I hate you so much

— Не думала, что когда-нибудь буду испытывать такую сильную ненависть к человеку, — выдохнула я, опускаясь на кровать подруги, которая была занята написанием плана проекта по истории Великобритании. — Просто не обращай на него внимания, Эль, — ответила Даниэль, не отрывая сосредоточенного взгляда от монитора. — Я уверена, Томлинсон отстанет от тебя, как только ты начнешь игнорировать его. — Ты не понимаешь, — я тяжело вздохнула и прикрыла глаза. — Лиам обращается с тобой, как с принцессой, а мне не так повезло с парнем. Дани усмехнулась. — Именно, — продолжила я, — у меня нет парня, а это еще одна причина, по которой, я уверена, Томлинсон портит мою жизнь. Дани понимающе кивнула, но так и не посмотрела на меня. — Даже дома я не чувствую себя в безопасности, так как моя мама дружит с Джоаной и каждый вторник семья Томлинсон приходит к нам на обед. Я провожу время с младшими сестрами Луи, а он сидит рядом и действует мне на нервы. Можно подумать, мне недостаточно его издевательств в школе. Даниэль рассмеялась, неудачно пытаясь скрыть это за кашлем. — Это не смешно! — я кинула в Дани подушку. — На прошлой неделе он запихнул в мой ланч сушеных жуков, позавчера положил в конспект по испанскому фото голой девушки, который я, кстати, сдала мистеру Фримену, а вчера... — Я поняла, поняла, — Дани, наконец, повернулась ко мне лицом. — Луи гаденыш а ты просто ангел. Эль, прошу, дай мне закончить проект и мы поговорим обо всем, что тебя тревожит. — Хорошо, — кивнула я и вновь уставилась на глупые обои в комнате Дани. — Ты не думала... — Колдер! — повысила голос брюнетка. — Молчу, молчу, — усмехнулась я, — но тебе, правда, стоит сменить эти обои... Спустя секунду, я была выставлена за дверь. Пожав плечами, я спустилась вниз и, растянувшись на диване семейства Пизер, включила телевизор. *** — Эй, просыпайся, — Дани потрепала меня по плечу спустя несколько минут. — Я закончила, и теперь мы можем поговорить о твоем любимом Луисе. — Пизер, прекрати издеваться, — я потерла затекшую поясницу и приняла сидячее положение. — Сегодня я не хочу слышать ничего, что может напомнить о Луи, поэтому давай обсудим школьный пром. Я присмотрела такое классное платье... — Как тебе моя новая пижама? — Даниэль встала с кресла, демонстрируя полосатый топик и такие же шорты, с явным намерением разозлить меня. — Неплохо, — усмехнулась я. — А тебе нравится новая прическа Лиама? Мне кажется, ему не стоило так коротко стричься... — Так о каком платье ты говорила? * * * После вечера, проведенного в компании Дани, я едва успела домой к десяти вечера. — Привет мам, привет пап, — быстро проговорила я, снимая парку. — Я сделала домашнюю работу у Даниэль и теперь иду к себе. Но мне не удалось быстро прошмыгнуть в свою комнату. — Элеанор, подойди сюда, — позвала мама и я, заранее приготовившись к худшему, прошла в кухню. Обычно мама называет меня — Элеанор, только когда я что-то натворила, или когда ей что-нибудь от меня нужно. Никаких ужасных поступков, совершенных мной за последние сутки я не могла вспомнить, а значит, мама хочет занять меня каким-нибудь бесполезным и отвратительным делом. — Ты помнишь, какой завтра день? — многозначительно спросила мама, протягивая мне чашку мятного чая. Я сделала глоток, пытаясь вспомнить предстоящие праздники, но мне не удалось вспомнить ничего подходящего. — Эмм... — я поставила чашку на стол. — Годовщина вашей свадьбы? Именины тетушки Габриэль? День Святого Патрика? — Нет, — усмехнулась мама, протирая стол, — завтра четверг. Ты не забыла о... — О, нет, пожалуйста, только не это, — простонала я. — Я не хочу снова сидеть с близняшками Томлинсон и с их глупым братцем. — Можешь быть спокойна, Эль, — мама потрепала меня по плечу. — Луис будет у друзей. С Дейзи и Фиби посидишь ты. — Я не хочу... — протянула я, стараясь надавить на жалость родителей. — Не понимаю, почему ты так не любишь их, — сказал папа, не отрываясь от газеты. — Мистер Томлинсон хороший человек, его жена печет потрясающие кексы, а их дети просто ангелы. — Я хорошо отношусь к Томлинсонам, — сказала я. — Но их сын - исключение. Он мне не нравится. — И почему же ты не любишь Луи? — спросила мама. «Потому что он ничтожество, которое превращает каждый день моей жизни в ад» — пронеслось в мыслях, но произнести это вслух я не решилась. Посвящать родителей в наши "непростые" отношения с Луи будет лишним. — Потому что это так, — пожала плечами я и тяжело вздохнула. — Ладно, я посижу с ними. — Ты мой ангел, — благодарно улыбнулась мама и обняла меня. И почему я готова идти на такие жертвы ради пятнадцати фунтов в час? — А ведь раньше ты и Луи дружили, — с улыбкой произнес отец, откладывая газету. — Я помню, как вы были маленькими и играли в домике на дереве. — Пап, — я закатила глаза, — не надо предаваться воспоминаниям. — Вы и правда были хорошими друзьями, — поддержала его мама. — Всего пару лет назад мы были уверены, что ты и Луи будете идеальной парой, поженитесь, заведете детишек... Что не так с моими родителями? — Вы оба какие-то странные, — сказала я, поставив чашку в раковину. — Какая свадьба? Какие дети? О чем вы вообще? — Но ты и Луи дружили... — начала было мама, но мне пришлось ее перебить: — Теперь мы даже не общаемся, — сказала я, — и давайте закончим этот разговор. Я устала. Пожелав родителям доброй ночи, я поднялась к себе. Почистив зубы и переодевшись в пижаму, я уже хотела лечь спать, когда мое внимание привлекло окно соседского дома. Да, я настолько неудачница, что мой дом находится рядом с домом семьи Томлинсон. Я просто воплощение всех клише американских фильмов про тинейджеров. Обычно около полуночи, Луи кри­чит мне из ок­на сво­ей ком­на­ты что-то вро­де «уродина», а я показываю ему средний палец, и на этом мы за­кан­чи­ва­ем. Это уже ста­ло ка­кой-то глу­пой тра­дици­ей. Неч­то, вро­де ве­чер­не­го чая или прос­мотра те­леви­зора пе­ред сном. За окном я видела, как Луи сидит в своей комнате и держит в руках книгу. Не думала, что его интересуют книги. В моем понимании, он был одним из тех парней, которые проводят вечера в компании журналов для взрослых, но никак не книг. Хотя, вполне возможно, что он читает «пособие для чайников». Томлинсон, видимо почувствовав мой взгляд, повернул голову. Улыбнувшись, он захлопнул книгу и подошел к окну. Он поднял раму и, высунувшись из окна, закричал на всю улицу: — Элеанор Колдер! Если ты не прекратишь следить за мной, я сообщу полиции, что ты меня домогаешься! И до меня донесся его заливистый смех. — Чертов идиот, — пробормотала я, бросив хмурый взгляд на парня. Томлинсон все еще стоял у открытого окна и смотрел на меня с гадкой ухмылкой. С трудом подавив дикое желание стереть эту гримасу с его физиономии, я отвернулась от окна, и, расчесав волосы, выключила свет.