1888

- Это что значит: “Я не хочу праздновать свой день рождения”? - Саше казалось, что он слышит, как нервно стучит нога Ярика по полу даже сквозь динамик телефона. - Ну да, не хочу праздновать. Мне тут особо и не с кем. А с тобой мы и так вечера напролёт убиваем. Словно нам для очередного заруба в Tekken нужен повод, - Казьмин отложил в сторону маркер, которым только что выделял необходимый текст в конспекте. - Ты и так можешь ко мне прийти. - Но тебе исполняется восемнадцать! Так какого хрена, Саша, ты не хочешь отметить своё совершеннолетие? - А что, имеет смысл то, сколько мне лет исполняется? - Да п**дец как имеет! Восемнадцать - это же… Это же теперь всё можно! - вдруг послышался вскрик, а затем звук упавшего тела. И стула. Скорее всего, тело упало со стула и утащило его вместе с собой на пол. - А уголовная ответственность какая, ууу… - Ну ты и зануда, Казьмин! - недовольно пробурчал Баярунас. И непонятно, что было большей причиной его недовольства: отбитая задница или то, что Александр игнорирует свой день рождения. Зима пролетела как-то… Незаметно. За ней пришла весна. Хотя в Питере она особо от зимы не отличалась: снег, дождь, снег с дождём, холодный дождь с градом, снег с градом… И постоянные лужи под ногами. Саше, который так любил пешие прогулки, пришлось оставить это занятие. Он теперь ещё больше посвящал времени учебе, и единственным его “проблеском молодости” был Баярунас, который мог завалиться к Саше в час ночи, едва ли не с ноги открывая дверь, и тащить его шарахаться по ночному Санкт-Петербургу, по уши в мокром снеге и грязи. Выходные тоже проходили под эгидой “Саш, ну я тут у тебя посижу, а ты занимайся!” Конечно же, когда у тебя над ухом жужжит особь по имени Ярослав, ни о каких занятиях и речи быть не может. К ноутбуку был куплен специальный шнур, который подключался к телевизору, выводя изображение на экран. Дни пролетали за бесконечными играми, а ночи - за фильмами и сериалами. Про каникулы вообще страшно говорить. В это время Ярик и вовсе поселился у Саши в квартире, как в старые добрые. Они продолжали заниматься вокалом, о делах группы не было слышно, да Казьмин особо и не интересовался. Молчит Ярик и молчит, значит, всё плохо. - А мы всё равно его отметим! - выдал Ярик, стукнув кулаком то ли по полу, то ли по столу. - Да так отметим, что не забудешь! - Алкоголь вряд ли будет способствовать запоминанию, - тихо хохотнул Казьмин, потерев уставшие от света экрана и перечитывания рукописного текста глаза.​ - Да ты чо, какой алкоголь? Казьмин, ты какого обо мне мнения?! - Самого что ни на есть хорошего, но… - Ладно, я тебя понял. Никакого алкоголя.​ Саша очень надеялся, что ближе к дате Ярик всё-таки оставит эту идею с празднованием дня рождения. Это был будний день, не очень нагруженный, но Александр все-таки хотел бы оставить вечер для дополнительных занятий. Ах да… Какие занятия, если дверь опять распахнёт нога в берцах и раздастся: “За**ал киснуть, го гулять!” И вот оно, страшное… 23 апреля.​ Саша весьма нехотя в тот день шёл в школу, ожидая, что на нём с порога повиснет патлатое тело в кожаной куртке с воплями: “С днём вылупления!”, но… Ярика не обнаружилось на пороге. И в коридоре потом тоже. Казьмин даже начал паниковать, а не устроил ли этот шкет очередной бунт и не начал ли снова прогуливать школу? Но вот третья перемена, все старшее звено ринулось в столовую, и Саша в том числе. И в очереди к буфету он увидел знакомую патлатую макушку, обладатель которой что-то усердно объяснял стоящей рядом учительнице, мощно жестикулируя. Картина была отменная. Ярик, взмыленный, словно только что пробежал несколько кругов по стадиону, с закатанными рукавами рубашки, на руках виднелись разноцветные следы краски, та же краска была и на самой рубашке, и на щеках, и даже в волосах. Чем ближе Саша подходил, тем больше он видел деталей. Рубашка была какой-то старой, поэтому отдать её на растерзание краске было не жалко, на ногах - потертые в хлам джинсы с дырами на коленях. И тоже всё в цветных подтеках. Из обуви - кеды. - Да всё будет круто, зуб даю! Я все младшие классы плакаты рисовал и сейчас помогу! - Да уж, по тебе видно, помощник, - учительница усмехнулась, осмотрев ученика с ног до головы. – Может, перерыв, и вечером доделаешь? - Не, у меня вечером планы… - тут Ярик краем глаза заметил Сашу, который двинулся к концу очереди, приподнялся на носочках и замахал руками. - Казьмин! С днём рождения! Саша даже голову в плечи втянул. “Баярунас, мать твою…” Получив свой обед, Саша направился к дальнему столу в помещении, буквально затылком чувствуя, как его медленно провожают взгляды других учеников. День рождения, и никого не пригласил? И ничего не слышно? Казьмин ел, опустив голову в тарелку, но дёрнулся, когда услышал звук отъезжающего стула. - Ну чо, вечером у тебя? - Ярик, б**ть… - тихо прошипел Саша, поднимая глаза на счастливо улыбающуюся веснушчатую мордаху Ярослава. - Тебя кто просил так орать? Подошёл бы и поздравил спокойно. - Ой, а не похер ли тебе? Мы тут всё равно изгои, на нас и так смотрят постоянно. - А ты чо сегодня такой… пёстренький? - Саша ткнул пальцем на большущее пятно красной краски на руке Ярика. Тот отмахнулся. - Да меня вчера прям на выходе выловили. Типа, праздник какой-то в школе, нужны плакаты, украшения. Вот меня и впрягли. Пообещали пятерки по нескольким предметам. - А, ну если за пятёрки… - Слышь, тут не все такие умники как ты, кто мозгами зарабатывает! - Поэтому ты решил заработать руками, стоя раком на полу... - Заткнись! - Ладно, ладно. - Значит вечером у тебя. Я всё принесу, - Ярик хлопнул ладонью по столу, заставив Сашу снова вздрогнуть, и поднялся на ноги. - Мы же договаривались - без алкоголя. - Ничего не знаю! - засмеявшись, Ярик вприпрыжку удалился из столовой, оставив Сашу в гордом одиночестве и полном непонимании происходящей ситуации. - Вот же… Козёл… ************************************************************************** - А ты не забыл, что нас всего двое? - Да ладно тебе, это же всего лишь пиво! - Ага… Пиво… Ящик пива! Б**ть, Ярик! Это словосочетание слишком часто стало звучать из уст Саши. Но других слов у Казьмина просто не было. - Откуда ты его вообще взял? - Саша скептично осмотрел стоящий на столе пластиковый ящик, в котором ровными рядами стояли стеклянные бутылки с пивом. - Отец купил. - И как ты его уговорил? - Ну… Я сказал, что мы отмечаем день рождения. Человеку восемнадцать лет, ну вспомни себя в этом возрасте, и так далее… - И он купил целый ящик. - Ну да. - А, то есть ты не уточнял, сколько нас тут будет. - Да ладно! Останется - в холодильник поставишь. Потом выпьешь. - Я не пью пиво. - Значит, я буду приходить и пить. В течение часа, пока Ярик бегал до магазина и обратно, кухня обрастала всякой едой. В холодильнике рядом с пивом встал главный атрибут дня рождения - торт со свечами. Его наличие Сашу позабавило, так как торт был рассчитан явно на большую компанию… Ну, или на одного Ярика.​ Живоглотские способности этого тощего подобия чёрной дыры Саша знал точно. Сжиралось всё, что плохо лежало. И даже если оно лежало вне досягаемости, доставалось и сжиралось! Поэтому Саша, который обычно закупался малыми количествами продуктов, стал частым клиентом в магазине около подъезда. Даже обзавелся картой постоянного клиента. Но самое смешное было то, что нередко Ярослав приносил еду с собой… Видимо, отец Ярика давал ему очень большие карманные, раз для патлатого было абсолютной нормой прийти к Саше с полным рюкзаком всяких печенек, йогуртов и фруктов, а потом упасть на диван и все это поедать. Вот и сейчас кухня обрастала едой явно на одну персону. А потом ещё и пиццу привезли. Три коробки. Саша с ужасом смотрел на все это. В какой-то момент виновник торжества уполз в комнату, чтобы глаза его не видели всей этой жратвы, от количества которой становилось дурно. Саша никогда не думал, что отмечать день рождения на двоих может быть весело. Ну как весело… Это был их стандартный вечер: пару песен под гитару, заруба в какой-нибудь файтинг через ноутбук. Разве что сейчас все подстёгивалось наличием пива под рукой. Правда, пили они не очень много. Словно наличие отбило желание. И вот они сейчас сидят на полу в комнате, рядом лежат три пустые коробки из-под пиццы, катается несколько опустошённых бутылок, на табуретке - коробка торта, в который воткнуты две ложки. Два парня, два лучших друга, сидели впритирку друг к другу, ломая геймпады в своих руках, лишь бы одержать победу. По комнате то и дело разносится смех, ругань и вопли победителя! Наверное, лучшего праздника Саша и не мог пожелать. Слишком много всего произошло за такой короткий промежуток времени. Они с Яриком ссорились, мирились, дрались, опять ссорились и снова мирились. Словно они и правда были парой, коей их считали в школе. После очередного боя Ярик устало опустил руки, тяжело дыша. Волосы он собрал в высокий пучок на голове, так как после выпитого, пускай и небольшого количества, стало жарко. Лицо патлатого раскраснелось, глаза блестели, а на губах играла шальная улыбка. Саша косо посмотрел на него и… Вдруг залюбовался. Настоящий Ярик был куда приятней, нежели та колючка, которой он старался казаться при знакомстве.​ Наверное, Казьмин бы все списал на алкоголь, если бы… - Ярик, - тихо позвал Саша. Тот не сразу обернулся, а направив свой взгляд на Александра, замер. Они смотрели друг другу в глаза, словно устанавливая какой-то контакт. Казьмин двинулся чуть ближе, действуя очень осторожно, словно Баярунас был диким зверьком, которого можно спугнуть, но тот застыл, словно олененок в свете фар. - Я… Я пойму, если ты меня снова ударишь… До Ярика не сразу дошло, что же Саша собирается сделать, но когда понял, почему-то бежать, как в прошлый раз, не захотелось.​ Их губы встретились в каком-то неловком, кривом поцелуе. Саша наклонил голову набок, стараясь как-то исправить ситуацию. Он положил ладонь на шею Ярослава, осторожно притягивал его к себе ближе, а второй рукой нашёл его руку, накрывая сверху. Ярик, застывший буквально на мгновение, медленно подался вперёд, неумело отвечая.​ Саша невольно открыл глаза. Почему-то сейчас ему хотелось увидеть лицо Ярика. И от этого зрелища защемило сердце. Он сейчас был так близко, что мог рассмотреть каждую веснушку на худых щеках, рассмотреть светлые ресницы, которые оказались просто нереально длинными, но почти невидными. Словно переживая увиденное, Александр снова опустил веки. Казьмин почувствовал, как тонкая, прохладная ладонь тоже ложится ему на шею, как Ярик освобождает руку из-под ладони Саши и обнимает его, медленно прижимаясь. Они отстранились друг от друга не сразу. Долго, непростительно долго и пристально смотря друг другу в глаза, находясь так близко, что их губы едва ли снова не соприкасались. Первым отмер Саша. Он притянул Ярика к себе ближе, готовый, что в любой момент патлатый попытается вырваться у него из рук, но тот не вырывался, а наоборот, прижался крепче, обвивая руками шею. - Саш… - Да? - Зачем ты это сделал? - Тебе не понравилось? - Это неправильно... Так нельзя...​ - Неправильно... И что?​ - И... И ничего...