Шиноби из другого мира

— На старт. Внимание. Марш! — прозвучали стартовые слова, ознаменовавшие начало второго экзамена. Наруто, радостно оскалившись первый забежал в лес: он многому научился за это время и сможет пройти этот экзамен. Рядом с непроницаемым лицом пронесся Саске, полный решимости пройти этот экзамен и доказать себе, отцу, всем, что он тоже является сильным шиноби, не чета брату. Сакура еле успевающая за двумя, маячившими перед ней спинами раздраженно хмурилась: мальчишки, им бы лишь подраться! С энтузиазмом, почти различимым воочию, Удзумаки, слегка подпрыгивая от нетерпения вышел на след. Кто-то не особо габаритный, уже проходил этой дорогой: обломанные веточки и придавленная трава ясно говорила о том, что где-то впереди их ждет другая команда. — Не спеши, это может быть ловушкой, — вскинул руку Саске, внимательно оглядывая окрестности шаринганом, в котором крудились в танце две запятые. Он совершенно не предал значения удивленому лицу Удзумаки: идиот, что с него взять? Сам джинчурики спешно пытался вспомнить, как Саске пробудил второе томое, и потрясенно чесал затылок — такой информации в воспоминаниях почему-то не было. Вернее, тот должен был прокачать его во время боя с Хаку. Которого не было. Да как он успел за неделю-то? Тем временем, обойдя по дуге застывшего, и явно ушедшего в мир грез, Удзумаки оставшаяся часть команды осторожно шагнула сквозь заросли. Вынырнув из воспоминаний, решив разобраться со всем позже, Наруто полез в теже кусты: «Эй, подождите меня!». — Да тише ты! — громким шепотом прокомментировала Сакура, указывая на широкую тропинку, на которой были видны отпечатки ног. По глубине проседания земли и ширине шага можно было сказать, что прошли довольно высокие ребята и преимущественно парни. Под похожую кандидатуру походила команда из Страны Воды, зачем-то пришедшая на экзамен в странных масках. Наруто пригляделся: судя по оставленным отметинам, они либо совсем не умеют вести себя в лесах (что спорно для страны, славящейся вечно дождливой погодой и непроходимыми джунглями) или это довольно примитивная ловушка. Махнув рукой Саске, тоже внимательно изучавшему следы, Наруто изобразил рукой «пошли в обход», и, стараясь не шуметь начал обходить подозрительное место по широкой дуге. Как ни странно, но черноволосый согласно кивнул в ответ и стал заходить с другой стороны. Сакура, растеряно переводившая взгляд с одного на другого, решила последовать за Учиха. Аккуратно обогнув заросли, они вышли с противоположной стороны полянки, в которую и упиралась та тропинка и смогли лицезреть спины незадачливых «нападателей». Как и подозревал Наруто, это оказалась тройка из Страны Воды, явно дожидающаяся совершенно тупых идиотов, могущих туда попасть. Удзумаки уже было вскинулся, намереваясь создать свое недавно выученное дзюцу, но его опередила Сакура, запустив в какого-то несчастного булыжник (камешком назвать это язык не повернулся). — Дэд шот, — восхищенно прокомментировал джинчурики, видя как булыжник по четкой дуге пробивает в голову парню, зачем-то притащившему с собой ласты, и сразу отправляет его в страну грез. Вот честное слово, кунаем было бы милосерднее. И где она этот камень-то взяла? — Тц, — донеслось со стороны Саске, и в только начавших оборачиваться противников полетели кунаи. Те, оправившись от шока, смогли увернуться и вступили в бой. Пока Удзумаки с переменным успехом дубасил полноватого парня с кастетами на руках — удары от него лучше не пропускать — не давая тому подобраться к Сакуре, Саске уже разобрался со своим противником. Парень, с которого в пылу битвы слетела маска, срезанная с креплений меткими ударами кунаев, явно попал в гендзюцу, ибо медленно направлялся к сброшенным на землю в полном беспорядке сумкам. Едва не проворонив очередной удар соперника, Наруто решил не заморачиваться и действовать по методу Сакуры: проведя обманный выпад, подставил хитрую подножку и приложил несчастного по кумполу. Внимательно разглядывая переданный Саске свиток, Удзумаки задавался вопросом: «Вот что? Так просто?». По счастливой случайности свиток этой команды подходил ребятам, что означало, что они уже могут продвигаться к башне. Правда, какие-то предчуствия говорили джинчурики, что добраться до нее будет самой сложной частью испытания.

***

Итачи, молчаливой тенью пробиравшийся по вершинам деревьев, напряженно вглядывался в происходящее внизу. Если в начале он и не переживал за детей: в самом-то деле в той молодой поросли, совсем не напоминающей тех монстров, что росли в глубине Леса Смерти, прозванному так совсем не напрасно, им ничего не угрожало. Даже нашли каких-то неудачников, позволивших им закончить испытание раньше. Вмешиваться в экзамен он не собирался: это был бой брата, которого пора бы выводить в реальный мир шиноби. Здесь, в этой части леса, угроза могла исходить только от других участников, таких же генинов, как и Саске. Пусть, некоторые давно переросли звание чунина, а кто-то только подбирался к заветной черте, но тут все больше зависело от способностей и умения анализировать ситуацию самих ребят. Сенжо знал, что брат справится с испытанием, чего он искренне не желал: в этой заварушке, учиненной Орочимару на финале экзамена со всеми элементами программы: высвобождением однохвостого биджу, убийством Третьего и основательно разгромленной Конохой, шансы погибнуть были именно у непосредственных участников экзамена. Так что лучшим (для Итачи) исходом было — отобрать у малышни свитки и заставить сняться с испытания. Все равно на этом экзамене чунина получил только ограниченный круг людей, в число которых команда номер Семь не попала. Сенжо раздраженно повел плечом: искомый по всему лесу Орочимару все никак не проявлял себя, чем ставил под сомнение цель нахождения здесь самого Учиха. Брата этому извращенцу он отдавать был не намерен, как и позволять им вообще встречаться на узкой тропинке. Но совершенно пустой лес, без малейшего намека на призыв Змеиного Санина заставлял задаться вопросом: «Где этого ползучего гада вообще носит?». Решив вернуться назад к команде и продолжить ловлю змеи «на живца», Сенжо сменил направление, а, расслышав истошный вопль, разбивший мрачное молчание леса, лишь прибавил шагу. Возникшая перед ним через пару минут бега картина ясности не внесла: Наруто, подвешенный к дереву за шкирку кунаем, пытался сложить печати теневого клонирования, розоволосая девочка что-то подбадривающе-восхищенное кричала Саске, а тот с воинственным видом кого-то поджаривал. С легким хлопком рядом с младшим Учиха возникли клоны Наруто, в то время как сам оригинал тщетно пытался отцепить кунай от дерева. Заценив целую паучью сеть, густо опутавшую соседние деревья, заключившую непонятное нечто в плотный кокон, примотанный к дереву, Итачи с внезапно возникшим уважением посмотрел на брата: а мелкий научился-таки просчитывать ситуацию. Те тренировки в гендзюцу не прошли даром. Уже собираясь забраться повыше, чтобы не привлечь внимания малышни, он почуствовал странно знакомую чакру, затопившую близлежащий лес. Существо, непонятно как выжившее после потока пламени, легко порвало связывающую его леску и шагнуло к Саске. Концентрация ки усилилась, заставив розоволосую девчонку упасть на колени, а брата испуганной мышью застыть на месте; клоны Наруто тоже, как один, похватались за голову и заверещали, словно пытаясь что-то преодолеть. Начавшее говорить сначала мелодично женским, а потом уже более грубым мужским голосом существо вдруг резко закончило фразу и, странным образом удлинив голову, рвануло к Саске. Итачи больше не раздумывал: смазанной молнией возникнув на пути змеи (и как он сразу не признал Орочимару?), он отточенным движением куная отделил голову от вытянувшегося туловища. Правда, спустя секунду понял, что даже подобные радикальные меры не помогли: тот, управляя оставшейся висеть на лоскутке кожи головой, смог снова соединиться и, деланно вздохнув, провел рукой по шее. — Что Итачи? Руки тебе было мало, уже на голову покушаешься? — протянул тот, — Разве тебе не хватило? Или ты решил их коллекционировать? — Итачи? — донесся сзади него испуганный писк, и мелкая девчонка попыталась прикрыть собой Саске. Оживившийся Наруто тоже интенсивно дергался в их сторону, пытаясь прорвать комбинезон и освободиться. Младший Учиха же молча буравил спину брата. — Хех, — довольно облизнулся Орочимару, — Я планировал заполучить твоего младшего брата, а оно вот как получилось. Тем же лучше: я на такую удачу и не рассчитывал. Итачи, вздрогнув опустил взгляд на лодонь, на которой красовалась сглаженными гранями печать. Видимо, во время рывка тот каким-то образом умудрился зацепить старшего Учиха, не успевшего полностью избежать атаки из-за необходимости мгновенного перемещения. — Ты видимо, гадаешь, как твой шаринган не уследил за всем? — усмехнулся противник, — Ты же не посчитал слюну оружием, ведь так. Мне же лучше, теперь я могу отомстить тебе за те твои слова и твое презрение. Итачи же старался преодолеть действие печати: ничто не помешает этому маньяку заклеймить еще и ребят, если он сейчас сдастся. Сконцентрировавшись и погрузив себя в самогендзюцу, должное отключить болевые рецепторы, он решил атаковать. Шаринган здесь, к сожалению был не помощник — этот змей, полностью оправдывая свое прозвище, изначально скрывал глаза за прозрачными веками. Оставалось уповать только на тайдзюцу и нидзюцу (к счастью, с момента первой встречи многое изменилось и он уже мог противостоять Санину). Проворно увернувшись от броска кунаев, Орочимару скрылся в дереве, попытавшись объявиться за спиной Итачи, но был перехвачен еще во время движения, откинутый взрывом на нижние ветки. Покачнувшаяся на неустойчивой поверхности малышня, к счастью, догадалась отпрыгнуть и, мрачной кучкой столпилась вокруг Наруто. — Отлично, — отметил про себя Сенжо, — Теперь можно развернуться по полной. Главное — уложиться, пока действие печати не дойдет до мозга. Орочимару попытался было призвать своих змей, но был остановлен ударом клинка, должного было отрубить ему руку, заставив того сбросить кожу. Обменявшись серией ударов, которые Змеиный Санин умело блокировал или с нечеловеческой гибкостью уклонялся, Сенжо решил перейти к ниндзюцу. Применив излюбленную связку: огненый шар и водяная плеть, от которого Змей укрылся, но был связан второй, надежно удерживавшей в своих объятиях переменчивую (во всех смыслах) натуру Орочимару. Нашпиговав змея кунаями до состояния линяющего ежа, Сенжо решился подойти ближе. Исход оказался таким же, как он и предполагал — тот, в очередной раз сбросив тело, скрылся в неизвестном направлении. Внимательно просканировав шаринганом окрестности и не ощутив ни одного лишнего отклика чакры, Сенжо облегчонно вздохнул: Змей сбежал. Проследив взглядом, как, наконец, отцеплененный от дерева Наруто, яростно жестикулируя, что-то доказывает своим сокомандникам, то и дело бросающим на самого Итачи опасливые и яростные взгляды, Сенжо ощутил, как самогендзюцу, не выдержав воздействия печати, слетело и ничком упал на многострадальную ветку.

***

Наруто с трудом удерживал Саске, яростно стремившегося добить брательника, тогда как Сакура, не знакомая с особенностями отношений этой семейки осторожно тыкала палочкой в растянувшегося на ветке шиноби. — Отпусти, кому говорю! Я убью Итачи, — продолжал буйствовать младший Учиха, пытаясь вырваться из захвата джинчурики. Наруто с трудом подавил желание сделать фейспалм: для этого пришлось бы освободить руки, удерживающие малолетнего мстителя. — Нет, не отпущу, датебайо! — так же воинственно прокричал он в ответ. — Эм, Саске. Наруто. Так он, получается, нас спас? — начало доходить до Сакуры. Наруто скрипнул зубами: ну же, Саске, не тупи, вон, даже она догадалась. — Да, спас. И, похоже, он был серьезно ранен. А этот, — Удзумаки кивком головы показал все, что думает по поводу младшего Учиха, — Его прибить хочет. Еще брат, называется. — Отпусти, ты ничего не знаешь! — начал с новой силой вырываться Саске, — Он предатель клана! Деревни! — Но нас-то он зачем-то спас, — продолжал как маленькому втолковывать ему Удзумаки, испытывая жгучее желание побиться головой об дерево. А лучше побить об это дерево кого-то, носящего фамилию Учиха. Да, сам джинчурики тоже был не в восторге от такого пристального внимания нукенина к своей (или все же к Саске?) персоне, но помнил, как тот же Итачи не стал его убивать тогда. А и вовсе прикрыл от взрыва, пожертвовав сломанной рукой. Печати он, кстати, сегодня тоже не особо оперативно складывал. Может, травма сказалась. В любом случае, какими бы ни были его мотивы, но от Орочимару он их защитил. Пусть и не без последствий (для самого себя). Поэтому честной натуре Удзумаки претило добивать рененного врага, который к тому же оказал им такую услугу. — Саске, я тебя отпущу, только если ты пообещаешь не пытаться убить Итачи, — решил пойти на компромисс Наруто, — Мы его свяжем, но убивать не будем. — Да, Саске. Наруто, — немного поморщилась Сакура, не желая платить спасителю такой монетой, — Прав. Не стоит его убивать. Джинчурики осторожно отпустил хмуро кивнувшего мстителя и огляделся: «Ребят, тут что-то совсем темнеет. Надо бы подыскать место для ночлега. Саске, поможешь?».