Правила жизни для сбежавшей принцессы

Путь к дому Кости действительно оказывается неблизким, особенно под бесконечную болтовню Димона. Он вспоминает об их общей юности, молодости и, кажется, уже начинает строить планы на старость. Папа лишь кивает, изредка улыбаясь отдельным шуткам, но выглядит при этом как никогда сосредоточенным. Наверняка гадает, зачем мне понадобилась встреча с его старым другом. Я и сама пока не уверена, что мне это действительно нужно, но попробовать стоит. Даже успеваю отрепетировать небольшую речь по дороге, но она кажется мне какой-то… излишне торжественной, что ли, а ещё неубедительной. Костя живёт за городом в большом частном доме в два этажа, который окружает роскошный сад с маленьким прудом. Уже у подъездной дорожки папа набирает номер друга и просит открыть нам ворота, после чего мы въезжаем в уютный дворик. Навстречу уже спешит жена Кости – Марина, которая удивляется, почему с нами нет мам. Следом за ней спускается младшая дочь Кости – Женя. Она всего лишь на пару лет младше меня, но выглядит как десятилетка. У них это генетическое. Косте уже под шестьдесят, но внешне можно дать чуть больше сорока, а Марина не так давно справила пятидесятилетие, но кажется, что она одногодка моей мамы, которой всего сорок два. Кроме Жени, у Кости ещё две дочери. Старшая, Юля, от первого брака. Она уже давно вышла замуж и родила сына. Её муж старше неё почти на двенадцать лет, но при этом Костя не возражал, когда они решили пожениться. Не то, что мой папа. А средняя, Тина, только окончила университет и работает барменом в местном клубе, но тоже с родителями не живёт. - Приветики, - улыбается Женя, махнув мне рукой. Но неожиданно она замирает с открытым ртом и каким-то несвойственным ей томным шепотом выдыхает: - Даниил… - Чёйт с ней? – тихонько интересуется у Марины Димон, глядя, как её дочь принимает какую-то непонятную позу. Она ставит одну руку на пояс, вторую запускает в волосы, а затем выставляет правую ногу вперёд, согнув в колене. - Заигрывает, - так же тихо отзывается Марина, едва сдерживая возглас умиления. Димон понимающе кивает, словно бы для него это нормальная ситуация. – Пойдёмте в дом. Костя сейчас спустится, он как раз заканчивает работать. - Даниил, позвольте мне проводить вас? – продолжает тем временем Женя, обхватывая Даню под локоть. Он обречённо закатывает глаза. – Я могу показать вам все… красоты этого дома. Нда, даже и не думала, что эта влюблённость в Даню у неё всерьёз. Ещё когда мы были мелкими, она постоянно твердила, что выйдет за него замуж, как только вырастет, а мы с Лизой только подшучивали над ними. Видно, она решила брать быка за рога. Что ж, девчонка она не глупая и довольно симпатичная – худенькая кареглазая шатенка, вся в мать. Вот только способы флирта у неё весьма… специфические, надо как-нибудь намекнуть, что Даня просто любит хорошо поесть. - Костян, скок лет, скок зим! – радуется Димон, бросаясь к хозяину дома, чтобы заключить его в крепкие объятья. Тот даже отшатывается от неожиданности. - Ты же только позавчера заезжал, - напоминает Костя, отстраняясь. Димон фыркает, пробормотав, что уже и не помнит, когда это было. – Макс, а вы с Ксеней какими судьбами? Случилось что-то? - Можно и так сказать, - встреваю я, проходя мимо папы. Не зря же я сюда ехала. – Мы можем наедине поговорить? - Я весь во внимании, - улыбается мужчина, указывая на свой кабинет. Папа порывается пойти с нами, но Костя его останавливает. – Макс, с каких это пор тебе интересны чужие разговоры? Не думал, что к старости ты превратишься в бабку-сплетницу вроде Димона. Димон обиженно фыркает, но Марина тут же вспоминает, что у неё в духовке стоит пирог с яблоками, и ненавязчиво уводит всех на кухню. Женя буквально повисает на руке у Дани, а папа подозрительно оглядывается на нас с Костей, но мы уже уединяемся в кабинете. - Рассказывай, - распоряжается Костя, указывая мне на кресло. Он выглядит предельно серьёзным. – Если уж ты притащила сюда отца и всю эту делегацию, то дело явно не терпит отлагательств. Я слушаю. - Они сами за мной увязались, - бормочу я, невольно ощутив неловкость. В последний раз со мной говорили так по-взрослому, когда пытались приучить к горшку. «Ксения, ты уже взрослая дама и понимаешь, что это дело не терпит отлагательств», - говорил мне всё тот же Костя, и я обкакалась чисто из-за его строгого тона. Зато это было эффективно. – А вообще у моего парня проблемы. - Макс узнал о его существовании? – усмехается Костя, усаживаясь напротив. А он сечёт. - Не совсем. Точнее… не только это, - исправляюсь я, и выражение лица мужчины становится заинтересованным. Я делаю глубокий вдох и продолжаю: - Дело в том… Следующие полчаса я старательно описываю Косте сложившуюся ситуацию, рассказывая про Макса, про его деда и про реакцию моего отца. Я не просто так обратилась именно к папиному старому другу, потому что в свои годы он успел заработать статус одного из самых уважаемых людей нашего города, хоть и никогда особо не связывался с криминальным миром. Но у него есть связи едва ли не по всей стране, и, я уверена, среди людей Ириного отца кто-то тоже найдётся. - Ты не представляешь, сколько новых поводов подшучивать над твоим отцом, а уж тем более над Димоном, ты мне только что дала, - улыбается Костя, соединяя ладони домиком. Тем не менее он выглядит задумчивым. – Карма, беспощадная ты сука… Прости. - Ничего, Димон всё равно выучил со мной матерные слова раньше, чем я выговорила «мама», - отмахиваюсь я, немного заражаясь его спокойствием. По крайней мере, он не кричит на меня, как папа, и не паникует, как мама. – Так… с этим можно что-нибудь сделать? - Я подумаю, как это можно уладить, - обещает мужчина, подмигнув мне. Всё же я не зря сюда ехала, хотя бы надежда появилась. – Но Макс прав – если ты действительно дорога этому парню, то он сам должен начать за тебя бороться. Ксень, я понимаю, что мы все воспитывали тебя мужиком, но всё-таки притворяйся хотя бы иногда девочкой. Парнишке это будет полезно. Он подмигивает мне и указывает на дверь, за которой, я почти уверена, уже ждёт папа. Когда мы выходим, они с Димоном оказываются у противоположной стены, делая вид, что рассматривают картину. - Это Репин или Айвазовский? – уточняет Димон, решив блеснуть интеллектом. Я едва сдерживаю смех. - Это снимок УЗИ моей жены, - хмыкает Костя, закатив глаза. Димон отскакивает от картины, словно бы она кусается. – Ну что, отец педофила, товарищ За-любовь-нужно-бороться-всем-кроме-моей-дочери, повеселимся сегодня? Марин, где у нас коньяк? Чувствую, мы здесь надолго…