Богемская Рапсодия

      Юнги медленно выцеловывал прекрасное, накаченное, немного смуглое тело Чимина, изучая уязвимые точки на теле младшего. Мин, стянув с себя одежду вместе с нижним бельём, принялся высвобождать Пака от этих замечательных трусиков. Когда перед ним лежал абсолютно голый Пак Чимин, было ощущение, что он единственный человек, который вкусит запретный плод, а запретный плод всегда сладок. К примеру, как персик*. Младший слегка смутился, от обжигающего взгляда старшего. И в какой-то момент захотелось прикрыться и спрятаться, чтобы никто этого не видел, но было уже поздно… — Чимин~и, расставь ножки. — нежно, полушёпотом проговорил Юнги. — Юнги-хен, я… я не уверен… — отвёл свой слегка испуганный взгляд Пак. — Чимин~и, мне ты можешь довериться, я буду нежен… — возбуждающе прошептал старший и вошёл в Чимина, не почувствовав особого дискомфорта, он удивился — Чимин, а ты… а я… — Хен, я готовился. — ухмыльнулся младший и отстранился. — Ложись.       Юнги послушно лёг на спину, Пак чуть чуть покопавшись, смущенно забрался на старшего и, подставив попку, осторожно сел. Мин разинул глаза и, откинув голову на подушку, рвано простонал. Чимин задержался на пару секунд, привыкая, а потом стал насаживаться и стонать от касания о заветный комок нервов… Оба поверить не могли в происходящее. Интересно, а как отреагируют АРМИ и остальные? Хотя, какая сейчас разница, когда на тебе стонет Чимин… Все это продолжалось на протяжении двадцати минут, оба уже были на грани и после нескольких толчков, и Юнги, и Чимин кончили, младший обессилено повалился на грудь хена и накрыл миновские губы своими, втягивая в сладкий, страстный поцелуй. — Юнги, я тебе тоже трусы с моим лицом заказал. — усмехнулся Пак, падая на кровать и прижимаясь к разгоряченному телу. — Боже, Чимин~а, я буду их носить, только если ты будешь их с меня снимать.