Comeback

— Почему, Хен? — снова и снова повторяет Пак, сидя в углу комнаты и обхватив колени руками. Чимин, в очередной раз, вытирает слезы, лившееся уже около получаса из глаз, и трепет испорченные краской волосы, все сильнее и сильнее пропуская пальцы в светлые пряди, чуть ли не выдирая те с корнями. Голова болит до жути, парня охватывает головокружение и небольшая тошнота, а нос краснеет от бесконечных потираний. Но, вновь и вновь воссоздавая в своих мыслях широкую спину Юнги, обнимавшего Хосока, Пак выдавливает из себя еще больше слез, заставляя лицо сравняться с лежавшей неподалеку бордовой рубашкой. — Я сделал что-то не так? — шепчет Чимин, еле двигая губами и не произнося ни звука. — Зачем ты так, Хен, я прошу тебя… — Пак закрывает лицо руками, мысленно прячась от Шуги, от остальных мемберов, от всего мира. Он просто закрыл глаза, а кажется, что весь мир погрузился во тьму, не оставляя и лучика света в помощь парню. Дыхание становится прерывистым, Паку сложно сделать и вдох, грудная клетка сжимается от одной мысли, что это конец. Слишком больно. — Почему? Почему ты сделал это? Я был настолько одержим собой, что забыл о твоих чувствах. Тогда… Когда мы были вместе. Мне следовало дарить тебе больше любви, верно? Парень сжимает в кулак ткань футболки, напрягая все мышцы, и царапает в состоянии ненависти свою кожу. Рука покраснела до жути, отпечатались красные полосы, казалось, настолько сильные, что могут остаться навсегда в виде шрамов. — Почему я снова один… Почему все возвращается? — парень потирает глаза, открывая те и осматривая комнату. Тусклые стены, кровать Хосока и Чимина, их вещи. Даже сейчас, кажется, что вся одежда Пака не сравнена с Хоби. Похоже, будто сам Чимин не сравнится с Чоном, даже если приложит все усилия. Кажется, что вся оставшаяся жизнь не имеет больше смысла, и это пугает. Блондин не думал, что в какой-то момент он поймет, что хочет умереть. И это не в первые у вокалиста, такие мысли всплывали огромное количество раз, но сейчас все иначе. Сейчас хочется умереть по-настоящему. *** — Чимина, поешь с нами, — упрашивает Сокджин своего младшенького. — У нас есть говядина, ты же ее обожаешь. В ответ лишь отрицательный кивок и отвод взгляда. Глаза Джина наполняются слезами, не сумев сдержаться. Старший редко плакал, тем более перед мемберами, однако сейчас тот момент, когда сложно контролировать эмоции. Парню тяжело. Ему слишком тяжело приходится из-за голодающего Чимина, который весь день проводит в комнате для практики, а приходит домой ближе к часу ночи. Чимин в таком состоянии уже около недели. И, всеми силами пытаясь вернуть его в прежнее, Сокджин уже сдался. Все мемберы уже сдались. — Я пойду прогуляюсь, — шепчет Пак и, поднимаясь с належанной кровати, направляется к двери. — Прости меня, Хен. — Чимин смотрит глубоко, прожигая этим взглядом, наполненным теплом и благодарностью. И от этого мурашки. Рой мурашек пробегается по всему телу Сокджина, и парень, не отрывая взгляда от младшего, хватает того за руку. — Чимина, ты же будешь в порядке, верно? — шепчет Джин, чувствуя что-то неладное и глазами умоляя дать положительный ответ. И он его получает, но кажется, будто лишь внешне Пак говорит, что все хорошо, это не то, что хотел видеть вокалист… По измученному лицу блондина можно было понять, что все это ложь. Пак Чимин — робот, способный скрывать свои чувства, но от Джина не скроешь ничего как бы не хотелось. — Хен, спасибо, — шепчет блондин, прижимаясь к телу старшего и заключая того в объятьях, простояв так около минуты. Запах Сокджина — то, что Чимин хочет запомнить. Это то, что он хочет помнить всегда, задержать в своей голове и не отпускать. Он хочет… Желает всем сердцем. Вызволяясь из объятий, парень снова бросает взгляд в сторону Джина, затем в сторону мемберов, сидящих за столом и поедая только приготовленную еду. На глазах блондина наворачиваются слезы, но он умело скрывает это, быстро поворачивая голову к двери и дергая за ручку. — Я вернусь, Хен, — уверяет Чимин Кима, — даже если нет, — шепчет так, чтобы его нико не услышал блондин, — пожалуйста, не грусти и… будь счастлив. «Ребята, спасибо. Я говорю это слишком часто, верно? Мне следует исправиться… Но я снова хочу поблагодарить вас. Вы были теми, кто предавал мне сил, но сейчас я хочу сказать, чтобы вы не дарили мне столько любви. Пожалуйста, будьте счастливы, обещаете? Позаботьтесь о мемберах. И о себе, я хотел бы увидеть ваши улыбки снова. Парень делает фото, натягивая улыбку на лицо и показывая знак V. Задний фон прекрасен: ветерок нежно пробегается по телу блондина, расправляя волосы и мягко пробегаясь по коже, чистая вода журчит настолько приятно, что хочется отдаться ей полностью. Парень отправляет написанное несколько секунд назад сообщение, прикрепляя фото. «Прощайте», — строчит Чимин. Рука трясется, не позволяя дописать слово, но, собрав все силы в кулак, блондин ставит точку и нажимает «Опубликовать». Чимин, в последний раз осмотрев свое местонахождение, делает глубокий вдох. Руки тянутся к перилам моста, ловко поднимаясь на те и, изо всех сил пытаясь хотя бы на несколько секунд удержать равновесие, Чимин прижимает телефон к груди. — Было весело, — шепчет Пак, а на лице появляется улыбка. Позволяя слезинке скатиться по щеке, Пак расслабляется, наслаждаясь легким ветерком, приятно теребящем кожу и, поддается вперед. Было весело, ребят. Нам же было весело, правда? Вы запомните меня? Если да, пожалуйста, запомните меня с улыбкой на лице. Я хочу улыбаться…