Шиноби из другого мира

Наруто еще никогда так быстро не бегал и надеялся, что больше не придется. Итачи, появившийся было в начале улицы, как-то странно мерцнул и, словно в спецэффектах из фильмов ужасов (и откуда такие познания?), объявился прямо перед блондином. — Мне крышка, — пришла в голову Удзумаки единственая цензурная мысль после хаотичного, но глубоко матерного олицетворения ситуации. Учиха вместо того, чтобы «включить» чудо-глазки и загипнотизировать несчастного, внезапно отправил его мощным пинком в полет до стены. То, что на пути до нее была скамейка, клумба и пара кустов, с неудачно подвернувшейся по пути пародией на крыльцо, его не смутило. Сам же Наруто, еще проверяя на себе законы инерции, отметил, что что-то подобное в его практике уже случалось. Но как, воспоминания же твердили совершенно другое? Хотя, с появлением этого Итачи все пошло наперекосяк. Внезапно желание прибить его вспыхнуло с новой силой. Наруто сунул руку в карман, надеясь найти там хоть что-нибудь, должное ему помочь (а в его карманах что только не валялось), но ни куная, ни хотя бы чего-то сгодившегося, как оружие не нашел. Зато обнаружился случайно забытый после одной из тренировок Расенгана воздушный шарик. Вспомнить только, сколько он их перевел, пытаясь заставить воздух вращаться, но некоторых успехов на этом поприще достиг. Правда, появилась другая проблема: он совершенно не мог создать эту технику без воздушных шаров. Итачи, презрительно оглядывающий отскребающего себя от стенки Наруто, немного напрягся, когда тот сунул руку в карман, пытаясь что-то там найти, и недоуменно замер, рассмотрев детскую игрушку. — А не слишком я сильно пацана приложил? — отобразились на лице его эмоции, пробив привычную непроницаемую маску. Под сомневающимся взглядом Итачи, зловеще пялившимся на него, Наруто надул резиновый шарик и, плотно завязав, уставился на противника, отчего-то не предпринимающего попыток его убить. — Ну, его проблемы, — хмыкнул Удзумаки, незаметно начиная закручивать технику и кинул шарик на встречу противнику. Итачи, недоуменно поймав слегка недолетевший шарик, различил, как сам Наруто резко дернулся в сторону, и, повнимательнее приглядевшись к предмету в своих руках, мгновенно исчез шуншином. Улицу огласил взрыв, подняв облако пыли и щебня, под матерные крики жильцов, раздраженных ранней побудкой, медленно оседающее на землю. Сам же Наруто ощутил, как его за шкирку вытащили из эпицентра взрыва и уже было повернулся, чтобы поблагодарить неожиданного, но так вовремя появившегося спасителя, но обнаружил сзади себя хмурого Учиха, придерживающего неестественно вывернутую левую руку, до этого свисавшую безвольной тряпочкой. — Тц, ну что за проблемный ребенок, — прокомментировал случившееся Учиха и, оглядев с ног до головы покрытого пылью блондина (хотя, под таким слоем серого различить его истинный цвет волос было проблематично), остановил взгляд на его повязке шиноби. Холодок пополз по спине Удзумаки, когда нукенин внезапно исчез и, обдав порывом ветра, стащил зачем-то его повязку. Объявившийся на прежнем месте, Учиха развеял сомнения джинчурики по поводу причины похищения снаряжения: немного неловко обмотав поврежденную конечность, тот закрепил ее в прорези плаща на манер бандажа. Еще раз хмыкнув при виде насупленного Наруто, тот исчез, освободив место буквально на мгновение разминувшейся с ним двойке АНБУ. — Что здесь произошло? — обратился к Удзумаки один из них, с маской, изображавшей енота на лице. — Да ничего…особенного, хех! — пробило на нервный смех Наруто, — Так Акатцуки мимо пробегал, хех. Итачи. Учиха. Ха-ха-ха. — Малец явно не в адеквате, — повернулся к собрату АНБУ в маске ворона, — Итачи Учиха? Наверно пацан в гендзюцу попал. Его теперь только в госпиталь… Наруто почуствовал, как его не особо нежно приложили по темечку, и мир вокруг закружился, окончив свой круговорот почти на земле, внезапно появившейся перед глазами. Почти у самой поверхности, его подхватили, не дав еще раз приложиться головой. Проморгавшись, чтобы избавиться от расплывающихся кругов перед глазами, Наруто услышал удивленный голос одного из своих «спасителей»: «А пацан-то крепкий орешек! Не проняло.» Возмутиться подобному способу перемещения и поведению с детьми в частности, Удзумаки не успел, снова получив по многострадальной голове (понятно, почему в тех воспоминаниях он не блистал умом: каждый встречный норовил пробить в такой важный для шиноби орган. Та же Сакура, и Какаши, и…парень мог долго продолжать этот список) и, наконец, отключившись. Очнулся он в комнате, сильно пропахшей лекарствами, горьковатый запах которых почти ощущался на языке, и особого оттенка затхлости, свойственного всем больницам. Поняв, что он в безопасности, Удзумаки осторожно приоткрыл глаз, второй и, приноровившись к свету, бившему в небольшое окошко над полом, оглядел помещение, где находился. Кровать, на которой он лежал, застеленная бельем зеленоватого цвета, такого же цвета больничная пижама и тумбочка, в которой обнаружились его вещи. Быстро переодевшись, Наруто еще раз обыскал тумбочку в поисках протектора и в задумчивости почесал прикрытый растрепанными волосами лоб. Куда же он…запропастился? Воспоминания о предшествующих его появлению в больнице событиях ввинтились в мозг, усиливая и без того ноющую боль в затылке. Осторожно ощупав пострадавшую часть тела (налилась крупная шишка, посылающая сигналы боли, неприятно отдающие в зубах), он возмущенно цыкнул: от горе-спасателей было чуть ли не больше вреда, чем от опасного нукенина. Да, тот тоже особо не церемонился, но он-то злодей, ему положено. Мысленно посмеявшись над такими глупыми выводами, Удзумаки оценивающе пригляделся к окошку. В общем-то проем был достаточной ширины, чтобы подросток смог без труда сквозь него просочиться, да и площадка за окном: упругая земля, поросшая мягкой травой, вполне подходила под его замыслы. Легко спрыгнув с подоконника (благо, со второго этажа — не страшно), он довольно мягко приземлился на ноги и направился в сторону дома. Зайдя к себе в комнату и переведя дух (все же было довольно муторно поддерживать хенге, боясь, что в любой момент его спалят), Наруто, к своему неудовольствию, обнаружил еще один сюрприз. На кухне, удобно развалившись на его любимом стуле, сидел Какаши (видимо, ради разнообразия) и упоенно читал очередной опус Джирайи. — Учитель, а что вы здесь делаете? — после непродолжительного молчания поинтересовался Удзумаки. Тот, лениво оторвав глаз от книги, попялился какое-то время на Наруто (видимо, вспоминая, что вообще здесь забыл) и, почесав книгой затылок, ответил: «М-ма. Так и знал, что обнаружу тебя здесь. Наруто, тебя Хирузен, то бишь сам Хокаге, просил зайти.» Сам Удзумаки же увлечонно гадал, что же именно от него потребовалось Сарутоби, и почему (что волновало еще больше) его квартира эволиционировала в проходной двор: то Итачи, теперь Хатаке. Осталось только дождаться, пока сам Мадара соизволит его навестить.