Restart

Небрежно хватает сигареты и выходит на балкон. Стук — громче обычного — отдаётся легким громыханием стёкл на кухне. Он весь на нервах, его губы кривятся, а руки переодически дрожат от переизбытка алкоголя в крови. Вид помятый, щеки будто ещё сильнее впали, оголяя и без того четкий очерк лица; лохматые волосы вовсе не ложились, а тяжёлый взгляд, который нарочито скользил по мне, только усугублял ситуацию. Он был зол, неимоверно, и за сегодняшнее утро не проронил в мою сторону ни одного слова. Как назло, Максима дома не было, а тишина рвала перепонки, поэтому, не выдержав, срываюсь к нему на балкон. — По идее я обижаться должна, — прикуриваю сигарету, невзначай дотрагиваясь плечом о его плечо. — Тебе по ебалу дать за это? Обговаривали же, — резкое высказывание, а за ним и сигарета. Моя сигарета. Несчастливо летящая вниз с балкона. Не по моей вине. — Да пошёл ты. — Да пошла ты, — на выдохе говорит Артём, ещё сильнее отворачиваясь от меня. — А, ну давай. Там твоя брюнеточка тебя заждалась, смс-ки проверь, — поджимаю губы, пытаясь сохранять равнодушие. — Ефиму привет, — безликим голосом отозвался парень, продолжая топить взгляд в серой дымке. Даже не обернулся. Его отрешенность меня бесила, поэтому, резким движением я захлопнула дверку балкона, попутно включая телефон. Только я хотела написать, позвонить, хоть кому-нибудь, меня приземлил тот факт, что мне попросту не к кому обратиться. Настоящих друзей у меня не было ни в родном городе, тем более здесь. Ну, не считая Артёма, который кривит рожу уже за третьей сигаретой. Обреченно промычав, я приземлилась на пуфик, который стоял рядом с входной дверью. Неряшливо завязываю шнурки родных «газелей», шарю по карманам куртки парня и коварно улыбаюсь, когда нащупываю желанную пачку с сигаретами. Аккуратно, словно тащу «цигарки» у старшего брата под его носом, кидаю их в свой обширный карман легкой ветровки и выбегаю на лестничный пролёт. Пару рывков вверх по лестнице и едкий запах сырости – примечательно, который обхаживал подъезды панелек или же подвалов –,грязный кафель и одинокое кресло, потертое, где-то прожжённое, залатанное, обыденное кресло, которые выставляют хозяева в целях очищения и без того захламлённой квартиры. Прикольненько, живо. Едкий дым уже был невыносим, горьковатое послевкусие где-то у корня языка давало понять, что курить больше не стоит. К чертям, сегодня можно. От больного равнодушия Артема хотелось выть. Было ли мне его отношения неприятно? Определенно. Хотела бы я извиниться? Пошёл к черту! За что? За то, что хоть кто-то вчера не забыл про меня? Ну да, веская, определено, лучшая причина его блядского отношения ко мне. Спасибо блять! Резкий скачок на ноги привёл к хорошей оплеухе от никотина. Но даже ватные ноги не помешали выскочить из подъезда, попутно стреляя глазами на уже до боли знакомый балкон. «Нажраться» волчком крутилось в моей и без того пустой голове. Хитрющая улыбка, которая успела расплыться на лице, открытое приложение банка со счётом и нехороший огонёк в глазах. Вечерок обещает быть запоминающимся.