Присядь путник....

      Вечер близился к концу. Маленький мальчик лет семи от роду лежал на своей кровати возле окна и читал толстую книжку со старинными сказками. На нём была белая сорочка, говорившая о том, что он готов ко сну. А белоснежные волосы распущены и разметались по всей кровати. Красивые ярко-зеленые глазки бегали по строчкам не желая отрываться от увлекательного рассказа. Лишь только голос старшего брата зашедшего в комнату, чтобы проверить младшего, отвлек его. Не смотря на то, что в комнате было относительно светло, в темных уголках комнаты светили канделябры. —Эри, пора спать – прошел высокий черноволосый мужчина в комнату. На нем была сероватого цвета ночная рубашка и черные брюки, а длинные волосы были заплетены в легкий хвост обычной шелковой лентой. —Но я хочу ещё почитать – поднялся на колени мальчик, когда брат сел на край кровати, убирая светлые волосы братишки —Понимаю, но время уже позднее – ласково улыбнулся мужчина, поглаживая малыша по головке – …А хочешь, я расскажу тебе сказку? —Сказку? – Эри был удивлен, что брат вообще знал сказки – Неми ты же знаешь по большей части легенды и то они жуткие. Неми неловко улыбнулся и ответил, почесав указательным пальцем щеку: —Ну да это можно сказать легенда, но обычные люди принимают её за сказку. И она не совсем страшная, тем более я бы не стал рассказывать поистине ужасные вещи. Ну так… Хочешь послушать? – улыбнулся Туманный лорд смотря на маленький комочек света. —Хочу! – загорелись маленькие глазки. Эрит соскочил с кровати и убрал книжку на полку не забыв сделать закладку на том месте, где он остановился. Закончив, вернулся на кровать и сел рядом с братом. Тот усадил малыша к себе на колени и начал свой рассказ. «Это было давным-давно. В одном небольшом поселке жил злой презлой фермер. Никого он не любил, да и люд честной обходил его стороной. Уж сильно злой был. Ни поговорить с ним, ни стопку не выпить. Сколько народ не пытался с ним поладить всё без толку. Всех от себя гнал. И ладно если б только с людьми не ладил, так ещё и собственную скотину не щадил. Даже своего коня. А конь красивый был, редкий. С жемчужной шерстью и гривой золотой. Его так и звали Жемчуг. Изящный, статный, но сильный, с легкостью тягал на себе тяжелую телегу. Любой купец бы все отдал за такого коня. И много раз проезжающие купцы упрашивали старика продать коня, но тот не соглашался, а порой и вовсе гнал, взашей грозя ножом. А коню не сладко жилось у того старика. Часто терпел гнев хозяина, который в порыве неясной злобы, иль же по пьяни, нещадно бил жеребца, оставляя без еды и воды, запирая в стойле…» —А почему он бил коня? Он же ни в чем не виноват! – спросил малыш, искренне жалея бедное животное —Кто знает – покачал головой мужчина – Злой тот старикан был, да с головой всё не в порядке было. Вот и срывал злость на первом, кто попадался. Слушай дальше! Малыш кивнул и Неми продолжил свой рассказ. «Редко, но ласков был хозяин с ним, но даже мимолетная ласка не могла излечить шрамы на шкуре жеребца и накормить того досыта. И пусть на миг Жемчуг забывал про жестокость хозяина, но обида копилась в его сердце. И с каждым днем разрасталась как сорняк, оплетая разум и душу животного. Что не могли не заметить злые духи и дети тьмы. Они стали шептать в разум коня темные, но правдивые слова. —Думаешь, он справедливо с тобой поступает? – шептала темная сущность коню на ухо – Бьет тебя, морит голодом. Разве ты заслужил это? Думаешь, он любит тебя? —Но он мой хозяин… – неуверенно отвечал несчастный —Не обманывай себя! Вся его любовь это ложь. Ты же сам это прекрасно видишь. Ничего не измениться, пока ты сам не возьмешь дело в свои руки! Мы можем тебе помочь. Только согласись – лукаво предложила сущность, но давить не стала. У них было терпение и они готовы ждать очень долго. На это Жемчуг лишь закрыл глаза, мысленно прогоняя голос из своей головы. Но как бы он не сопротивлялся им, понимал, что сущности были правы. Долго сопротивлялся уговорам, но всему был предел. В один злополучный день было невыносимо жарко, хозяин снова напился и запер своего скакуна без еды и воды. Жемчуг искренне считал, что это ненадолго, но прошло два дня, три… Хозяин так и не явился. Животное было истощено и очень сильно хотело, есть и пить. Он лежал обессиленный в своем грязном стойле, готовый уже умереть, но сущности снова с ним заговорили. —И это, то чего ты хотел? Всё еще любишь его? Он не пришел. Бросил тебя. Променял на выпивку. Всё ещё хочешь отказаться от нашего предложения? Жемчуг не знал что ответить, да и сил не было что-либо отвечать. Лишь слабо отфыркнулся от сущности, но слова всё-таки пробудили старые обиды. —Ну-ну не отказывайся. Ты умираешь от голода. Возможно это твой последний шанс. Соглашайся и мы дадим тебе силу! И тебя больше никто не сможет ударить и обидеть! Мы даем своё слово! И Жемчуг согласился. В глубине души он действительно хотел этого. Хотел счастливой жизни. Чтобы его любили. Старые обиды и злость смешались с темной силой, как и тело коня, создавая кокон. Была уже глубокая ночь. Хозяин спал в пьяном бреду в своем ветхом домишке за столом, в окружении пустых бутылок из-под алкоголя. Он бы и дальше так спал, но его вдруг разбудил отчетливый звук топота копыт. Кряхтя и смачно сплюнув, старик заорал хриплым голосом, чтоб убирались подальше. Топот исчез. Но стоило старику начать проваливаться в дрему, как дверь с противным скрипом открылась. Тот испуганно вскочил и выбежал, но никого в округе не оказалось. Проворчав что-то про ветер, старик зашел в дом, крепко закрыв за собой дверь. Он снова уселся на свой стул, налил остатки пойла в стакан и отправил себе в рот. Снова послышался топот копыт и кто-то постучал в дверь. —Кто там? – грубо спросил, недовольно посмотрев на содрогнувшуюся от удара дверь. За ней кто-то неразборчиво прохрипел. От странного хрипа прошли мурашки по коже, но старик не обратил на это внимания, лишь разозлился на не званого гостя. Громко обругав неизвестного, старик снова налил себе алкоголя и выпил. —Четче говори, что надо и проваливай! —Еды… – прохрипели ему в ответ. Хозяин фермы злобно посмеялся. —Нет у меня еды.. Ик… Проваливай! Топот копыт стих и голос тоже. Старик уже было обрадовался, что незнакомец ушел, но вдруг заметил в окне силуэт своего коня. Не веря, он подошел и стал высматривать, но никого не было. Ни коня, ни попрошайки. Стоило расслабиться, как в окне резко появилась лошадиная морда. Но лошадиная морда ли?... Старик не успел рассмотреть. Резко вскрикнув, он, закрыв глаза от ужаса, отпрянул и упал на деревянный пол. Доски противно скрипнули под его весом. Открыв глаза полные страха, его взгляд устремился в окно. Но там никого не было. Он схватил со стола нож и направил на дверь, за которой снова прозвучало цоканье копыт. Старик неистово закричал, грозясь тем, что зарежет. Внезапно всё стихло. Дверь с легкость начала открываться, и старик увидел….» —А этот эпизод я пропущу – прервав рассказ, сообщил Неми —Почему? – удивился Эри, ему было немного страшно, но хотелось знать, что было дальше. —Потому что ты маленький ещё – и легонько ущипнул за маленький носик и продолжил. «Через несколько недель, когда жители деревни забеспокоились из-за очень долго отсутствия фермера. Несколько мужиков собрались и наведались в дом. Но никого не нашли. Только темно-красное пятно на полу у входа. Да разбитые бутылки по всей комнате. Сколько не искали, но так и не нашли фермера». Голос мужчины вдруг стал тихим и зловещим, а огоньки свечей предательски задрожали и уменьшились. «И с тех пор каждую ночь возле этой фермы слышен топот лошадиных копыт. Все кто ходил туда поздней ночью, пропадали бесследно, сколько бы их не искали. Если услышишь вдруг звук копыт, но никого в округе нет. То беги пока не поздно. Закрывай дверь и окна на замок и ни за что не открывай, если вдруг кто-то постучит в дверь и станет просить еды. Потому что если ты откроешь то тебя!…» Огни резко погасли, и Эрит испуганно закричал, прижимаясь к брату и начиная тихонько плакать. Послышалась возня и в комнату вбежали старшие братья. —Неми! – грозно прокричали все четверо братьев и стали отчитывать Неми, при этом успокаивая малыша. Когда Эрит успокоился, его уложили спать и, пожелав доброй ночи, разошлись по комнатам. Но через несколько минут он прибежал к Неми, сказав, что кажется, слышал топот копыт на улице.