Выходные

Лучи утреннего солнца, пробираясь через щель в шторах, падали прямо на глаза спящего мальчика. Боруто распластался на спине, руки и ноги раскинуты во все стороны.Одеяло, скомканное, валялось на полу. Он тихо сопел, а его грудь мерно поднималась и опускалась в такт дыханию. Вдруг раздался резкий звон будильника. Недовольно морщась, Боруто проснулся и поднялся с постели. Потом подошёл к шторам, закрыл их, улёгся назад и как ни в чем ни бывало снова заснул. — Просыпайся, соня! — неожиданно раздалось у двери. Боруто, еще более недовольный, открыл глаза, но ничего не увидел: неожиданно в него прилетело одеяло, еще недавно покоящееся на полу. — Ну пааап… — застонал он. Попытавшись выбраться из под одеяла, он понял, что рядом на кровать уселся его отец и всячески мешает это сделать. Боруто совсем разозлился: мало того, разбудили, так еще и не дают просто полежать, понежиться подольше. Из-под одеяла послышалось раздраженное, и можно даже сказать свирепое мычание. В ответ Наруто лишь рассмеялся, но одеяло отпустил. Боруто скинул его на пол, явно не собираясь его складывать в куда более подходящие для него место, и посмотрел на отца. Только сейчас он увидел, что Наруто сидит рядом, а надеты на нем только трусы. Мальчик немного смутился, но продолжал смотреть на голого отца. Наруто этого не увидел – он встал с кровати и направился к окну. Раскрыв шторы он на минуту застыл, засмотревшись в окно. Боруто смотрел на отца. В лучах солнца он мог рассмотреть его красивый силуэт, светлую кожу. Он не отводил глаз от Наруто, рассматривал каждую мышцу, каждый изгиб, хмыкнул, увидев на отцовских трусах сердечки, но больше всего его привлекли упругие, сочные ягодницы, натягиваюшие ткань. Не прошло и минуты, а парень сильно возбудился. Боруто почувствовал как в паху разлилось тепло, его член привстал. Парень вскочил с кровати и быстро побежал в туалет. Наруто удивился – не успел он повернуться, а его сын уже исчез. — Ты где?! — Сейчас! Сейчас! — отрывисто и нервно крикнул Боруто. — Ладно, я жду тебя внизу, – ответил Наруто, не обратив внимание на возбуждение в голосе сына. – Кстати на завтрак кроме рамена у нас ничего нет. Боруто всегда нравился его отец, он любил его, уважал, но с недавнего времени Боруто понял, что он любит его не только как отца, а как мужчину. Боруто всегда восхищался им – герой, хокаге, добрый и заботливый. Младший Узумаки никогда не грустил по поводу того, что у него нет матери, так как отец, по мнению Боруто, был лучшим из всех, и других родителей ему не нужно было. Но сейчас… Сейчас Боруто и не думал, что Наруто Узумаки – его отец. Он представлял в голове силуэт Наруто, его сочный зад и самозабвенно ласкал свой член, сидя на унитазе. У него было много почвы для фантазий об отце – Наруто всегда был раскрепощенным и не слишком приличным человеком. Он не сильно заботился о том, как выглядит, тем более когда находился у себя дома. Поэтому часто Боруто мог видеть его в таком виде, как в это утро. Раньше его это смущало, но он давно привык к этому зрелищу, мало того, ему это нравилось все больше и больше. К тому же парень пошел на одну хитрость, чтобы получить с этого как можно больше выгоды. Наруто часто задерживался на работе. А совсем недавно он так заработался, что прожёг утюгом свой костюм, хотя в этот же день ему нужно было попасть на важное собрание. Пока еле стоящий на ногах и сонный Наруто срочно выбирал в магазине новые рубашки, Боруто по-тихому подложил нижнее белье на пару размеров меньше, чем нужно. Так что теперь Наруто, так и не заметивший, что сделал его сын, часто надевал это самое белье, через которое слишком сильно выделялось, то что оно должно было закрывать, тем самым доставляя Боруто удовольствие и пищу для воображения. Через тридцать минут Наруто наконец дождался, когда его сын придет на завтрак. Старший Узумаки, по-прежнему одетый лишь в нижнее белье, сидел на диване, ел рамен и смотрел какой-то фильм. Это был совершенно не интересен Боруто, но он все равно, взяв свою порцию, сел рядом с отцом. Видя, что Наруто увлечен фильмом, Боруто рассматривал отца, его взгляд скользил по голому телу, пока не остановился на одном прикрытом участке, но и там было на что посмотреть. Узкие боксеры не могли сдержать член Узумаки. Ткань плотно облегала оба яичка - можно было рассмотреть их ребристую кожу. Четкой линией выделялась головка члена, готовая разорвать трусы - так мало место было внутри. Боруто даже подумал, что он перестарался, когда выбирал их в магазине. — Что мы будем делать, пока у тебя выходные? — Ммм... — попытался ответить ему Наруто, но оторваться от рамена он не захотел. Так что снова наступила тишина, только громко играла музыка в фильме. Вдруг послышались очень узнаваемые звуки – началась любовная сцена. Причем снятая с видимым энтузиазмом, не скрывая детали и подробности. Обоим Узумаки стало неловко, но переключать никто не стал. Боруто заметил, что отец уже не ест рамен, а с интересом наблюдает за происходящим на экране. Он увидел, что в его трусах поднялся бугорок, посмотрел на лицо отца – тот не замечал пристального взгляда сына. Когда сцена кончилась, Наруто как ни в чем не бывало продолжил есть рамен. Только периодически он облизывал пересохшие губы, не в силах скрыть свое возбуждение. Боруто вдруг так захотелось поцеловать его в эти губы, прижаться к нему обнять и заняться тем же, что недавно вытворяла влюбленная пара в фильме. — А ты бы чем хотел заняться? — неожиданно спросил Наруто. — Ты это о чём? — через чур удивлённо спросил Боруто? — Ну ты спрашивал, что мы будем делать в мои выходные. — а ты об этом… Ну… Может быть поедем за город. Может быть в поход: в горы или к реке? — Боюсь это слишком долго... — тихо проговорил Наруто, явно боясь расстроить своего сына. Но тут у него промелькнула одна идея, которую он посчитал очень удачной. — А может сходим на горячие источники?