Четыре встречи или Главный квест

Первая встреча не предвещает трагичности последней. Но я-то прохожу это в седьмой раз и потому знаю, чем все закончится. Знаю и люблю стоящую передо мной красивую и пока еще счастливую женщину за то, что однажды она станет несчастной. За то, что умрет. И надо бы ненавидеть себя за бесплодные попытки ее спасти – но не получалось. Только – относиться ко всему серьезно. Леди Арибет де Тильмаранд ждет моего ответа. Храм Тира окружает нас тишиной, гулкой, полной обещаний, которые будут выполнены все до единого. - Да, леди, я помогу вам. Найду этих четырех существ. Она улыбается, она верит мне, и я тоже верю – что в этот раз все получится. Но сценарий написан не мной. И вот созданное из четырех подаренных волшебными существами компонентов лекарство похищено предателем, который вовлек в свое предательство невинного и немного наивного Фенсика, любимого Арибет. И недоверие лорда Нэшера к моему предупреждению, к попыткам обсудить – не осудить! - поступки других участников истории уже не кажется таким обидным. А «ну я же говорил» никогда не возникало, потому что каждый раз надо было бежать, искать, спасать. Но не возлюбленного Арибет. Мне не дали возможности поговорить об этом с лордом Нэшером. А если бы дали… как я могу давать советы опытному правителю во время войны и чумы? Как могу сравнивать свое понятие предательства с его и пытаться заменить одно другим во имя такой неверной штуки, как милосердие? Леди Арибет, опираясь на воткнутый в землю меч, стоит под деревом. Не под тем, на котором повесили Фенсика. То не видно с этого места. - Как ты? Иногда я чувствую себя глупо. Герой Невервинтера, почти спасший его. А где-то без почти… и такие пустые вопросы. Было видно, как она. Держится, хотя и едва. И я знал, что это ненадолго. Нам всем нужно было новое дело, чтобы не умереть от тоски и от того, что больше, чем все мы. - Не знаю, как. Плохо… - она помолчала. Руки на мече побелели. – Плохо понимать, что лорд Нэшер прав - по законам военного времени. И что есть и другая правота. - Есть, - соглашаюсь, потому что делю с нею эту правоту. – Но она дает меньше прав… Она вскинулась – горящий взгляд, не ненависть, а горечь и боль. Опять я ляпнул, не подумав. - Прав на что? - Сказать однажды «я сделал все что мог», - так я пытаюсь все исправить. – И прав на любовь и уважение других людей. Леди Арибет стискивает рукоять меча еще сильнее, кажется – вот-вот сломает. Но гнев не делает сильнее, он делает хрупким и уязвимым. - Зачем мне любовь всех без любви одного? Мы с Фенсиком оба служили Невервинтеру. И заслужили это – он смерть, а я – одиночество? Жалкий и беспомощный – вот какой я сейчас. Герой… Даже сказать нечего. Леди Арибет отворачивается – от меня, от меча, от дерева. Но пока не от города. - Надеюсь, Невервинтер и дальше будет любить меня, - произносит она как проклятие самой себе. И я понимаю, что так ничего и не исправил. Третья встреча – битва «героя» с «предателем». Хотя к тому времени я не стал сильнее нее как воин. Да и какой воин из барда? Поэтому поединок проходит с переменным успехом и ощущением, что никому из нас это не нужно. Тогда я опускаю свой черный кумад и пытаюсь найти нужное. - Подожди. Давай поговорим. - А нам есть о чем? Арибет, Арибет. Что сказал бы твой Тир, Искалеченный бог справедливости, увидев сейчас своего паладина? Ему было бы легче осудить, чем мне. И спасти легче. Даже тебя – от тебя самой, как он сделал однажды. - Думаю, что есть. - Я рискую - кладу копье и сажусь, скрестив ноги. Она хмурится, потом тоже садится, негромко звякнув о каменный пол черными доспехами. Око с гарды меча смотрит равнодушно и холодно, башня Маугрима давит той же обещающей тишиной, что и храм. Арибет заговаривает первой, пока я подбираю слова. - И как там Невервинтер? Он все еще любит меня? - Тебя люблю я, - признаюсь, как в чем-то простом, ведь оно и есть простое. – Как человека, как героиню, как того, кто попал в беду, но кому можно помочь. - Помочь? И как же? - она качает головой. - Ты ничего не знаешь. Все сложнее, все больше. Когда убили Фенсика, мне пришлось найти себе… дело и того, чье будущее заслонит мое прошлое. Иначе я бы умерла, - она неожиданно спокойно усмехается. – И я умру все равно, от твоей руки или меня казнит лорд Нэшер. Я киваю, хотя здесь и сейчас еще не могу этого знать. Не должен. Но все-таки – седьмой раз… Именно ее смерть я хочу предотвратить – с самого первого раза. Это мой главный квест. - Я не хочу тебя убивать. И лорд Нэшер не хочет. Но ни у кого нет выбора. Общая правда против личной. - Тогда о чем мы говорим? – леди Арибет начинает подниматься. – И зачем? И я пытаюсь - в последний раз: - Хочешь, я пойду с тобой? Пойду к Мораг… и мы вместе убьем ее? Она кажется удивленной лишь в первое мгновение. - Это твоя правда – что надо убить того, кто на другой стороне? – спрашивает бывший паладин Бога Справедливости. - Но я сейчас на стороне Мораг. И на твою не могу вернуться. Она… не примет меня… «Так легко, как приняла другая», - слышу я несказанное, но не думаю, что это было бы легко. - Ты этого не знаешь, - возражаю я. Дар убеждения барда, где ты? – Давай попробуем. Но леди Арибет уже стоит против меня с мечом. Ждет, когда я тоже встану. Драться легче, чем говорить. Она уже была мстительницей – за гибель родных. И вернулась к этой роли. Может, надо было ей сказать, что возвращаться тоже всегда легче. Но я не успеваю. Не успеваю ничего. Мне не сломать руками свой черный кумад и не сломить волю Арибет или лорда Нэшера, не убедить одну пойти со мной, а второго – что смерть ничего не исправит. Поэтому в следующий раз мы встречаемся в ледяном аду Кании на восьмом круге Баатора. Не люблю холод. Слова осыпаются хрупкой изморозью, не успевая коснуться ума собеседника. Вряд ли Арибет хочет думать. Слишком замерзла. Я сжигаю последние ягоды велокса. Не жалко, я знаю все места, где их можно найти. - Могу я пойти с тобой? – чуть оттаяв, спрашивает Арибет. Ее тень, ее душа. Но даже это еще можно спасти, пока она имеет желания. Хотя бы одно желание. Пойти со мной. Наконец-то. - Конечно, можно. Ты мне очень нужна, - но произнося это, понимаю – это только моя правда. А нужна другая. Тогда я дотягиваюсь до Арибет через тепло уже гаснущего костра, беру за руки, не боясь причинить боль, напомнив о прикосновениях другого мужчины. - Но сначала выслушай. Вот чем все может закончиться для тебя. И я просто рассказываю ей о возможных финалах. О том что она может пойти со Спящим странствовать по планам. Или предать меня ради Мефисто. И предать Мефисто ради меня. О том, как архидемон скажет ей, что Арибет никогда не любила Фенсика. И что это неправда, вернее – правда только для него. О том что она может погибнуть и обрести покой. О том, что я прощу ей все и тогда она обретет тот же покой. О том что Арибет может, наконец, остаться со мной. - Но я думаю, что ты хотела бы найти Фенсика. Она вздрагивает – и только потом я вижу в ее глазах боль памяти. И что-то вроде надежды. - Он тоже здесь? Я оглядываюсь. Я не знаю, есть ли тут хоть какой-то рай. Мне этого никто не сказал. А раз так – не совру, убежденно кивнув: - Где же еще ему быть? - Но почему? А вот теперь попробуй ответить на это, господин бард. - Потому что… возможно, его направила сюда ждать тебя чья-то воля. Воля того, кто однажды уже спас тебя от тебя самой. И кто знает, что во второй раз ты справишься сама. Тир, если ты есть… а ты, конечно, есть, и знаешь, что справедливость может быть и такой. Барды никогда не врут. Фенсик на самом деле где-то здесь. Я чувствую эту правду и правоту как свою и как общую, как все на свете правды, перетекающие одна в другую. И я вижу, как в глазах леди Арибет загорается искра. Ощущаю, как теплеют ее руки. - Да, - говорит она и встает. – Я хочу его найти. Оглядывается с легким удивлением, словно видит ледяной ад впервые, потом кивает мне. - Прощай. И я знаю, что мы больше не увидимся. Потому что у меня наконец все получилось. И когда она уходит, когда гаснут остатки костра я продолжаю свой путь и свой по-настоящему уже завершенный квест и мне тепло в ледяном аду. И не только мне. 5.03.19.