Шиноби из другого мира

Мышь, уютно умостившаяся на куске сыра настороженно смотрела на Наруто, тот окинул неожиданного гостя напряженным взглядом и закрыл дверцу холодильника. Зажмурился, помотав головой и открыл снова. Грызун никуда не исчез, продолжая воровато исследовать немногочисленные запасы. Не удовлетворившись найденным (и чем его не устроила банка с майонезом и высохший неделю назад кусок непонятно чего), он вернулся к дегустированию сыра. Наруто слегка ошарашенно смотрел, как потерявший где-то инстинкт самосохранения кусок полинялого меха с видом зажравшегося гурмана примеривается к еде. — Стоять! — вскипел парень: месяц подходил к концу, еды оставалось не так уж и много, да и на этот кусок сыра у него тоже были далекоидущие планы, — Это мое! Мышь смерила блондина оценивающим взглядом, который по мере разглядывания плавно менялся на презрительный, и вернулась к прерванному занятию. Видимо, ее внутренний эстет полностью удовлетворился качеством поддернувшегося серо-зеленой плесенью куска сыра и признал того вполне удовлетворительным. В отличие от хозяина холодильника и жилплощади, за которую она не скидывалась. (прим. автора: Простите, накипело) Удзумаки понял, что рискует лишиться завтрака, а то и обеда и начал принимать решительные меры. С воинственным кличем вцепившись в изрядно погрызенный кусок, он потянул его на себя. Грызун со своей стороны вцепился в сыр, не намеренный терять возможность поесть, но быстро понял, что проигрывает в противостоянии хотя бы из-за весовой категории. Отпустив добычу, мышь храбро прыгнула к руке и, цапнув опешившего от такой наглости джинчурики за палец, отобрала вожделенный обед и шустро спрыгнула на пол, быстро затерявшись в щели между стеной и фурнитурой. Наруто, понемногу закипая, кинулся вылавливать пронырливого грызуна, но мышь, разглядев в глазах блондина обещание приготовить из нее деликатес по рецепту из страны Тумана (а они в плане приготовления всего живого были теми еще затейниками), оперативно ополовинила кусок сыра и нырнула в ведущую непонятно куда нору. Хотя, судя по раздавшемуся за стеной девичьему визгу, страдания Наруто были отомщены. Что, впрочем, никак не решало проблему с испорченным завтраком. Брезгливо оглядев изгрызенный грызуном с одной стороны и плесенью с другой кусок сыра, блондин выбросил непригодный к пище продукт и печально уставился на успевшие остыть макароны. День не задался с самого начала. В этом он успел убедиться, когда на тренировке Какаши в очередной раз поставил их в спаринг с Саске, который явно путал дружескую потасовку с битвой не на жизнь, а на смерть. Потирая отбитый локоть и несколько злорадно наблюдая за тем, как сокомандник пытается вдохнуть (а он сам полез на захват и оставил без защиты солнечное сплетение), Наруто с некоторой долей зависти наблюдал за изображавшей бурную деятельность Сакурой. Иными словами попытки хождения по дереву он назвать и не мог, ибо эту технику они выучили уже довольно давно. А ведь впереди светила тренировка с Тачией, на которую стоило приберечь силы. И которая так неожиданно сорвалась. Возникший прямо посреди потасовки клон (назвать битвой мутузящих друг друга безо всяких техник подростков было сложно) торопливо сообщил, что тренировки сегодня не будет, и что Наруто и заметно погрустневший Саске могут быть предоставлены сами себе до завтра. Какаши, казалось, сообщения и вовсе не заметил, увлеченно уткнувшись в книжку, как и следующая его примеру Сакура, под удобным для обзора углом зависающая на дереве. Лучившийся с самого утра злорадством Учиха, судя по то и дело проскальзывавшим коварным ухмылочкам явно задумавший какую-то пакость, приуныл и с трудом дождался окончания. Удзумаки же все оставшееся время тренировки усиленно думал, чем занять внезапно освободившийся день. И пришел к полному соглашению со своим желудком — сначала стоило поесть (а точнее пожрать и побольше!), а потом действовать по ситуации. А в этом, несомненно, благородном деле должны были помочь накопившиеся со скидочных буклетов разных магазинчиков купоны в Ичираку-рамен. Что-то весело насвистывая по пути — организм радовался отменившимся мучениям и скорой встрече со вкусной едой — Удзумаки долетел до закусочной и подошел к стойке. Старик Теучи приветливо кивнул пареньку, часто объявлявшегося на исходе месяца (прим. автора: с первым лучом солнца...) и положил лишний кусок мяса в бульон. Об истории сироты он знал и жалел мальчишку, в столь раннем возрасте вынужденном выживать самостоятельно. А ведь он еще ровесник его любимой дочки. Вежливо поблагодарив хозяина (а почему бы и нет, раз он то и дело пытается тебя незаметно подкормить), Наруто, аккуратно поднял горячую тарелку и, прихватив палочки, собирался было направиться в свой любимый уголок в конце зала, как заметил, что он уже занят одной компанией. Очень знакомой компанией. Сидевшая рядом с Тачией фигуристая девушка (Митараши Анко — вспомнил экзаменатора, не раз фигурировавшего в его воспоминаниях парень) что-то рассказывала, увлеченно жестикулируя. Учительница же совершенно нетипично для нее растерянно улыбалась, изредка пытаясь поддерживать разговор. — Ну, вот! Так бы и сказала, что встреча с подружками. Взрослый человек, а все туда же! — возмущенно подумал подросток, — Дело срочной важности… То же мне! Стараясь не попадаться на глаза парочке, Удзумаки угрюмо сел за столик сзади шиноби и то и дело поглядывал на оживленных девушек. Что-то было не так, но бульон с заманчиво пахнущим мясом и лапшой с лихвой перекрывал интерес к неожиданно встреченным знакомым. Пока что-то весело объявившая Анко не приобняла подругу и, поцеловав, убежала. — Спокойно. Они ж подружки, — думал подросток, усиленно пережевывая лапшу и очень стараясь не подавиться, — Все девчонки так делают. Ну, наверное… Хотя ошарашенно лицо Тачии явно говорило об обратном. Наруто внезапно почуствовал, будто случайно подсмотрел что-то довольно личное и смутился. Особенно когда развернувшаяся вслед ушедшей Митараши учительница заметила его самого.  — Пойду-ка я, пожалуй, отсюда — подумал парень, — По Конохе погуляю, ворон посчитаю, Джирайю, там, поищу… И поспешно убежал, не заметив отчаянного фейспалма Сенжо, еще раз убедившегося, что Коноха была и остается большой деревней.

***

Сенжо был в замешательстве. Мало того, что брат спутался непонятно с кем, джинчурики не давал проходу, а девушка, с которой он был бы не против замутить, оказалась со странностями. — С большими странностями, — передернул плечами нукенин, вспоминая не менее запутанную вторую встречу. — Так еще и мать, видимо, решив добить окончательно, вызвала по срочному каналу связи (отчего вообразивший самой плохой расклад событий шиноби примчался на другой конец деревни за пару минут) и представила смущенно прятавшуюся за ее спиной низкорослую девочку с ярко-алыми волосами. — Ох, ты так быстро пришел, — лукаво улыбнулась Микото, явно не случайно применившая ту технику, — Знакомься, это Карин. Карин — это Итачи, он теперь твой старший брат. — А-а? — перевел взгляд на мать Сенжо, всей своей сущностью чуствуя подвох, — Приятно познакомиться, Карин! Мы отойдем на минутку. — Откуда? — как можно тише спросил нукенин, рассмотрев решительное лицо матери. Спорить было уже бесполезно, она не привела бы чужого ребенка в дом просто так. — Ну, понимаешь, — немного замялась Микото, — Она — вылитая Кушина, только в очках. Раз уж мне не позволяется даже встретиться с ее сыном, то никто не может мне запретить удочерить несчастного ребенка. Представляешь, бедняжка совсем одна была. И чудом выжила в Лесу Смерти. К тому же они уже знакомы с Саске, это он ее тогда спас… — Эм, но она же, получается, из другой деревни. — немного ошалел от неожиданного энтузиазма Итачи, — И что отец?.. — Он согласен, — ледяным голосом припечатала Микото, — К тому же очень удачно не осталось никого из ее сопровождающих. Так было проще собрать документы на сироту. Теперь она будет жить с нами. Думаю, она сможет сдать экзамены в Академию… — Но красные волосы… Удзумаки? — попытался предупредить мать шиноби, — Другие кланы такой гвалт поднимут, когда… — Не когда, а если. Она теперь Учиха. А уж о том, чтобы не было ненужных слухов, я позабочусь! — слишком ласково улыбнулась Микото. Сенжо вздохнул. После всех бед свалившихся на его клан именно мать помогала регулировать внутренние противоречия и умело проводила внутреннюю политику, тогда как Фугаку противостоял внешним бедам Учих. И эти, казалось бы, мирные времена, сделали еще более жесткими прошедших ужасы войны шиноби. Ведь в мирное время вопросы решались не только силой. Приветливо улыбнувшись испуганно глядевшей на него девочке — еще один ребенок на его голову — Сенжо по привычке потрепал ее волосы и отправился разыскивать Анко. Взбаламошенная девушка ему нравилась, но все эти постоянные попытки перевернуть все с ног на голову и взрывной характер несколько (хотя кого мы обманываем?) раздражали. — Придумала тоже! — мысленно ворчал шиноби, — Встретиться на горячих источниках. Может, это было бы и неплохо, если бы не пара ньюансов… Наруто целенаправленно шел к городским баням. Сегодня был четверг, а, значит, и женский день посещений. Один старый вуайерист точно не мог бы пройти мимо такого. Что значительно облегчало поиски.