Внутри меня горел огонь

«Доверчивость невинных — главное орудие лжецов».

Стивен Кинг «Нужные вещи»

      Ирина Соколова — профессиональная художница, закончившая Питерский ВУЗ с отличием. До определённого момента её официально можно было называть самой счастливой девушкой на планете. Выпускную работу выставили в Выставочном Центре СПб. Союза Художников — букет полевых цветов на голубом, словно небо, фоне, подаренных завоевателем девичьего сердца. О таком юная художница и мечтать не могла! Многие преподаватели пророчили Ирине большое будущее, стали поступать первые заказы, разве не чудо? И все стереотипы о безденежной работе художника в миг испарились. Но самое главное и, пожалуй, самое ожидаемое событие для любой девушки — свадьба. Да ещё и летом! Кажется, жизнь сложилась удачно.       Но Ирина будто не стремилась становиться известным живописцем. В марте родилась лапочка-дочка, теперь весь мир Ирины состоял в этом чуде, пускающем слюнки и пищащем по ночам, когда Алексей приходил домой уставший, как собака, и мечтал об одном — поспать несколько часиков. Служба шла в гору: он уже не лейтенант, а капитан! Большая ответственность легла на плечи солдата. Не за себя, за людей, находящихся в его подчинении.       Утром поступил срочный приказ, без суеты проводили на место отправки, не дав попрощаться с родными, а дальше оставалось ждать и надеяться...       После смерти своего мужа-военного, погибшего в Чечне, женщина с головой окунулась в работу, пытаясь хотя бы на время забыться, заглушить жгучую боль потери, что совершенно невозможно. На руках осталась двухлетняя дочь, ещё не подозревавшая, что папочки больше нет. Малышка с вопросом смотрит на фото улыбающегося Алексея в форме, аккуратно расставленные по полочкам, твердит детским голоском "папа", ищет изо дня в день по квартире, но так и не находит, растерянно усаживаясь на пол. Мать даёт дочке конфету и отправляет смотреть мультики, сама же бежит в ванную, включает воду и тихо плачет. Как объяснить маленькому ребёнку, что отец больше не вернётся? Ирина придумала легенду, что папа просто в длительной командировке. Так говорят многие, самая простая версия, чтобы скрыть правду. Ирина покупает подарки, выдавая их за отцовские. Девочка аж взвизгивает, когда видит эти маленькие, но очень значительные для неё вещицы.       Алексей уехал ещё тогда, зимой девяносто девятого, их разбомбили сразу же по прибытию, всю маленькую команду, готовую рвать за мир. Ирина до сих пор помнит, как её вызвали, долго ничего не говорили, но она сразу всё поняла, а когда фразу произнесли вслух, женщина перестала что-либо слушать. Только люди носились вокруг, предлагая воды с валерьянкой, успокаивали, материальная компенсация... Да какая к чертям компенсация?! Разве заменят деньги человека? Сына, мужа, отца... Его привезли в цинковом гробу, выстрелы в небо, почёт... Ирина еле держалась, разве что не бросилась вслед за Алексеем в могилу. Жить стало практически не на что, картины не продавались, пришлось съехать в однушку. Их некогда счастье скрылось во мраке... Соколова устроилась подрабатывать воспитателем в детском саду: надо кормить семью и радовать свою зайку, обеспечить всем необходимым, чтобы ребёнок был не хуже других.       Она никого никогда не полюбит, только Лёшенька занимал большое место в разбитом сердце. С этой мыслью женщина жила пять лет, перестала следить за собой, дабы не привлекать внимание мужчин, невзрачный макияж, простая одежда. Всё лучшее для своей крошки, которая так похожа на отца. Каштановые волосы, большие тёмные глаза с длинными ресницами, такая же смуглая, с возрастом всё больше напоминала его. Те же фразы, тот же взгляд. Наверное, девочка совсем не помнит его, ведь ей было всего два годика.       Он возник будто из ниоткуда.       Одним прекрасным летним вечером, когда Ирина сидела в парке. Перед ней стоял мольберт, краски и восхитительный пейзаж на холсте. Женщина не утратила мастерства спустя долгое время бездействия. Одежда, руки и щёки были перепачканы краской, на что было всё равно, художница надеялась продать картину. Она как раз собирала свои инструменты. Всё это время, сидя на лавочке и не отрывая взгляд, за ней наблюдал мужчина. Внутри что-то перевернулось, что ему нужно? Может, маньяк? Соколова собралась и поспешила скрыться из поля зрения своего воздыхателя. Незнакомец успел остановить напуганную дамочку и объяснил нелепо сложившуюся ситуацию. На самом деле, она очень понравилась ему. Да, любовь с первого взгляда звучит очень бредово. Ирина отмахнулась и поспешила домой, нервно оборачиваясь.       На следующий день мать вела дочку в школу. Начался учебный год, пришлось сильно потратиться: учебники, форма, ранец, школьные принадлежности. Всё лето она отказывала себе во всём, экономила. Приходилось помогать больной матери, но её пенсии было недостаточно. Что такое шесть тысяч?       Они стояли на светофоре, ожидая, когда загорится зелёный свет. Машины с бешеной скоростью проносились мимо, ребёнок с восторгом смотрел на удивительно быстрые автомобили. Когда она вырастет, тоже купит машину, обязательно синюю, и они с мамой и бабушкой поедут на море. Рядом крутилась болонка, за ней тоже очень интересно наблюдать, такая забавная, с бантиком на голове, рука так и тянется погладить. Ещё одна страсть девочки — животные. В маленькой квартире постоянно появлялись бездомные кошки под предлогом: «Я только поиграю и отпущу», хомячки, аквариум с рыбками. А вот завести собаку не разрешают... — Отличная погода, не так ли? — мечтания разрезал посторонний голос. Это был тот самый мужчина: высокий, красивый, темноволосый и с бородой. — Мама, кто этот дядя? — крошка с любопытством вытаращилась на незнакомца. Должно быть, знакомый с работы, тоже художник или мамин одноклассник. К ним часто заходили гости, пили чай, разговаривали.       Мать с трепетом прижала девочку к себе, с опаской глядя на преследователя. — Не бойтесь, — усмехнулся он. — Я вас не преследую, моя работа недалеко отсюда, — мужчина говорил с акцентом, как и свойственно иностранцам, и указывал на небоскребы вдалеке, отражающие яркий солнечный свет. — Наверное, это судьба, — преследователь шумно втягивает воздух, наслаждаясь осенней погодой.       Девочка с интересом выглядывала из-за матери, но та по-прежнему пыталась спрятать её за собой. — Я вас не боюсь, — гордо отрезала Соколова, устремив взгляд усталых глаз на светофор, всем своим видом показывая — он ей не интересен.       Загорелся зелёный, Ирина поспешила перейти дорогу, оставив назойливого поклонника далеко позади. Глупая мысль посетила голову, одиночество — плохая участь. Сразу же начиная мысленно ругать себя, женщина спешит в школьный двор, поправляет бантики на слегка растрёпанной голове дочки, одёргивает новенькую блузку, жилет, в общем, придаёт ребёнку опрятный вид. Проводив дочку взглядом до крыльца, пока та не исчезнет в холодных коридорах здания, Ирина поспешила в садик, чуть не споткнувшись о вылетевшие из раздробленного асфальта мелкие камешки, норовившие свалить художницу на землю. — Дайте мне шанс, и я докажу, что вы ошибаетесь насчёт меня, — настаивал незнакомец, очаровательно улыбаясь.       От неожиданности женщина вздрогнула, отшатнувшись назад. Всё это нисколько ей не нравилось. Безобразие! Сколько можно?! Нет, всё же он преследует её! Похоже, мужчина не понимает слов! Может, позвать на помощь? Или вызвать полицию? Происходящее не лезет ни в какие рамки приличия! Соколова с опаской смотрела на поклонника, сколько историй показывают об иностранцах, русских девушках и грубом отношении к ним, женщина аж вздрогнула, вспоминая последний сюжет передачи. С другой стороны, шоу созданы для развлечения публики, и кто знает, что правда, а что вымысел. Ирина невольно сдалась, выбросив все ужасы из головы. Что случится, если один раз она позволит себе отдохнуть? К тому же, было в нём что-то необъяснимо цепляющее, завораживающее. — Но я даже имени вашего не знаю, — засмущалась до боли доверчивая художница. — Простите мне мою ошибку. Моё имя Карим, я директор «Айсберга», — поклонник был очень галантен, вежлив, в общем, мечта каждой девушки. Но как говорится «Не суди книгу по обложке». — Ирина, — тихо представилась женщина, отводя взгляд. Профессию называть не стала, постеснялась.       К слову, «Айсберг» — одна из крупнейших фирм, занимающаяся нефтью. Всё-таки странно, что солидный мужчина, директор, положил глаз на неё, скромную, замкнутую в себе особу. Простая воспитательница. — Тогда сегодня в восемь, я буду ждать вас около входа в кафе «Мотылёк», — иностранец позволил себе поцеловать руку избранницы и скрылся в толпе прохожих, оставив ошеломлённую своим согласием Ирину.

***

      Ребёнка оставили у бабушки. Ирина впервые за долгие годы надела вечернее платье, поселившееся в дальнем углу шкафа, туфли на каблуках, сделала укладку. Чувствовала она себя как не в своей тарелке. Это всё не её, чужое. В зеркале отражалась совершенно другая Ирина, давно забытая, лёгкая, привлекающая. С радостью отказаться бы от встречи, был бы шанс. Прогнав мандраж, она поцеловала свою зайку в макушку, пообещав скоро вернуться.       Вечер прошёл изумительно. Пара много смеялась, гуляла, Ирина много рассказывала о себе, о дочке, какая она чудная и забавная. Спутник внимательно слушал, иногда выдавая какие-то общие факты о себе: где родился, кем работал, ничего личного. Мать вернулась с шикарным букетом алых роз, почти порхала. Её глаза горели, как раньше. Она счастлива. Оказывается, жизнь не закончилась. Художница будто ожила, снова видела все краски мира, как это было с Лёшей, а не серые тона города. Дышала полной грудью, выстраивая планы на будущее. — Осторожней ты с этим Каримом, — ворчала бабушка, набирая петли на спицы для будущего шарфика. — Чего доброго, увезёт за границу, и будешь никем! — Мама, успокойся, — дочь с любовью обняла пожилую мать, пусть порадуется за неё. — Мне всего тридцать пять, я не должна ставить на себе крест, да и доченьке нужен отец. — Вот ещё! Какой он отец?! Лёшка — вот кто отец! — взорвалась Елизавета Максимовна, отложив рукоделие.       Ирина притихла. Мать права, но малышка не может расти без мужского воспитания, она хочет счастья для неё и полную семью.       Так и случилось. Через год отношений Карим сделал предложение руки и сердца, на что Соколова ответила согласием. Свадьба была скромная, только самые близкие. Счастливица парила в облаках. Наконец она снова чувствует себя живой. На следующий день после торжества Карим собрал вещи семьи и увёз новую жену с ребёнком к себе на родину. Елизавета Максимовна обливалась слезами, провожая Ирину, будто чувствовала, что больше не увидит дочь.       Кто знал, что это начало конца...