Путь тодзи

Тайки облюбовал место в глубине сада. Здесь среди изящных кленов и затейливо подстриженных вечнозеленых кустарников, он сумел позабыть обо всем, погрузившись в чтение. День был безветренный и жаркий. Только чириканье птиц и глухое постукивание бамбукового фонтана, где-то вдали, нарушали безупречный покой природы. — Коу-сан, почему вы здесь один? Поссорились? — раздался совсем рядом вкрадчивый нежный голос. Тайки вздрогнул и увидел Сецуну. Девушка, не дожидаясь знака, присела рядом на скамью. — Разошлись во мнениях, — неохотно ответил он.  — Со всеми бывает. Вы слишком строги… — проговорила она и загадочно улыбнулась. — Мейо-сан, я должен извиниться перед вами… — Тайки чувствовал жгучую потребность выговориться, но Сецуна жестом прервала его. — Не стоит, я знаю, что это была не Ваша идея. — Уже знаете? — Тайки поник, он понял, что упустил возможность объясниться. — Конечно, девушки мне обо всем рассказали. — Девушки? — переспросил Тайки, шокированный неожиданным заявлением Сецуны. — Я, должно быть, оговорилась, — быстро поправилась хозяйка рёкана. — Не стоит придавать значение моим словам. Если человек утверждает, что он мужчина, стоит ли в этом сомневаться? Только глаза выдавали, что она лукавит. Тайки сразу это понял, теперь он и сам разглядел явный обман. — Удивительно, что я не заметил этого раньше, — обронил он. — Мы замечаем только то, что хотим, — довольная улыбка озарила лицо женщины. Тайки пристально посмотрел на нее, недоумевая, зачем она решила поделиться с ним этим секретом и чего добивается. Она по-прежнему сидела рядом, все с тем же благостно-безмятежным видом, за которым невозможно было предугадать настоящие намерения. — Вы частенько приходите сюда, — заговорила она, резко переменив тему разговора. — Разве Вам не хочется проводить все время с друзьями? — Иногда мне хочется побыть в одиночестве. Мне нравится здесь читать, — сознался Тайки. — А что Вы читаете? — поинтересовалась девушка. — Детективный роман, — ответил Тайки, отчего-то смущаясь. — Любите раскрывать тайны? — снова полюбопытствовала она. — Скорее постигать суть вещей, — исправил ее Тайки. — С любовью также? — она покрутила в руках свой зонтик, и Тайки впервые обратил на него внимание. Резную ручку в форме витого металлического сердца украшал большой рубиновый камень. — Простите, но это Вас не касается, — резко высказался он, захлопнул книгу и уже хотел уйти, но она его остановила. — Прошу, не обижайтесь на мои слова, — проговорила Сецуна с такой ласковой интонацией, что Тайки невольно застыл на месте. — Я не собиралась вчера подслушивать, это произошло невольно. — Тогда чего вы добиваетесь? — настороженно спросил он. — Мне просто показалось, что мы с Вами похожи. Я так давно не говорила ни с кем по душам, что видимо совсем разучилась. Тайки тронула ее искренность, он отвернулся, потому что не хотел, чтобы она заметила, как пылают его щеки. — Вы полагаете, что мы похожи? — Думаю, да. Нам обоим интересно понять, что же такое любовь, хотя сами мы этого не испытывали. Мы оба одиноки. Только вы сознательно выбираете этот путь, а я вынуждена смириться со своей участью. — Разве Вы одиноки? — удивился Тайки. — К несчастью. Моя жизнь принадлежит этому месту, — проговорила она, глядя куда-то перед собой. — Но ведь вы вольны его покинуть? — не отступал Тайки. — Увы, это невозможно. Мои родители поставили меня управлять курортом, это мой долг. Только так я могу отплатить им за все. — Я, право, не пойму, в чем сложность… Вы же можете нанять помощника? — продолжал настаивать Тайки, но Сецуна только улыбнулась в ответ и твердо проговорила: — Вам не стоит забивать этим голову. — Вы сами хотели чем-то со мной поделиться, а теперь отказываетесь от своих слов? — Да. Я передумала. — Почему? — стоял на своем Тайки. — Потому что это глупо. Вы не сможете мне помочь. Но я в Вас не ошиблась, Вы действительно очень отзывчивый и добрый человек. Она снова улыбнулась и поднялась. Тайки посмотрел на нее с недоумением. Сецуна поклонилась и зашагала в сторону рёкана. Тайки хотелось остановить ее, но не знал, что нужно сказать, чтобы добиться желаемой цели. Он чувствовал себя так, будто провалил важный экзамен: судорожно метался от одной идеи к другой, с болью осознавая, что драгоценные мгновения стремительно ускользают сквозь пальцы, а он остается бессилен что-нибудь изменить. Тайки нервничал: его сердце бешено колотилось, а ладони вспотели и оставили влажный след на обложке книги. Только когда стройный силуэт Сецуны окончательно исчез в темном здании гостиницы, Тайки сумел глубоко вдохнуть и выдохнуть, рассчитывая таким образом восстановить нормальный сердечный ритм. Вернуться к прерванному чтению он уже не смог. Строчки и буквы перед его глазами расплывались, превращаясь в бесформенную массу, вместо них возникал образ хозяйки рёкана в строгом кимоно. Тайки вновь и вновь прокручивал в голове недавний разговор, рассчитывая отыскать в ее словах какую-нибудь подсказку. Но пока что ее действия по-прежнему оставались для него загадкой. В конце концов он поднялся, обвел унылым взглядом скамейку и направился обратно в рёкан. У крыльца гостиницы стоял небольшой грузовик, из которого Сецуна и водитель машины выгружали какие-то ящики. Подойдя ближе, Тайки понял, что это продукты для кухни. — Давайте я помогу, — вызвался он, выхватывая из прицепа сразу несколько тяжелых ящиков и потеснив Сецуну в сторону. — Спасибо, — поблагодарила она, заметно польщенная. — Женщины не должны заниматься подобным, — смущенно отмахнулся он. — В наше время совсем не осталось рыцарей, потому женщинам приходится делать не только это, — рассмеялась Сецуна, но за ящики больше не взялась. Пока Тайки, обливаясь потом, бегал с грузом наперевес до кухни и обратно, Ятен вальяжно шел по коридору. — Что это ты делаешь? — удивился он, столкнувшись с приятелем. — Помогаю Сецуне разгрузить продукты для кухни, — запыхавшись, ответил Тайки. — Умно! Хвалю! С ней нам лучше отношения не портить. Хорошо, если она окажется на нашей стороне, — рассудил Ятен. — А там много еще? — с некоторым сомнением в голосе добавил он следом. — Достаточно, — недовольно проворчал Тайки. — Помочь? — совсем неуверенно предложил Ятен. Тайки окинул друга беглым взглядом. Под мышкой у Ятена был мольберт и складной стул для пленэра, в другой руке маленький чемоданчик с красками. Одет он был в белоснежный льняной костюм и широкополую соломенную шляпу, но вид при этом имел весьма страдальческий. — Да-нет, — уклончиво отозвался Тайки, — еще запачкаешься случайно… Мученическое выражение на лице парня быстро сменилось на гневное. — Я сказал — помогу! Значит помогу! Ятен стрелой вылетел на крыльцо, бережно уложил свои вещи и с недовольным видом прошел мимо Сецуны. Затем он с большим усилием поднял один из ящиков и медленно переступая, потащил его в рёкан. Несколько раз смотавшись туда и обратно, Ятен, задыхаясь, присел на крыльцо, чтобы перевести дух. — Я надеюсь, это означает, что завтра нам не придется питаться абы чем? — спросил блондин, глядя на Сецуну коршуном. — Конечно, — кивнула Сецуна, — больше вам не придется похищать чужой завтрак. Она рассмеялась, прикрывая рот ладонью, а Ятен побледнел. — Это вышло случайно, — невозмутимо заявил он, с трудом поднимаясь на ноги, но упрямо поковылял к машине и снова взялся за ящики. Наконец, когда работа была завершена, Ятен вяло собрал свои вещи и поплелся в сад. — Буду к обеду, — бросил он через плечо Тайки. — Похоже, обед снова придется готовить мне, — вслух задумчиво проговорил Тайки. Сецуна снова легко рассмеялась, качнулась к нему навстречу и поцеловала в щеку. — Вы удивительный человек — Тайки Коу! Не беспокойтесь об обеде, я об этом позабочусь. Считайте это моей благодарностью, — улыбаясь, сказала она и скрылась за дверью, а Тайки так и остался стоять на крыльце, прижимая руку к щеке, на которой только что был запечатлен поцелуй.

***

На деревянной табличке, возле двери в душевые, стояла свежая надпись мелом: «онсен открыт для мужчин». Поэтому Сейя совершенно спокойно вошел внутрь, разделся и встал под душ. Завершив надлежащие приготовления, он вышел на улицу и спустился по дощатой дорожке к купальне. Он уже намеревался забраться в воду, как вдруг заметил соседа, сидящего к нему спиной. Сейя так и застыл с поднятой ногой, не решаясь сделать шаг вперед. Однако его появление блондин как будто не заметил. Тогда набравшись смелости, Сейя тоже погрузился в воду. Блондин снова никак не отреагировал. Сейя заинтересованно уставился на него. Сначала он тоже хотел сделать вид, что соседа попросту не существует. Но потом передумал, припомнив всегдашние увещевания Тайки о том, что не стоит уподобляться своим обидчикам и провоцировать конфликт. Но если сосед все же затеет драку, пообещал он сам себе, тогда он в долгу не останется. Примирившись таким образом с собственной совестью, Сейя громко и учтиво поприветствовал блондина. Только ничего не изменилось, его словно никто не слышал. Сейя предположил, что возможно сосед злится из-за завтрака и поэтому молчит. Тогда он, скрипя зубами от злости, даже попытался извиниться перед ним, хоть и не был ни в чем виноват. Но и после этого ему не соизволили ответить. Рассерженный возмутительным поведением парня, Сейя немного приблизился к нему и увидел, что тот сидит в наушниках, а ведь это запрещено! Сейя подсел еще ближе соседу и осторожно потянул на себя провод наушников. — Так-так-так и кто это тут у нас…- задушевно промурлыкал Сейя. Он хотел следом добавить «нарушает правила», но не успел договорить, как блондин вздрогнул, развернулся вполоборота, и его лицо исказилось от ужаса. Он судорожно прикрыл грудь руками, только было слишком поздно. Почти перед носом Сейи мелькнули мягкие округлости с нежной розовой серединкой словно лепестки цветка. От неожиданности Сейя резко подскочил, распрямившись во весь рост, и предстал перед соседом в чем мать родила. Быстро осознав собственную неправоту, красный как рак, он стремительно опустился в воду, обхватив колени руками, и встретился с пылающей физиономией якобы парня. Некоторое время они просто молча смотрели друг на друга, и никто не решался нарушить тишину. Пока Харука запоздало не вспомнила про свой плеер. Она коснулась макушки, но не обнаружила на голове ни полотенца, ни гаджета. С помощью несложных мыслительных операций, девушка быстро пришла к выводу, что айпод пал смертью храбрых на дне купальни. К счастью, наушники, легкие как поплавки, обозначали место, где вероятнее всего следовало искать труп. Ворча себе под нос разные ругательства, Харука принялась шариться по дну руками и вскоре извлекла из воды мертвый плеер. Злость вперемешку с обидой внезапно овладели ею. — Ты его испортил! — крикнула она с укором. — Я не хотел, — принялся оправдываться Сейя, неуклюже извиняясь. — Я не видел… И вообще… — Что ты тут мямлишь! — набросилась на него Харука. — Ты когда сюда заходил, разве не видел, что сейчас женский час? — У тебя тут мозги размякли? Час уже прошел. — А ну-ка повтори, что ты сказал! — Харука приблизилась к нему с явным намерением ударить, но Сейя ее оттолкнул, она не удержалась и упала в воду. Сквозь красное марево перед глазами Харука увидела, что ее обидчик успел подняться, и неловко прикрывая пах, собирался бежать. Харука рванула из воды, напрочь позабыв о собственной наготе, и с неистовым воплем бросилась на парня. Но стоило ей прикоснуться своей голой кожей к его мокрой груди, как она растеряла весь свой запал и застыла точно сраженная неизвестной магией, глядя в синие глаза Сейи. Они так затуманили ее разум, что Харука не сразу вспомнила, какими были ее настоящие намерения, прежде чем она, точно кошка в ожидании ласки, прижалась к хозяину. Сейя и сам выглядел так, будто находился под гипнозом. Ей пришлось дважды с силой толкнуть его в грудь, чтобы он выпустил ее из объятий. — Ты что себе позволяешь! Кто разрешал тебе меня лапать? — рявкнула Харука, не желая верить тому, что сама тоже обнимала парня. — Ненормальная! — Сейя отскочил от нее подальше. — Сама на меня накинулась! — Чего?! — Харука потеряла дар речи. — А ты у нас много о себе понимаешь, да? — угрожающе произнесла она. Сейя резко продемонстрировал ей средний палец. — Я хотя бы не притворяюсь тем, кем не являюсь, — заявил он. — А это не твое дело! — Тогда и это не твое! Их взгляды скрестились точно шпаги. — Извращенец! — бросила Харука, не найдя иных веских аргументов. — Все ты врешь! Ты сюда пришел, чтобы за девушками подглядывать! — Это ты что ли девушка?! Кому ты сдалась! — пренебрежительно проворчал Сейя. Красная пелена снова заволокла ее взор. — Еще одно слово… и… ты… покойник! Сейя серьезно отнесся к угрозе и, борясь с сопротивлением воды, начал пробираться к берегу. Но искушение ответить грубостью на грубость было слишком велико, чтобы он сумел вовремя услышать голос разума. Стоило ему оказаться на суше, как он не сдержался и крикнул. — Да пошла ты! Тоже мне обиженное меньшинство! Совершив нечеловеческий прыжок, Харука выскочила из онсена и в два счета оказалась рядом с парнем. — Ты ответишь за свои слова, — хищно улыбнувшись, пообещала она.

***

Тем временем Ятен уже расположился напротив небольшого прудика, где плавали красавцы карпы. Место было удивительно живописное. А яркое солнце придавало дополнительной сочности краскам природы. Ятен ощущал небывалый творческий подъем. Он не мог припомнить, когда в последний раз выбирался на пленэр и тем более, когда чувствовал такое вдохновение. С явным удовольствием он приготовил свое рабочее место, с упоением разложил краски и, напевая себе под нос ненавязчивую мелодию, быстро орудуя карандашом, создал набросок, который тут же счел превосходным. Обычно он относился к своим картинам чрезмерно критично, многое забраковывал, а выставлял лишь то, что, по его мнению, должно было понравиться предполагаемым покупателям. Поэтому его работы всегда были модными, дерзкими, но теряли собственную уникальность, превращаясь в некое подражание успешным идеям других современных художников. Ятен так увлекся процессом, что не заметил, как кто-то подкрался к нему сзади. — Боже мой, какая удивительная красота! — выразительно воскликнула Мичиру. — Какая одухотворенность! Какая наблюдательность! Браво, маэстро!!! Она звонко захлопала в ладоши. — Спасибо, — смущенно поблагодарил ее Ятен, румяный точно свежий пирожок. — Позволите, я подойду поближе? — спросила она и, не дожидаясь ответа, шагнула к нему. Вдруг она неестественно наклонилась вперед, притворяясь, будто подвернула ногу, и стала падать на Ятена, со всей силы толкнув его в спину. Ятен сумел удержать равновесие, но палитра с красками припечаталась к холсту и мольберт упал на траву. — Упс! — с деланным огорчением издала Мичиру. Ятен бросился собирать свои вещи. Он снова установил мольберт на ножках и убрал палитру. Оценивая причиненный ущерб, он так плотно сжал губы, что они побелели. Его невероятный шедевр был безнадежно испорчен! — Мне так жаль! Какая я неловкая! Простите! Это ужасно! Ужасно! — она рассыпалась перед ним мелким бисером. — Ничего страшного, — буркнул Ятен и принялся старательно очищать лист от красок там, где было возможно что-то исправить. Там, где ничего изменить без ущерба для рисунка было невозможно, Ятен рисовал кустики и камни, закрашивая кляксы. — Потрясающе! — проворчала Мичиру, уже не скрывая собственное огорчение. — Мне раньше доводилось видеть ваши работы. Эта не идет с ними ни в какое сравнение… — Вы так считаете? — Ятен отвлекся от рисунка. — Да, — кивнула Мичиру. — Прошлые были отвратительны. Ятен покраснел и отвернулся. — Вы достаточно прямолинейны, — признался он. Мичиру пожала плечами. — Надеюсь, вас не задело мое скромное мнение. В конце концов, оно не имеет никакого значения для такой знаменитости, как вы. Ятен надулся и промолчал. Мичиру усмехнулась и принялась расхаживать с карандашом на вытянутой руке, периодически прикидывая, какой угол обзора лучше выбрать. — Что вы делаете? — удивился Ятен. — Как это что? — невозмутимо отозвалась девушка. — Я ищу лучшее место. — Для чего? — продолжил допрос Ятен. — Для рисования, разумеется, — твердо заявила Мичиру. — Вы собираетесь рисовать здесь? — с явным раздражением спросил он. — Да, а вас что-то смущает? — иронично спросила девушка. — Смущает. В парке достаточно места. Почему бы вам не пойти куда-нибудь еще? — Я уже пять лет рисую этих миленьких карпиков! — обиженно надула губы Мичиру. — Хотя, может быть, и не этих, — задумчиво добавила она. — Сколько, по-вашему, живут карпы? — Понятия не имею! — фыркнул Ятен. — Но вы очевидно не желаете жить долго и счастливо! — Вы мне угрожаете? Хотя чего еще можно ожидать от знаменитости? — с укором проговорила Мичиру. — Я прошу вас по-хорошему, заметьте, пока прошу! Выберите для пленэра иное место! — Ятен позеленел от злости. — Но почему же именно я должна изменять своим привычкам и искать другое место? Я ведь девушка, а вы все-таки мужчина… Хотя бы с виду… Хотя бы чисто теоретически… Неужели вам не стыдно? — Ни капельки! Мичиру громко фыркнула и демонстративно раскрыла складной стульчик прямо перед ним. — Тогда представьте, что вы в одиночестве, мистер Сноб! — Я не собираюсь этого делать, потому что вы уйдете отсюда! — выкрикнул Ятен. — Меня отсюда теперь даже танк не сдвинет! — Мичиру решительно уселась на стульчик и обняла руками мольберт, прижимая его к себе. Ятен стремительно подскочил к ней, схватил ее пенал и закинул его в пруд. Мичиру ахнула. — Надеюсь, карпы будут довольны угощением! — Вы… вы… Омерзительны! — прошипела Мичиру. Ятен театрально поклонился. — Всегда к вашим услугам и, кстати, как женщина, вы должны бы знать, что этот цвет помады вас старит. Оттенок фуксии не для вас! Мичиру побагровела и встала. — Что ж, благодарю за науку! — зло буравя его глазами, ответила девушка. — Всего вам доброго! Она рывком подхватила свои вещи, бросила полный горечи взгляд на пруд, где упокоился ее пенал, и быстро зашагала прочь. Ятен же с видом победителя снова продолжил прерванную работу и вернулся обратно только через пару часов, как и обещал своим друзьям.