Дитя-Паук

Ребенок всегда способен преподать взрослому три урока: он весел безо всякой причины, всегда чем-то занят и умеет любой ценой добиваться желаемого.

Питер был Питером — хорошим и добрым мальчиком, шестнадцатилетним подростком, наивным и с невозможным чувством справедливости — переплюнуть его в этом мог разве что Стив Роджерс. Несмотря на битву со Стервятником, на участие в войне Бесконечности, в конце концов, он все еще был наивным до жути, в добавок еще и говорящим то, что думает. Врать он не привык до сих пор, несмотря на большой опыт в выдумывании отмазок для Мэй. И вот, сейчас, оставшись относительно наедине, — потому что наедине никто им бы остаться не дал и в гостиной находились еще Тони и Тор, обсуждающие что-то «очень важное для Земли» в другом конце помещения, — Питер не сдержал своего любопытства и покосился на асгардца. Локи был в своем обычном одеянии с плащом и своеобразном шлеме с рогами. Засмотревшись на удивительный шлем, Питер не обратил внимания на ответный внимательный взгляд. Локи почувствовал подозрение и недоверчивость, увидев искреннее восхищение во взгляде ребенка. С чего бы ему так смотреть на него, на Локи? Нет, он бы понял, если бы так смотрели на Тора, но на него? Наконец они встретились глазами и на губах мальчишки расцвела яркая улыбка. Глаза его лучились восхищением и поистине детской наивностью, отчего ему и самому захотелось улыбнуться. Разрази его гром, если он не умеет сдерживать свои ненужные порывы. К счастью, таковое он умел. — У тебя суперские рога! — заявляет он с по-прежнему яркой улыбкой. Вот тут Локи опешил — он чувствовал его искреннее восхищение и восторг, чувствовал, что мальчик не врал, говоря это. Питер очень перепугался, когда Локи нахмурился, а после из его глаз потекли слезы, и Питеру стало еще страшнее. Что он не так сказал? Он же просто сказал, что его рога крутые? Ситуация прояснилась, когда Бог Обмана пояснил: — Никто мне еще такого не говорил, — в глазах стоят слезы и неверие. Мужчина берет мальчишку подмышки и изображает им самолетик. Питер весело взвизгивает, хоть бывал на и более высоких зданиях, чем всего лишь два метра, это было скорее от неожиданности. Так на руки его еще никто не брал, разве что в далеком детстве дядя Бен, но Питер этого, естественно, не помнит. — Я заберу тебя себе, Дитя-Паук! — хотелось бы ему это сделать, да кто ж даст? Старк, только увидев действия Локи, тут же вскочил с кресла и пошел в их сторону. Услышав же его слова, он быстро помчался через большую гостиную в их сторону, на ходу крича: — Не смей трогать моего мальчика! — Тони Старк пылал гневом. Еще чего, забрать себе его Паучка? Локи и Тони встретились взглядами. Вроде бы секунда, но за это короткое время разразилась битва взглядами, победителем из которой вышел, конечно же, Тони Старк. — Мистер Старк! — воскликнуло его чудо, — я не мальчик! Питер пылал возмущением. Как что, так он маленький — вспомнить ту же войну с Таносом, другие важные задания, да те же отношения, в которые Тони согласился вступить только тогда, когда ему исполнилось шестнадцать, — а как надеть пижаму с Микки Маусом, так сразу «Что ты как маленький»?!? — Хорошо, ребенок, ты не мальчик, ты — девочка. Лучше? — и эта его фирменная улыбочка как вишенка на торте, отчего Питеру захотелось стереть ее с загорелого лица. Поцелуем. — Нет, — он отвернулся, чтобы побороть искушение, и встретился с изучающим взглядом Локи, — отпусти меня? Вышло как-то неуверенно, но мужчина послушался и опустил парнишку на пол. — До встречи, не-мальчик Питер, — прошептал Локи перед тем, как легко коснуться губами губ школьника и исчезнуть в зеленом мерцании, истаявшим легким туманом. Питер и Тони остались стоять в ступоре. Тут Питер встряхнулся и со смущением посмотрев в глаза своего любимого, сказал: — Но люблю я только тебя, Тони. — Знаю, ребенок, знаю, — и это обращение из его уст больше не звучало так обидно, скорее вызывало теплоту в сердце. Их объятие прервал Тор своим «тактичным» покашливанием. — Не хочу мешать, но нам еще нужно обсудить важные вещи, Старк. Тони нехотя разорвал объятия с Питером и тихо-тихо прошептал. Питеру даже показалось, что он ослышался. — Ни за что не отдам тебя всяким там божкам, ты только мой Паучок. Возвращался домой Питер с бабочками счастья в животе, что щекотали и вызывали улыбку. Хотя вызывали улыбку не они, а то, что Тони его ревновал. Господи, как же классно звучит — его, Питера Бенджамина Паркера, ревновал сам Тони Старк! Человек, которым он восхищается и кого он очень-очень любит. И знает, что любим в ответ. Кажется, бабочки в его животе поселились на очень долгое время, если не навсегда.