***
- Кеманкеш Мустафа, - обратилась к нему по имени, вглядываясь в до боли знакомые грубые черты лица, - Ты готов принять моё предложение? Некогда молодые и справедливые мать султана и великий визирь утратили свою молодость и справедливость, утопая в пьянящей власти и пролитой ими крови. - Нет, - короткий ответ, слетевший с его уст, эхом отразился в её голове, - Одумайтесь, султанша, пока не поздно. Вы и вправду решили избавиться от собственного внука? Пелена разочарования и боли застлала её полностью. Кесем резко встала с тахты, подходя к своему собеседнику. Взглянула в глаза, чтобы найти в них нужный ответ. И нашла. Он не лжёт, а действительно уходит от неё. - Что ты сказал? Я отказалась от родного сына, убив его! Думаешь, у меня дрогнет рука при убийстве внука? - она сорвалась на крик, не сдержалась. Осознание того, что он сейчас не с ней - убивало. - Тогда я ухожу. На моих руках не будет крови маленького султана. Всего пару слов, а столько предательства и боли. Обида окутала женщину, не давая возможности продохнуть. Она хотела что-то сказать, но не находила подходящих слов. Хотела остановить, но гордость не позволяла. Это тупик, из которого, как казалось, не выбраться.***
Почти всё было готово к свержению правящего монарха. Женщина жалела, что так слепо верила Турхан, отдала ей титул Валиде Султан. Она поняла, это грубая непозволительная ошибка будет стоить маленькому внуку жизни. Но выхода, кроме как убить его, она не видела. На темно-коричневом деревянном столе в плохо освещённой комнате лежали жасмины, помещённые в небольшую корзину. Те самые жасмины, которые так любила Валиде всех Валиде. Столько воспоминаний, радости и горести принесли ей именно эти цветы. И вот сейчас, в самый волнительный момент они рядом. Отпустив Хаджи, с которым успела проститься, Махпейкер подошла к столу, поглаживая свои любимые цветы, источавшие дивный аромат её молодости. На улице стояла ночь, а во дворце не было слышно и звука. По-видимому, затишье перед мощной бурей. Ожидая скорого выполнения приказа, женщина потеряла счёт времени. Она всё так же любовалась жасминами, не заметив, как поверх её руки легла ещё одна, чья-то чужая. Обернувшись, она увидела, что перед ней стоит её предатель. Её Кеманкеш. Лицо его было встревоженным и печальным, а сам он просчитывал слова для произнесения, опасаясь начать разговор первым. - Что ты здесь делаешь? - вопрос прозвучал крайне холодно и отстранённо, а в воздухе витали частицы обиды, - Как видишь, я прекрасно справляюсь и без тебя! - Простите, госпожа, - первое, что смог произнести он, продолжив, - Я оставил вас, когда был так не обходим. Теперь же я корю себя за это. Много думал и понял: вы - это всё, что у меня есть, моё место рядом с вами, а сам я навеки вечные принадлежу только лишь вам. Его речь пронзила до глубины души, а с глаз скатилась прозрачная слезинка. На лице появилась еле заметная улыбка, не ускользнувшая из его виду, а прощением послужил медленный кивок. - Решения моего это не изменит. - Кесем, послушай! - он схватил её за плечи, аккуратно сжимая их, - Отсчёт твоей жизни пошёл. За тобой придут, казнят, убьют. Бывшая Валиде Султан не двигалась. Она не понимала, чем бредит Кеманкеш, что творит. Он называет её по имени, что совсем не присуще ему. - Турхан обыграла тебя. Все твои люди убиты, а к тебе пошлют убийц. Ты умрёшь, если не спасёшься. Кесем убрала его руки со своих плеч, впервые показав испуг за жизнь перед ним. - И как мне спастись? - иронично задала вопрос, глубоко вздыхая. - Откажись от власти, - ответил воин, повергая её в шок. - Никогда. - Откажись. Чувствуя, что, возможно, больше такого шанса не будет, женщина отдалась во власть нахлынувших чувств, придвинувшись к воину, кладя руку ему на лицо, нежно поглаживая ладонью. - Это всё, что у меня есть, Мустафа. Даже если я откажусь от власти, меня всё равно убьют. Думаешь, Турхан оставит в живых ту, которая управляла всем и в разы могущественней? Она испугается. И никогда не оставит в живых. - Давай уедем? Я так давно мечтал покинуть этот грязный дворец, забрав тебя с собою. - Мой милый, милый Кеманкеш! - воскликнула Кесем, смеясь и улыбаясь ему, - Почему ты никогда не говорил мне о своей любви? Мы столько потеряли! - Я любил вас. И люблю. Без всякой надежды на взаимность. Но мы потеряли всё, чего уже не вернуть. Мужчина отвернулся, обречённо вздохнув. Он до последнего верил, что она уступит, откажется, проведёт остаток жизни с ним. Но как ничтожны мысли обычного раба. - Ещё не поздно всё начать сначала. Кесем развернула его, притягивая и вовлекая в страстный поцелуй. Свершилось то, чего так оба ждали много-много лет. - Я люблю тебя, Кеманкеш. Нам надо поскорее уходить! - Ты всё, что у меня есть. На радостях Кеманкеш поцеловал страстно и требовательно свою избранницу, хватая её за руки. Теперь перед ними одна дорога - заслуженного счастья и любви.