Неразделимые души

Пусть будет сложным этот путь, Но смогу я всё вернуть. Мы будем вместе с тобой. О. Ткач «Любовь жива» Солнце, вот-вот готовое показаться из-за крыш высоток, уже позолотило край неба. Городские фонари ещё горели в предрассветной полумгле, рассыпая по окнам отблески света. Филипп, любуясь с высоты Воробьёвых гор величественной панорамой, чутко прислушивался к глухому постукиванию каблучков за спиной. Он сразу узнал её шаги и ждал, пока она подойдёт ближе. По звуку певец определил, что Алла пытается подкрасться незаметно, стараясь идти на носочках, но временами всё-таки наступает на пятку, и тогда раздаётся приглушённое «топ». Не выдержав, артист обернулся, расплываясь в улыбке. Алла уже стояла перед ним. – Аллусечка! Пришла! – Филипп сиял ярче начищенного самовара. – Представь себе! Пришла! – передразнивая его восторженную интонацию, проговорила Пугачёва. – Филя, тебя придушить мало. Из-за твоих придумок пришлось вставать в такую рань! – женщина попыталась изобразить суровость, но, глядя в его счастливые глаза, невольно тоже улыбнулась. Киркоров сгрёб её в охапку. – Филь, не тискай меня так сильно: синяки останутся, – смеясь и вырываясь, попросила певица. Мужчина немного ослабил объятия. – Ты чего так легко оделся? – поинтересовалась Алла, держась за лацканы его весеннего пальто. – Сегодня должно быть тепло. Уже весна, – с нежностью глядя на неё, отозвался Филипп. – А цветочков сегодня не будет? – кокетливо заглядывая в глаза и упираясь пальчиком ему в грудь, спросила Алла. – Нет. В этот раз я решил подарить тебе рассвет, – ответил певец и, взяв женщину за плечи, осторожно развернул её лицом к городу. Наклонившись, он обнял Аллу крест-накрест обеими руками. Она пальцами обхватила его запястье и руку возле локтя. Электрическое освещение уже погасло и рыже-багряное солнце, плавно поднимаясь над Москвой, словно живописец широкой кисточкой, раскрашивало небо в яркие тона. Золотисто-апельсиновую волну над городскими крышами сменяли рубиново-вишнёвые краски, переходящие в малиновые и розово-фиолетовые оттенки с нежно-голубыми и сапфировыми вкраплениями. А внизу гранатовыми огоньками загорались тысячи окон, золотом сияли купола храмов, янтарными отсветами сверкала излучина Москвы-реки. Ещё не растаявший снег на смотровой площадке переливался радужными оттенками. Минут десять двое влюблённых, затаив дыхание, смотрели на эту завораживающую красоту. Затем Алла повернулась к Филиппу и, обняв его за шею, прижалась губами к его губам. – Спасибо, Филечка, за этот рассвет! – тихо проговорила она, немного отстраняясь. – Я готов дарить тебе все рассветы и закаты и целый мир бросить к твоим ногам, – прошептал ей на ухо мужчина. – Не надо целого мира. Мне достаточно тебя, – Алла провела руками по его лицу, и он поцеловал её ладони. – Как бы жизнь ни разводила нас, что бы я тебе ни говорила, как бы ни ругала и ни прогоняла, помни, что мы связаны навеки и никуда друг от друга не денемся. – Я знаю. Ты больше не сбежишь от меня, – улыбнулся Филипп, обнимая любимую. – Какой же ты самоуверенный! – засмеялась Пугачёва, прижимаясь к нему. Некоторое время они стояли обнявшись, и у обоих было легко и спокойно на душе. – Соня абсолютно права, – вслух проговорила женщина. – Что? – переспросил Филипп. – Филька! Я же совсем про неё забыла! – воскликнула певица, высвобождаясь из объятий. – Что случилось, Аллуся? – не понял мужчина. – Я обещала Соне, что провожу её в аэропорт. И забыла. Сколько сейчас времени? – Алла вынула из кармана мобильный и взглянула на экран. – Киркоров, всё из-за тебя! – женщина беззлобно погрозила ему кулаком. – Так, из квартиры она и без меня выйдет: замки автоматические, а вот проводить нужно было, а то неудобно получается. И водителя я отпустила, – рассуждала Пугачёва. – Ты на машине? – обратилась она к Филиппу. – Конечно, – ответил тот. – Отвези меня в Шереметьево. – Сейчас? – Разумеется, сейчас! Может, мы ещё успеем до объявления посадки, – схватив Киркорова за руку, Алла потянула его за собой. Отъехав на несколько метров от Воробьёвых гор, они тут же увязли в пробке. – В самый час-пик попали. Не успеем, – расстроилась певица. – Не переживай, объедем потихоньку это столпотворение, а потом вырулим на платную дорогу и мигом домчимся, – успокаивал Филипп. Выбравшись из пробки, уладив все формальности на КПП, Киркоров нажал на газ, и они полетели по свободной трассе со скоростью ветра. Машина мчалась так быстро, что на поворотах у Аллы перехватывало дыхание. – Филь, ты всё-таки поосторожней, – попросила она. – А то мы рискуем в поворот не вписаться. – Зато умрём в один день, – подмигнул ей Филипп. – Дурак! – возмутилась Алла. – Я тебя люблю, – отозвался певец. – И я тебя люблю, – смягчилась женщина. – Смотри на дорогу. Припарковавшись возле аэропорта, Киркоров вышел из автомобиля и открыл дверцу для Аллы, подавая ей руку. Она вложила свою ладонь в его и грациозно выпорхнула из салона. – Пойдёшь со мной? – спросила Пугачёва, вопросительно глядя на Филиппа. – А можно? – удивился мужчина. – Внутри, наверняка, полно журналистов. – А кто вчера кричал: зачем мы прячемся?! На Марсе знают! – передразнивала его Алла. – Пойдём быстрее: времени в обрез. Филипп счастливо улыбнулся. Когда они, взявшись за руки, вбежали в здание аэропорта, у всех присутствующих челюсти попадали на пол, папарацци защёлкали затворами фотокамер, рядовые зеваки активировали режим видеосъёмки на мобильных телефонах. София уже прошла паспортный контроль и вместе с Русланом и Светланой направлялась к выходу на посадку. – Соня! – окликнула её Пугачёва. Ротару обернулась и, увидев Аллу с Филиппом, улыбнулась своей солнечной улыбкой. – Руслан, Светочка, идите пока без меня, а я пообщаюсь с этой милой парочкой и потом присоединюсь к вам, – обратилась она к сыну и невестке. София подошла к коллегам и протянула им руки. В её лучистых глазах светилась искренняя радость. Трое знаменитых людей стояли посреди терминала, а вокруг толпились обычные пассажиры и провожающие, сотрудники аэропорта и журналисты, но артистам в этот момент не было дела до окружающих. Пусть снимают и фотографируют. – Прости, Сонь, я совсем забыла про тебя, – повинилась Алла. – Ничего страшного. На то была уважительная причина, – светло улыбалась София, указывая глазами на Филиппа. – Спасибо тебе! Ты знаешь, за что, – вполголоса поблагодарила Пугачёва. Ротару кивнула в ответ. Повторно объявили посадку. – Мне пора, друзья мои, – она ещё раз пожала их руки. – Ну, Сонечка, с Богом! – попрощалась Алла. – Счастливого пути, София Михайловна! – пожелал Филипп. – До встречи, мои дорогие! – вновь лучезарно улыбнулась София, обнимая их обоих.