Все будет хорошо.

Я тихо мою посуду, вытираю руки, забираю телефон и иди на поиски блондина. В спальне его нет, в гостевой тоже, я иду в зал, где не горит свет. Оказавшись в зале, я замечаю блондина около панорамных окон в темноте. Сидел он спиной ко мне. Я осторожно и тихо приближаюсь к парню и кладу свои ладони на его плечи. Егор вздрагивает, но не поворачивается. — Прости, я вспылила, — говорю я, утыкаясь подбородком в его макушку и обнимая его за плечи. — Нет, это я должен извиняться. Из-за меня у тебя слишком много проблем. — Когда же ты уже, наконец, поймешь, что не доставляешь мне проблем? — тихо и тяжело вздыхаю я, — почему ты такой настырный? — Прости, — тихо говорит он. — Просто ничего больше не говори, — шепчу я, — нам нужна тишина, — я отстраняюсь от парня, но не успеваю сделать и шага, как он хватает меня за руку. — Не оставляй меня, пожалуйста, — тихо и осторожно говорит блондин, его нервы уже не выдерживают. С виду можно подумать, что этот паренек со стальными нервами, но любые даже самые стальные нервы могут сдать, вот и у него они сдали. — Никогда, — шепчу я и присаживаюсь на пол рядом с ним. Он начинает перебирать мои распущенные волосы, и я не против этого, становится даже приятно. Через несколько минут слышу тяжелый вздох парня. Я поворачиваю голову и устремляю свой взгляд на его лицо. В комнате было темно, и лишь легкое освещение было от огней города. Я увидела, что по лицу Егора скатилась слеза. Я поднялась на ноги и вновь обняла его за плечи, утыкаясь носом в его макушку, — ты чего? — Господи, я реально слабак, — шепчет он, — кому я такой нужен? — Эй, что за мысли? — удивляюсь я, ведь за последнюю неделю он даже не «заикался» об этом. — А что? Разве я говорю неправду? Кому я такой нужен? На инвалидном кресле, без возможности самостоятельно передвигаться и возможно не смогу иметь детей, если я не встану. А могу не встать. Все же сразу кинут меня, и буду я один. Сейчас рядом со мной только ты, но согласись… — я его тут же перебиваю, не желая дальше слушать его бред. — Родителям ты нужен! Сестре ты нужен! — повышаю я голос и присаживаюсь на корточки напротив него. — А если не считать семью, кому? — Поклонникам, друзьям, да мне, в конце концов! Прекрати нести всякую чушь! Чего ты хочешь добиться этими словами? — он молчит, — пожалуйста, выкинь эти мысли из своей головы, — вновь шепчу я, перебирая его волосы, — пожалуйста, не думай об этом, не говори больше об этом. Умоляю, — шепотом взмаливаюсь я, — я не могу слышать это. — Прости меня, прости меня, пожалуйста, — судорожно шепчет Егор. — Тихо, успокойся, все хорошо. Все в порядке. Ничего страшного не произошло, — стараюсь я успокоить его и обнимаю, — забудь, забудь весь этот разговор и больше не думай о подобном, хорошо? — он не реагирует, — договорились? — он кивает, прижимая меня к себе еще сильнее, — прости, что наорала. — Ты правильно сделала, что наорала на меня, — я знаю, что он улыбается, хотя я его не вижу, так как он уткнулся мне в плечо. Вдруг зазвонил чей-то телефон, — может, не будем отвечать? — А вдруг что-то важное? — я ухожу в спальню за телефоном. Это звонил телефон Егора, и звонила ему мама, — держи, твоя мама, — улыбаюсь я и собираюсь выйти, как он хватает меня за руку. — Посиди со мной, — просит он, я с улыбкой киваю и присаживаюсь рядом.