Между "правильно" и "хочу"

      Проснулась Максин от громкого хлопка двери. За окном ещё было темно, часы на прикроватной тумбочке показывали пять утра. — Да как ты посмел, кобелина плешивая?! — оглушающе громкий крик совсем рядом.       Макс очень хотелось, чтобы это был сон, но нет. Рэйчел Эмбер собственной персоной стояла возле кровати и пыталась стащить с них одеяло, испепеляя её взглядом. — Какого хрена ты творишь? — Нейт вырвал ткань у неё и рук, оттолкнув.       Максин всё ещё была в шоке, поэтому лишь сильнее закуталась в одеяло. — Я? Ты её трахаешь, а как что творишь, то сразу я?! — истерила девушка и замахнулась, чтобы дать ему пощёчину, но парень перехватил руку. — Мы расстались, дура! — Не по настоящему! — заорала она в ответ.       У Колфилд внутри всё оборвалось. Как он мог? — Что? — только и смогла выговорить она. — А как? — на несколько секунд в комнате воцарилась гробовая тишина.       Нейтан хотел провалиться сквозь землю, лишь бы только не видеть сейчас этого взгляда голубых глаз, не слышать этого вопроса. — Расскажешь ей? Или я сама? — ядовито спросила девушка, которую Прескотту сейчас хотелось придушить. — Заткнись! — зло рыкнул Нейт, но её это лишь позабавило. — Нейтан, — с мольбой в голосе обратилась к нему миниатюрная шатенка, едва сдерживая слёзы. Она очень надеялась, что он сейчас всё объяснит, но догадывалась, что правда ей не понравится. — Прости. Я… проспорил ей желание, — слова застревали в горле, царапая, душа. — И она загадала переспать с тобой, — видеть как слёзы катятся по щекам любимой девушки было невыносимо. — Но пока я выполнял его, я правда тебя полюбил. Ты и правда та. — Ой как трогательно, — закатила глаза Эмбер. — Проваливай, блять, — парень указал ей на выход.       Сделав вид, что послушалась, она открыла дверь, но вдруг достала телефон и попыталась сделать фото, однако чаша терпения Прескотта уже была переполнена. Он выдернул телефон из её рук и кинул его куда-то в коридор. — Уёбок, — бросила бывшему парню в лицо Рэйчел и вылетела из комнаты.       Он со страхом обернулся и увидел Колфилд, в спешке собирающую свои вещи, при этом плачущую навзрыд. Нейт подошёл к ней, но девушка не позволила к себе притронуться. — Не смей касаться меня! Я тебе поверила, а ты… а ты… — руки тряслись и из-за слёз почти ничего не видно, поэтому застегнуть пуговицу на джинсах было крайне сложным занятием.       У неё было чувство, что сердце просто взяли и вырвали из груди. — Я правда тебя полюбил, — голос дрогнул. — Всё, что я делал и говорил было искренне. С нашего первого разговора тогда в Сан-Франциско мне действительно было интересно с тобой, была интересна ты. Даже сегодняшняя поездка… — Молчи, Нейтан! — у неё была истерика.       Вопреки её желанию, он обнял её и держал, пока она колотила его руками. — Ненавижу тебя! Я поверила тебе, а ты…       Нейтан отпустил её и молчал. Ему нечего было сказать в своё оправдание, да и как такое можно оправдать? Он прекрасно знал, что сам виновен в том, что любимая девушка сейчас в слезах обувается, чтобы уйти и не возвращаться. Прескотт слышал, что она клянёт его на чём свет стоит, но слов разобрать не мог. Однако последнее, полное презрения и обиды, обжигающее «ненавижу» отчётливо отпечаталось в его памяти и ещё долго звенело эхом в тишине комнаты. Нейтану хотелось умереть.       Максин выбежала из мужского общежития чудом никого не встретив. Наспех надетая одежда, сковывающая движения совсем её не волновала. Она хватала ртом воздух, задыхаясь, будто выброшенная на берег рыба. Зацепившись за что-то она рухнула на колени и вновь зарыдала. Девушка не понимала за что он с ней так, как он мог. Тот Нейтан, которого знали все, богатенький мудак, сорвиголова и завсегдатай тусовок, безусловно, мог и запросто. Но тот Нейт, которого знала она был не таким. Он нежен, ласков и заботлив. Но раз он с самого начала играл с ней и её чувствами, то не ошиблась ли она? — Дура, как я могла ему поверить? Хлоя же предупреждала… да и Уоррен тоже… — бормотала Колфилд себе под нос.       Когда пальцы онемели от холода, дорожки от слёз замёрзли на щеках, а сил не осталось совсем, Макс заставила себя подняться на ноги и добрести до своей комнаты. По пути девушка старалась не думать о возможности встречи с этой стервой Эмбер или что завтра вся академия будет знать о произошедшем.       Переступив порог комнаты, Максин заперла дверь, бросила куртку на пол и прямо в одежде рухнула в кровать, укутавшись в одеяло. Ещё какое-то время её трясло то ли от холода, то ли от слёз, но в итоге она провалилась в царство Морфея. Пробуждение было тяжёлым. Голова гудела, а часы на прикроватной тумбочке показывали четыре часа дня. Колфилд с трудом заставила себя встать с кровати, чтобы дойти до ванной. По мере того, как сонливость отступала, воспоминания всё сильнее сковывали. Рыдать в душе? До чего ты докатилась, Макс…       Немного успокоившись, хотя и сдерживая слёзы, она отправилась к себе. В коридоре она поймала на себе пристальный взгляд Алиссы. Конечно, все всё знают. Ёбаная Рэйчел. Более того, вся её дверь вновь была исписана «доброжелательными» надписями руки Эмбер. Однако это Макс интересовало не так сильно как-то, что Виктория молча прошла мимо, не отпустив в её сторону язвительного комментария. А ведь она сто процентов знала всё с самого начала. Лучшая подружка как-никак. Колфилд невольно фыркнула от этой мысли.       Заперев за собой дверь на ключ, она решила, что не выйдет сегодня из комнаты. Разве что ночью к автомату с едой. Переодевшись в пижаму, Максин вновь дала волю слезам. Обида душила. Хотелось взять нож и воткнуть ему между рёбер, чтобы он так же захлёбывался от боли, как и она. — Хлоя… нужно позвонить ей.       Девушка принялась искать телефон, но всё напрасно. Пересмотрев все вещи, Колфилд осталась ни с чем. Нет, нет, нет… только не это. Должно быть, уронила его во дворе. Грёбаный Прескотт! Надев первую тёплую одежду, что попалась под руки и накинув на голову капюшон, чтобы не видеть взглядов других студентов, Макс проверила сперва двор мужского общежития, побеседовала с Самуэлем и зашла в бюро находок, но безрезультатно.       Мобильного нигде не было. Однако она сполна прочувствовала какого, когда окружающие буравят тебя взглядом где бы ты не появилась. Кто-то с любопытством, кто-то с насмешкой, а кто-то даже с сочувствием, но смотрят все. Как на зверушку в цирке. Мерзко. — Твою мать… — последняя догадка, которую даже не хотелось предполагаь. Он остался у Нейта.       Около часа она себя уговаривала в том, что телефон ей всё же нужен. Ещё минут сорок заставляла дойти до его комнаты и постучать. Сердце щемило, ноги стали ватными и голос куда-то пропал. Казалось, она и слова не сможет сказать. Она не хотела его видеть. Однако представляя его лицо, ею овладевало одно желание — причинить ему боль.       Хозяин комнаты номер сто одиннадцать вздрогнул от разрушившего тишину звука. Даже собственное дыхание было слишком уж громким, а тут такое. Несколько часов назад он навёл в комнате такой порядок, которого не было никогда. Ему казалось, что если порядок будет вокруг, то он будет и в голове, то станет легче. Но этого не произошло. Зато он нашёл телефон Колфилд и мысль, что она за ним придёт, не давала покоя. Он замирал от каждых шагов в коридоре, так что стук в дверь был сродни удару током. Несколько шагов, поворот ручки и на его пороге миниатюрная шатенка буравит его взглядом своих голубых глаз. И к сожалению, это не Виктория, которая прилетела к нему, едва услышав новость. Это Колфилд. — Отдай мой телефон, — спустя тридцать секунд молчания, что показались годом, процедила она сквозь зубы, глубоко и медленно дыша, чтобы не разрыдаться вновь.       Нейтан молча вынул его из кармана и протянул мобильный девушке. Он пол утра уверял Викторию, что всё в порядке. Прескотт понимал, что Максин не простит ему такое, поэтому решил делать вид, что так и было задумано, что всё было игрой.       Вернув телефон, Колфилд ещё немного простояла, глядя в глаза парню, будто пытаясь найти там ответ за что он так с ней. Макс ждала от него хоть какого-то слова, какой-то реакции, но он просто молчал, глядя куда-то будто сквозь неё. Не выдержав, девушка развернулась и побежала к себе, оставив лишь едва уловимый запах цветов. Горько усмехнувшись, Нейтан решил что нужно сменить обстановку — съездить в Сиэтл.       Он вёл машину будто на автомате, мысли парня были далеко. В его голове вдруг сложился пазл — Нейтан вспомнил разговор полугодовой давности и понял что Рэйчел загадала ему желание не наобум, она это продумала заранее.       В один из вечеров Рэйчел осталась у Нейта и перед сном решила в очередной раз донимать его всевозможными случайными вопросами, которые только могли прийти ей на ум, и среди них затесался и этот. — А переспал бы с тихоней Колфилд? — прозвучало то ли с насмешкой, то ли с издёвкой, он так и не смог разобрать, опешив от самого вопроса. — Чего? Зачем? — Я не спрашивала зачем, я спросила переспали ли бы ты с ней или нет? — Только если на спор, — немного подумав, ответил парень.       В тот вечер вопросов про Максин больше не было, поэтому ситуация и затерялась в памяти. В конце концов, Рэйчел часто вытворяла или говорила что-то сбивающее его с толку. Но потом по возвращении из Сан-Франциско была вечеринка.       Рэй не всегда составляла компанию своему парню на мероприятиях «Циклона», но в этот раз к его большому удивлению она сама изъявила желание пойти с ним, что удивило Прескотта, но он не придал этому большого значения.       Когда время близилось к четырём часам утра, большая часть гостей уже ушла, а оставшиеся были изрядно пьяны, Рэйчел подбила оставшихся несколько человек сыграть в карты на желание. И Нейтан ей проиграл. — Затащи в постель печальку Колфилд, — глядя ему прямо в глаза сказала девушка. Со всех сторон послышался одобряющий гул и смех, только Виктории весело не было. Она буравила Эмбер неприязненным взглядом, на что последняя не обращала внимания. — Ладно, если тебе угодно, — произнёс парень, хотя всё это ему совсем не нравилось.       Вечером того же дня он встретил лучшую подругу чтобы отвезти её на выставку.       Оказавшись наедине с парнем, она решила поделиться своими мыслями насчёт произошедшего. — Ты же не собираешься исполнять это бредовое желание? — Почему нет? — вздохнул парень. — Зачем? Разве не видишь что она это сказала просто чтобы поразвлечься за твой счёт в очередной раз? — Чейз была очень зла на Рэйчел, ночью она с трудом переборола желание стукнуть её пустую голову пару раз об стол. — Нейт, я просто волнуюсь. Ты же совсем не такой как она, — эта фраза задела за больное, напомнив о неверности его девушки. — И даже не такой, как я. Ты сможешь выполнить это желание и потом спать спокойно? Не то, чтобы меня волнуют чувства Колфилд, но ты же понимаешь, что она с первым встречным, а особенно с тобой, спать сразу не будет? К тому же у неё вроде шашни с тем ботаником. Ну и навряд ли она захочет быть любовницей и разбивать такую парочку как ваша. — Викки, спасибо за заботу, я справлюсь с этим. Нужно просто продумать как.       После этого разговора Прескотт повторил Рэйчел аргументы лучшей подруги и та не отказалась от вызова, а придумала как всё реалиовать. Нужно было разыграть сцену расставания, после чего найти подход к Колфилд и переспать с ней. Только составляя план Рэйчел не учла то, о чём сразу подумала Виктория — чувства Нейтана. Он влюбился.       А теперь, когда всё раскрылось, эти чувства разрушают его и пока он совсем не знает что с этим делать.

~~~

— Какой же дурой я была, — сокрушалась Максин, пока Хлоя везла их в дом Прайсов. — Я тебя предупреждала, а ты всё заладила: «он хороший, бла-бла-бла». Он Прескотт. Они все выродки, — с некоторой надменностью прокомментировала Хлоя.       Макс не нашлась с ответом. В горле снова стоял ком, дышать приходилось глубоко, чтобы не разрыдаться. Она вспоминала как прекрасен был вечер и как кошмарно окончание ночи. Полный ужаса взгляд Нейтана при виде Рэйчел не выходил из головы. И тут Колфилд словила себя на одной мысли. — Всё время, что Нейтан «встречался» со мной, Эмбер крутилась вокруг тебя, будто ей здесь мёдом намазано. Я думала, что она мне мстит за Нейта, а она просто отвлекала тебя, чтобы упростить ему задачу! — Нет, она не такая. — Такая. Эта… — Макс, она бы не стала, — перебила подругу Прайс. — Она не такая, как Прескотт. Да и теперь она уж точно захочет тебе отомстить за то, что ты переспала с её парнем, хотя он кобелина та ещё. Вообще не понимаю зачем ей этот отброс общества. — Ненавижу его. Но ещё больше её. Хорошо, что мне больше не придётся делить тебя с ней. — Что? Ты о чём? — Ты ведь не будешь общаться с ней после того что она со мной сделала, — закатила глаза Макс. — Нет. Она ничего не сделала. Это твой Прескотт. Он всё сделал сам. И охомутал тебя. И врал безбожно. И в постель затащил. И предал. Очень самостоятельный мальчик. Всё сам. — С её подачи. Она не ангел. Она отняла у меня парня, а теперь, кажется, ещё и тебя. — Нет, нет, Макс, я с тобой, — в ответ шатенка отрицательно покачала головой. — Ты или со мной, или с ней. — Ну не будь ты такой… Я не могу её бросить сейчас. Ты не понимаешь, как ей больно. Ты же знаешь, что её мир рухнул. Мне нужно побыть с ней, я не могу оставить её одну в этом аду. — А мне не больно по-твоему? Я серьёзно. Хлоя. Я или она? — Макс, — девушка остановила машину — загорелся красный свет светофора. — Не надо. Не заставляй меня выбирать. — Потому что ты выберешь не меня, — догадалась Колфилд, пока Прайс не знала куда деть глаза. — Ясно. Какая-то потаскушка тебе за полтора месяца стала дороже лучшей подруги с детства, — девушка открыла дверь, чтобы выйти. — Ты не понимаешь… — Не пытайся оправдываться, — Колфилд захлопнула дверь снаружи и побрела в сторону ближайшей автобусной остановки. — Давай до общаги подвезу? — послышалось из открытого окна хлоиной развалюхи. — Сама доберусь, — резко ответила девушка, когда загорелся зелёный свет и Прайс уехала.       Ей было очень обидно осознавать как легко и быстро её заменили другим человеком. Как легко и быстро променяли. Она не ожидала такого предательства от Хлои. Столько лет дружбы коту под хвост. У Максин просто не укладывалось всё это в голове.       В придачу ко всему испортилась погода и начался сильный ливень. Проклиная всё, девушка уже прикидывала во сколько ей обойдётся лечение после этой прогулки, как рядом остановилась знакомая машина. Впервые за последние несколько месяцев она действительно была рада видеть Уоррена. — Садись, подкину тебя до общежития! — крикнул парень через приоткрытое окно со стороны пассажирского сидения. — Спасибо, ты меня спас, — поблагодарила его Колфилд, пристёгиваясь. — Ерунда. Ты какими путями здесь оказалась ещё и в такую погоду? — Долгая история. — У нас есть время. — Ладно, — вздохнула девушка. Хоть с ним она и могла обсудить многое, сейчас совсем не хотелось тревожить ещё слишком свежую рану. — Думаю, ты знаешь про историю с Прескоттом… — Да, он ублюдок тот ещё, — он сильнее сжал руль при упоминании этой фамилии. — Так вот, я ехала с Хлоей и оказалось что ненаглядная Рэйчел Эмбер теперь ей дороже меня. Стерва. Ненавижу её, Прескотта, Хлою, всех, — она устало вздохнула и закрыла лицо руками. — Ну и дела. Не ожидал от Хлои такого. Ничего, её ещё укусит змея, которую она пригрела на своей груди.К тому же она всё равно ведь собиралась уехать. — А ты откуда знаешь? — Ты как-то упоминала, запомнилось. И вообще, попробуй посмотреть на это с другой стороны, — в брошенном на него взгляде читался вопрос: «издеваешься?» — Хлоя показала тебе своё истинное лицо, как и Прескотт. Тем самым сэкономив твоё время, которое ты могла бы потратить на тех, кто этого не стоит. — В этом есть какая-то логика, но я ещё слишком зла на них. — Тебе нужно отвлечься, Макс. Хочешь, поехали в антикафе?       Его предложение было таким заманчивым, ведь ей действительно была нужна перезагрузка после событий этих дней, но было бы опрометчиво снова сходиться с Уорреном просто из-за того, что ей нужно отвлечься. — Я не хочу давать тебе ложной надежды… — О, не переживай, я имел ввиду как друзья. Посидим поболтаем, поиграем в настолки, в приставку. Как раньше. — Ладно, — немного подумав, согласилась девушка, — поехали.

~~~

      Нейтан проснулся от собственного крика. В комнате было темно, только тусклый свет уличных фонарей пробивался сквозь щель в шторах. Он сидел на кровати, тяжело дыша, простыня была мокрой от пота. Сон ускользал, но оставлял после себя липкий ужас — он снова видел её лицо. Не обиженное, не злое — то, каким оно было в их лучшие мгновения. Когда она смеялась над его неуклюжими шутками. Когда она гладила его по голове, если ему становилось плохо Когда она ещё хотела к нему прикасаться. Когда она говорила «я здесь», и он верил.       Он провёл рукой по лицу, пытаясь унять дрожь. Третий раз за неделю. Нейтан знал: она не вернётся. И это знание разрывало его изнутри.       Он встал, подошёл к окну, прижался лбом к холодному стеклу. Нейтан хватал ртом воздух, но всё равно задыхался. В голове всплывали картинки — те самые, от которых хотелось выть. Как она впервые осталась у него ночевать. Не спала, просто лежала рядом, смотрела в потолок и говорила о каких-то пустяках. А он слушал и думал: «люблю». Как она приносила ему чай, когда он засиживался допоздна. Как она называла его «Нейт», а не «Нейтан» — мало кто к нему так обращался. Как она плакала, когда он впервые сказал ей про свои страхи, про таблетки и болезнь. Она не убежала. Она обняла его и прошептала: «Ты не один». А теперь — один. Снова.       Он уткнулся лицом в ладони. Хотелось напиться, забыться, уснуть и не просыпаться. Но он не пил — боялся, что в таком состоянии не остановится и примет слишком много. Пока что боялся.       Макс не разрешала ему пить в одиночку. Она боялась за него. А теперь её нет. И он сам должен бояться за себя — но не мог. Ему было всё равно.       Телефон завибрировал. Нейтан подскочил, схватил его — может, она? Но нет. Рэйчел прислала очередное сообщение, полное яда: «Надеюсь, ты счастлив? Разрушил её жизнь, разрушил мою. Ты ни на что не годен, Прескотт. Неликвид». Он не ответил. Просто выключил телефон и бросил на кровать. — Макс, — прошептал он в пустоту. — Прости. Пожалуйста, прости.       В комнате было тихо. Даже киты не пели. Он лёг обратно, свернулся калачиком, как в детстве, когда боялся темноты. И снова закрыл глаза. В голове всё ещё крутились её слова: «Я здесь. Ты не один». Но она была не здесь. Он был один. И это был самый страшный сон, от которого нельзя проснуться.

~~~

      В воскресенье «Циклон» устроил вечеринку, которая обещала быть жаркой и вовсе не из-за температуры на улице. Все ожидали как будут вести себя Рэйчел и Нейтан, вспоминая какую сцену они устроили при «расставании». Началась вечеринка как обычно, хотя напряжение в воздухе чувствовалось практически на физическом уровне. Рэйчел то и дело поглядывала на бывшего, который танцевал с лучшей подругой. Вик в голову пришла шальная мысль, когда она заметила колючий взгляд Рэйчел, брошенный на Нейтана. Девушка обвила его шею руками и, к его немалому удивлению, страстно поцеловала. Парень с радостью ей подыграл намеренно не глядя в сторону бывшей, зная, что Рэй точно смотрит на них.       Все вокруг тут же стали фотографировать и снимать видео, но самопровозглашённая королева вечеринки никак не могла допустить чтобы всё внимание досталось им с Вик. Она взобралась на стол и громко объявила о начале так хорошо заходящей под алкоголь игры «правда или действие». Толпа радостно поддержала эту идею. Спустя пару раундов дело дошло до Рэйчел и после пяти шотов подряд была её очередь загадывать. — Виктория, — хищно ухмыльнулась Рэйчел, приближаясь к лучшей подруге бывшего, пока Нейт пристально следил за каждым её движением. — Действие, — выбрала Вик, опасаясь что Эмбер захочет раскрыть общественности что-то неприглядное о Нейтане. — Ты прокатишься до «Двух китов» … голышом. Не в машине. На велике или скейте, или что там в подсобке найдёшь, — выдала Рэй, усмехаясь. — Привези их фирменную курочку в доказательство, что была там. — Там плюс пять, ты адекватная вообще? — вырвалось у Нейтана.       Он инстинктивно прижал Вик к себе за талию, будто пытаясь защитить от нападок своей бывшей. — Я сделаю это, — внезапно скзаала Чейз, принимая вызов. У неё было игривое настроение. — Только в нижнем белье. И не одна. Я же не самоубийца и не хочу попасть в сводку криминальных новостей. — Я с тобой поеду, — заявил Нейтан, глядя в глаза Эмбер, чтобы ещё больше позлить её.       Под всеобщее ликование и свист они отправились в подсобку, где хранился всякий хлам — от всевозможного старого спортивного инвентаря до забытых личных вещей студентов, невостребованных в течение года. Как только дверь за ними закрылась, взгляд девушки упал на чей-то обшарпанный самокат. — Я возьму это. — О мой старый скейт, не думал, что ещё его увижу, — откуда-то из дальней части комнаты произнёс Нейт, копаясь в хламе. Он вышел обратно со скейтом в руках и весь в пыли. Вик принялась отряхивать его рубашку. — Вик… — Молчи. И лучше помоги мне с платьем, — девушка повернулась к нему спиной.       Нейтан послушно расстегнул молнию и короткое чёрное платье подруги за несколько тысяч долларов оказалось на полу. Чейз подняла его и небрежно бросила на старые матрасы, сложенные в стопку у стены. Нейт и Вик были изрядно пьяны и от того не чувствовали холода. Чейз обернулась и сняла с русых волос Прескотта паутину. Он смотрел на неё как всегда тепло, когда она потянулась к нему и жадно впилась поцелуем в губы. Парень не отстранился, но и отвечать не торопился. — Никто ведь не видит. — А вдруг она подсматривает, — прошептала ему на ухо Чейз. — Викки, я не один из твоих мальчиков и никогда им не буду, даже чтобы позлить Рэй, — так же шёпотом ответил ей парень. — Конечно, ты единственный мой мужчина, — улыбнулась она и отступила.       Нейтан знал, что она так сказала ведь он был единственным мужчиной, кто защищал её. Отца она потеряла в десять лет, отчим был редкостным мудаком, братьев у неё не было, а в постоянные отношения она не ввязывалась, потому что однажды уже обожглась. Он старался защищать её, как мог. — Готов? — девушка протянула ему руку. — Готов, — он взял её руку и следом за ней вышел в зал.       Большая часть любопытных гостей вечеринки последовала за ними на улицу. Ещё раз на радость присутствующим и назло Рэй поцеловавшись под радостные выкрики толпы, они отправились кататься по улице не отпуская рук.