Different

— Я не знаю, как я должен это сделать, — шепчет Лиам. Его руки трясутся, лежа на столе. Но в остальном он по-прежнему неподвижен. Неподвижнее, чем Тео когда-либо видел его. Тео протягивает руки и накрывает ладони Лиама своими собственными: — Тебе не обязательно делать это сегодня вечером, Лиам. Лиам поднял глаза, чтобы встретиться с ним взглядом: — Я знаю. Но я боюсь, что если я не сделаю это сейчас, то никогда этого не сделаю. И они заслуживают знать правду. Это просто тяжело. Что если они не воспримут это хорошо? — Твои родители любят тебя, — говорит ему Тео. — Ничто не изменит этого. — Он прав, ты знаешь? Тео смотрит, как глаза Лиама расширяются при звуке голоса его матери. Он поворачивается к ней, не в силах прогнать страх со своего лица. — Мама. Дженна Гейер вздыхает и входит в комнату, ее муж Дэвид за ней. Она садится рядом с Лиамом, а Дэвид садится между ней и Тео. — Ты знаешь, что можешь сказать нам все, что угодно, Лиам, — говорит она ему. — Я знаю. — Даже если речь идет о том, что ты другой. Мы тебя любим. Это неважно. Лиам и Тео смотрят друг на друга, и Тео пожимает плечами на молчаливый вопрос Лиама. Он чувствует себя таким же смущенным, как выглядит Лиам. Лиам поворачивается к своим родителям и прочищает горло. — Конечно, мы знаем, — говорит Дженна. — Вы не очень хорошо умеете скрывать это. Знаешь, когда по ночам Тео пробирается в твою спальню. — Не говоря уже о шуме, исходящем из вашей комнаты, — добавляет Дэвид. Лиам бледнеет: — Мам. Пап. Что, по-вашему, происходит? — Очевидно, что вы с Тео занимались сексом, — говорит Дженна. — Я просто хотела бы, чтобы вы поговорили об этом со мной. Хотя, по понятным причинам, вы, вероятно, пошли к Мейсону. — Мама! У меня нет секса с Тео! — Вы не?.. — Нет! Я не… Не то чтобы я не… — он смотрит на Тео, замолкая. Когда Тео поднимает бровь, он отворачивается, и его лицо розовеет еще сильнее, чем до этого. Интересно, думает Тео. Мы поговорим об этом. — Тогда что происходит? — спрашивает их Дэвид. — Я другой, — говорит Лиам. — Вы правы в этом. Но не в том смысле, в котором вы думаете. — В каком тогда? — спрашивает Дженна. Она протягивает руку и накрывает ею ладонь Лиама. — Милый, что бы это ни было, ты можешь рассказать нам. Лиам разделяет взгляд с Тео, который кивает. — Ты можешь сделать это, — говорит Тео достаточно тихо, чтобы его мог услышать только Лиам. Лиам кивает и поворачивается к своим родителям. Он расправляет плечи и глубоко вздыхает. — Мам. Пап. Я оборотень. Комната замолкает. Единственные оставшиеся звуки — это жужжание холодильника и звуки их тихого дыхания и сердцебиения. — Ну, дерьмо, — говорит, наконец, Дженна. — Мама? — Я должна была догадаться, что ты найдешь способ запутаться во всем этом, — вздыхает она. — Подожди, — говорит Лиам. — Ты знала? — Конечно, я знала, Лиам. Нельзя прожить в Бейкон-Хиллс большую часть своей жизни и не узнать о сверхъестественном. Лиам опускается на свое место: — Ну, я думаю, мне не нужно произносить полную речь о том, что сверхъестественное реально. От этого легче. — Полагаю, так и есть, — говорит Дженна. — Тео тоже оборотень? — Химера, — поправляет Тео. — Это долгая история. Но некоторые жуткие ученые превратили меня в химеру. Дженна выглядит потрясенной: — У меня так много вопросов, но я не думаю, что готова к ответам. — Наверное, нет, — говорит Тео. Она поворачивается к Лиаму: — Как долго ты являешься оборотнем? — Чуть больше года, — отвечает Лиам. — Это произошло немного позже того, как я перевелся в старшую школу Бейкон-Хиллс. Дэвид вздыхает: — Я знал, что с тобой что-то не так. Я просто никогда не думал, что это будет нечто подобное. — Я просто хотела бы, чтобы ты поговорил с нами, — говорит ему Дженна. — Я не знал, как вы это воспримете, — признается Лиам. — И я не хотел рисковать, подвергая тебя опасности. Тебе было безопаснее не знать. — Ну, я могла бы продолжать и говорить о том, что это за фигня, но я не буду. Я просто рада, что ты в безопасности и счастлив. Лиам улыбается: — Спасибо, мам. Она наклоняется ближе и понижает голос: — И ты уверен, что не спишь с Тео? — Лиам качает головой и вздыхает. — Хорошо, когда вы решите это изменить, предохраняйтесь. Мы с твоим отцом вложили деньги в затычки для ушей. — Господи Иисусе! — бормочет Лиам. — И подожди, разве ты не имеешь в виду, если? Тео улыбается и позволяет своей руке коснуться руки Лиама. — Я думаю, что она права. Лиам поворачивается к нему, а его глаза широко распахиваются. — В самом деле? Тео пожимает плечами, пытаясь казаться небрежным, но его предательское сердце учащает свой ритм. — Я надеялся на это. Если это то, что тебя интересует, конечно. Лиам целует его. Это должен был быть быстрый поцелуй. Один, чтобы донести свою мысль. Но затем рука Тео ложится на его затылок и притягивает его ближе. Лиам улыбается и прислоняется лбом ко лбу Тео: — Да, это определенно когда.