Little

      Буквы не складываются в слова. Петра бегает глазами по меню и перечитывает строки. Бесполезно. От волнения пересыхает во рту. Она почти весь стакан с прохладной водой опустошила. Не помогало. Тони тактично помалкивает, чего-то выжидая.       Голоса посетителей ресторана смешиваются, образовывая белый шум на заднем плане. Петра пытается слиться с окружающей обстановкой, аки хамелеон, но ожидание не совпадает с реальностью. Как обычно. Она волнуется всё сильнее, превращаясь в напряженный комочек нервов, и Старк беспощадно рвет ее в клочья. Нерв за нервом.       Ему даже не приходится говорить, что-то делать, чтобы заставить Паркер ерзать на стуле и мечтать скрыться от него подальше; скрыться от пылкого взгляда, пропитанного откровенным желанием завладеть чужим; от раскаленных прикосновений; от неразрывной связи, удерживающей ее с Тони. Уэйд не врал, он в целом был прав насчет него. Только мужчина способен понять другого мужчину: стремления, поступки и мотивы.       Старка выжигает зависть, щедро разбавленная ревностью.       Проще было быть подростком. Не приходилось заботиться о внешнем виде, о реакции наставника на ее нелепые действия или решения. Детям же простительно, они неопытные и наивные. Только Петра уже выросла, эйфория прошла, но всё равно она считает кумира совершенством, находит оправдания его ошибкам.       Но он перегибает. Ситуация заходит в тупик, и Паркер опасается, что окажется с наставником в ловушке. Один на один. Без шанса на спасение. Он вынудит, не оставит выбора. Ради достижения цели он пойдет напролом. Влюбленность осталась в прошлом, этап пройден, поэтому Петра терялась в догадках, почему Тони продолжает оказывать на нее колоссальное влияние.       — Выбрала?       Подразумевая иное.       — Да, смузи с манго и маракуйей, — мямлит она, не отрывая взгляда от меню.       — А я, пожалуй, попью кофе.       — Вы бы поменьше его пили, мистер Старк. Всё-таки сосуды и сердце не железные.       Паркер поражается: сколько еще раз это придется повторить, чтобы он запомнил? Более упрямого человека ей не приходилось встречать. Ну, если только Уэйд. Вредные привычки к Старку так и липнут. Он — переменная константа. Парадокс. Отказаться не может или нарочно не хочет.       Петра боится стать его привычкой. Навязчивой идеей, перетекающей в одержимость. Вот она и думает, как мягче отказать, чтобы не испортить отношения?       Хватает искры, проскочившей с быстротою молнии. Одной проклятой искры. Петра проглядела момент, упустила ту секунду, когда в голове Тони формировалась идея отобрать у недруга то, что по его нескромному мнению, тому не принадлежало, чего был не достоин.       Не подозревала Паркер, что ей придется влезать в разборки двух самых дорогих для нее мужчин.       Официантка подходит принять заказ, дважды переспрашивает у Петры, что принести. Тони в своей манипулятивной манере общения извиняется перед официанткой, сглаживая неловкость обольстительной улыбкой. Убийственно-сладкой. Блондинке льстит внимание супергероя. Естественно, она забывает о странном поведении его спутницы и, окрыленная, уходит передать заказ на исполнение.       — Ты на удивление молчаливая.       — Вы наказываете Уэйда? — робко спрашивает Паркер. — Или меня? За то, что я выбрала его.       Тони резко меняется в лице, провоцируя девушку отклониться назад и вжаться в спинку стула.       Взрослая жизнь, как убедилась Петра, полна разочарований, интриг, предательств и боли. А любовь извращается. То, что испытывает к ней Тони, нельзя охарактеризовать светлыми чувствами. Его обуяла жадность, а собственнический инстинкт проявляет худшие качества. Она замечала незначительные проявления, но предпочитала, как все взрослые, откладывать проблему на потом.       Это "потом" наступило.       — Вернее будет сказать, обоих.       — Вы же мне как… — она запинается, потому что официантка приносит готовый заказ.       Пауки заманивают своих жертв в липкую сеть, мелкую или крупную — не важно. Суть в том, что не наоборот. Петра хоть и Человек-паук, но Старк ей не ровня. Никогда не был и никогда не будет. Рядом с ним она остается подростком, чувствует себя мышкой в играх с кошкой.       Официантка оставляет на столе заказ и быстро удаляется. Невольным свидетелям некомфортно находиться в столь напряженной обстановке, создаваемой Старком. Она распространяется по ресторану, забираясь в каждый дальний уголок. Тони одним только своим присутствием зарядит атмосферу и без брони. Энергетика мощная.       Целый список достоинств, есть чем похвастаться: внешность, харизма, богатство, острое чувство юмора, высокий уровень интеллекта, мастер на все руки. Он стал сверхчеловеком, не обладая никакими сверхспособностями, в отличие от Паркер или Роджерса. Поэтому Старк вызывает у людей восхищение и вместе с тем страх.       — Договаривай.       — Что?       Со скрежетом Дэдпул отодвигает свободный за соседним столиком стул и садится к ним.       — В этом заключается твоя работа — трепаться с боссом?       Тони опережает ее с ответом.       — И спать, разумеется, как положено помощнице, — сверкает Тони голливудской улыбкой. — Ты из какого века выбрался, сморщенное авокадо?       — За авокадо в ебальник получишь.       — Бесит это? — он выделяет последнее слово, указывая на свое лицо. Он бы еще спросил, трахается ли Петра с закрытыми глазами, уж больно уродливое лицо у Дэдпула. И не только оно.       — Общественное место — лучшее место для скандала, — обреченно вздыхает Паркер, попивая смузи. — Продолжайте. Мне приятно слушать ваши перепалки. Подраться не забудьте. Заголовок на обложке газет и переполох в интернете обеспечены.       — Что за отношения, где парень не доверяет своей девушке? Часто занимаешься мозгоебством? — яростно шепчет Тони, отодвигая стул. Уэйд, не медля, следует его примеру.       — Отлично, они продолжают, — с сарказмом ворчит Петра и затравленно озирается по сторонам. Посетители снимают их на камеру, кто-то, кажется, делает ставки.       Нед оказался более разборчивым в людях. Он советовал подруге не связываться с проблемными парнями, особенно мужиками. Особенно с властными мужиками, коими являлись и Старк, и Уилсон. Точно по заказу. Одного мало, пусть будут двое. Хорошо, не трое. Совсем был бы крах. С возрастом у них крыша улетает с концами. Перед ней живые примеры.       Кому-то придется взять ситуацию под контроль, и это точно не могли быть соперники, меряющиеся членами. Слава богу, не стали вживую сравнивать. Хотя еще не вечер. С них станется.       — Значит, так! — для устрашения девушка стучит кулаком по столу. — Сели. Оба!       Тони бросает полный отвращения взгляд на Уэйда и изящно присаживается на стул. Да как он всегда это делает?! — орет в душе Паркер. Уилсон покусывает губы, сомневаясь, послушаться свою девушку или поступить по-своему. Откажется на неделю спать с ним, и что тогда? Всё, пиздец на горизонте.       — Мистер Старк, я люблю вас, но по-другому. Вы должны принять то, что между нами есть, большего не будет, — она кладет ладонь поверх его руки. Тони хмурит брови и поджимает губы, выслушивая неприятные для него слова. — Вы много значите для меня, поверьте. И если понадобится, я примчусь к вам, где бы вы ни были, — на ее искреннее признание, Тони видит это по глазам, в горле ком встает. Он думал лишь о себе, забывая о чувствах Петры. Игнорировать было удобнее. Выгоднее для него.       — Вам придется смириться. В вас говорит обычная злость. Вы не можете получить всё на свете. Я — не передающийся приз. Моими чувствами не играют. Не разбивайте мне сердце. Уэйд бывает невыносимым, но у кого из нас идеальный характер? — Паркер так же берет наемника за руку. — Если вы любите меня, помиритесь. Достаточно этих приводящих в никуда войн.       — Платок найдется? — всхлипывает Уилсон и вытирает невидимую слезу. — Зайка, душу рвешь.       Тони закатывает глаза.       — Вам надо вместе отправиться на задание, — неожиданно предлагает решение Паркер. — Чем чаще будете видеться, тем скорее привыкнете друг к другу.       — Сомневаюсь, что сработает такой метод, — Железный человек косо поглядывает на Дэдпула. — Но попробовать стоит. Узнаю заодно, что ты за фрукт.       — Не понял, провокатор.       — Привет, я не упоминал авокадо.       — Упомянул, когда сказал, что не упоминал, мопс.       — Чего?       — Мне раздеться, чтобы вы согласились? — выпаливает она.       Мужчины переглядываются.       — Н-у-у-у… — заводят они одновременно, впервые приходя к обоюдному согласию. Прогресс.       Петра показывает им средний палец и выходит из ресторана.