Падение сердца

— Я… Я бы хотел с тобой погулять, — неуверенно начал Микки, глядя куда-то за Кита, — это в первый и последний раз! Просто… — Я согласен, — коротко ответил второй, слегка усмехнувшись. Его взгляд, напротив, прожигал дыру в собеседнике. И если бы Микаэль, наконец, поднял свои серые глаза чуть выше, то увидел бы насколько сейчас красив его друг. Кит знает толк в жестах и мгновениях.  Знает как правильно поправить тёмные локоны, чтобы это выглядело непринуждённо и сексуально. Знает как склонить голову и улыбнуться уголком рта. Похоже, он даже знает как в такие моменты нужно дышать. -Может прямо сейчас? — голос Кита манит, завлекает и ласкает. В кабинете прошёл ветерок, что проник в помещение через прироткрытую форточку. Волосы Адамса растрепались, но даже это не испортило его чудесной внешности. Микки украдкой посмотрел в окно, после поднял глаза на Кита, но сразу же опустил взгляд. — Сегодня пасмурно, — тихо пробубнил Эванс, — на сегодня дождь с грозой передавали. — Грозы боишься? — поинтересовался Кит, рассмеявшись. И что-то в этом непренужденном смехе было не так. И это «что-то» смог заметить даже Микаэль. — Боюсь, — отрезал он, нахмурив светлые брови, но окрашенные волосы, что так вовремя упали на лицо,  смогли спрятать его от внимательного взгляда Кита. — Обещаю, как только вдалеке послышится раскат грома, мы уже будем в какой-нибудь кафешке, — улыбнулся парень, аккуратно потрепав Микки по голове, — ну же, доверься мне… На мгновение Эванс задумался, но, похоже, совсем не о том. Почти сразу же он ответил кивком. — Отлично! — вновь улыбнулся Кит. — Тогда пойдём? А то дождь ещё начнётся. И снова кивок. В школе уже почти никого не было. Стрелка часов, весящих в холле, указывал на время между 16:40~16:45. Микки шумно вздохнул. Мама будет волноваться. И единственная мысль, что останавливала его от звонка ей — «Сегодня последний день, когда она будет за меня переживать». — Держи, — Кит протянул оранжевый рюкзак, на котором было прикрепленно бесконечное множество значков, с самыми разными надписями: «Lil Peep alive», «Одиночество не предел.» «Воспоминания сгорают.» и ещё много и много других. Они были разных цветов, от ярко-желтого до чёрного, разных форм и разного «настроения». Они наделяли эту вещь некоторой толикой жизни. — Пойдем. — тихо протянул Микаэль, взяв свой рюкзак. На улице темнело. Микки не понимал куда они идут, город все ещё был ему не сильно знаком. Но его радовала мысль, что одноклассник все же согласился с ним погулять. — Так почему вы переехали? — прервал тишину Адамс, слегка замедлив шаг. В его голосе слышалась лёгкая заинтересованность. — Мама поругалась с отцом. Денег у нас особо не было, а здесь у нас все-таки дом. Все случилось так быстро, что я и заметить не успел, как пришёл в твою школу. — рассказал Микаэль, ускоряя шаг, чтобы нагнать друга. — Да и здесь, мне кажется, гораздо лучше. Раньше у меня не было друзей, а сейчас… — улыбнулся он взглянув на Адамса, который что-то писал в телефоне. — Правда? Хах, я думал у тебя было много друзей, — удивился Кит, приобняв парня, что на сантиметров десять ниже его, за плечи, — пойдём к стоянке, там есть просто афигенная забегаловка. -Ага! — снова улыбнулся Микаэль, слишком искренне. Ему шла улыбка. С ней он был так же неотразим как Кит. Начинался дождь. Крупные капли падали с серого неба и разбивались об асфальт на множество осколков. Стоянка была заброшена. Восемь или десять ржавых машин стояли где-то по углам. Через трещинки в асфальте пробивались небольшие травинки.  Холодало. Микки остановился, чувствуя как сердце исходит громкими ударами, то ли от страха перед грозой, то ли от необъяснимого предчувствия. Вдали показалось четыре силуэта. — Кит, пошли обратно. — дрожащий голосом попросил Микки, отступая на шаг назад. Но путь к отступлению перегородил сам Адамс. — Знаешь… Лучше бы ты не пытался. — проговорил он, с насмешкой в голосе. — О чем ты? — тихо спросил парень, едва ли сдерживаясь, чтобы не заплакать. — О дружбе, дурачок. Я ненавижу пидорасов. — отчеканил Адамс с силой толкнув «друга» вперёд. Четыре человека, его одноклассники, что были некогда далеко, уже стояли прямо над Микки. Парень лежал на асфальте, даже не пытаясь встать. Кто-то из парней «любезно» перевернул его ногой на спину, и в тот же момент на лицо угодил чей-то плевок. Послышался смех.  Белая рубашка была уже на сквозь мокрая и грязная, на коленях ткань джинс порвалась сразу после падения. Кит взял Микаэла за волосы и потянул вверх, заставляя того подняться. Он скинул с него рюкзак и прижал Микки к себе спиной, едко улыбнувшись. — Кто хочет подпортить это пидорское тело? И снова смех. Первый удар пришелся в грудь, после чего Микки громко закашлял. Дышать стало тяжело и единственное из-за чего он все ещё стоял — руки Адамса, что держали его. Сразу же кто-то сильно ударил в живот, потом в «солнышко», следом — по лицу. Больно, казалось, было всему телу. — От...пусти. — на выдохе прошептал парень, дернувшись вперёд. — Как скажешь. — приторно сладким голосом пропел Кит прямо на ухо «другу». Единственное что держало его на ногах, будто исчезло. С громким кашлем, Микки свалился на мокрый асфальт. — Доволен? — спросил Кит, кончиком кроссовка приподняв за подбородок лицо одноклассника. Следом эта нога  с размаха влетела куда-то под ребра Микки, от чего тот выгнулся и громко вскрикнул. Другие присоединились быстро, удары ногами приходились на спину и живот. Эвансу казалось будто прошла вечность. Вечность боли и слез. Страха перед грозой не осталось. Вообще ничего не осталось. В ушах шум, сквозь который едва слышны голоса. «Кажется закончилось…» — подумал Микаэль, не чувствуя новых ударов. Тело изнывало. Невозможно. — Эй, Микки, а теперь помоемся! — раздражительный голос смешался с громом, один из парней держал бутылку с надписью «Отбеливатель». Неприятно пахнущая жидкость выливалась на тело. Боль превратилась в агонию. Щипал каждый миллиметр изуродованного побоями тела. И снова смех. И снова, и снова. И тишина. Ушли. Микаэль закрыл глаза. ____________ Кит и другие парни уже вышли на оживленную улицу. — Бля, мы в крови. Какого хера?! — возмущался один из них, разглядывая себя. — А ты чего хотел? Мы вон как этого пидорка отмудохали.  Адамс шёл молча. Он думал о чем-то далёком. Похоже о грозе, что разошлась не на шутку, а может о дожде, что скорее всего смоет всю грязь за эту ночь. — Черт. Рюкзак забыл, — закатил глаза Кит, не обноружив на спине некого груза, — вы идите домой, я схожу заберу. — Может с тобой…? Адамс махнул рукой, уходя обратно к стоянке. ________ Слышался плачь. Настолько звонкий, что даже гром его не перебивал. На стоянке было все также пусто. Только два рюкзака и парень лежали на все том же мокром асфальте. Микаэль не мог встать и даже пошевелиться. Страх вернулся. Страх перед грозой, одиночеством и болью. И шаги, что раздавались где-то рядом, не служили надеждой, а лишь ещё сильней пугали. — Знаешь я смотрю на тебя, и мне ни капельки не жаль. — голос Кита над головой заставил вздрогнуть. А он врал. В его животе будто что-то скрутили, да и нос слегка чесался, вызывая слезы на глазах. Ему хотелось упасть на колени и просить прощения. А за такое ведь не прощают…? — Уйди. Прошу уйди. — сквозь плач, стонал Микки. — Как же я, блять, тебя ненавижу. — прошипел парень и в очередной раз ударил измученного парня в бок. Микаэль замолчал. — Черт. Подняв обе сумки с земли, Кит достал телефон и набрал номер такси. Сказав адрес  диспетчеру, он вернул мобильник в рюкзак. — Ненавижу тебя. Такси приехало через минут десять. Кит поднял тело «друга» и пошёл к машине. __________ С трудом открыв дверь Адамс усадил одноклассника и сел рядом, приобняв того за плечи. — Он в порядке? — поинтересовался водитель, взглянув в зеркало. — Вам бы лучше его в больницу… — Я сам знаю, что для него лучше. Водитель кивнул. Всю дорогу они провели молча. _____ Примерно через час машина остановилась возле многоэтажного дома, в котором жил Кит. Приложив немало усилий, парень все же затащил недвижимое тело Эванса в свою квартиру. — И что я вообще делать собрался? — едва ли слышно спросил сам себя Кит, разглядывая лежащего на полу Микки. Микаэль так и не пришёл в сознание после того удара. В машине он ни разу не пошевелился, и Адамс даже начал подозревать, что он умер, но поднеся палец к его носу, почувствовал тёплое дыхание. Дождь все усиливался. Стук по окнам начал раздражать, как и недвижимое тело Микки, от которого все ещё разило запахом грязи, смешанным отвратительным запахом отбеливателя. — Блять. — громко выругался Кит, перешагнув через парня. Он направился за уксусом и стаканом холодной воды. Вернувшись назад, он намочил рукав своей рубашки кислотой и придвинул руку к носу Микки. Одноклассник едва заметно поморщился и дернулся, на что Кит повторил свое действие, но результата, как такового, не было. Чертыхнувшись, Адамс взял стакан с ледяной водой и выплеснул содержимое на лицо «друга». Микки приоткрыл глаза. — Что...? Где я? — хриповатым голосом спросил Эванс, пытаясь (безрезультатно) подняться. Кит проигнорировал вопрос, внимательно разглядывая разбитую скулу парня. Он отметил, что это ранение выглядит весьма и весьма эстетично. На бледной коже Микки каждая рана выглядела очень ярко и привлекала внимание. Неизвестный порыв заставил Адамса коснуться манящей плоти. Симпатично. Эванс отпрянул. Кит, напротив, поддался вперёд. — Знаешь, Микки, — томно прошептал Адамс, надавливая на кровоточущую рану, — за все твои сегодняшние страдания… Я готов тебя вознаградить. — Кит приблизился настолько, что между их лицами оставалось меньше десяти сантиметров. — Я не понимаю… Дай мне уйти. — дрожащий голос Микаэла смешался со звуком бьющегося о стекла дождя. Адамс звонко рассмеялся. — Как я раньше не додумался трахнуть тебя? — спросил парень, растянув рот в улыбке. Микаэль замер. Стук его сердца перебивал мысли обоих. Крупная дрожь прошлась по всему телу. Он смотрел на лицо человека, что раннее казался ему тем самым спасением от боли муторного бытия, человека, что за один день разрушил весь его мир. Кит тоже смотрел на Микки, желая уничтожить все до конца, так, чтоб безвозвратно и навсегда. В темноволосой голове стали всплывать картинки из недалекого прошлого. Начиная с того самого дня, когда Микаэль пришёл в его школу и одновременно в его жизнь. Он отчётливо помнит, как тот сел рядом за парту и представился. Тогда у него были тёмные волосы, собранные в пучок, и одет он был белую рубашку… Похоже в ту же, что на нем сейчас. Помнит, как Эванс молча ходил за ним, когда тот отирался со своими друзьями. Помнит, как «подарил» ему браслет из кукурузных палочек, со словами: «Только на твое тощее запястье налезет эта безделушка». Помнит его улыбку в этот момент. А ещё он помнит, как Микка ушёл от него с парнем из параллельного класса. Куда ушёл? Не знает. Помнит, как Эванс стал улыбаться этому парню. Помнит, как он пошёл с ним гулять. Помнит как некогда темные волосы стали гораздо светлее, какого-то персикового оттенка. Помнит, как тот самый браслет из кукурузных палочек исчез с худощавой руки. Все помнит. И ненавидит. Микаэль едва ли смог встать. На подкашивающихся ногах он пошёл к двери, но хватило его ненадолго, буквально через пару шагов он свалился на пол. Кит молча наблюдал. Он знал, что в таком состоянии Эванс дальше этой комнаты уйти не сможет. «А лучше бы смог» — отчего-то грустно подумал Адамс, поднимаясь с пола. Подхватив «друга» он потащил его к кровати. — Отпусти. Кит! — хрипло кричал Микки, стараясь отпихнуть парня. Но сил ему хватило лишь на слабые толчки. Адамс усадил Микаэла на себя. Почти неощутимые толчки холодных рух стали раздражать. Не выдержав,  он обхватил края грязной рубашки двумя руками и дёрнул в разные стороны. Звон от отлетевших пуговиц заполнил комнату. После, Кит спустил рубашку с костлявых плеч ровно до запястий, где крепко завязал, фиксируя руки «друга» за спиной. Затем, он столкнул с себя Эванса на пол. Микки вскрикнул, ощутив как правая рука под спиной болезненно хрустнула. Он уже не мог видеть выражения лица Адамса из-за заполнивших глаза слез. А второй в это время уже стащил с него порванные джинсы и нижнее белье. Кит вновь поднял Микаэля и, сев на кровать, усадил его сверху на колени.  Горячей ладонью он прошёлся вдоль по избитому телу — от той самой раны на скуле, до огромного синяка на впалом животе. Казалось столь нежные касания отдаются по всему телу болью от удара током. — Хватит! Кит, прошу, умоляю, остановись! — хрипел Микки, подняв голову кверху, чтобы хотя бы немножко приостановить поток слез. — Заткнись. — прошипел Адамс, больно прикусив выступающую ключицу. Его пальцы двигались то по животу, то по спине, останавливаясь на липких от крови ранах, будто специально царапая их. — Ки-ит. — всхлипывая умолял Микаэль, дрожа всем телом. Горячие руки спустились на ягодицы. Они то больно сжимали, то нежно поглаживали их. Укус на ключице Микки начал кровоточить, а Кит заботливо собирал языком капли выступившей крови, вытягивал голову вверх, касаясь языком места между мочкой уха и уголком нижней челюсти. Утыкался носом в шею, все также пахнущую этим блядским отбелевателем. Одной рукой Адамс нащупал тюбик с кремом. Не жалея содержимого, он выдавил на пальцы белую вязкую массу и сразу же коснулся сжатого колечка мышц. — Кит! Остановись. Остановись!!! — рыдая, кричал Эванс, извиваясь всем телом так сильно, на сколько позволяло его состояние. — Да завались ты уже! — прорычал парень, одной рукой дернув за окрашенные локоны так, что Микки выгнулся всем телом. Палец второй руки проник внутрь Эванса. Кит  продолжал держать за волосы сидящего на нем парня, одновременно двигая пальцем другой руки. К первому пальцу присоединился второй, а ко второму — третий. Вся боль смешалась. Микаэле казалось, что его разрывает изнутри. Боль была настолько сильной, что не давала и намёка на наслаждение. Громкие рыдания заполнили всю квартиру. За окном сверкала молния и лил дождь. — Да почему же ты никак не замолкнешь?! — разозлился Адамс, резко вытащив пальцы из горячего нутра парня. Придерживая ослабшее тело, он встал с кровати и кинул на свое место Микаэля, чьи губы приобрели синий оттенок из-за долгих рыданий. Растегнув ширинку Кит за бедра подтянул к себе худощавое тело. С этого ракурса он мог рассмотреть множество увечий нанесённых Микки за эти сутки. Кроме самого главного. Того, что видят душой. Пройдясь ладонью вдоль своего члена, Адамс приставил влажную головку к колечку мышц. — Кит. Кит остановись, прошу. Пожалуйста… — мотая головой в разные стороны, вторял Микки. Громко и показательно цикнув, Адамс двинул бёдрами вперёд, проникая внутрь Микаэлы всего на пять, шесть сантиметров. — Вытащи! Больно! Больно!!! Больно!!! — крик Микки был более похож на визг. Слезы нескончаемым потоком катились из его глаз, что уже некоторое время были ярко красными. Кит резко дернулся вперёд, проникая настолько глубоко, на сколько это было возможно. Голос Микаэлы сорвался, оставляя лишь неприятные хрипы. Он продолжал извиваться, стараясь прервать эту адскую пытку. Кит был настроен иначе. Он двигался внутри парня слишком резко, заставляя того выгибаться и прикусывать губы после каждого толчка. Он склонился к «объекту» своего внимания. Осторожно коснулся окровавленных губ своими, продолжая все глубже толкаться внутри сжимающего его Микки. — Блять. — рыкнул Кит, скользнув руками под костлявую спину Эванса. На ощупь он развязал рубашку, сдерживающую руки рыдающего под ним парня. Микки закрыл лицо своими ледяными руками. Его пальцы стали серыми от недостатка крови. — Не закрывай свое блядское лицо! — обхватив одной рукой оба запястья Микаэлы, Адамс завёл их над его головой. Другой рукой он прошёлся по обтянутым изувеченной кожей ребрам. Следом, вновь склонился к губам. — Мне… Так больно, — совсем тихо прошептал Микки, зажмурив глаза, — так больно… — Я же сказал — заткнись! — Кит наотмашь ударил одноклассника по лицу, от чего тот зарыдал ещё громче, отвернув голову в сторону. Из носа пошла кровь, заливаясь в рот и заставляя неистово кашлять. Кит находился на пределе. Каждый толчок сопровождался громким хлюпающим звуком, скорее всего из-за того, что Адамс все-таки порвал Микки, от чего смазка с его члена смешалась с кровью. — Блять. Блять. Блять. Резко вытащив член из нутра Эванса, Кит кончил. Микки продолжал кричать. В его крике не было просьб и мольбы, он просто кричал, захлебываясь в собственной крови и слезах. — Я… Чт. Что я.я.я сдел.сделал? Я. Я… В. В. Ведь. Прос. Просто. Хот.т.тел бы.бы.быть другом! — сквозь рыдания бормотал Микаэль. Его сильно трясло. — Замолкни. Слышишь?! Заткнись уже на хер! Растирая кровь по лицу, Микаэль старался сдержать рыдания. — Черт! — бросил Кит, застегнув ширинку и присев на пол возле кровати. Его руки были липкими от спермы, крови и смазки. — Черт. — более тихо повторил он, уткнувшись в колени. Тишина. Через некоторое время, наконец, стало тихо. Рыдания Микки прекратились. Ругань Кита тоже. Только дождь все ещё стучал по стеклу, и молния электрическим лучом разрывала небо. Эванс постарался подняться, но сразу же свалился с кровати, что откликнулось невыносимой болью во всем теле. Кит повернул голову на звук. Он молча наблюдал, как Микаэль ползком собирает свою одежду и, морща окровавленное лицо, натягивает её на изувеченное тело. Кит видел как на подогнувшихся ногах он пошёл к выходу. Слышал как захлопнулась дверь и после прогремел гром. На часах уже около трех ночи. «Как же хочется спать» — отдалённо подумал Кит, бегло осматривая комнату. Возле стены небрежно валялся горчичного цвета рюкзак, с множеством значков. В глаза бросился значок с надписью: «Больно любить», что вызвало грустную усмешку на лице Кита. Парень потупил взгляд. — Куда… Адамс подошёл к рюкзаку. Внутри лежала верёвка, какая-то тетрадь, пенал и выключенный телефон. — Какого черта.? Включив мобильник, Кит обнаружил 48 пропущенных звонков от мамы и Элис. Также там было около 20 непрочитанных СМС и около 10 голосовых сообщений. 17:54 /Мама ~ Микки, где ты? Я переживаю. Как услышишь это сообщение, перезвони мне. 18:28 /Мама ~ Микки, сынок (плач). Элис сказала, что ты попрощался с ней сегодня. Ты ведь никогда так не делал. Сынок, позвони маме и скажи, что это глупости. 18:43 /Мама ~ Микки… 19:38 /Элис ~ Микаэль, что случилось?! Почему ты не берёшь трубку. Своим прощанием сегодня ты меня смутил, а теперь ещё и это. Позвони мне. 19:41 /Мама ~ Сынок, сынок… Позвони мне… И скажи, что все хорошо. Пожалуйста… 20:49 /Элис ~ Если ты слушаешь это сообщение, знай, что я убью тебя как только найду (плач). Если этой запиской… Ты. Ты… Дурак! 22:21 /Элис ~ Твоя мама в больнице. Если ты слышишь это, приезжай (адрес больницы). 00:53 /Элис ~ Микки… Ты ведь грозы боишься! Ты… Ты просто сидишь где-нибудь с тем самым другом, о котором ты рассказывал, и ждёшь, когда закончится эта непогода, да? Пожалуйста… Пусть это будет так. (плач) — Что все это значит?! Кит почувствовал, как в груди что-то сцепило, стало неприятно до тошноты. — БЛЯТЬ! — Адамс побежал на улицу. «Последний раз» — отчего-то прозвучали в голове слова Микки. Дождь шёл непроглядной стеной. " — Грозы боишься? — Боюсь». Раскат грома оглушил Кита и заставил остановится. «Доверься мне». Недалеко послышался визг тормозов машины. Кит побежал на звук, на самом деле не желая видеть того, что могло произойти. «Ага». Машина врезалась в столб. Водитель жив. А на дороге лежит худощавое тело, вокруг которого растеклась огромная лужа крови. «Раньше у меня не было друзей, а сейчас…» «Я согласен».