14
4 апреля 2019 г., 08:00
Покои Айше Хюмашах Султан.
Михримах вбежала в покои дочери, и увидев её бедную, лежащей на кровати бросилась к ней, беря ее ледяную руку в свою. — Что с ней? Что с Султаншей?! — Султанша, Хвала Господу теперь жизни Айше Хюмашах Султан ничего не угрожает, но ее организм очень слабый. Яд успел сделать свое дело, — все это лекарша произнесла не поднимая головы. — Яд? О чем речь? Что ты говоришь? — гневно переспросила Михримах, — Султанша, Айше Хюмашах приняла яд, и я думаю… — Замолчи! Никому об этом не слова! Султанша просто простудилась. Поняла? Иди!***
Баязид был в гневе, и Сюмбюль это очень хорошо знал. В такие моменты он был очень похож на Султана Сулеймана, а гнев бывшего Падишаха был очень хорошо знаком. — Ты, говоришь мне, что моей жены нет во дворце только сейчас? — взорвался он. — Сюмбюль ага, тебе что жизнь не мила стала?! — Помилуйте, Повелитель, — испуганно пролепетал Сюмбюль — Служанка Элиф Султан сказала, что она решила покинуть дворец после того, как узнала, что для Вас готовят наложницу. — Что за наказание? Коня мне, быстро!!! — Баязид выскочил из покоев, даже не заметив наложницу которая стояла в сопровождении Гюльбахар калфы.***
Покои Айше Хюмашах Султан.
Михримах сидела на краю кровати, и склонив голову наблюдала за мирным дыханием дочери. Мысль о том, что Айше Хюмашах хотела покончить с жизнью не укладывалась в голове женщины. Вспомнив ее странное поведение, Михримах думала, что сподвигло ее дочь на такой шаг, но ответа не было. В покои вошла Гюльбахар, и с тревогой посмотрела на Айше Хюмашах. — Самое страшное уже позади, — прошептала Михримах дабы не разбудить дочь. — Гюльбахар, что-то ещё случилось? — Султанша, как Вы и приказали я подготовила для Властелина наложницу, но он даже не посмотрел на нее, — отчиталась калфа. — Почему? Он снова ее отослал?! — Нет. Султанша, Элиф Султан покинула дворец, как только узнала о том, что в покои Падишаха направляется наложница. — Гюльбахар, как только что-то станет известно — сообщи мне. — Как пожелаете, Султанша.***
Дворец Бехрама Паши.
Лале калфа несмотря на позднее время сидела в главной комнате, и просматривала отчетную книгу. Вскоре в этом дворце должна была появиться новая Госпожа, и женщина если то понадобится готовилась передать дела. Скрип двери заставил ее оторваться от своего дела, и сокращенно охнуть. — Элиф, детка, как ты здесь оказалась? — женщина поднялась, и подойдя к девушке накинула на ее плечи шаль усадила рядом с собой. Элиф с тёплой смотрела на Лале которая хоть и была строгой, но заменила ей мать. — Любовь — это боль Лале калфа, а знать, что тебя не любят и никогда не полюбят ещё больнее. — Девочка моя, — Лале обняла свою воспитанницу, понимая ее боль, и стараясь утешить — Ты теперь Госпожа, единственная законная жена, пройдёт время, и все наладится само собой. — Нет, — шатенка подняла взгляд на калфу — Власть, золото, шелка, наряды — это все лишь красивая оболочка, но никто не знает какая жизнь там внутри. Будь ты или Султанша, или рабыня ты никогда не сможешь почувствовать любовь. Взаимную, искреннюю. Когда он на меня смотрит он видит не меня, а лишь свое прошлое. Но я ведь живая, я не могу его делить пусть даже с теми кого нет. От одной только мысли, что он в этот момент обнимает другую, я хочу исчезнуть. — Дочка, что с тобой сделала любовь? — Лале снова обняла Элиф, а в ее прекрасных глазах стояли слезы. Посидев немного возле калфы, девушка поднялась, и вытерев слезы, направилась в комнату которую прежде занимала. Лале калфа как-то тяжело выдохнула, и хотела уже отправиться к себе, но стук в дверь помешал это сделать. Взяв свечу она направилась к дверям, но те резко распахнулись впуская разгневанного Падишаха. — Повелитель, — Лале остановившись опустила голову. — Элиф здесь? — затаив дыхание спросил он. — Да. Султанша приехала недавно. Сообщить, что Вы здесь? — Нет, — мужчина устало провел ладонью по лицу, и сел на тахту, с болью во взгляде посмотрел на пожилую женщину. — Повелитель, я знаю, что Ваше сердце ранено, но исцеление не наступит пока Вы сами не позволите.***
Главный дворец. Покои Айше Хюмашах Султан.
Девушка открыла глаза, и с болью во взгляде обвела покои. Жива. От этого хотелось кричать. Рядом она увидела Хаят, и снова закрыла глаза. Видеть никого не хотелось.***
Дворец Бехрама Паши.
Элиф стояла возле окна, и смотрела на улицу. Погода за ночь успокоилась, и впервые за долгое время сквозь хмурые тучи показалось солнце. Уст девушки коснулась едва заметная улыбка, взяв платок она направилась в сад. Выйдя в главные покои шатенка замерла, а потом подошла к софе на которой спал Баязид, и коснулась его щеки, тихо ушла. Подумать нужно было о многом.***
Главный дворец. Покои Михримах Султан
Бессонная ночь дала о себе знать. Но чёрные круги, и бледность были пустяком, все мысли Султанши занимала дочь, и она решила узнать причину такого поступка. Михримах велела позвать Хаят, но вместо Хаят пришёл Сюмбюль, и сообщил, что Айше Хюмашах Султан пришла в себя.***
Элиф бродила по саду, и думала над своей жизнью, и сложившейся ситуацией. Баязид был здесь, но зачем? Чтобы наказать за то, что она самовольно покинула дворец? И как давно он приехал? Девушка остановилась возле беседки которая слегка была припорошена снегом, который словно серебро сверкал пол лучами солнца. Ее плечей коснулась пушистая шаль, повернув голову Элиф увидела Баязида. Девушка тотчас склонилась в поклоне, и едва слышно произнесла: — Повелитель. — Много лет назад, когда я был лишь Шехзаде я встретил девушку, она была красивая словно звездная ночь, — начал он — Я влюбился. Кроме нее мне никто не нужен был, рядом с ней я забывал, что меня ждёт впереди, но однажды все закончилось. Она меня оставила. Я словно впал в яму с которой нельзя было выбраться. С тех пор я запретил себе любить, но Аллах решил иначе, я снова полюбил, снова открыл свое сердце для этого чувства. Дефне стала лучом солнца в моей душе, она сумела вдохнуть в меня жизнь, подарила мне сына, но я не успел. Дефне и мой сын оставили меня. Мое солнце оставило меня. Любовь которая вознесла меня до небес жестоко сожгла меня. Надежда оставила меня, я запретил себе любить, я выжег ее из души, из сердца. Элиф смотрела на него, и видела боль. Его жизнь не была, такой как ей раньше казалось. — Я боюсь, что если снова позволю себе любить, то потеряю. Потеряю тебя, Элиф. Элиф подняла взгляд, и прежде чем Баязид успел ещё что-то сказать коснулась его губ поцелуем.
