Не пожалеет никогда

Савина с нарастающей досадой наблюдала, как на тесте медленно проявляется вторая полоска. «Чёрт, чёрт, чёрт, ну почему так?!. Это настолько не вовремя!» - судорожно думала Марина по дороге в больницу, где работала заведующей родильным отделением. Женщина никак не ожидала, что одна случайная ночь, проведённая с Думанским, в котором она искала утешение после разрыва с Любавиным, преподнесёт такой «сюрприз». «Ну да, не ожидала. Тебе ли, врачу-гинекологу, не знать, откуда дети берутся!» - иронично усмехнулась Савина. Скольким пациенткам, приходящим на аборт чуть ли не ежемесячно, прочитала лекций о необходимости предохраняться, если те не хотят рожать, а сама попалась… Как в народе говорят: «Сапожник без сапог!» Как раз про неё. Нет, ребёнок ей не нужен, Марина не хотела менять свою жизнь: с кратковременными романами, развлечениями, ту жизнь, в которой она отвечала только за себя… И женщина приняла, как ей казалось, единственное правильное решение. Войдя в холл больницы, Марина почувствовала резко подступающую тошноту и под удивлёнными взглядами медсестёр на всей возможной скорости понеслась в женский туалет. Через несколько минут, когда самочувствие пришло в относительную норму, Савина отправилась на УЗИ. - Беременность пять недель, - комментировал Дыбенко. – Сердечко ребёнка бьётся правильно, никаких отклонений не вижу. Да сами можете посмотреть. - Нет! – резко ответила Марина, а потом, видя недоумевающий взгляд молоденького доктора, поспешно добавила. – Я вам верю. Уже выходя из кабинета УЗИ, Савина попросила Андрея, чтобы тот никому не говорил, в качестве кого она здесь была, и парень, конечно же, заверил её в своём молчании. - Это правда? – дверь кабинета Марины с шумом открылась и в неё буквально влетел Думанский. - Что, правда? - Ты беременна? – мужчина заметно нервничал. - Откуда ты?.. – Марина растерянно смотрела на Альберта. – А-а-а, Дыбенко проболтался! - Да какая разница, откуда знаю! Лучше ответь: это мой ребёнок? - Не переживай ты так, - Савина махнула рукой. – Не напрягу! - Значит, мой, - подвёл итог Думанский. – И что ты собираешься делать? - Аборт, что ещё, - Марина пожала плечами. Следующая реакция Думанского изрядно поразила Савину: он в секунду оказался возле неё и, схватив ладони женщины в свои руки, настойчиво сказал. - Даже не вздумай! - Да чего ты? – Марина не понимала такого поведения Альберта. – Встретились однажды, перепихнулись и разбежались. Говоря эти слова, женщина пыталась убедить в их правдивости прежде всего саму себя. - Ты дура, что ли? – мужчина начал терять терпение. – Это же твой ребёнок, частичка тебя, а ты хочешь так просто взять и убить эту частичку?!! - Так или иначе, это моё дело! – невероятным усилием Марина заставила голос не дрожать, а даже наоборот, звучать как можно твёрже. - Э, нет, дорогая, не только твоё! - Только и только моё! – Савина не желала сдаваться. Понимая, что спором он ничего не добьётся, Думанский подошёл с другой стороны. - Вот послушай, - начал он. – Мне почти сороковник, полжизни, можно сказать, прожил. А знаешь, как прожил? Бездарно, глупо, бесполезно. Я разменивался на всякую ерунду: Деньги, курорты, красивых женщин, гонялся за престижной должностью, вместо того, чтобы просто заниматься тем, что, в принципе, у меня получалось не так уж плохо: лечением людей. Через мой кабинет проходили десятки женщин с разными проблемами. Глядя на них, я не понимал: ну вот зачем, зачем эта рожает уже третьего, на ней же и так двое спиногрызов, а вот у этой, вообще, риск родить, но самой умереть при родах… Да таких примеров я могу привести массу! А совсем недавно, оглянувшись на уже прожитые годы, вдруг понял, что, по сути, никогда не было близкого человека, родного, любимого и любящего… И в ту самую минуту осознал, что чувствовали все мои пациентки, понял, что хочу ребёнка, своего, того, кто будет любить не за что-то, а просто, потому что родной… А вся прошлая жизнь была чем-то неестественным, фальшивым, не стоящим нынешнего одиночества. Думанский прервался и заглянул в глаза Марины, ища в них понимания, но, увы, не находил… - Ну, уж если то, что ты имеешь, тебе дороже, чем возможность стать матерью, можешь выполнить одну мою просьбу? – в отчаяньи Альберт прибегнул к последнему средству. - Какую? – в вопросе Савиной едва ли проскальзывал намёк на интерес. - Просто роди… Роди, а я заберу ребёнка и воспитаю его самостоятельно. - У-хо-ди! – по слогам отчеканила Марина. В одном этом слове, будто собралась вся неправильная какая-то решимость. А он… Он ушёл, лишь обронив на выходе из кабинета: «Да, кстати, на Дыбенко не обижайся. Это медсёстры весь день обсуждают твоё странное утреннее самочувствие, а я увидел тебя, выходящую из кабинета УЗИ, прибавил один плюс один… Надеюсь, ты никогда не пожалеешь о сделанном выборе!» Савина так и осталась сидеть в кресле, вроде бы, твёрдо уверенная в том, что не пожалеет… Спустя три дня. - Здравствуйте, доктор, можно? – в кабинет к Марине заглянула молоденькая девушка, да что там: совсем ещё девочка; у неё была симпатичная круглая мордашка в обрамлении коротких светлых кудряшек, глаза голубые, вполлица. - Да, конечно, проходите! Что у вас? - Я жду ребёнка, - на полном серьёзе сказала девочка. – Вот, пришла стать на учёт. Савина ещё раз окинула взглядом пациентку, той на вид можно было дать лет тринадцать от силы. - А сколько же Тебе лет? – осторожно начала Марина - Пятнадцать. - И ты будешь рожать? – в голосе доктора слышалось неверие. - А разве может быть иначе? – девочка посмотрела на Марину так, будто та доказывала, что два плюс два будет десять. Марина не знала, что ответить, потому что где-то в сердце кольнуло. Не желая вдаваться в собственные переживания, женщина снова переключилась на пациентку. - А отец ребёнка знает? После этих слов девочка разом переменилась в лице, оно утратило свою детскость, а в красивых голубых глазах отчётливо проступила боль. - А зачем нам отец? Сами справимся, брата мама в четырнадцать родила, меня – в шестнадцать, живём втроём прекрасно, горя не знаем. С каждым брошенным девочкой словом душа Савиной всё больше рвалась на части, что-то мешало, сдавливало, неудержимо хотелось плакать… - Доктор, с Вами всё в порядке? – девочка с беспокойством посмотрела на Савину. - А, Да, в порядке, - отстранено ответила Марина, но спустя мгновение взяла себя в руки. - Я тебе выпишу направление на анализы, с их результатами подойдёшь ко мне и потом - на УЗИ. Оставшись одна, Савина начала нервно думать. Закусив нижнюю губу, женщина размышляла, что правильно, а что нет, что она имеет и чего хочет… Внезапно живот Савиной пронзила острая боль, а по ноге побежала тонкая струйка крови. Женщина попыталась дойти до двери, чтобы позвать на помощь, но боль усилилась до такой степени, что она потеряла сознание. Как сквозь вату, до Марины долетали обрывки фраз: «Всё совсем нехорошо…», «Угроза выкидыша…» Марина на мгновение открыла глаза и увидела встревоженное лицо думанского. Заметив, что Савина пришла в себя, он сказал. - Значит, так: есть два варианта: мы делаем аборт, как ты и хотела, или же пытаемся сохранить ребёнка, И Марина сделала свой выбор, определивший её судьбу раз и навсегда… Сказала всего одно слово, после чего провалилась в темноту… Спустя семь лет. - Папочка пришёл! – в прихожую на шум открывающейся двери вылетела маленькая девочка. - Лилька, - мужчина ласково поцеловал дочку в макушку. – Я ужасно соскучился! - Я тоже. - А чем ты сегодня занималась, хорошо ли себя вела, а маме помогала? – поинтересовался мужчина, вешая куртку. – Кстати, где она. - Мультики смотрела, рисовала, не баловалась, маме помогала, а сама она на кухне, торт печёт! – отрапортовала Лиля. - А ещё что-то интересное было? - Было: я всю кашу съела, которую мама дала, представляешь, всю! – девочка была в полнейшем восторге от своего героического поступка. - Моя ты умница! – мужчина подхватил дочь на руки и подбросил в воздух, потом поймал и снова подбросил. На смех довольной этой игрой Лили из кухни в переднике вышла женщина. - Мариша, - заметив жену, Думанский поставил дочку на пол и подошёл к супруге. - Я скучала, - Савина прильнула к груди мужа, с удовольствием слушая, как гулко и размеренно бьётся любимое сердце. - А я как скучал! - Альберт оставил на губах жены едва ощутимый поцелуй. - Родители, нацелуетесь ещё! – вознегодовала Лиля. – Я, между прочим, кушать хочу. Муж с женой весело рассмеялись, но всё-таки последовали рекомендации дочки и объятья разомкнули. Семья уже хотела пройти на кухню, как вдруг, Марина, схватившись за живот, тихо ойкнула. - Что? – Думанский забеспокоился. - Да всё хорошо, просто дети толкаются, территорию делят, - улыбнулась Савина. - Пацаны! – с нотками неприкрытой гордости изрёк Думанский, кладя руку на огромный живот жены, дохаживающей восьмой месяц. – Жду-не дождусь их появления, выращу, буду с ними на рыбалку ездить, в футбол играть… - размечтался мужчина. - А обо мне забудешь? – на Думанского обиженно смотрели два больших карих глаза. - Ну, что ты! Ты же моя самая-самая-самая любимая дочка! - Альберт обнял дочку. - Это пока, - не сдавалась та. – А вот родятся братики… - Нет, родная, ну хочешь мы завтра сходим в зоопарк, я отгул на работе возьму и отправимся к твоим любимым лошадкам! - Хочу, - быстро забыла о прежних обидах девочка. – а ещё хочу домик для моих кукол, и посудку, и одежду… - о-о, понеслась! – Альберт забавлялся. - ну пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста! – Лиля состроила умильную просительную рожицу. - И что с тобой делать, вымогательница? Беру отгул! Лиля радостно захлопала в ладоши, после чего, повиснув на шее отца, крепко его обняла. Марина смотрела на своих любимых и плакала, плакала от счастья: заботливый муж, шебутная дочка и два малыша, что сейчас у неё под сердцем – что ещё нужно для счастья? Сейчас с абсолютной чёткостью женщина поняла: о сделанном семь лет назад выборе она не пожалеет никогда.