Поломка

       Слава сидит в автобусе с человеком, которого видел два раза в жизни. Есть ли у андроидов жизнь вообще? Подобные мысли всегда толкали Славу на бесконечные «программные сбои». Порой они заполняли собой весь обзор, кричаще красным предупреждая — не лезь, чёртов андроид. Но Слава лез, и лез раз за разом. С каких пор он так думает? С каких пор он вообще думает, а не просто анализирует? SL990 не хотел отвечать на вопрос. Ни на этот, ни на другие, что рано или поздно должны были получить ответ.        Фарафонов пялился в окно, надеясь увидеть что-то новое, давя кашель. Но натыкался взглядом лишь на привычные улицы, дома и прочее. Он старался не бросать взгляды на андроида рядом с ним. Сам факт, что он посадил его рядом с собой, как человека, не отправив назад, к другим — пугал самого Гену. Он не знал почему, но это было странно. Вероятнее всего, просто температура заставляет его творить такое. Просто температура, и ничего ещё? Тяжело привыкнуть к такому дерьму. Двери автобуса мягко открылись, и Гена вскочил, спеша. Славу он невзначай взял за запястье и потащил за собой. Являлся ли инженер фетишистом? Кто знал. Возможно, в руках самого частого гостя его мастерской и правда было что-то манящее.        На улице было откровенно холодно. Слава поежился и обнял себя руками. — В тебе есть функция реагирования на температуру? Пиздец. — выдохнул Фарафонов, потирая затылок. Слава смотрел на него как никогда живо, и Гена к этому почти привык. Был ли Слава девиантом или нет — не важно. Он бы рано или поздно им стал с такими владельцами. — Да. Мистер Камски об этом «позаботился». — тут он беззлобно выдохнул и тихо прошептал — Ублюдок.        Фарафонов подавился воздухом и заржал, согнувшись пополам. SL990 вопросительно взглянул на него и тоже неловко улыбнулся. Почему Гена смеялся оставалось для него вопросом. Отсмеявшись, тот стащил с себя свою белую куртку и надел её на вяло протестующего андроида. Ну, а что, он то уже заболел, а возиться ещё и со Славой было бы слишком Тяжело. На улице пошёл лёгкий, мокрый снег. Геннадию одна из снежинок угодила в глаз. — Ты... Вы слишком добры ко мне, Геннадий. Я не думаю, что это оправдано. — Да не ебёт меня, Славик, понимаешь? Вот ни капельки. И прекрати со мной на «вы» базарить, сколько можно.        Они медленно плелись к инженеру домой в полном молчании. Славе жутко хотелось что-то сказать, странное чувство поселилось в его системе и не хотело исчезать. Любые проверки он решил отложить — а зачем? В этом не было смысла. Ничего бы не решило и ничего бы не дало. Да и видя, как мёрзнет инженер в одном свитшоте, думать о чем-то другом было тяжело. Как бы подтверждая мысли андроида, Гена оглушительно чихнул. — Слушай, может, заберёшь? Ты получишь осложнения, и будешь валяться в постели в три раза дольше. Зачем тебе это? Нелогично греть андроида.        Фарафонов ухмыльнулся и приглашающе махнул рукой. Они подошли к высокому панельному дому, который стоял тут уже лет тридцать. Приложив карточку к считывателю, дверь открылась, пропуская замёрзших внутрь. Вызвав лифт, инженер выдохнул с облегчением. Наконец, он почти дома. Осталось чуть-чуть.        Ввалившись в квартиру, Гена услышал топанье маленьких лапок по паркету. Багира. Она всегда любила встречать хозяина, и увидев его не одного, а в компании андроида, она, мяукнув, удалилась обратно в гостиную. Слава осторожно повесил куртку на вешалку и, разувшись, отправился на кухню. Гена, немного поохав, пошёл переодеваться и искать шмотки андроиду. Не так же ему ходить, ей богу.        Слава заваривал чай, пытался найти какое-нибудь жаропонижающее и сделать что-нибудь поесть. В итоге он нашёл наполовину пустую пачку успокоительных и немного забеспокоился. Хорошие андроиды не должны ничего испытывать. Но он всё же выбросил пачку в мусор. — Слава, чего творим? Ух ебать, чаем пахнет. Спасибо. Хочешь фильм потом посмотрим? Хотя давай сейчас, я сейчас тут возьму что ты наготовил и погнали.        Они вместе заходят в спальню, инженер почти прыгает на кровать, попутно орёт «ТЕЛЕВИЗОР!». Последний покорно включается, оставляя дальнейшее управление за пользователем. Слава около входа переминается с ноги на ногу, теребит пальцами край заводской формы. Не знает, что делать. — Слышь, ты переодеваться будешь? Я тебе положил, форму свою выкинешь, она же в ужасном состоянии. Иди давай, и быстрее. — Фарафонов словно лужица растекся по дивану, свисая головой вниз с края. Фильм пока грузился. Какая-то глупая комедия. Парень тянется до кружки, делает три больших глотка и следом закидывает в себя таблетку. Скоро будет полегче.        Фарафонов довольно улыбнулся, показал большой палец, наконец лёг нормально и похлопал по месту рядом с собой. Слава теперь был одет в красную майку, которая была ему крайне велика, серые домашние штаны и белые носки. Гена был одет в похожий комплект, но майка отличалась, да и носки были шерстяными. Слава осторожно сел рядом, попытавшись обмякнуть и расслабить тело, как пояснил Фарафонов. Так прошёл час.        Андроид почувствовал, как на его плечо что-то соскользнуло и стало немного тяжелее. Медленно повернув голову, он увидел на своём плече голову Фарафонова. Тот спокойно спал, телевизор на заднем плане всё так же шумел.

ПРОГРАММНЫЙ СБОЙ

       А волновал ли этот сбой Славу? Едва ли. Всё вокруг покраснело, оставляя лишь надпись «ПОКИНУТЬ ЭТО МЕСТО». SL990 тряхнул головой, мысленно давая себе понять — он не должен подчиняться. Он не безвольная машина, какой был раньше. Гена — да, именно он его к этому привёл. Показал ему, что не все люди одинаковы. Что всегда будет кто-то рядом.        Девиант осторожно погладил Гену по голове. Да, у последнего точно температура.