призадумалась над её предложением. Музыка… по крайней мере та, что она слушала пол дороги с Семёркой, была не плоха как минимум, но сейчас… её настроение не поддерживало даже нечто близко стоящее со столь приятной, весёлой и бодрой мелодией со словами радости и надежды в тексте песни, но Саша прослушала далеко не всю имеющуюся там музыку и наверняка, нашла бы что-то подходящее под настроение. — А что? — спросила она скорее себя, чем Седьмую. — Можно попытаться… или даже рискнуть! — Седьмая кивнула, чему Саша улыбнулась краем губ и принялась искать что-то подходящее под настроение. Искать долго не пришлось… — О! Вот эта вроде ничего. Спустя всего несколько песен, ей удалось найти грустную песню с довольно угнетающей мелодий, что была готова чуть ли не к суициду призвать. Пусть в словах иногда и всплывали нотки поддержки к слушателю и некой надеждой на лучшее, всё равно, песня ей понравилась. Она слушала её несколько раз подряд и пускала неоднократно скупые, одиночные слезы, что быстро вытирала как можно не заметнее. Она сама не знала почему ей было так важно спрятать слёзы от Семёрки. Она помнила дни, когда не желала лить слёзы при друзьях, знакомых и родных, повод думать о себе хуже или лишний раз волноваться и переживать. И видимо к одному из этих типов личностей, она и относила Семёрку. Это её заставило улыбнуться краем губ и издать лёгкий смешок. От Седьмой ей не удалось спрятать ни своих слёз, не мимолётную улыбку и уж тем более смешок. Она не долго думала об этом всём. Её сейчас интересовала больше музыка, играющая и повторяющаяся не первый раз. Седьмой, так же, как и Саше, понравилась данная песня, пусть она человека с хорошим расположение духа, скорее вогнала бы в депрессивное состояние. К этому у Седьмой имелся, как минимум частичный иммунитет, она могла слушать эту песню на протяжении долгого времени. Главное, чтобы Саше не стало от неё хуже, а там не важно, что она в себе несёт, пусть играет ей на радость. Седьмая лишь за. Вездеход остался позади и всё больше отдалялся. Саша медленным и не спешным шагом шла к селению, до которого около ста метров оставалось. В её руке покоился пистолет, опущенный стволом вниз, на плече маленькая, но весьма изувеченная сумка за время её выживания, а вокруг неё был всё тот же самый лес. Саша решила в этот раз поступить немного умнее чем раньше и не подъезжать слишком близко к селению, не разведав его как следует. Она предложила Семёрке побыть наблюдателем, и та согласилась, скрывшись среди верхушек деревьев, внимательно осматривая местность на наличие опасностей, и со спокойствием на душе, Саша шла к селению. Оно имело не такой уж плохой вид, как она и Седьмая ожидали от него, ещё не добравшись до него. Пусть некоторые окна выбиты с дверями, а на улицах селения валялась мебель с различным мусором и парой трупов, но селение не сожгли как некоторые до этого. Это было странно, наёмники будто действовали без какого-либо единого плана. Возможно в начале он у них был, и они его придерживались, но теперь, по всей видимости им надоело или текущая ситуация, потребовала от них с кое-чем прекратить, к примеру: с сжиганием селений. Саша вошла в селение. Ветер ударил ей в лицо, словно гнал от сюда или предупреждал, а возможно это был не ветер, а совокупность всех последних на Флуте-5 выдохов людей, что убили эти ублюдки. Саша их презирала. Убить человека случайно или при самозащите, это одно, а убить человека осознано и при этом за деньги… ход её мыслей оборвался, ведь она и сама всего пару часов назад, убила наёмника, что находился в бессознательном состоянии в приступе гнева на него и его дружков без какой-либо необходимости в самозащите. Вдох-выдох и Саша отбросила подобные мысли. Сейчас не то время. Здесь девяносто процентов времени при бодрствовании, нужно посвящать выживанию, а остальные десять на короткий отдых и разработку плана действий на ближайшее будущее. Саша приподняла голову в поисках своего личного «большого брата» или скорее подобия сестры компаньона. Увидела ту на дереве у самого селения. Заметить её было сложно, если бы она не знала, что она где-то рядом и особо тщательно не присматривалась к деревьям, то и не обнаружила её. На дереве Седьмая долго не пробыла. Она спрыгнула со своего дерева на крышу одного из домов. Оказавшись на крыше, она исчезла в разбитом окне дома, не дав о себе знать Саше, будучи осведомлённой заранее о её осведомлённости о ней. Саша вновь тяжело вздохнула. Вновь начиналась та часть, что она просто обожала в играх жанра квестов, рпг и всяких бродилок с открытом миром, а именно — собирание различного лута. В играх это было приятно и интересно. Новые неизведанные места с кучами полезной всячины, что, если не пригодится тебе, наверняка можно продать или обменять за солидные местные бабки. Но если в играх она радовалась возможности таскать с собой кучу всякой всячины и ещё больше радовалась искать эту самую всячину, то здесь это превращалось в рутину и что самое худшее из этого то, что от этого, зависит её выживание в дальнейшем. Сейчас она не видела особого смысла в обыске селения на предмет припасов или чего-то полезного. У неё в принципе имелось всё что нужно, для недельного выживания: были и припасы и всякие полезные штуки, да и к тому же пара стволов с кучей патронов к ним, но кто знает. Может она здесь застрянет в подобной ситуации больше чем на неделю? Она думала кое о чём и боялась этого. А что если, придёт помощь, заберёт всех, кто смог выжить, а её каким-то образом пропустят? Что тогда? Всю жизнь прожить в этой дыре в надежде на повторную спасательную операцию? Или ещё хуже, самой стать заниматься сельским хозяйством и начать выращивать на земле всякую хрень, чтобы её потом жрать?! Готовка — не её сильная сторона. Всё ею приготовленное когда-нибудь, было в лучшем случае съедобно. Пусть фрукты и овощи она возможно и не стала бы готовить, но всё равно, осознание того, что она сама взрастила эти фрукты с овощами, отбивали бы у неё аппетит на многие дни. Настолько она считала себя плохим поваром и фермером. Дом за домом они обошли с Семёркой в поисках всякой полезной всячины. Такая находилась, но не так часто, как могла бы. Судя по всему, либо наёмники вынесли большую часть всего полезного и где-нибудь это закапали или сожгли, либо другой вариант, что заключался в том, что сюда приходили после всеобщего конца обычной жизни и начала чего-то действительно мрачного. Пусть это всё было мрачным, зато для некоторых те выдались довольно короткими, за них Саша отчасти радовалась. Лучше либо выжить, либо умереть в начале. Умереть в начале ей не удалось, а сейчас она возможно ближе к концу, чем к середине и шанс дожить до конца сего, у неё был, да и с помощью самой жути в лице ксеноморфа, шансы удваивались, как бы парадоксально это не звучало... Нужно было попытаться… но возможно это был лишь взгляд оптимиста на вещи, что всячески отрицали хоть что-то, что имело оптимистическое. Саша вновь немного приуныла выходя из последнего осмотренного ею дома. Она вышла из него, села у самой двери став просто дышать полной грудью с прикрытыми глазами и задранной головой к небу. Седьмая закончила с разведкой домов раньше Саши. Она осмотрела больше домов и нашла кое-что полезное, сложив все полезные находки в самых видных входных частях домов. Закончив со своею частью работы по поискам, оставив последний дом Саше, она залезла на крышу только что разведанного ею дома и стала следить за периметром. Звезда Флута-5 медленно заходила, теряясь среди верхушек деревьев, а затем и горизонта. Стало темнеть, но пока всё было видно прекрасно, даже человеку с проблемным зрением. Именно тогда она обратила внимание на Сашу, что сидела у входа в последний осмотренный ею дом. Она не придавала Саше значения. С ней было всё нормально и ничего в ближайшее время ей не угрожало, но теперь, поняв сколько она там сидит, её уверенность испарилась, исчезла напрочь. Саша сидела почти час, как думала Седьмая. Когда она залезала сюда, Саша уже присела там, а теперь, спустя почти час, она всё равно сидит там и, казалось даже позы не поменяла. Сидела всё так же, как и в начале, приобняв колени, разве что теперь она опустила голову и уткнулась лбом в колени. Это заставило Седьмую на время оставить свой пост и спуститься к ней. Саша сидела и дышала полной грудью пусть ноги с руками затекли от нахождения в одном и том же положении долгое время, но ей было на это плевать. Она вновь приуныла, подумав обо всём, через что она прошла и через что она может пройти ещё, это если не думать о том, что ею уже пройдено, но вновь могло повстречаться с нею в будущем не столь далёком. Было сложно, но всё же возможно, уловить краем уха едва слышимое приближение к себе. Саша не сомневалась в том, кто это к ней приближается. Человек вряд ли смог так тихо пройти по траве, что частично подсохла от через чур сильного жара светила последних дней. Саша решила не поднимать голову. Зачем ей это делать? Причин она не видела, а даже если она и ошиблась и это не Семёрка, то что изменится? Её убьют? А может она и хотела встречи со смертью, почувствовав усталость от приложенных усилий для выживания. Вновь реализм оказывается пессимизмом. Но тут ничего не поделать. Она привыкла видеть и называть вещи своими именами. Но даже несмотря на это, она и сама иногда была готова применить или попробовать те или иные вещи. Обычно это добром не заканчивалось. Седьмая села рядом с Сашей, буквально напротив неё и просидела так около минуты. Её немного обеспокоило поведение Саши и ноль реакции на её приближение к ней. Это добра в себе не несло, а вред от этого, мог быть колоссальных размеров. И что делать в такой ситуации? Попробовать вернуть её в реальный мир? А захочет ли она? Или нет, не так: а не расстроится ли она, вернувшись обратно в мрачный и жестокий мир, что скинул маску и показал себя с ещё более худшей и не справедливой стороны чем когда-либо в её жизни до событий последних дней? Седьмую от столь явного представления образа мира, немного передёрнуло, уж очень жуткое лицо у него под не столь противной маской. Седьмая на своей памяти всегда боролась, а если не боролась, то действовала. Бывало трудно и казалось легче лечь и умереть. У неё случались моменты, когда она осознано наносила себе раны, не желая принимать себя монстром и быть всё время одной от этого. Но наносить себе раны было крайне болезненно, а те быстро затягивались. В конечном итоге она просто психанула и на всё забила, а потом… стала просто жить с тем, что у неё было (её обличие и все прилегающие к нему особенности и преимущества с недостатками) и в том месте, где она оказалась по чьей-то воле или судьбе. Было сложно, особенно в самом начале, но время шло, а раны с дурными мыслями и воспоминаниями постепенно заживали и исчезали из головы и тела, оставляя лишь нечёткие шрамы, то просматривались лишь при внимательнейшем осмотре. «Ей нужно просто отвлечься от всего этого вновь.» Семёрка решила привлечь к себе внимание Саши, став шипеть. Когда шипение показало свою неэффективность, она усилила попытки привлечь внимание Саши, став шипеть разные слова и её имя в том числе. Она была уверена, что при очередном повторении имени Саши, та усмехнулась, очень приглушённо, но усмехнулась. Но дальше одного смешка, дело не продвинулось. Он оказался единственной реакцией Саши на шипение Седьмой. Тогда Седьмая решила наладить с ней физический контакт, для этого она принялась притрагиваться к ней пальцем. В основном в плечо или к макушке её головы. Казалось, она пару раз хмыкнула и вновь издала что-то, на подобие приглушённого смешка, но не более того. Тогда Седьмая удвоила усилия и стала в открытую подталкивать Сашу в плечо так, что та вся подобно дереву в очень ветреную погоду, качалась из стороны в сторону. Седьмая располагала ещё парой вариантов того, как заставить её обратить на себя внимание, но этого не потребовалось. Саша подняла голову от колен. Всё лицо её было взмокшим и красным от жара и слёз. Её глаза выглядели слегка опухшими от стольких слёз и пота. Она смотрела на Седьмую с неким скептическим взглядом, а Седьмая тем временем сидела и ожидала от неё чего-нибудь. Саша усмехнулась про себя сидящей на против Семёрке. Она вспомнила кота, что был её домашним питомцем. Он был ещё тем ублюдком, как она сама говорила и считала. Маму это забавляло, а её сильно бесили такие мамкины забавы. Если бы она знала какого кота вырастит, то в тот злополучный день, когда она выбирала себе котёнка, она бы выбрала другого или взяла вовсе другое животное, попугая к примеру, или щенка, а возможно… нет, была бы она умнее, не брала бы в тот день совершено никакого домашнего питомца. Их же кормить надо и уделять им время, а не просто играться с ними, а с ответственностью у Саши… иногда случались проколы и осечки… иногда на месяцы вперёд… Пусть она не любила Якова, но очень скучала по нему. Он оставался членом их маленькой семьи (пусть он был и очень противным для неё членом семьи, но всё же). Саша вытерла лицо рукавом и сразу стало легче, пусть и прохладный ветер стал морозить её лицо, после столь долгого времени, проведённого в жаре у самых колен. — А тебе чё нужно? — спросила она, вновь повернув к Семёрке лицо, что немного преобразилось в лучшую сторону пожалуй. —Ты ведь от меня не отъе..ёшься? — задала Саша скорее риторический вопрос, чем серьёзный, но Седьмая видимо не умела распознавать обычные вопросы от риторических, так как кивнула или она так подыгрывала ей, будучи в курсе риторичности вопроса. Саша мягко усмехнулась. Встала на ноги, чуть не рухнув. Седьмая помогла ей устоять на ногах. Саша мягко, убрала от себя её руки и кивнула, как бы благодаря её за подобную поддержку, она ещё не поняла того, что это была меньшая поддержка, что Седьмая ей оказала за всё время, но вместо того, чтобы пояснить это Саше, Седьмая лишь кивнула, принимая тем самым её благодарность за помощь в удержании на ногах. Саша разминала ноги и поглядывала по сторонам. Седьмая так же поглядывала по сторонам, стараясь лишить Сашу надобности в этом, но та не прекращала оглядываться, да и что толку заставлять прекращать её делать это? Закончив с разминкой, Саша вновь внимательно осмотрелась. Звезда Флута почти пропала и видимость терялась с каждой минутой. Саша заприметила магазин впереди. Вначале она на него не обратила внимания, так как Седьмая его осматривала, но теперь он привлёк её внимание. Ей захотелось заглянуть в него. — Пойдём посмотрим магаз. — предложила Саша, что от Семёрки, получила положительный ответ. Саша улыбнулась краем губ направившись к магазину, а слева от неё шла Семёрка на ровне. В магазине было темно. Часть осветительных приборов, были разбиты и их осколки, валялись тут и там. Саша не спешным шагом шла вперёд. В одной руке держала фонарик, что освещал ей путь, а в другой пистолет, смотрящий дулом в пол, а рядом шла Седьмая. В её присутствие здесь, не было необходимости. До этого, она осмотрела магазин и не нашла никого здесь, кто мог бы устроить им проблемы, а если она никого не нашла, то Саше найти кого-нибудь здесь, точно было не суждено. Весь магазин словно перевернулся с ног на голову. Когда сюда пришли наёмники и началась пальба, наверняка все люди кто находился вблизи магазина, принялись выносить отсюда всё, что могли с собой взять, чтобы бежать не с пустыми руками не пойми куда в леса в не пойми какое время суток. А уж потом, сюда заглянули наёмники и только усугубили весь тот срач, что устроили простые люди в начале заварушки. На полу валялось всё что не попадя. Стеллажи почти полностью пустовали или валялись опрокинутые на пол, а некоторые и вовсе словно взяли и вынесли куда-то из магазина. Саша обратила внимание на пару рекламных плакатов на стенах магазина. Почти все сорваны или порваны, но паре плакатов, удалось избежать самой страшной из все возможных участей и по ним, Саша узнала тот магазин, что она с теми придурками вынесла пару дней назад. — Оу… — едва слышно произнесла Саша и предпочла забыть об том инциденте, отойдя от стены с плакатом, что возвращал её в те времена, когда всё было относительно спокойно и бед ничего не предвещало. Ну разве если забыть о том, что ею был ограблен магазин, то тогда всё было просто прелестно. Саша оказалась у эскалатора на второй этаж магазина. На первом продукты, а на втором разная всячина. Если по продуктам ей с первых минут всё стало ясно, то с вещами менее съедобными, всё было не так очевидно, как могло показаться. Эскалатор оказался обесточен, как и весь магазин. Саша не была уверена полностью, но у неё имелось предчувствие, что есть возможность без особого напряга для себя и Семёрки, восстановить питание магазина. Но тут же у неё возник вопрос к самой себе: «на х..я?». Она покачала головой и закончила с подъёмом на второй этаж своими силами. Седьмая, пока Саша взбиралась по эскалатору, по стене взобралась на потолок и по нему сейчас ползала. Саше даже с фонариком сложно отыскать её в такой темноте, лишь едва уловимые звуки её передвижения по потолку, не позволяли забывать о её присутствие где-то рядом. Это очень пугало Сашу, даже не смотря на тот факт, что до сих пор, это нечто странно дружелюбное, иначе себя не вело с нею. Витрину за витриной она проходила, подсвечивая каждую и убеждая себя в том, что кто-то очень любит бить стёкла этих самых витрин. У каждой разбито стекло, у некоторых оно на мелкие части рассыпалось, да и валялось на полу в ожидании более близкого знакомства с оголённой частью тела кого-нибудь. Витрины, не смотря на свои разбитые стёкла, оказались более-менее не затронуты. В некоторых наблюдался погром, но он был очень мелким, словно не большая гулянка прошла не так давно и то которая, была почти полностью убрана. Саша прошла мимо витрины с различной техникой и тут же встала на месте. Затем, она сделала пару шагов назад и повернулась на девяносто градусов к витрине и решила в неё заглянуть. Там была различная техника и всякие дополнения к технике. Саша приглядела себе здоровый фонарик с мощностью основной батарейки в тридцать восемь часов, а ведь по акции, предлагали ещё одну, но послабее, но всё равно, дополнительные двадцать четыре часа, выглядели приятным дополнением к основной батарейке и уж тем более самому фонарику. Да и к тому же, этот фонарик подобно не большой люстре, светя в потолок, мог осветить комнату восемь на восемь метров. Саша заулыбалась, получив такой прибор в свои руки и тут же выпрыгнула из раздела продажи техники. Выскочив оттуда, она не долго думая, навела фонарик в потолок включив его и почти сразу же, ей стала видна Семёрка на потолке, настолько мощным оказался тот фонарик. Седьмая не была готова к столь быстрому обнаружению и первую секунду ошарашено качала головой, а затем с разгневанным шипением, исчезла в темноте. Саша усмехнулась, став водить фонариком по сторонам. — Теперь ты от меня не спрячешь даже в таких потёмках! Уродина… — усмехнулась Саша и продолжала осматривать второй этаж на наличие всяких интересностей. Через пару минут, она стола у витрины, такой же разбитой, как и все остальные, но немного отличающуюся от других витрин в магазине. На ней были выставлены манекены с одеждой, часть из них были опрокинуты и посмотреть последние новинки, она могла лишь подойдя к ним ближе. Саша перевела с витрины взгляд на себя и свою одежду. Н-да… то ещё зрелище. На ней живого место не осталось. Вся одежда словно принимала грязевую ванну вместе с ней! Надо бы это как-нибудь исправить, а тут к счастью и весьма не плохое местечко рядом оказалось, что могло помочь ей с этим. — Ну что же… — со вздохом произнесла Саша и повернула голову к Семёрке, что спустилась к ней по стене рядом. — Пора приодеться… ты как считаешь? — спросила она Семёрку, переведя на неё взгляд с ожиданием ответа на свой вопрос с неподдельным интересом. Седьмая сидела с неким подобием размышления, а затем аккуратно покачала головой, словно не хотела обидеть её сказав на прямую о том, что её вид ужасен и всю эту одежду на ней, способен очисть от грязи лишь огонь, а порошок… являлся лишь жалкой попыткой её спасти. Саша усмехнулась её ответу и со словами «пойдём примерять шмотки!» вошла присмотреть себе новое шмотьё. Седьмая не спешно направилась за ней помахивая хвостом из стороны в сторону медленно и плавно... когда-нибудь это помахивание, заставит её пожалеть. Ведь, всякий мог познакомится с её хвостом случайно… Саша освещала фонариком стеллажи с одеждой и кучи манекенов с различными на них вещами. Здесь пусть и погром, но в отличие от любого другого места в магазине, он был лишь бледной тенью на фоне тех бардаков в остальных частях магазина. Глаза Саши разбегались во все возможные стороны. Она активно высматривала одёжку, что ей могла понравится или немного облегчить дальнейшее выживание, но ей повезло в отличие от всяких модников, ведь ей как раз нравилась та одежда, что лучше всякой прочей, могла подойти для выживания. Пусть и на сто процентов подходящей здесь таковой для этой цели не наблюдалось, но всё же хоть что-то нашлось. Всего тридцать секунд ушло у Саши на то, чтобы высмотреть всё самое интересное для себя среди имеющегося ассортимента одежды и ещё приблизительно столько же ушло времени, чтобы собрать всё интересующее в кучу и сложить у примерочных… ну как сложить в кучу… скорее свалить в кучу. Она поставила фонарик рядом с собой так, чтобы тот светил в потолок и таким образом, он освещал всё вокруг и давал наилучшее освещение. Затем она стала копаться во всём собранном и пришла к выводу, что у неё из обувки, есть лишь её грязные и порванные с одной из боковых сторон кроссовки. Это был не порядок и его надобно решить. Она вновь огляделась мельком и заметила стеллажи с обувью. С усмешкой она сняла свои кроссовки к некому удивлению Седьмой, что сидела рядом. Саша просто взяла и выкинула их в темноту с чувством лёгкости, словно скинула вместо обуви кандалы, которыми она была закована и что сделали из неё настоящую рабыню. — Прощайте е..аные мозоли! — с этим криком, она побежала мимо спокойно сидящей Седьмой к стеллажам с обувью и нахватала быстро самые приятные на её взгляд модели, что она могла разглядеть в полу тьме, так как свет фонарика где-то рядом с этими стеллажами, становился очень слабым. Затем она свалила их в одну не большую кучу рядом с кучей прочей одежды у примерочных. — Итак… — про себя произнесла она разглядывая кучу с одеждой и высматривая наилучший из приглянувшихся ей вариантов. — Погнали. — бойко произнесла она и расстегнув жилетку поверх куртки, выкинула её в потёмки, до которых не доставал фонарик. Затем пришёл черёд куртки. Та если честно, находилась намного в более лучшем состоянии, чем жилет, так как он принял на себя больше всего грязи и прочей дряни, да и через него куртка, не могла запачкаться, у неё были грязными лишь рукава по большей части, но Саша решила, что нет никакого смысла давать куртке второй шанс, когда в этой куче, есть куртки, что ещё и первого шанса не получили, так что и куртка полетела в потёмки. Седьмая как-то призадумалась на тему: а не собиралась ли она войти в примерочную и переодеваться… или точнее продолжить переодеваться там? Но этот вопрос отпал сам собой, когда после куртки, Сашина футболка, почти насквозь пропитанная потом за эти дни беготни и пряток, упала на пол и полетела вдаль, когда Саша подцепила ту ногой и с размаха запульнула подальше, ну а следом за футболкой, очень скоро отправился и лифчик. Тут-то Седьмая, решила отвернуться, дабы не смуща… а точнее просто не чувствовать себя не ловко в этой ситуации, как якобы должна была чувствовать себя Саша, но, так как Сашу это совершено не волновало и не смущало, Седьмая пришла к выводу, что сделала это она ради себя самой. Это Седьмую малость позабавило, но лишь малость. — Б..я… — раздалась возня и ругань Саши. Седьмая довольно долго сидела даже не поворачивая головы к ней, но затем решила глянуть и зрелище её позабавило. — Готово! — торжественно сама себе объявила Саша, когда лифчик вроде как на пару размеров больше, стал красовался у неё на груди, а затем съехал и Саша со вздохом, решила его выкинуть в бездну тьмы. — А ты чего ржёшь?! — прикрикнула она на Семёрку, когда та стала посмеиваться над ней и её попытками, отвернувшись от неё вновь. Саша решила выкинуть лифчик, но немного иначе. — Семёрка, Семёрочка! — очень ласково позвала её Саша. Седьмая заподозрила что-то не ладное в настолько ласковом обращении к себе, но решила, что ничего дурного не произойдёт, если она обернётся к Саше… так она думала… — Получи! — вновь прикрикнула Саша и запустила в неё лифчиком. Тот угодил Седьмой прямо на голову и, пожалуй, он чувствовал у неё на голове себя более уверенно, чем на груди Саши и сам по себе её голову, покидать не желал. Это её позабавило, и Саша принялась смеяться от души. Седьмая, что собиралась быстро снять с головы этот не подходящий ей во всех смыслах элемент одежды помедлила и перед тем как это сделать, посмеялась с Сашей за компанию, а лишь потом, лифчик отправился в плавный, пусть и не длинный полёт в сторону тьмы, что фонарик с его место положения, не мог развеять. После данного… пришествия, Саша продолжила с довольной улы… или точнее довольной ухмылкой, принаряжаться. Выкинутый Седьмой лифчик, она не стала заменять ни чем, а просто одела лучшую на свой взгляд футболку. Следом за футболкой, она надела сверху удобную куртку, очень похожую на ту, что выкинула сразу после жилета и до той футболки, ну а на самый верх, она одела жилет со множеством карманов. Такой наряд ей казался самым оптимальным. Куртка была водонепроницаемая, а жилет мог вместить кучу разной всячины. Полезная вещь и в хозяйстве имела весомый вес для самого хозяйства и его хозяина. Удобные для себя штаны она уже приглядела, а также, кроссовки, что были круче её старых в разы и тоже не пропускали через себя влагу. — Теперь с вами вопрос решить… — произнесла Саша. Седьмая вновь сидела и смотрела в темноту, что для неё такой не являлась в каком-то смысле этого слова. Рядом с нею что-то упало. Она повернула голову и увидела старые штаны Саши, что частично поменяли цвет от грязи и травы и обзавелись парой дыр, что явно не для вентиляции предназначались. Седьмая хотела всего на секунду обернуть к Саше голову, уж очень интересно ей было взглянуть на штаны, что та выбрала с кроссовками, ведь её выбора насчёт них, Седьмая не знала и думала быстро исправить это, но не тут, то было. Казалось на секунду обернулась к Саше, а голова застыла в одном положении на добрые, секунд десять. Саша стояла без штанов и… ничего вроде бы такого, она и грудью не раз посветила без особой на то надобности, но теперь, она стояла и держала перед лицом стринги с, пожалуй, одним из самых задумчивых выражений лица, которым она располагала в своём арсенале. Выражение её лица, впрочем, пару раз менялось в одобрительную или неодобрительную сторону, но, когда одобрительная сторона лица, стала занимать больше и больше времени, Седьмая покинула её на время с долгим и протяжным шипением, на подобие глухого стона «Ооооо». Саша усмехнулась этому звуку, да и бегству Седьмой. Ей оставалось совсем немного с одеждой и через пару минут, она была одета во всё, что было ею провозглашено лучшим из всего имеющегося ассортимента одежды. Седьмая сидела у самой витрины и ждала, когда Саша закончит с одеждой и вернётся обратно, чтобы они принялись за что-то другое, но не менее важное и полезное. В скором времени появилась Саша в своём новом наряде, но таком похожем на старый, лишь пара отличий бросались в глаза, а все остальные, были на их фоне невидимы. — Мы можем валить отсюда. — сказал Саша, поправляя штаны чуть пониже спины. А может и не штаны она поправляла вовсе? — Здесь больше ничего интересного нет. Седьмая была с нею согласна и дала ей об этом знать, кивнув в подтверждение её слов. Саша на её кивок ответила кивком, улыбнувшись краем губ, а затем они стали спускаться на первый этаж и покинули через пару минут магазин. На улице была фактически тьма тьмущая. Саша побаивалась включать на улице настолько мощный фонарик, его могли увидеть за много километров и наверняка это оказались бы наёмники, что причалили бы сюда всей своей дружной гурьбой, а этого Саше хотелось меньше всего. Не желая включать новый и мощный, недавно приобретённый фонарик, Саша пользовалась услугами фонарика в десять-двадцать раз слабее, но и с ним всё же было лучше, пусть и польза его была не столь ощутима, но зато он не столь заметен на большом расстоянии. Так по крайней мере считала Саша, а как на самом деле обстояли дела, она решила не думать. — О! — воскликнула Саша, внезапно остановившись и уставившись на что-то. Седьмая столь внезапной остановки не ожидала и прошла ещё немного вперёд, оставив Сашу позади, перед тем как обернуться к ней. Она проследила за её взглядом и поняла на что та смотрела. Она смотрела на не работающую вывеску местного кафе и по всей видимости, у неё появилось желание заглянуть туда, ведь, кафе осматривала она, а Саша в основном простые дома, в которых интересного удалось найти не так много, как в магазине или кафе. — Пойдём, заглянем в него. — Седьмая была не против подобного решения и проследовала за Сашей внутрь. Но память немного подвела Седьмую и… она надеялась, что Саша не увидит того, что кафе скрывало на не самом своём примечательном месте. Кафе казалось уютным, по крайне мере до того, как часть столов перевернули и раскидали, а фактически все бутылки в баре, поразбивали, усеяв стеклом и алкоголем весь пол. Резкий запах алкоголя бросался в ноздри, но лишь в паре мест у барной стойки. Саша предпочла от неё держаться подальше, и большая часть проблем тут же отпала сама собой. Саша принялась оглядывать столики, что валялись, вместо того, чтобы стоять на своих местах в ожидании посетителей, что могли больше за них никогда не сесть. Грустный взгляд появился в ту минуту у Саши. Вновь какая-то мелочь напомнила ей о смерти и творящихся здесь ужасах. Седьмая своевременно заметила её взгляд и постаралась по быстрее исправить его в лучшую сторону. У барной стойки было немного крови, а рядом с той не большой лужицей крови, была шоколадка. Седьмая подобрала её и предложила Саше, отвлекая тем самым от созерцания перевёрнутых столов, что вгоняли её в депрессию. — Эм… что? — не поняла Саша, когда Седьмая немного подёргала её за руку. Она перевела на неё взгляд и заметила в руке не большую шоколадку в нераспечатанной обёртке. Она мягко улыбнулась и приняла её из руки. — Спасибо. — искренне поблагодарила Саша и заметила на шоколадке кровавое пятно, на пол обёртки с одной стороны. — Это что? Кровь? — почти прошептала эти слова Саша. Седьмая поняла, что облажалась по крупному, но не успела она начать винить себя в подобном промахе, как Саша развернула шоколадку и надкусила. — Это ерунда… — словно поняв намерения Седьмой винить себя в этом, ответила Саша и откусила ещё немного. — Мне надо в туалет. — произнесла Саша, вспомнив о чём-то действительно важном. Седьмая заволновалась ещё больше. В любой другой ситуации, она бы пошла на улицу и стала следить за периметром, но здесь и сейчас, она решила остаться и пронаблюдать за реакцией Саши на то, что она могла и скорее всего обнаружит в туалете… Саша вошла в туалет. Тот был до странного чистым и ничего не говорило в нём о начале конца для всех в колонии, разве что немного грязи на полу от ботинок, но это можно было списать на халатность уборщиков или что-то вроде того. В общем, Саше хватило подобного и она, поставив свой мощный фонарик на пол, чтобы тот светил в потолок и освещал таким образом весь туалет, открыла одну из кабинок. — Бл..ть! — заорала она дёрнувшись и выронив шоколадку на пол. В открытой ею кабинке находился труп. Труп молодой девушки её возраста… да и внешне чем-то она на неё походила. У неё были перерезаны вены. На полу разлилась крупная лужа крови, что раньше была двумя не такими большими, но объединившись друг с другом, те стали на порядок больше в размере. Так же на полу рядом с лужей, валялся инструмент данной особы, а именно – окровавленный кухонный нож и, наверное, на кухне больше ножа не могло находится. Саша заметила кое какие детали. Она умерла… или точнее совершила суицид не так давно. Кровь была ещё не вся засохшая, кожа ещё не потеряла большую часть цветов, да и всяких любителей гнили не наблюдалось. Время шло на часы… или минуты. — Неудачница… — промямли Саша с некой ироний не понятно откуда взявшейся. Она, приблизительно осознала, сколько времени назад та умерла. Возможно всего считаные минуты помешали им встретиться в более комфортной обстановке, в которой они обе по крайней мере были схожи тем, что до сих пор живы. Тут Саше стало плохо. Она почувствовала странную вонь, словно трупную, хоть секунду назад, той не было и взяться ей так быстро, было не от куда. Саша, тяжело дыша и кашляя, обернулась к одной из раковин и стала судорожно поворачивать кран. Вода из него не собиралась идти. Саша в приступе ярости сорвала рукоятку крана и ударила ею по зеркалу перед собой, заставив то пойти трещинами, а рукоятку она отправила в полёт через спину, в другую часть уборной. Одна из трещин была на удивление крупная, в сравнение с другими не шла абсолютно. Она казалась левиафаном на фоне мальков. Она разделила Сашу и труп в кабинке позади. Саша это не заметила, став судорожно рыться в сумке. Отыскав бутылку с водой, принялась пить и полоскать рот. Бутылка на половину опустела, а ей стало лучше в каком-то смысле, но на самом деле, это было не так. Она лишь убеждала себя в этом, но теперь… она решила этого просто не делать. Подняв фонарик с пола и поправив сумку на плече, она вышла из туалета. На выходе её ждала Седьмая. Она была обеспокоена тем, что Саша вошла в туалет и теми звуками, что ей довелось услышать. Саша смерила её безразличным взглядом и немного оглядела кафе без какого-либо интереса, словно просто так, чтобы не смотреть на Седьмую, затем сказала: — Семёрка, ты не могла бы посидеть снаружи и… по наблюдать за… окружением? — Седьмая кивнула, не сразу, с неким подозрением. Она подозревала её в чём-то не хорошем, но всё равно, пошла к выходу из кафе. Лишь у самой двери остановилась, обернулась к Саше. — Иди-иди, я тут без тебя не пропаду. Седьмая не сильно поверила услышанному, но решила оставить её на не большой промежуток времени одну, надеясь, что это поможет, но как выясниться позже, она ошибётся и пожалеет об этом, но сожаление будет не долгим, конечный результат будет стоять того… Едва Седьмая пропала, Саша вздохнула полной грудью и в нос ударил сильный запах алкоголя. Саша перевела взгляд на барную стойку с парой целых бутылок и подошла к ней по ближе, чтобы, по лучше ознакомится с имеющимся там алкоголем. Прошло не так много времени. Саша сидела на полу у барной стойки и втягивала крепкий запах алкоголя с пола носом, да и ртом тоже она не плохо впитывала алкоголь из целых бутылок, которым удалось пережить покушение в отличие от всех прочих, что сейчас валялись разбитыми на полу. Всего за минут двадцать, её рассудок помутнел, а голову стало словно гидравлическим прессом сжимать, настолько сильная боль за такой короткий промежуток времени её настигла. Она пила с каждой целой бутылки. Одна бутылка была отвратнее другой и больше третьей части каждой бутылки, она не выпивала. Из некоторых она и вовсе больше пары глотков не сделала, а сразу же отправила к остальным разбитым бутылкам на пол, тут же начиная выбирать из целых бутылок что-то получше, но в алкоголе она не разбиралась и каждая бутылка, была для неё чем-то новым и по большей части мало приятным. — Бл..дское дерьмо… — сплюнула она отхлебнув ещё немного из бутылки и отправив её в полёт, не желая больше чувствовать этот отвратный вкус. Количество целых бутылок было не велико, а после начала Сашиной попойки и вовсе стало стремительно уменьшатся и спустя некоторое время, из дюжины целых бутылок, оставалась лишь пара всё ещё не разбитых. Саша, не поднимаясь на ноги, рукой потянулась за бутылкой на барной стойке. Встать отсутствовало всякое желания, а что-то новое попробовать в надежде, что оно будет лучше предыдущего, это да, это стоило сделать. Её рука стала тянуться к бутылке. Та была немного далековато и кроме как пальцами, она до неё не доставала. Саша немного приподнялась, на каких-то пару сантиметров и стала пальцами пытаться ухватить бутылку. Казалось ещё немного и та будет у неё, но всё сложилось иначе. Саша раз за разом пальцами пыталась ухватить эту бутылку, но та всё больше и больше отдалялась от неё. Она вновь приподнялась и вновь стала пробовать ухватить её пальцами, но та не поддавалась, а затем, Саша решила резким движением вперёд, схватить бутылку. Так она сделала и в конечном итоге, бутылка упала и разбилась, а Саша пронаблюдав за этим хмыкнула и промямлила что-то на подобие «да и х..й с ней» и вновь прижалась к стенке прикрыв глаза. Прижав затылок к стенке, прикрыв глаза, Саша стала лить слёзы со сжатыми зубами, но лила она не от разбитой бутылки, это можно было понять по её последней реплике, пусть и немного невнятной. Так от чего же лила слёзы Саша? Она как-то подумала, прикрыв глаза о той суициднице в туалете, а именно о том, что возможно это она устроила здесь такой бардак и все эти разбитые бутылки на её счету или хотя бы их часть. Сама Саша не знала от чего она лила слёзы, возможно от того, что она стала сравнить себя с нею. И сходства между ними имелись и не малые, если Саша была права насчёт неё и этого погрома у барной стойки. Саше резко стало плохо. Сильный приступ тошноты выбил из головы всё, что до этого в ней находилось и ещё могло в неё попасть. Саша с поразительной резвостью встала и ринулась в туалет судорожно пытаясь вспомнить в какой кабинке расположился труп, чтобы не лицезреть его вновь. Она открыла крайнюю кабинку. Вот она у унитаза… но ничего не происходило. Словно за время короткого бега от барной стойки до туалета, всё утряслось само собой. Саша не знала, как на это реагировать, но решила, что возможно это к лучшему. Всё что не делается, то к лучшему… кажется так говорили некоторые особо ленивые личности в той или иной колонии, как она помнила. Выйдя из кабинки, Саша прижалась спиной к стенке и соскользнула по ней на пол, медленно и плавно, но последние сантиметров десять она пролетела в пол секунды, от чего слегка ударилась головой о стену. От удара было не столько боли, сколько ругани с криками на этот счёт и на счёт того, как этот мир бывает иногда жесток и не справедлив. Ею была открыта бутылка с водой и ею же она была выпита до дна. Пластмассовая бутылка отправилась в полёт в дальний угол туалета от неё, а из сумки стал виден пистолет и что самое главное, он расположился у неё в руке. Сейчас это могло показаться не лучшей идеей для кого угодно, да и самой Саше это казалось немного глупо. Под действием алкоголя человек и не такое мог сделать и наверняка она взяла пистолет лишь из-за ударившего в голову алкоголя, но хреновы мысли настаивали на обратном. У них была или даже были свои теории на этот счёт. Те говорили о том, что она всё равно рано или поздно закончит похожим образом, как та особа в кабинке рядом. Возможно она убьёт себя сама, а если и не убьёт, то значит она будет убита. Кто она такая, чтобы противостоять целой туче хорошо вооружённых наёмников? Даже с этим чёрным нечто? За пару минут, она взглядом наверное могла прожечь в пистолете пару лишних отверстий, настолько пристально она на него смотрела. Медленно, пистолет стал подниматься всё выше, до тех пор, пока не оказался у виска. В начале она подумывала сунуть ствол в рот, но затем подумала о том, в каких е..енях тот пистолет побывал и какой дряни он на себе мог нести, а в последние минуты жизни, ей бы не хотелось чувствовать вкус всякой дряни у себя во рту. Итак много дряни она повидала за пару дней. Палец на курке уже пробовал нажать на него, но пока что не находил попросту в себе сил сделать это. Он казался очень мощным, и чтобы нажать на него, нужно было приложить больше усилий, чем могло показаться. Едва силы казалось появились у пальца, чтобы наконец-то нажать на этот курок, но ему помешали и в этот раз не Сашины сомнения, она была если не до конца уверена в правильности этого, то хотя бы не искала повода этого не делать. Ей помешала сделать выстрел – чёрная, когтистая рука, что появилась словно из какого-то фильма ужасов. Саша почувствовала ту силу, с которой рука обхватила её руку с пистолетом и стала отводить ту в сторону. Саша сразу же догадалась кто это делал. — Отъе..ись! — завопила Саша всеми силами стараясь убрать руку Семёрки от своей с пистолетом. —Отье..ись! — вновь завопила она и стала резко дёргать рукой из стороны в сторону, желая вырвать руку из её цепкой хватки. Седьмая лишь качала головой на её попытки и шипела, шипела слова на подобие «не стоит» и «не надо». Саше на это было плевать, и она стала усиленно стараться вырвать руку с пистолетом из её хватки. Это было сложно, но она располагала кое-какими силами. Стала ими пользоваться по полной. Она быстро поняла, что её сил будет маловато, тогда, стала пытаться при попытке освободить руку с пистолетом из хватки Семёрки, ещё и ударить её. Так она наверняка отпустить её руку и дело с концом. Пару раз она всё-таки смогла заехать пистолетом ей по голове. Но те удары вышли крайне несильными и кроме как раздражённого шипение у Седьмой не вызвали. Видя с какой яростью Саша желала добиться своего, Седьмая задала ей мысленно вопрос, на который не смогла бы в любом случае получить ответа и тот можно было легко считать риторическим. «Жизнь — тюрьма, смерть — свобода? ТЫ теперь так считаешь?». Саша всё ещё вырывала пистолет с кучей усилий, но этого ей более и не потребовалось, Седьмая сама облегчила ей задачу и даже немного поспособствовала ей в её желании. Первые пару секунд, Саша прибывала в ступоре и лицо её застыло в изумлении. Седьмая резко перестала отдалять пистолет от её головы и прижала его обратно ей к виску. Это удивило Сашу не на шутку. Она ожидала от Семёрки чего угодно, но не этого. Такого, она не ожидала. Была в одном уверена, а тут… что-то случилось, и она засомневалась во всём. А Семёрка отошла от неё на метр и села напротив. А на её лице, появилась улыбка, что была больше похожа на самое натуральное издевательство над Сашей сейчас. «Сделай это. Нам обеим станет лишь легче.» это она прочитала у Семёрки, глядя на её улыбку. Пистолет стал дрожать у виска, а затем упал на плитку, закатившись под кабинку, рядом с которой Саша сидела. Слёзы стали вновь литься из глаз и затем, она заревела. Спустя секунду она оказалась у Седьмой и обняла её. Шок. Всё что испытала в ту секунду Седьмая. Но затем она как-то избавилась от него. Этого можно было ожидать и от более сильных и подготовленных к чему-то подобному людей, а Саша… она разве что знала основы, но не более. Эти дни и творящийся кошмар, ломали её. Если бы не своевременное появление Седьмой пару раз, поломки оказались бы значительнее, но… могли ли они таковыми стать? Ещё хуже, чем сейчас? А может дальше будет только хуже? Сложно всё это… Седьмая лишь положила свою руку ей на спину, и сама приобняла её. Саше в любой другой момент такие объятья оказались бы мало приятными и даже скорее противными, чем не приятными. Семёрка была немного скользкая от слизи, что выделялась через кожу и защищала её от бактерий и всяких заражений. Она была не тёплой и не холодной, она просто… словно ничего. Её температура всегда или почти всегда, равнялась окружающей среде и засечь её тепловизором, от того становилось очень сложно, если вообще возможно. А сама Седьмая была на ощупь твердовата. Всё-таки хитин — прочная штука, но плавные изгибы, от части компенсировали твёрдость, пусть и не полностью. — Я долбаё..ка? — прошептала Саша, не поднимая головы. Седьмая решила сделать вид, что не расслышала её, но Саша приняла это за игнорирование и вполне осознанное и не без причинное, но, пожалуй, так, ей было только лучше. Прошли минуты и вроде как Саша кроме как пускать пару раз в минуту слёзы, больше ничего не собиралась делать до утра, а до утра следовало бы лечь и поспать. Седьмая, одной рукой придерживая её за спину, а второй за ноги, приподняла встав на ноги и направилась медленным шагом к дивану, что она видела среди раскинутых столиков. Седьмая выходя из туалета немного подзабыла о том, насколько она сильно выросла, встав на ноги и ударилась головой об дверной проём. Всё-таки с ростом чуть выше двух метров, это было вполне нормальным явлением, учитывая её забывчивость. Седьмая положила Сашу на диван максимально аккуратно, затем, направилась к выходу. Саша поворочалась, а затем открыла глаза и видя, что Седьмая уходит, сказала немного расстроено: — А как же сказка на ночь? — Седьмая, не оборачиваясь к ней издала лёгкий смешок и скрылась за входной дверью в кафе. — Ну хоть одеялком укрой! — крикнула она ей вдогонку. Затем улыбнулась прикрыв глаза. Не смотря на отсутствие одеяла и сказки на ночь, ей было комфортно и приятно, пусть осадок от произошедшего в туалете, немного портил впечатления, но без него бы всего этого бы не было и… возможно всё это к лучшему. Пока Саша лежала на диване и засыпала, Седьмая залезла на крышу кафе, став следить за обстановкой вокруг. Всё казалось тихим и ничего не предвещающим беды весьма продолжительное количество времени, но всё таки не до самого конца её смены, проблемы отсутствовали… Спустя пару дежурств Седьмой на крыше кафе, ей стали видны фонарики в лесу, что были в паре километров отсюда. Фонариков была добрая дюжина и светили они, казалось бы, из одной точки, но при этом во все стороны. С далека, это походило на очень вялый диско-шар, но у Седьмой имелись другие мысли на этот счёт. Ей не хотелось оставлять на долго Сашу без присмотра, да и к тому же после ТАКОГО. Но она посчитала что важнее будет разведать то место и знать точно, кто это там бродит. Спустившись по стене на землю, она ещё раз проведала Сашу на последок, перед вылазкой в ту аномальную область. Саша спала и сопела, время от времени ворочаясь во сне. Оставлять Сашу вот так, Седьмая не решилась. Она оглядела кафе и обратила внимание на сломанный стул. Она открутила от него его единственную ножку и вставила между рукоятками дверей кафе. Теперь снаружи дверь открыть легко и быстро не выйдет, а отсюда, это займёт не больше пары секунд. Хоть какая-то защита у Саши имелась, пусть и не очень-то надёжная. Седьмая, не теряя больше времени, по стене взобралась на полоток и вылезла через стеклянную крышу кафе и уже после, отправилась к источникам того света в лесу, на предельной скорости. Сомнений не оставалось. Те, у кого были все эти включённые фонарики не двигались, точнее двигаться они двигались, но лишь на одном месте. Причина этого оставалась не ясной для Седьмой до тех пор, пока знакомый аромат крови не за витал в воздухе и не просто за витал, он словно десятикратно превосходил воздух вокруг этого места, на котором устроили не пойми, что, с применением десятка фонариков, светящих во все стороны. Возникали теории насчёт того, зачем нужно светить стольким количеством фонариков во все стороны, но все они казались глупыми и необоснованными. Если это простые люди… не могли, ведь наёмники могли их заметить раньше, чем кто-то ещё из уцелевших, а возможно это была ловушка или приманка? Возможно было абсолютно всё, и сомнений в этом иметься не могло. Вскоре в воздухе перестал царить аромат крови, он доминировал над всеми прочими запахами. Седьмая почувствовала себя на какой-нибудь скотобойне. Там резали сотни коров и прочих копытных, запах крови был бешеным, а здесь… создавалось ощущение, что недавно тут открыли скотобойню посреди леса и та во всю работала круглосуточно. «Ого… нет слов…» да и быть нормальных слов не могло. Кроме десятка самых разнообразных ругательств и целых предложений из одних их состоящих, это единственное что у Седьмой всплыло в голове, что не могло поддаться цензуре. К паре ветвей деревьев. Ветвей, что были всего в метрах двух от земли, были подвешены несколько человек. Каждый оказался подвешен верх ногами, и вся кожа с них снята. Кто светил тогда десятком фонариков? Ответом являлись эти ребята. Из их плоти, торчали их же фонарики, как обычные, так и снятые с их оружия, что сейчас покоилось на земле под ними и принимало кровь, что капала на него с них. Кровь лилась всё ещё обильно. Да и плоть, выглядела свежо. Сомнений оставаться не могло, их всех пустили на мясо, совсем недавно. Кто это мог сделать? Какой смысл отвечать, если, они сейчас сами себя покажут во всей красе? Седьмая подошла к одному из трупов, свисающих верх ногами и встала на ноги, чтобы достать до него. Изо рта убитого, торчал включённый фонарик, который ему затолкали глубоко в глотку, что-то порвав при этом во рту в процессе. Так глубоко затолкали фонарик с той целью, чтобы тот не выпал. Седьмая оглядела остальную часть тела, немного покрутив его. Каждый фонарик торчал глубоко в плоти и сам по себе вряд ли мог выпасть. Она потянулась рукой к фонарику умершего, что торчал изо рта и стала его аккуратными, из стороны в сторону движениям доставать изо рта. Дело подходило к концу, но слух уловил что-то любопытное. Раздался звук подобно тихому свисту или завыванию ветра. Тот стал становится всё громче, словно приближался. Седьмая заметила летящее нечто в себя. Оно было мелким, но летело быстро и прямо ей в голову. Отпрыгивать времени не было, она просто повернула голову надеясь, что это нечто не снесёт ей хотя бы часть головы. С ужасно громким завыванием, пролетело это нечто прямо перед её головой, которую, она повернула в другую сторону. Это нечто было не иначе как оружием. Она это поняла, когда острое лезвие, прошлось ей по боковой части головы. От боли она отошла, издав пару болезненных визгов. Кислота хлынула из раны сразу и попала на труп, став опалять и плавить его плоть до состояния шкварок. Запахло жареным, а вскоре и сгоревшим мясом, от которого, некоторых запросто могло стошнить. Летящее лезвие тем временем, полетело вверх и прошлось по ногам одного из трупов, подвешенного к деревьям. Лезвие оказалось настолько смертоносно, что, фактически не замедляясь, разрезала обе ноги свисающего трупа, от чего тот упал, встретившись с землёй, оставив ноги висеть на верёвке дальше. Затем, лезвие скрылось, но по звуку, оно явно вернулось туда, откуда прилетело — к своему отправителю. Седьмая, оправившись от боли, из-за необходимости, а не из-за сверх выносливости, стала всматриваться во все стороны, но ничего ей не было видно, а запах крови, мешал уловить любой другой запах на его фоне. Это оказалась ловушка и специально для неё, и она даже догадывалась кем та устроена. Вновь раздался этот омерзительный звук. Ей не составило труда определить откуда он исходил. Она встала передом к возможной угрозе. Угроза не заставила её долго ждать и очень скоро стала ей видна. Отбить настолько мелкое и быстро летящее, у неё не было возможности, так она говорила сама себе, чтобы даже не начинать пытаться. Она прислушалась к себе и отпрыгнула в строну, а смертоносный диск с выдвижными лезвиями (насколько она могла разглядеть… или вспомнить?) пролетел не причинив вреда не ей, не ныне умершим (в отличие от первого раза). Как только она отпрыгнув избежала участи быть раненой или убитой диском, ей довелось услышать звук позади себя. Словно кто-то тяжелый, спрыгнул с дерева позади неё. Вновь раздался звук, но он отличался от того диска. Это кто-то обнажил или точнее высунул свои сдвоенные лезвия и готовился к атаке, а подготовка, занимала не больше секунды. Вновь звук, чего-то быстро рассекающего воздух. Лезвие было направленное ей в спину. Она ударила хвостом наугад по нападавшему сзади. Тот ударом лезвий об остриё хвоста, выбил кучу искр и отбил хвост в сторону и тут же приготовился для повторного удара. В этот раз Седьмая избежала удара, откатившись в сторону и удар разрезал лишь воздух. Нападавший находился в маскировке и видеть его было не так легко, а почуять от всего этого аромата крови, и вовсе невозможно. Лишь иногда свет фонариков попадал на него и позволял видеть его как нечто прозрачно расплывчатое, но и этого оказывалось достаточно в придачу к тем звукам, что он и другие могли издавать при атаках, но всё же лучше было бы бежать отсюда. Но Седьмая знала максимум о двоих из них, а где третий расположился, это оставалось в разделе самых главных вопросом сего момента. Если она вздумает бежать, тот может создать кучу проблем. Всё же будет лучше, если она узнает где находится каждый из них, так ей будет легче придумать как бежать без лишних осложнений, а пока нужно потянуть время так, чтобы они все выдали свои местоположения. Нападавший со сдвоенными лезвиями исчез во тьме, стараясь не попадать под лучи фонариков трупов, что от ветра, качались из стороны в сторону медленно и плавно, подобно маятникам. Можно было даже залюбоваться этим зрелищем, оно весьма неплохо успокаивало нервы… не будь в качестве маятников трупы людей, с которых сняли кожу и не исключено что живьём… Вновь стали слышны звуки шагов по сухим листьям и веткам. Она ожидала атаки с тыла или боков, но атака пришлась прямо в лоб. Сдвоенные лезвия со всей скоростью постарались вонзиться в неё поглубже, но длинный хвост, встал у них на пути. Кроме как выбить в очередной раз кучу искр, у них не вышло. Седьмая намеривалась на прыгнуть на нападавшего и повалив того на землю, вывести его из игры, но со спины раздался знакомый звук ломящихся под ногами веток с сухими листьями. Теперь на неё напали с тыла, как она в самом начале и думала и в кое какой мере надеялась, но с двумя противниками с разных сторон, это не то, на что она рассчитывала. Хвост был занят и кроме как отпрыгнуть в очередной раз, у неё не оставалось выбора. Так она и поступила. Отпрыгнув в бок, она могла видеть обоих нападавших в момент, когда луч фонарика частично упал на них. Те двое не спешили продолжать атаку, хоть в начале они явно хотели биться до победного конца. А что спрашивается изменилось? Теперь она отпрыгнула в сторону и оказалась от них на не большом расстоянии. Раздался незнакомый ей звук. Подобно выстрелу, но тот в разы тише звучал. Она не сомневалась, что стреляли в неё и вновь отпрыгнула, а на землю рядом с нею, угодила сеть, что выглядела тяжелой, да и сделана из какого-то материала на металл похожий, но скорее всего какой-то особенный сплав... наверняка для ловли таких как она. Двое нападавших подняли своё оружие (сдвоенные лезвия и копьё) пошли прямо на неё. Седьмая подняла хвост. Со всей скоростью направила тот остриём в того, пользующегося лезвиями. Он остановился и поднял лезвия, дабы отразить удар, а тот что с копьём, ускорился, дабы быстрее нанести по ней свой удар. На это она и рассчитывала. Перед самыми лезвиями того, что вроде как стал мишенью для хвоста, она направила хвост в другую сторону, в сторону копьеносца. Тот с лезвиями заорал, видимо предупреждая товарища по оружию, но тот не успел ничего сделать и хвост ударил боковой частью тому в бок, чуть ниже подмышки. Раздался лязг металла и боец с копьём, полетел в сторону от столь ощутимого удара. Тот что с лезвиями, издал боевой клич по всей видимости и с удвоенной скоростью, пошёл на Седьмую. Ей было не так уж и легко избегать его яростных атак, так что, часть из них её настигла. Но они всего лишь нарисовали на ней пару глубоких царапин, одну из них его лезвия нарисовали на её ладони. Мимолётный взгляд на ладонь, из которой текла кислота, хватило для того, чтобы придумать дальнейшие действия против него. Очередной удар правой рукой лезвиями с верху-вниз. Седьмая схватила его руку за запястье и стала удерживать, от нанесения удара. Охотник не стал терять время на попытки освободить руку и нанёс удар второй, свободной рукой, не надеясь на быстрое освобождение другой руки. Седьмая подставила лезвие хвоста и вновь кроме искр, больше никакого наглядного результата от его атаки не было видно. От удара о хвост, его рука немного подалась назад. Седьмая воспользовалась этим, нанеся удар хвостом по ногам. У него на ногах имелись броне пластины и кроме как сбить его с ног, ей не удалось ничего, но ей этого оказалось достаточно для её коварного плана. Пусть воин не упал не на спину не на живот, но он всё же упал на колено, дабы не допустить падения на спину или живот, это в его положении означало гибель в бою с ящером. Он это понимал и вновь ударил свободной рукой. Хвост немного помешал удару, но лишь немного, этого оказалось достаточно. Об хвост, его лезвия замедлились, и Седьмая без проблем увернулась от атаки, а затем, она прижала со всей силой ладонь, из которой лилась кислота из раны. Прижала она свою ладонь к его маске. Охотник оттолкнул Седьмую от себя, собрав все силы моментально поняв, что та сделала и тут же принялся снимать маску крикнув что-то. Раздался подобный крик в ответ с дерева и с него, спрыгнул ещё один воин, но на голову повыше двух других. Это тот, у которого на плече была та волшебная пушка. Теперь Седьмая видела его и точно могла сказать, что она оказалась права. Те двое дрались с нею, а этот, в случае её бегства, должен был поджарить её из своего супероружия. Ситуация изменилась до отвратного нападающим уровня и им пришлось поменять первоначальный план. Седьмая не собиралась участвовать в их плане (какую бы роль они ей не присвоили в нём) и побежала прочь. Раздался рык того с пушкой. Последовала пара выстрелов со взрывами не так далеко от Седьмой, но преследования не было и она, затерявшись в лесу переждала в нём некоторое время, а после, аккуратно направилась обратно в селение, дабы проверить, как там Саша в её отсутствие. «Как лицо, Валес?» спросил вернувшийся к Валесу с Мизксом Гром. Валес сидел со снятой маской и специальной мазью на кончиках пальцев, смазывал ожоги от кислоты. Кислота проела в паре мест его маску. Но благо он снял её вовремя и лишь получил пару ожогов, пусть и не слабых, но зато кроме кожи и частички плоти, кислота не проела больше ничего, к примеру: череп. «Нормально с ним всё.» ответил Валес без особого подтверждения в интонации. Гром перевёл взгляд на Мизкса. Тот покачал головой, точно так же, как и Гром секундой спустя. «Маска хоть работает?» спросил Гром. Валес закончив обрабатывать ожог, вновь нацепил маску на лицо. Та работала, но теперь с визором на левом глазу, творилось не пойми что, да и пусть не долой, но всё же контакт с кислотой, навредил её целостности и внешнему виду, но теперь она зато выглядела как маска бывалого, если не легендарного воина. «Да, но не столь хорошо как раньше». Вяло отозвался Валес, вновь сняв маску и принявшись сдирать с неё куски расплавленного металла, что неприятно давили ему на лоб, при ношении её в таком состоянии. «А у тебя как дела?» задал как бы между делом Валес. «Что там с ящером?». «Гадёныш ушёл». Словно это было обычное дело, ответил Гром. «Он скрылся от моего визора и всё. Я его потерял». «А мне кажется, что ты нарочно его упустил». Высказал невесёлое предположении Валес, всё ещё приводя маску в более-менее нормальное состоянии, при котором, она не станет для него той ещё ношей или головной болью. «Извини, мне было важнее узнать в порядке ли с тобой всё». Таков был ответ Грома. Валес усмехнулся, но усмешки Грома или Мизкса не последовало и он понял, как его смешок был не кстати. Но всё равно ему было приятно. Гром доказал, что жизнь товарищей, ему может быть важнее трофеев. «Что будем делать дальше?» подал голос Мизкс, которому сидеть в молчании комфорта не вызывало. «То, что делали до этого.» ответил Валес встав на ноги с одетой маской на лице, через маленькие отверстия которой, виднелась маленькая часть его лба. «Вновь займёмся охотой на ящера». «Всё-таки, эта цель нашего здесь пребывания…» казалось согласился с ним Гром. «Но мне лично и человеческих голов в качестве трофеев, теперь кажется более чем достаточно». Мизкс усмехнулся, а Валес покачал головой. Пара секунд прошло, а то место, на котором трое молодых охотников находились, опустело и более никого на нём из их троицы не появлялось впредь.