Project Z

Когда я смогла продрать глаза было уже светло. Солнце пробивалось через щели баррикад. – Ну, ты и спать, – засмеялась Грейс, протягивая мне чашку с водой и миску с водянистой кашей. – Сама не ожидала, – честно призналась я. Я поискала глазами Логана, он уже обсуждал что-то с Джейсоном и водителем другого автобуса. Я постаралась как можно быстрее затолкать в себя завтрак. Я пыталась увидеть в Логане хоть какие-нибудь изменения. Я еще не была уверена, считает ли он меня сумасшедшей и рассказал ли он кому-нибудь о произошедшем вчера. Но его поведение не показалось мне каким-то другим. Он вел себя как обычно, а когда поймал мой взгляд на себе, тепло улыбнулся. Так, будто нас что-то связывало. Перед тем как покинуть здание мэрии мы разобрали, что нашли вчера. Логан проверял всё по списку, который явно ему выдал Джорджи. – Все молодцы. Этот выход был очень удачным. А сейчас мы едем домой. Послышались возгласы одобрения. Я осмотрелась и увидела, что большинство было радо вернуться в тюрьму. Но как бы странно, ни звучало, но мне не хотелось возвращаться туда. Я снова хотела видеть звезды, солнце. Но также я знала, что снаружи слишком опасно и будет спокойнее, и безопаснее в нашем поселении. Мы распихали всё добро, так чтоб никто не оказался нагружен сверх меры и направились к нашим автобусам. Мы шли как ощетинившийся оружием ежик. Я, возможно, была слишком беспечна, особо не смотрела на дорогу, а пыталась запомнить, как оно тут – снаружи. Дорога обратно омрачилась нападением небольшой группы дохляков, но сейчас мы были все вместе и отбились достаточно быстро и без потерь. Несмотря на всеобщее воодушевление, всё же ехали мы осторожно, автобусы опять притормаживали перед населенными пунктами, словно ожидая нападения. Кто действительно обрадовался нашему возвращению, так это жители города и Джорджи. Мы сгрузили в его кабинете все мешки. – Джорджи, сегодня после обеда Алекс поможет тебе разобраться с этим, – сказал Логан, поставив последний мешок к остальным. – Отлично, я буду ждать. – Никакого отдыха? – проворчала я, когда мы направлялись к жилым помещениям. – Никакого отдыха, – ответил мне Логан. – Но не расстраивайся, остальные тоже будут работать. Так что советую отдохнуть сейчас как следует, – весело сказал он и уже более тихо добавил, – и постараться влиться обратно в рутину. Я удивленно посмотрела на него и поняла, что он чувствовал тоже что и я. Ему не хотелось обратно. Он тоже хотел видеть небо, солнце и звезды. – А как насчет того, что лежит у тебя в рюкзаке, – тихо сказала я ему. – Об этом мы поговорим потом. Я почувствовала укол беспокойства. Могу ли я ему верить, сохранит ли он в секрете то, что ко мне возвращается память? Не расскажет ли врачу о том, что я свихнулась? Почему-то для меня было принципиально то, чтобы никто не узнал о том, что я что-то вспомнила. Логан резко остановился и, схватив меня за плечи, развернул к себе. – Не волнуйся, – он словно читал мои мысли. – И верь мне. Я кивнула. – А теперь отдохни. Почти бегом я помчалась к себе в камеру. Я почувствовала себя параноиком проверяя свою комнату и вещи. Но тут не было ничего полезного или чего-то ценного. Жизнь в этом поселении равняла всех. Ни у кого не было ничего лучше, чем у соседа. Я закрыла дверь и задернула штору, которая давала хоть какую-то иллюзию приватности и легла в кровать. Внезапно, я почувствовала себя такой уставшей, что любое движение давалось мне с трудом. Я смотрела в лицо, это лицо было похоже на мое, как будто это моя сестра. Сестра близнец. Лица одинаковые, а взгляды разные. У моего близнеца был взрослый жесткий взгляд. Он словно буравил дыру во мне. Этот взгляд совсем не шел ее почти детскому личику. Сколько ей лет? Шестнадцать или семнадцать, не больше. Она смотрела на меня своим тяжелым взглядом и молчала. Мне захотелось спросить, что ей надо. Я открыла рот, чтоб спросить это, но с моих губ слетела другая фраза. – Никому не доверяй. Она замолчала и уставилась на меня. Мне стало страшно. – Никому не доверяй, – повторила она. – Никому из взрослых не доверяй. Особенно врачам. Что бы ни случилось, никогда не попадайся им. Никому не доверяй. Я захотела закричать, чтобы она замолчала, но она продолжала буравить меня взглядом и повторять одно и то же. Я не могла остановить ее, я пыталась пошевелить руками, но тело не слушалось, а девочка продолжала говорить. Мне показалось, если я услышу еще раз это – сойду с ума. Или я уже сошла с ума? Я снова попыталась закричать. – Алекс! Наконец-то я услышала свой крик. Я кричала. Я чувствовала свое тело. Девочка с тяжелым взглядом исчезла, вместо нее было Логан, а за его спиной мои соседи и еще кто-то. – Алекс, – Логан провел по моему потному лбу ладонью, за его спиной я увидела врача. – Я в порядке. Я в порядке, – пробормотала я. – Это был просто кошмар. – Уверена? Никаких недомоганий? – поинтересовался врач, уже мягко отодвинувший Логана и прижавший пальцы к моему пульсу. – Нет, нет, просто сон плохой, – я чувствовала, как от страха бешено колотится сердце. Девочка из сна говорила, что нельзя доверять врачу. Я и до этого особо ему не доверяла, а теперь перспектива его вмешательства и вовсе наводила на меня ужас. Я мысленно молилась только о том, чтобы он решил, что мой пульс такой частый из-за кошмара. Мне необходимо было что-то сделать, как-то прогнать его. «Думай, думай», – подгоняла я себя. Я подняла испуганные глаза на Логана и произнесла первое что пришло в голову. – Мне снился Майки. Боже как же мне было стыдно прикрываться этим, но что еще я могла поделать. Майки умер, а я хотела жить долго и счастливо. И почему-то я была полностью согласна с девочкой из сна, в том, что доктор может встать на пути моего «долго и счастливо». Врач вопросительно взглянул на Логана. – Мы потеряли Майки. Это было отчете. – Я не успел его прочитать. – Укусили, – пожал плечами Логан. – А как твоя память? – повернулся ко мне врач. «Ну, вот что за странный вопрос?» – подумала я. Или за меня говорила паранойя? – Пока ничего, – соврала я. – Ты как выписалась, так и не приходила к нам ни разу. – Зачем? Я прекрасно себя чувствую. – Может быть успокоительного? Чтобы спалось лучше. – Нет, я всё равно собиралась вставать. «Вот ведь клещ, пристал!» Мне нестерпимо хотелось, чтобы он ушел и как можно скорее. – Ну, хорошо, – кажется, мне удалось его убедить, в том, что тут в его услугах не нуждаются. – Но, если что-то случится, обязательно приходи к нам. – Конечно, – слабо улыбнулась я. Когда наконец-то все, кроме Логана, покинули мою камеру, я смогла вздохнуть свободно. Я свесила ноги с кровати и уже собралась вставать, как Логан подсел ко мне. – Ты можешь сегодня не идти работать. Я направлю кого-нибудь другого, чтобы помогли Джорджи. – Я, правда, в порядке, – теперь я уже не врала. Я действительно упокоилась. – Тебе же приснился не Майки, – Логан не спрашивал, он утверждал. – Да. Я думаю это что-то из моего прошлого. – И что там было? – Я. И я говорила себе не доверять никому из взрослых. Логан молчал. – Я надеюсь, ты никому ничего не сказал? – Нет. И даже про карту молчал. Я спрятал ее в надежном месте. – Хорошо, – на мгновение мне показалось, что я заразила своей паранойей Логана. – Прости, что втягиваю тебя во всё это. – Да ладно, это даже весело, – улыбнулся он. – Я пойду. Обо всё поговорим позже. После того как Логан ушел, я собралась и пошла к Джорджи на работу. Как я и ожидала это была самая легкая и вместе с тем самая занудная работа. Джорджи указал мне на наши мешки, дал журнал, сказал, чтобы я сделала опись, а потом разложила по местам. Вот и вся моя работа. Я вытаскивала вещи из мешков, записывала, раскладывала по кучкам, как велел Джорджи. Закончив с этим, я собрала одну кучку и пошла на склад, та самая дверь, где исчезал Джорджи, когда мы с Мэгги пришли за моими вещами. За дверью оказалось достаточно просторное помещение, заставленное стеллажами. На каждом стеллаже были пометки, какие вещи находятся на нем. Я сложила консервы, сложила одежду, подошла к стеллажу с медикаментами и принялась раскладывать тюбики, баночки и блистеры по большим белым контейнерам. Один из них привлек мое внимание. Я осмотрелась, проверяя, нет ли по близости Джорджи, достала коробку, открыла ее и увидела там несколько баночек. Упакованных не заводским способом. Мне вдруг вспомнилось, что похожие баночки я видела в том доме. На них значилось, что они изготовлялись по рецепту. Я смутно припоминала, что это значит. Я достала одну из баночек и принялась ее рассматривать. На ней не было никаких опознавательных знаков. Не было срока изготовления и не было срока годности, как на всех остальных лекарствах. А мне пришлось и то и другое заносить в журнал, и я была уверена в том, что эти даты обязательно должны быть на упаковке. Но эти баночки были абсолютно чистыми, кроме небольшого круглого значка на дне. Я всмотрелась в значок, но ничего похожего я не видела. – Ты что делаешь? – раздался голос Джорджи за моей спиной. Я бросила на дно баночку которую, рассматривала и заодно подкинула еще одну, похожую. – Разбираю лекарства. Он посмотрел на меня с подозрением. – Дай сюда. Я отдала ему коробку. Джорджи еще некоторое время пристально смотрел в мое лицо, словно надеялся поймать меня на лжи. Но я изо всех сил старалась состроить самый невинный вид. Что было сложно, так как меня распирало любопытство и страх одновременно. – Ты не туда положила, – недовольно сказал Джорджи, ведясь на мой вид ничего не понимающей дурочки. – В эту коробку вообще ничего не клади. Тут просроченные лекарства. – Ох, извини, – как можно натуральнее раскаялась я. – Я постараюсь быть более внимательной. – Ладно, отдай мне лекарства. Я сам разберу, а то еще чего напутаешь. Остались еще какие-нибудь вещи? – Да, немного одежды. – Хорошо, разложи ее и на сегодня ты свободна. Я широко улыбнулась и постаралась как можно спокойнее уйти в дальний угол склада, где за стеллажами он не увидит меня. Какое же облегчение я испытала от того, что он поверил мне. Я расфасовала женскую, мужскую и детскую одежду и сложила по размерам, как мне говорил Джорджи. Мой взгляд привлек угол где находилась наша форма. И вдруг я задумалась, ведь это никогда не приходило мне в голову. У нашего отряда была форма. Значит кто-то ее шил. Конечно, мы не были какой-то большой армией, но почему-то мне казалось, что наша форма больше похожа на магазинную, чем на ту которую могли бы сшить местные. Наша одежда была удобной, с достаточным количеством карманов, с поясом на который удобно крепить всё что угодно. От карабина, до пистолета. Я подошла к висевшей форме и коснулась ее ладонью. Одежда была новой, ни разу не надетой. Внизу стояла обувь, такая же новая, как и одежда. «Хорошо», – подумала я, – «а если это остатки с какого-нибудь предприятия? Или одежда для охранников?» Я взяла в руки крутку и принялась ее рассматривать со всех сторон. Но никаких ярлыков и ничего подобного я не увидела. Только небольшая бирка обозначавшая размер. Я услышала шаги Джорджи. – Эй, Джорджи, – я решила опередить его, чтобы опять не оказаться в глупом положении пойманной с поличным. – Да? – он завернул за стеллажи, где находилась я. – Слушай, у меня только одна пара ботинок, может быть можно мне разжиться еще одной? – Джойс, так просто я не могу тебе дать… – Но у тебя же ее тут навалом, – я махнула рукой в сторону угла с формой. – В смысле это не так быстро. Я запомню форму и подам прошение. И через пару дней ты сможешь получить обувь. – Вот здорово, – я широко улыбнулась, подлетела к нему и чмокнула в щёку. – Я уже всё! Я оставила ошарашенного Джорджи позади себя. Наверное, поцелуй был лишним, но теперь он точно не будет думать о том, как я шныряла тут. Во всяком случае, я на это надеялась. На ужин я не пошла. Вместо этого, я пошла в сад прогуляться немного. Выйдя во двор, я первым делом посмотрела на небо, но из-за покрытия его почти не было видно. То, что должно было быть алым закатом, было просто тусклой красноватой тенью. Я прошлась мимо грядок, мимо небольших кустов. Ноги сами привели меня к тому уголку спокойствия. Я улеглась на траву и уставилась в то место, где должно было быть небо. Темнело быстро и я представляла себе звезды. Те самые, которые я видела днем раньше на крыше здания мэрии. Я лежала и вспоминала звездное небо, но вдруг почему-то стало светлее. Я снова услышала голос, который кричал «Александра!». Я резко повернула голову и увидела лежавшего рядом Логана. – Я думаю, ты должна пойти по стопам родителей, – сказал он переплетая свои пальцы с моими. – Не хочу, – зачем-то сказала я, ведь я не помнила кто были мои родители. – Бегать с ружьем не девчачье дело, – засмеялся он. Я повернулась на бок и игриво толкнула его кулаком в грудь. – Что? Я буду бегать с ружьем, а ты будешь делать открытия. Я снова почувствовала, как неприятно тянет у меня в груди. – Алекс, – прошептал он, поворачиваясь ко мне. – Не уходи, пожалуйста. – Ты же знаешь, что это ненадолго. Это часть практики. Я обязательно вернусь. – Вот ты где, Александра, – из-за деревьев появилась женщина. Она посмотрела на Логана и состроила недовольное лицо. – Ты пропускаешь занятия, – процедила она мне. – Мама. «Мама?» – я мысленно удивилась. Отпустив руку Логана, я уселась на траве. – Я не хочу этим заниматься. И ты видела результаты тестов. Я не могу быть генетиком, как ты или папа. – Ты просто прилагаешь слишком мало усилий. И всё время проводишь с ним, – поджав губы, она кивнула в сторону Логана, – хотя могла бы учиться. И не провалила бы тест. Мой тест. Я вдруг вспомнила, что несколько дней назад был тест. Мы все проходили его. Точнее те, кто никак не мог решиться с тем чем будет заниматься. Логан точно знал. Он хотел пойти в охрану. Хотя с нашими средствами безопасности охрана особо и не нужна. Но Логану всё равно хотелось. Он говорил, что только охранники могут выходить наружу. А ему так сильно хотелось посмотреть, что там. Я выросшая с родителями, наслышалась о том, что происходит снаружи, поэтому я не разделяла его энтузиазма. Мне говорили, что всё там отравлено, и земля, и вода, поэтому я еще больше боялась за него, когда он сказал, что его отправляют на стажировку. Будто всё внутри меня было против, но я никак не могла сформулировать, что же на самом деле меня беспокоит. Если с Логанаом всё было просто, то со мной нет. Он сразу выбрал свой путь, я же не могла определиться. Я посещала все занятия, которые только были и не могла понять, чем же хочу заниматься в будущем. Однажды я забрела в группу подготовки охранников, там-то я его и встретила. И там я поняла, что «размахивать ружьем» как говорил Логан, мне нравится больше. Родители же наоборот хотели, чтобы я была или генетиком как моя мама или микробиологом как мой папа. – Александра! Я поняла, что не слушала, о чем говорила мама. – Да, хорошо. Уже иду. Она снова поджала губы, так что они превратились в тонкую полоску, кивнула, развернулась и скрылась за деревьями. – Иди, – улыбнулся Логан, когда я повернулась к нему чтобы извиниться за сорванное свидание. – Я же говорю, что ты не должна размахивать ружьем. Он притянул меня к себе и мягко поцеловал. От его поцелуев у меня всегда кружилась голова, и я тут же забывала, о чем мы спорили. Я вздрогнула и открыла глаза. Сон. Это всё был сон. Но я чувствовала, что это был не просто сон, это были мои воспоминания. Я резко села на траве и огляделась. Небо было уже совсем темным, в саду зажглись дежурные огни, какие обычно зажигали на ночь в коридорах. Я поняла, что я попала. Мне вспомнились слова Логана, что нельзя гулять ночью. А кстати почему? Чего такого опасного в том, чтобы пройтись по коридорам ночью. Но узнавать почему я особо не хотела. Я осторожно, крадучись, пробиралась к входу. Тут дверь распахнулась прямо перед моим носом. Я не успела даже отпрыгнуть в сторону. За дверью оказался Тед. – Джойс? Что ты тут делаешь? Отбой был час назад. Ты же знаешь, что запрещено находиться вне комнат после отбоя. – Да, я знаю. Я нечаянно заснула, а когда проснулась, было уже темно. – Пойдем я провожу тебя. Он неожиданно грубо схватил меня за локоть и потащил из сада. – Мне больно, – сообщила я ему, в надежде что он ослабит хватку. Но мои слова не возымели на Теда никакого действия. Как же он может так поступать? Мы же друзья. В полном молчании мы дошли до моей камеры. Тед почти втолкнул меня в нее. – Запомни, нельзя гулять после отбоя. – А то что? – огрызнулась я и задернула шторку перед его носом. Сейчас я очень жалела, что тут не нормальных дверей. Что я не могла захлопнуть перед ним дверь и отгородиться от этого гадостного ощущения. Я думала, что мы с ним друзья.