Слабость Первородного

Пока мужчины осматривали помещение, Коста подошла ближе к деревянному реечному ящику, покрытому мхом странного цвета. — Так ты скажешь, зачем тебе эти штуковины? — спросила Николь, опустившись на колени. — Собираюсь совершенствовать уровень злодеяния. — Мне казалось дальше некуда, — буркнула женщина, попытавшись открыть ящик. — Сказал же: заперто заклинанием, — ворчливо отозвался колдун, посветив ей фонариком. Майклсон подошел ближе и, упершись одной рукой в стену, а другой себе в бок, так же уставился на Николь. — Во-первых, предпочитаю проверять сама, Аарон, а, во-вторых, перестань на меня пялиться, Кол: отвлекаешь, — Коста серьезно свела брови, продолжая осматривать ящик. — Как пожелаешь, — засмеялся мужчина, показательно переведя взгляд на стену. — Что? Послушать решил о чем просят? — в недоумении воскликнул колдун, переключившись на вампира. — Как же ты нарываешься, черт побери. — Заткнитесь оба, — строго бросила Николь, поднеся перевернутую вниз ладонью руку к крышке ящика. Женщина прикрыла глаза и медленно поднесла вторую руку. Ее губы содрогнулись в тихом шепоте. Майклсон вопреки просьбе сосредоточил внимание на Николь: он старался узнать язык, на котором она произносила заклинание. Кол изучал магию на протяжении многих веков, так что, в мире вряд ли осталось такое чародейство, которое он не изучил. Однако понять, на каком языке говорила женщина, Майклсон так и не смог, от того взгляд его стал еще более пристальным. Как только Коста замолчала, в пещере воцарилась полная тишина. Такая, от которой в ушах начало звенеть. Не стало слышно ни гула пещеры, ни воды, капающей до этого ото всюду, ни камней, время от времени скатывающихся вниз по стенам. Настолько тихо, что Кол, не стараясь, слышал каждый вдох и выдох, каждый удар сердца не только Николь, но и Аарона. Однако продолжалось это недолго. После того как Коста громче произнесла последние слова и резко открыла глаза, вода закапала вновь, гул усилился, а на стенах проступила вязкая жидкость, которая стала скапливаться в небольшие ручейки и стремительно струиться к ящику. Как только жидкость полностью заволокла его, Николь опустила руки ниже и, почти дотронувшись до крышки, снова закрыла глаза и продолжила читать заклинание. Под ее ладонями образовался яркий свет, который тут же ослепил вампира. Прошло несколько секунд прежде, чем Майклсон смог нормально видеть. — Могла бы и предупредить, — возмущенно фыркнул мужчина, потирая глаза. — Могла бы, — вяло ответила Коста и, разведя ладони в разные стороны, силой волны согнала оставшуюся жидкость с крышки ящика, — но не захотела. Все, — отщелкнув заржавевшие замки, она спешно поднялась на ноги, опираясь рукой на собственное колено. Тело слишком ослабло, на мгновение все поплыло перед глазами, но Николь не подала вида и вовремя ухватилась за выступ пещеры, чтобы перевести дыхание. — Ты как? — обеспокоенно спросил Аарон, взяв женщину под локоть. — Душно здесь, — ответила Николь, выдернув руку. — Если это все, что ты хотел, то забирай свои побрякушки и идем. Мужчины подозрительно переглянулись, но Аарон все же послушал еретика и уже через пару минут они отправились обратно.

***

Отстав от спутников, Николь не спеша пробиралась через преграды из камней и на каждое предложение помощи реагировала острее обычного. Аарон не понаслышке знал, что в момент слабости еретики становятся опаснее, так что не смел настаивать и Колу не советовал. Однако Майклсон, казалось, нарочно искал быстрой смерти от ее рук и потому не упускал возможности предложить свои услуги носильщика. Вернувшись в начало пещеры первым, колдун достал из кармана плавательных шорт специальный пакет и, бережно засунув в него магические артефакты и свитки, занырнул в воду. Кол же остался ждать Николь. — Вот привязался, — раздраженно пробурчала Коста, когда, добравшись до озера, увидела Майклсона. — Чего стоишь? Плыви давай! — Тебя ждал, — с недовольством произнес мужчина, щуря темные глаза. — Какая же ты сложная. — Что, не похожа на тех пропащих девиц, которые вешаются на шею, стоит тебе только улыбнуться? Это тебя удивляет? — озлобленно выплюнула Коста, вскинув вверх упрямый подбородок. — Слишком много слов, — выдохнул Майклсон, сделав шаг назад. — Давай уже выбираться отсюда, — Кол жестом пропустил Николь вперед себя. — Да чтоб тебя черти унесли туда, откуда притащили, — пробубнила женщина и, почесывая нос, прошла мимо него с таким видом, словно ничего не говорила. В ответ по губам мужчины расползлась довольная улыбка.

***

Николь удалось заставить себя зайти в воду, однако дальше все пошло совсем не по плану. Течение изменило направление и стало более сильным, потому бороться с ним стоило не малых сил не только ей, но и Колу, плывущему следом. В один момент Коста слишком подалась в сторону и подводное течение стало отбрасывать ее все дальше. В попытке сопротивляться воде Николь растеряла последние силы и не заметила, как оказалась чересчур близко к поднимающимся со дна сталагмитам*. Она зацепилась кулоном за один из них и, пытаясь высвободиться, ощутила неожиданный привил паники из-за страшных воспоминаний, которые снова всплыли перед глазами. Судорожные спазмы сотрясли тело, и Коста стала захлебываться водой. В следующее мгновение сквозь помутненное сознание она почувствовала, как крепкая рука обхватила талию; с неимоверной силой и быстротой ее понесло кверху. Вскоре они с Колом оказались над поверхностью воды и Николь смогла наконец набрать в легкие немного воздуха, после чего зашлась в приступе кашля. Майклсон вытащил женщину на мелководье, где она, скинув его руку со своей талии, обессилено упала на колени. — Николь, — тут же послышался обеспокоенный голос Аарона с берега. — Не подходи, — с трудом выговорила Коста. — Все в порядке, — добавила она, продолжая откашливать воду. Спустя несколько минут Николь медленно поднялась на ноги и направилась в сторону берега, на ходу заправляя мокрые пряди волос за уши. Кол по-прежнему шел за ней, не смея ничего говорить. Но Коста чувствовала, как он снова прожигал ее спину пристальным взглядом и потому поспешила заверить спутников: — Просто зацепилась кулоном, — она коротко глянула на Майклсона через плечо. У Аарона не было причин сомневаться в честности ее слов, но Кол готов был поклясться, что видел в глазах Николь испуг. — Хорошо, — с облегчением ответил колдун и, кивнув ей, подошел к своему рюкзаку, чтобы понадежнее спрятать пакет с крайне драгоценными для него предметами. Коста уже собиралась подойти к своим вещам, как вдруг Майклсон схватил ее за руку и настырно притянул к себе. — Почему ты запаниковала? — Что? — Николь в недоумении уставилась на руку Кола, что сжимала ее. — Какое тебе дело? Отпусти меня! — она попыталась вырваться, но вампир лишь сильнее сдавил женское запястье. — Ты боишься воды? — не унимался он, все настойчивее смотря в глаза Николь. — Ничего я не боюсь. Отпусти, Майклсон. Сейчас же! Сжав челюсть, Кол все же отпустил ее руку. — Значит с водой у тебя связаны не самые приятные воспоминания, — подытожил мужчина, загадочно осмотрев еретика с ног до головы. — Не смей так больше делать, — сурово произнесла Николь, потирая запястье, за которое ее удерживал Кол и которое знатно побаливало от силы его хватки. Коста еще раз окинула Майклсона самым недоброжелательным взглядом и наконец подошла к своим вещам, по пути ругаясь на чем свет стоит. — Кажется мы опаздываем на последний поезд, — неожиданно оповестил Аарон, уставившись на часы с позолоченным ободком, которые он уже успел плотно закрепить на своей руке. — Что значит опаздываем? — женщина спешно достала свой телефон и посмотрела на время. — Последний поезд вот-вот должен прибыть на станцию. — Просто замечательно, — рявкнула Коста, с силой бросив рюкзак на песок. — А я говорила пошевеливайтесь, черт побери! — Откуда мне было знать, что проход засыплет? К тому же тебе понадобилось больше времени на снятие заклинание. Да и вообще, раз на то пошло, мы управились бы куда быстрее, не будь с нами этого! — Аарон в гневе указал пальцем на вампира. — Не будь с вами этого — она бы вообще из озера не выбралась! — в тон ему отозвался Майклсон. — Не надо только драматизировать! Я не прожила бы больше тысячи лет, если бы могла так просто умереть! — возмутилась Николь. — Так что поверь, когда я умру, это будет не так заурядно, — заверила она, буквально испепелив Кола гневным взглядом. — То есть надо было проплыть мимо?! — взвился Майклсон, переключив внимание на женщину. — Да! — Хорошо, запомню на будущее, — хищно процедил мужчина, остановившись лишь в паре сантиметров от Николь. — Вот и запомни! — Запомню! — Уж постарайся! — Хватит! — вмешался Аарон, устало надавив на виски. — Уж так сложилось. Останемся здесь. Переночуем и утром сядем на поезд. — Еще чего, — запротестовала Николь, в недоумении посмотрев на друга. — У тебя есть план получше, ведьма? — рявкнул Майклсон, продолжая смотреть на нее в упор, но Коста ловко игнорировала его слишком близкое присутствие. — А что ты предлагаешь, Николь? — Аарон вопросительно нахмурился. — Ночевать на станции? Может все же лучше остаться здесь возле костра, а утром посветлу добраться до станции и сразу сесть в поезд? К тому же мы насквозь промокли, а солнце уже садится. — Впервые я с ним согласен, — Кол указал пальцем на колдуна, при этом не отрывая глаз от Николь. — Хм… — вампир неожиданно изменился в лице, — а может ты боишься оставаться со мной ночью? — уже мягче поинтересовался мужчина. — Мне сколько повторять, что я не боюсь тебя, кретин? — сквозь зубы проговорила Коста, наконец посмотрев на мужчину. Спустя несколько секунд переглядок, Николь оттолкнула его от себя и вернулась к камню, на котором лежала ее одежда. — А может ты боишься не меня, а своей реакции на меня? — вслед за фразой последовала громкая усмешка. — Отцепись, пока не пожалел о своих словах, — строго оборвала Николь, присев на камень. Еще какое-то время она сидела в раздумьях, недовольно прикусывая щеку изнутри. Аарон в ожидании смотрел на еретика, а Кол не переставал восхищаться проделанной работой: еще несколько колких фраз и Николь Коста точно попытается расправиться с ним. Но зато теперь большая часть ее мыслей принадлежала ему — это не позволяло Майклсону оставаться равнодушным. — Ладно, — резко бросила Николь, закинув ногу на ногу, — остаемся здесь, — бесстрастно добавила Коста и, резким движением скрестив руки на груди, устремила взгляд на озеро. — Понятно, — натянутым голосом произнес колдун и, взяв в руки свои джинсы, достал из кармана перочинный ножик. — Пошли наберем веток… Майклсон, — с трудом выдавил Аарон, зашагав в сторону леса. — Твое отвращение услада для моих ушей, — пропел вампир, последовав за ним. Коста хмуро проводила мужчин глазами. Ее до скрежета зубов раздражала перспектива терпеть общество Майклсона до самого утра. Куда более приятным для нее был вариант отправиться в Ливингстон пешком, но оставлять их с Аароном наедине… «Непонятно, что в голове у этого придурка», — рассудила Николь и, нехотя признав, что ничего другого не остается, решила помочь развести костер — ее по-прежнему пробивал холодный озноб, а мокрая одежда лишь усугубляла ситуацию.

***

К моменту, когда все было готово, солнце опустилось совсем низко и небо залило огненно-красным светом, напоминающим цвет раскаленных углей, что мерцали в костре. Наслаждаясь долгожданной тишиной, Николь смотрела на безмятежную гладь озера и перебирала меж пальцев свой кулон. Вскоре последние лучи солнца упали на землю и наступила ночь. — Аарон, — удивительно озорным голосом вдруг окликнул колдуна Майклсон. Его голос прозвучал так резко, что Коста невольно дернулась. «Даже просто слышать тебя — слишком», — подумала она про себя, закатив глаза. — Ну чего тебе, — устало ответил колдун, готовясь к очередному искрометному диалогу. — Я тут подумал… Насколько же мрачно твое прошлое, что ты так отчаянно отказываешься говорить о нем? — решил позабавиться вампир, вспомнив их дневной разговор. Николь, оторвав взгляд от озера, посмотрела на друга. — Назови хоть одну причину, по которой я должен рассказать тебе об этом, — выдержав недолгую паузу, — видимо с целью собрать остатки благоразумия, — спокойно ответил Аарон. — Его желание предсказуемо: он хочет доколебать тебя, — объяснила Коста, продолжая смотреть на колдуна понимающим взглядом. — Верно! Сначала тебя, потом ее. — И чем же обусловлен порядок? — Аарон выгнул бровь, из-за чего на его лбу пролегла еле заметная складка. — Я оставил ее на десерт, — с довольной улыбкой пояснил мужчина, после искоса глянув на Николь. Но в ответ женщина лишь гневно пыхнула носом, передумав вступать с ним в новый бессмысленный спор. В воздухе опять повисла тишина и каждый погрузился в свои мысли. Кроме Кола, конечно же. Вампир то и дело пытался завязать разговор, однако Николь и Аарону удавалось оставлять его без внимания. Но только до тех пор, пока Майклсон не взялся за слишком личные для Николь темы. — Может перестанешь быть занозой в заднице? — не выдержав в конце концов его напора, буквально прорычала Коста сквозь стиснутые зубы. — Почему нет? Вы такие скучные, я пытаюсь вас расшевелить. — Что может быть веселее двинутого маньяка-убийцы, Аарон? — усмехнулась женщина, обратившись к колдуну. — Только гиперактивный двинутый маньяк-убийца, — он пожал плечами и, достав из рюкзака какой-то батончик, протянул его Николь. — Осторожнее с формулировками, — подернув краешком губ, Кол угрожающе посмотрел на Аарона. — А то ведь оправдаю ваши слова. — Давай, — задиристо хмыкнула женщина и, уставившись на него с вызывающей улыбкой, надкусила батончик. — Николь, — покачал головой Майклсон, — тебе не понравится это шоу. — Сколько уверенности и самовлюбленности, — гаркнул Аарон, вновь сойдясь с вампиром в немой борьбе. Коста, понаблюдав за их «переглядками» с пару минут, устало прикрыла глаза. — Бутылку скотча бы сюда, — вздохнула она, придвинувшись ближе к костру.

***

Так дело пошло действительно быстрее и как только Коста почувствовала, что одежда на ней почти высохла, поспешила одеться до конца: даже у огня становилось все прохладнее. Утеплившись, Николь села обратно на пригретое местечко и продолжила смотреть на языки пламени, наслаждаясь треском веток и ароматом жженых еловых иголок, которые Аарон подкидывал в костер. Картину портил лишь сидящий совсем рядом с ней вампир. Ей должно было быть все равно, но она не могла время от времени не коситься в его сторону. — Майклсон, — неожиданно резко окликнула его Коста, когда ее окончательно взбесила эта ситуация. — Что? — непринужденно спросил Кол, продолжая увлеченно подбрасывать ветви с земли в костер. — Тебе не жарко? — ехидно поинтересовалась Николь, проскользив намекающим взглядом по торсу мужчины… голому торсу: он по-прежнему сидел в одних только боксерах. — Мне замечательно, Коста, — ухмыльнувшись, вампир набрал в руку еще сухих веток. — Ты уже давно высохнул, можешь одеваться, — не унималась женщина, сверля его уничтожающим взглядом. — В чем дело, ведьмочка? — Кол посмотрел на нее прищуренными глазами. — Ты переживаешь за мое здоровье или просто вид моего голого тела возбуждает тебя? — его губы изогнулись в самой самодовольной улыбке, которую только видела Николь. Когда женщина уже собиралась ответить наглецу, колдун резко поднялся на ноги с пустой бутылкой в руках и, бросив невнятное ругательство, двинулся к озеру. — Ты можешь воздержаться от своих похабных шуточек при нем? — проводив друга хмурым взглядом, Николь ударила Кола в плечо. — С чего бы это? — нахмурился вампир, всего на секунду посмотрев в сторону озера. — У него проблемы с «этим»? — Майклсон игриво выгнул брови. — Просто он не такой, как ты, — Коста скривилась и, отвернувшись от Майклсона, вытянула ладони вперед, пытаясь согреться. — Ну так что? — понаблюдав за ней какое-то время, загадочно спросил Кол, после склонив голову на бок. — Что? — не смотря в его сторону, сухо произнесла женщина. — Возникают в твоей красивой головке непристойные мыслишки? От непринужденности его вопроса Николь, сама того не ожидая, начала смеяться. Обычно подобное заставляло ее злиться, но сейчас… — Черт, — Коста покачала головой, продолжая улыбаться. — Ты бесподобен. — Я знаю, — довольно улыбнулся в ответ вампир. Через несколько минут мужчина все-таки поднялся и подошел к камню, на котором сохла его одежда. Он находился совсем рядом с костром, поэтому Николь практически в притык смотрела на крепкую спину и руки Майклсона, по которым выразительно перекатывались мышцы, когда он натягивал на себя серый обтягивающий джемпер. — Ты во мне дырку прожжешь, — самодовольно усмехнулся мужчина, повернувшись к ней боком. Коста не могла отвергать того, что снизу вверх мужчина смотрелся еще лучше, но в ответ на его колкость она лишь надменно хмыкнула и перевела взгляд обратно на костер. А Майклсон, облокотившись спиной о ближайшее дерево, принялся натягивать джинсы, при этом не отрывая взгляда от женщины. Полностью одевшись, вампир сел обратно, как и вернувшийся Аарон. Мужчины вновь странно переглянулись. — Необходимо было побыть в одиночестве? — с наигранной жалостью в голосе спросил Кол. — Ну как? Пустил скупую слезу? — Захлопнись уже, исчадие ада, — прошипел мужчина, глянув на него исподлобья. — А ну повтори, — прорычал в ответ вампир, готовый вот-вот сорваться с места. — Опять… — шумно выдохнула Коста и, не желая стать невольной участницей кровавой бойни, отсела назад — к ближайшему дереву. Упершись в него спиной, Николь закрыла глаза, в то время как мужчины продолжили играть в игру «Тупой и еще тупее». Однако терпения слушать все это у нее не было. — Да помолчите вы хоть немного, — взвыла Николь, откинув голову назад. — Дайте поспать.