Быть пойманным

Свадьбу решено было играть в Тоскане. Так того требовали традиции клана Забини, да и родня Блейза была настолько многочисленна, что перевезти её в Англию не представлялось возможным. К тому же наличие пары–тройки невероятно древних бабуль (рядом с ними Вальпурга Блэк казалась девочкой–подростком) ситуацию не облегчало. Новобрачные взвесили все «за» и «против», подсчитали количество гостевых спален в поместье и приличных номеров в гостиницах в близлежащем городке, убедились, что всем всего хватит и с лёгкой душой пригласили британцев в Италию. Не пришлось даже самолёт бронировать. Люциус и Сириус великодушно предоставили те, что принадлежали их корпорациям. Самыми многочисленными гостями со стороны невесты, как и ожидалось, оказались Уизли. Билл прилетел с Флёр и дочкой. Француженка обещала стать настоящим украшением грядущего события. Ну, после невесты, конечно. Она очаровательно флиртовала с местными горячими парнями, но всякий раз прищуривалась, когда на Билла обращали внимание жгучие южные красотки. А уж в них недостатка не предвиделось. Кузин у Блейза было навалом. Малышка Виктория стала всеобщей любимицей с первого взгляда. Чарли пришлось спасать Симуса. Ирландца взяла под своё крылышко кухарка поместья – сеньора Мария. Женщина с необъятной душой и такой же талией. Она почему–то считала парня недокормленным и постоянно подкладывала ему за обедом кусочки поаппетитнее. Финниган уже не знал, куда ему деваться. Отказываться от добавок было неудобно и невозможно. Неудобно из–за того, что не хотелось обижать добрую женщину. А невозможно, потому что всё было невероятно вкусно. За несколько дней, предшествующих свадьбе, он набрал фунт. - Меньше мучного – больше ночного, - посоветовал Гарри, когда Симус поделился с ним своей проблемой. Тяжко вздохнув, тот отодвинул тарелку со второй порцией десерта. Неугомонная (и вечно озабоченная) троица – близнецы и Панси – первым делом выяснила наличие укромных уголков в поместье и принялась за их вдумчивое и обстоятельное обследование. Уже случились конфузы. В первый раз на них наткнулась степенно прогуливающаяся Флёр. В тот момент близнецы узнали, что их милая благовоспитанная невестка умеет скандалить ничуть не хуже итальянских кумушек. Второй раз «посчастливилось» Перси. Несчастный ботаник даже спустя несколько дней отчаянно краснел при встрече с братьями и их девушкой. На вопрос, почему же они не пользуются кроватью, близнецы переглянулись, пожали плечами и заявили, что Панси требует от них романтики, а какая романтика может быть в банальной кровати, когда кругом такая шикарная природа. На них махнули рукой и попросили лишь сообщать о том, в какую часть сада гостям и хозяевам в следующий раз не стоит соваться. Больше всех в этой ситуации не повезло садовнику. Он потерял свободу передвижения среди своих любимых клумб. Кстати. Тем самым садовником, любимым мужчиной Изабеллы и отцом сестрёнки Блейза – крошки Кьяры – оказался весёлый сорокалетний мужик. Синеглазый брюнет. Русский по национальности. С просто зубодробительным именем. Долохов Антон Станиславович. Он долго ржал над попытками британцев выговорить его отчество, а потом предложил называть его Тони. А ещё он моментально нашёл общий язык с Сириусом. Северус с брюзгливым выражением лица наблюдал становление интернациональной дружбы, крепнущей на почве общих интересов: любимые супруги и дети, мотоциклы и бильярд. Ну и крепкие спиртные напитки. Куда ж без них? Конечно, Гермиона пригласила мистера и миссис Уизли. Но Молли вежливо, но твёрдо отказала. Старшие Уизли не сказали ни слова, но всем своим видом дали понять, что во всём произошедшем с Роном считают виновными Гарри и Гермиону. Рональду дали очень приличный срок. Он действительно пытался изобразить отклонения в психике, но экспертиза вывела его на чистую воду. Тогда рыжий решил воззвать к дружеским чувствам Поттера. Он добился встречи с Гарри и долго распинался об их дружбе. Говорил горячо и пылко, но, видя, что слова не действуют, разозлился и начал сыпать мерзкими оскорблениями. За те сорок минут, что длилось свидание, Поттер не произнёс ни слова. И ушёл так же молча, как и пришёл. - Жалеешь? – спросил его потом Драко. - Да, - сказал Гарри. – Нашу детскую дружбу. Он ведь изменился после того, как Сириус огласил своё завещание. С того момента я дружил, а он пользовался и всё время ненавидел, надеясь на состояние и титул. Во время следствия Рон ни словом не обмолвился об истории с отравлением Блейза. И дело было вовсе не в том, что он пожалел сестру или мисс Эббот. Нет. Он просто заботился о своей шкуре, прекрасно сознавая, что за кражу кольца, наркотики и преступный сговор ему дали бы ещё больший срок. Только поэтому имена Ханны и Джинни не всплыли на допросах. Про мисс Эббот ничего не было слышно, а Джинни уволилась из клиники и уехала из страны сразу после объявления приговора. Гарри знал, что она отправилась с какой–то подругой в Штаты. Перед отъездом она не пыталась ни встретиться, ни поговорить. Только передала через близнецов письмо, в котором просила прощения. Из всей семьи девушка не прервала отношения лишь с ними. Для Астории произошедшее стало нелёгким испытанием, но она с небывалой стойкостью выдержала всё. Друзья дарили ей уверенность и поддержку. Она смогла взглянуть в горящие ненавистью глаза Рона на очной ставке. Смогла с честью ответить на неприятные и унизительные вопросы его адвоката на перекрёстном допросе в суде. Перенесла назойливое внимание прессы. Девушка смогла выйти победительницей, хотя сначала адвокат Уизли и пытался представить её, как распущенную и охочую до острых ощущений наследницу многомиллионного состояния, при этом особо напирая на то, что большие деньги развращают и дают чувство безнаказанности. Когда это не сработало, он со слезой в голосе принялся вещать о современных Ромео и Джульетте. О небывалой любви, против которой были решительно настроены родственники девушки, желающие, якобы, прикарманить её состояние. Но адвокаты семьи Малфой свой хлеб ели не зря. Интрига, сплетённая ими, позволила добиться для Рональда Уизли максимального срока заключения. Для Молли и Артура это стало настоящим ударом. Старшие дети Уизли отнеслись ко всему более спокойно. Они прекрасно видели и знали, что собой представляет их младший брат. И если Джинни хоть что–то извлекла из всей этой ситуации, то Рональд не изменился ни на йоту. Он орал и сыпал угрозами, когда его выводили из зала суда. *** Через пару дней после приезда в поместье Драко ненавидел всё и всех. Италию, Тоскану, Забини с его просто неприлично–счастливой физиономией. Бесконечный треск миссис Грейнджер и леди Забини о цветах и закусках, священнике и рассадке гостей просто вымораживал. К определённому моменту он начал ненавидеть и саму причину общего сбора. Поттер только похохатывал, слушая ворчание своего парня. Заглушал поцелуем и тащил к бассейну купаться и нежиться под горячим тосканским солнцем. Пока Драко прятался в тени, Гарри плескался в тёплой воде, а потом валялся на бортике, обсыхая. В такие моменты он напоминал языческого бога. Грешного и соблазнительного. Его грудь мерно вздымалась, а по гладкой золотой коже скатывались капельки воды. Он поворачивал голову и открывал свои невероятные зелёные глаза. Пухлые губы растягивались в ленивой улыбке. Через секунду они неслись в свою спальню. То есть Поттер нёсся, а Драко шёл вполне себе спокойно. Их встречали понимающими улыбками, когда молодые люди выходили из комнаты через какое–то время. - Это всё Тоскана, милый, - говорила Изабелла. – Здесь любовь разлита в воздухе. *** - Ненавижу свадьбы, - прошипел Драко, нервно дёргая «бабочку», от чего та скособочилась и стала походить на невразумительный узел. - Почему? – Гарри подошёл к своему парню, отвёл его руки от галстука и принялся перевязывать аксессуар. - Целый день толкаться среди абсолютно незнакомых людей, улыбаться им и терпеть оценивающие взгляды от бесконечных кузин и подружек невесты. Б–р–р. - Полагаю, что со стороны подружек невесты тебе точно ничего не грозит. Астория - твоя сестра, Натали по другой части, а Паркинсон танцуют близнецы (П/а:кто за девушку платит, тот её и танцует). - Тогда обязательно найдётся какая–нибудь двоюродная тётушка с маниакальным желанием переженить все половозрелые особи в округе. «Ах, дорогой, кузина Элизабет так дивно играет на волынке и плетёт из соломки. Вы будете прелестной парой», - пропищал Малфой, застёгивая запонки. – А то, что стоит у меня не на кузину, а на кузена, никого не волнует. «Это с возрастом проходит», - снова передразнил он. - На какого ещё кузена? – нахмурился Гарри, хотя губы его подрагивали от сдерживаемого смеха. Он притянул к себе Драко и коснулся губами его рта и с пафосом заявил: - Я спасу тебя от всех кузин и тётушек. - Будешь моим рыцарем на белом коне? – иронично изогнул бровь Малфой. - Ну–у… Белого не обещаю, но железный будет обязательно. Они снова потянулись друг к другу. - Может, ну его? – прошептал Драко, целуя ухо и шею любимого. Кончик языка слегка оцарапался, скользя по серьге. По просьбе Малфоя Гарри никогда теперь не снимал изумруд. - Но ты же шафер, - возразил Поттер. - Наплевать. Найдут другого. Там целая толпа Уизли. Есть ещё Флинт и Вуд. И твой кузен. И Финниган, - Драко перемежал слова быстрыми короткими поцелуями, подталкивая Гарри к кровати. Жуткий грохот распахнувшихся дверей заставил парней отпрянуть друг от друга. - Вот они! – раздался торжествующий вопль. На пороге, руки в боки, стояла Миллисента Буллстроуд. Бирюзовый атлас плотно облегал её супер–бюст и мягкими складками струился до самого пола, придавая ей величественности и стати. – Там жених копытом землю роет, а они тут милуются. Если бы взглядами можно было убивать, то Дадли, вместо того, чтобы веселиться на свадьбе, пришлось бы арестовывать кузена и его парня за особо изощрённое убийство одной из гостий. Драко прошипел что–то совсем уж нецензурное, но от Поттера оторвался. В ответ девушка показала ему два средних пальца и, похохатывая, удалилась. - В такие моменты, - Малфой надел пиджак, - я начинаю особенно остро сочувствовать Вуду. Гарри согласно кивнул. После той приснопамятной вечеринки, посвящённой новому телевизору Поттера, Милли крепко сдружилась с Маркусом. Оливер с тех пор периодически жаловался, что теперь ему приходится терпеть темперамент двух Флинтов. *** Кольцами молодожёны должны были обменяться, стоя под ажурной, увитой цветами, аркой. Такой же старинной, как и фонтан, возле которого она была установлена, ещё в девятнадцатом веке. И арка, и фонтан были семейной реликвией. Под ней венчались родители Блейза. Его дед и бабка, и другие предки с момента её установки. Под ней будут венчаться его дети. А пока священник вполголоса успокаивал заметно нервничающего жениха. Шафер, в противовес ему, был абсолютно спокоен. Когда последний приглашённый занял своё место, распорядитель дал знак к началу. Музыканты заиграли что–то возвышенное, и показалась процессия с невестой. Две пятилетние девчушки в пышных платьицах рассыпали из корзинок белые, розовые и красные лепестки роз. Следом шли подружки невесты. Астория, которую об этом попросила Гермиона. Истеричка Натали, к всеобщему удивлению оказавшаяся коллегой и хорошей подругой мисс Грейнджер. И Панси, назначившая сама себя со словами: «Без меня у вас будет не девичник, а поминки». К слову – девичник удался. И вот показалась невеста. Похожая на фею в винтажном гипюровом платье. Восхищённый вздох Блейза был слышен всем. *** Стоя рядом с женихом, Драко поискал взглядом Поттера. Тот обнаружился в третьем ряду. О чём–то оживлённо беседующий с Люпином. Рядом с совершенно каменным выражением лица восседал Люциус. Его, как и Драко, совершенно вымотало пристальное внимание местных. Оба Малфоя произвели своим появлением настоящий фурор. В Италии нет недостатка в красивых людях. Но красота итальянцев истинно южная: горячая, пылкая, взрывная. Поэтому платиновые волосы отца и сына, их молочная кожа, светло–серые глаза для тосканцев стали настоящей экзотикой. И если красоте Драко ещё предстояло окончательно сформироваться, то Люциус производил просто неизгладимое впечатление. После того, как мужчина окончательно развёлся с Нарциссой и стал жить с любимым человеком, он, как ни странно это звучит, расцвёл по–настоящему. Никогда ещё Драко не видел своего отца таким счастливым. Таким настоящим. Чтобы избавиться от назойливого внимания, лорду Малфою достаточно было натянуть одну из своих самых надменных аристократичных масок. А Драко… А Драко сбегал вместе с Поттером. Они брали старую, бренчащую на ходу машину Тони и уезжали исследовать окрестности. Изучали какие–то древние руины. Поттер ползал среди развалин. Чихал от поднимающейся пыли и восторженно таращил глаза. Часами бродили по извилистым тесным улочкам и площадям крохотных городков. Могли подолгу сидеть в небольшой уютной церквушке. Молчать, переплетая пальцы. Наслаждаясь полумраком, тишиной и прохладой, пока снаружи неистово светило золотое солнце Тосканы. Золота вообще было много. Золотая земля. Золотой виноград. Золотая кожа Поттера под пальцами Драко, с которой так вкусно слизывать виноградный сок. *** Иногда Гарри казалось, что всё это происходит не с ним. Что это сон. И стоит открыть глаза, и всё исчезнет. Порой он просыпался ночью. Садился в постели и долго смотрел на чёткий профиль спящего Драко. Касался его кончиками пальцев, желая удостовериться, что Малфой настоящий. Что он рядом. Что можно разбудить его поцелуем и бесконечно долго ласкать гладкую атласную кожу, тихо усмехнуться в ответ на недовольное ворчание: - Ты засыпаешь, Поттер? И погрузиться в горячее тесное тепло его тела. И завоевать в очередной раз. А потом лежать, обнимаясь и глядя в темноту. А можно немного похулиганить, щекоча чувствительные бока любовника. И слушать его беззлобное ворчание. Ну, конечно, они ссорились. И ещё как! Куда там Блэку и Снейпу. Оба в равной степени владели ядовитым сарказмом. Драко в силу наследственности. Нарцисса умела тонко оскорбить, мило улыбаясь при этом. А Гарри имел удовольствие воспитываться у Блэков, напитываясь не только их фамильным ядом. Северус в стороне тоже не оставался. Но, Боже мой, как же сладко было потом мириться, сдаваясь на милость победителя. Напрочь забывая причину ссоры. Гарри не знал, сколько они с Малфоем пробудут вместе. Может быть несколько лет. А может расстанутся, вернувшись в Лондон. Но он точно знал, что никогда не забудет времени, что провёл с Драко. Ни первой встречи, ни всего того, что случилось. И уж точно никогда не забудет этих нескольких дней, проведённых в Италии. И своей любви. Неважно, что будет потом. Важно то, что здесь и сейчас. Его губы дрогнули в улыбке, когда он встретился взглядом с Драко. Тот вдруг как–то нервно дёрнулся, сунул руку в карман пиджака, будто ища что–то там. *** Малфой отвлёк Мариэтту от процесса съёмки, за что был вознаграждён искренней благодарностью, появившейся на лицах новобрачных и гостей. Эджкомб – будучи единственным фотографом на свадьбе – отнеслась к своей миссии более чем ответственно. Она ещё накануне рысью обежала весь сад. Выбрала наиболее живописные уголки и теперь перегоняла по поместью молодожёнов, их родителей и друзей. Как только представилась возможность, начавшая уже недовольно ворчать, толпа скрылась из поля зрения диктаторши с камерой. - Эджкомб, можно тебя на минутку? Мариэтта бросила на него недовольный взгляд, но послушно приблизилась. - Что это? – она с любопытством смотрела на открытку, которую ей протягивал Малфой. На плотной матовой бумаге молочно–кремового цвета, даже на вид очень дорогой, было написано одно слово «Приглашение». Девушка раскрыла открытку. Драко Люциус Малфой и Гарольд Джеймс Поттер имеют честь пригласить Мариэтту Эджкомб и одного спутника по её желанию на своё бракосочетание, которое состоится… - М–м, Малфой. Это такой тонкий аристократический юмор? – её изящно очерченные брови вопросительно изогнулись. – Гости должны сами догадываться о дате и времени? - Я сообщу об этом дополнительно. Мариэтта покачала головой, провожая взглядом его стремительно удаляющуюся фигуру. Сзади к ней прижалось горячее тело, тонкие руки обвили талию. - Может и нам заключить союз? – острые зубки шутливо ухватили мочку уха. - Единственное, чего ты на данный момент добилась, так это того, что я опять тебя хочу, - Мариэтта обернулась к подруге. Натали довольно замурлыкала, забираясь рукой в высокий разрез платья Мариэтты. Эджкомб тяжело задышала, когда проворные пальчики забрались в её трусики. - Думаю, гости будут только рады, если ты исчезнешь на пару минут. - Всего пару? – Мариэтта умудрилась презрительно фыркнуть, толкаясь при этом навстречу руке любовницы. - Главное начать, а там, как пойдёт, - усмехнулась Натали, целуя подругу. *** Поттер обнаружился среди слоняющихся в ожидании приглашения к столу гостей. Он о чём–то разговаривал с кузеном. При виде Малфоя Дурсль откланялся и удалился в сторону новобрачных, принимающих поздравления. Гарри подхватил с подноса пробегающего мимо официанта пару бокалов с шампанским и передал один Драко. Неспешно прогуливаясь, они слегка отдалились от основной массы гостей. - Как тебе свадьба? – Драко отпил ледяного напитка, наслаждаясь колкими ощущениями на языке. - Нормально. Если бы ещё Эджкомб немного угомонилась, то было бы ещё лучше, - хохотнул Гарри, глядя куда–то поверх плеча Малфоя. Тот обернулся. Метрах в ста от них, среди кустов, самозабвенно целовалась парочка девиц. Ничуть не смущающихся тем фактом, что их могут увидеть. - Она перфекционистка, - Драко помолчал и добавил: - Я только что отдал ей приглашение на ещё одну свадьбу. - Вот как? И кто счастливые брачующиеся? Я их знаю? Помедлив, Драко кивнул. - Всё зависит от твоего ответа, - он помялся. – Ты же знаешь, что я не люблю все эти самокопания и душевные излияния. И я ещё зимой сказал тебе… Что я… э… Малфой запустил пальцы в волосы, уничтожая свою безупречную укладку. Такое странное косноязычие ему было несвойственно. Скорее это было характерно для Гарри. Поттер иногда терялся, когда волновался. Теперь же он стоял, улыбаясь и чуть склонив голову вбок. С любопытством смотрел на Драко и помогать ему явно не собирался. Или действительно ни о чём не догадывался, или делал вид. Драко разозлился: - Чёрт, Поттер! Ты не девица, и на одно колено я перед тобой падать не собираюсь. Ты будешь со мной? - Что? – Гарри изумлённо вытаращился на него. – Но я и так с тобой. - Я прошу тебя стать моим супругом, - четко проговорил Малфой. Сердце упало куда–то в район пяток, а колени затряслись. Поттер не волновался так даже перед первым поцелуем. - О, - он долго смотрел в свой бокал, изучая поднимающиеся со дна пузырьки. Слова Драко ошеломили его. Конечно, он хотел этого, но прекрасно был осведомлён о планах Малфоя–младшего на семейную жизнь. Никаких серьёзных отношений раньше тридцати. Гарри растерялся, не веря своим ушам. Молчание затягивалось, становясь давящим. - Всё ясно, - Драко вздёрнул подбородок, разворачиваясь на каблуках, чтобы уйти, но его остановило одно слово. - Да… *** Свадьба прошла своим чередом. Молодожёнов проводили в свадебное путешествие. Разъехались гости, и опустел сад. И только на танцполе, под музыку слышимую им одним, кружились в медленном ритме Северус и Сириус. Усталые официанты убирали со столов. Скинув ботинки и носки и закатав брюки, Гарри сел на бортик бассейна, опустил ноги в прохладную, подсвеченную голубым, воду. Он наслаждался долгожданной тишиной ночи. Раздались шаги. Такой же босоногий Драко сел рядом. В руках он держал неоткупоренную бутылку шампанского и пару бокалов. - Где ты её нашёл? - Подкупил официантов, и они спрятали одну для меня, - усмехнулся Малфой, передал бокалы Гарри и с негромким хлопком открыл вино. С лёгким шелестом благородный напиток полился в хрусталь. Тихо звякнув, края бокалов встретились. - За молодожёнов? - За них. Они немного помолчали, смакуя шампанское. - Как думаешь, мы сможем быть вместе так же долго, как они? – Драко кивнул в сторону танцующих мужчин. - Не знаю, но попытаться стоит. - Определённо. Малфои от своего не отказываются. Гарри рассмеялся, запрокидывая голову. - А ты собственник, Малфой. Мы будем вместе так долго, как сами этого захотим. Ты этого хочешь, Драко? – Поттер серьёзно смотрел на своего парня. Уже жениха. - Да. - Всегда? - Всегда.