Новенькая

В голове Данте уже сутки крутились обрывки одной песни: он услышал ее пару недель назад, пока веселился в клубе. Она чертовски понравилась ему, но он был слишком занят одной смуглой девчонкой, чтобы вслушиваться в слова. Теперь, когда у него было особое настроение, нефилим хотел услышать ее еще раз.

I will burn

Брутальный голос исполнителя хорошо запомнился Данте, и он готов был поклясться, что если бы этот чувак приехал в город, его концерт стал бы целым событием и отличным поводом оторваться. Каждый раз, вспоминая услышанное, парень чувствовал, как все внутри начинало бурлить и гореть от жажды острых ощущений. Динамичный мотив песни, что был на репите в его мозгу уже долгое время, сказывался даже на ходьбе: парень пружинил в шагах и время от времени покачивал головой, нашептывая ту жалкую горстку слов, что помнил. Он возвращался в тот самый клуб от Lilith Corp, чтобы хорошо провести вечер и, если повезет, еще раз услышать трек. Данте остановился возле входа в здание. Сейчас, когда ночь только начиналась, очередь на фейс-контроль тянулась на многие метры и его это совершенно не устраивало. Он никогда не отличался умением ждать.

Never surrender

— Ага, привет, — увидев знакомое лицо одной девушки, парень махнул ей рукой, проходя мимо шеренги людей, послушно ожидающей своей очереди. — Конец очереди в другом конце, парень, — гаркнул вышибала, не поднимая глаз от списка, когда Данте подошел слишком близко. — Серьезно? Прости, чувак, я не заметил, — брюнет шагнул в сторону входа, намереваясь в этот раз пройти без драки, но массивная рука мужчины в черном костюме его остановила. — Не так быстро, — вышибала все же поднял на него глаза и едва заметно дернулся. — Эй, я тебя помню, — усмехнулся Данте, узнав в мужчине одного несговорчивого работника, которому как-то довелось начистить морду в точно такой же ситуации, — хочешь продолжить наш последний разговор? — Проваливай, — коротко бросил тот, снимая хлипкую цепь, служащую условной преградой перед спуском в клуб. — Я знал, что мы найдем общий язык, — нефилим выстрелил в него из пальца и, проигнорировав негодующий рев очереди за спиной, направился дальше.

Let hate prevail

Это был один из самых крутых клубов города, в лучших традициях Lilith Corp. У перекаченной силиконом престарелой женщины, владелицы сети заведений, было отличное представление, как надо веселиться. Здесь было все: девочки, дурь, отличная музыка, приват-комнаты и тонны алкоголя. Единственное, что нефилим искренне ненавидел здесь, так это характерную «вонь» от демонов. Он уже привык чуять их за версту, предугадывать нападения и попросту знать, кого можно временно не трогать. — Данте! — знакомая танцовщица бодро шагала на немыслимых каблуках навстречу парню. Он не помнил ни ее имени, ни рабочего псевдонима, но точно показывал ей свой трейлер несколько раз. Идя к нему, девушка то и дело вспыхивала разными цветами, стоило прожектору скользнуть по ее измазанной блестками коже. Обычно она выступала в белье, но сегодня явно была какая-то тематическая вечеринка, так что на ней красовалась школьная клетчатая юбка и топик, имитирующий блузку. — Привет, детка, — улыбнулся парень, когда та повисла у него на шее, обдав легким шлейфом уже выпитого шампанского. — Ты сегодня ко мне? — танцовщица ухватилась за пояс его штанов и немного потянула на себя. — А что, тут есть еще кто-то такой же стоящий? — нефилим по-хозяйски приобнял ее и провел пальцами по открытой спине. — Конечно же нет, — девушка легко качнула головой, отчего белые густые пряди, слепленные в идеальные локоны, рассыпались по плечам, — но у нас есть новенькая. Мне кажется, она ничего. — Новенькая? — вздернул бровь Данте, — у вас жесткая текучка, ты об этом знаешь? — Что поделать, — тонкий пальчик, увенчанный разукрашенным ноготком, вычерчивал на груди парня завитки, — мы тут все так или иначе течем. Работа такая, — на последних словах ее рука резко скользнула вниз и замерла на уровне ширинки. — Что за новенькая? — он даже не пытался остановить свою знакомую, но на продолжение именно с ней настроен не был. Ему хотелось чего-то новенького, такого, что заставило бы адреналин плескаться внутри него. — Рыжая, с короткими волосами, Миранда, — белокурая голова качнулась в сторону главного бара, — вытягивает бабки из клиентов без привата. Хочу познакомиться с ней поближе, может есть какая хитрость, а лишняя наличность мне не помешает. — Вот как, — Данте был уже заинтригован, — ты меня знаешь, большие деньги не мой конек, так что посмотрим, на что она способна в таком случае, — он уже нашел взглядом подходящую под описание фигуру и прикидывал, идти ли через танцпол или в обход. — Сладкий, ты променяешь меня на новую девочку? — состроила жалостливые глазки танцовщица, но все же выпустила его из своих цепких рук. В отличие от Данте, она хорошо помнила всех своих клиентов и сторонние интрижки. Он был именно таким — ошеломляющей интрижкой, не приносящей денег. Но она и сама порой готова была заплатить, лишь бы провести ночь в его трейлере. — Я же должен посматривать и на других, иначе как мне понять, что ты — лучшая, Джесс, — чмокнув девушку в щеку и понадеявшись, что правильно вспомнил ее имя, он направился через танцпол к одиноко сидящей рыжеволосой фигурке. — Габриэль, придурок, — беззлобно усмехнулась та, как только парень растворился в толпе.

No more shame, no more pity

Уже подходя к девушке, Данте почувствовал неприятный гул внутри себя — обычно такое он испытывал, будучи в опасности, или в разгар боя с очередной сворой демонов. Он знал, что клуб всегда кишел шлюхами из преисподней, но как правило они все были безобидны и не создавали ничего более деструктивного, чем групповуха, перерастающая в оргию. Нефилим с презрением обходил их стороной, предпочитая исключительно человеческих девушек. Да, внешность демониц всегда была идеальной, но мало кто представлял, какие же они страшные на самом деле. — Привет, Миранда, — брюнет приземлился на соседний стул, отмахнувшись от тут же подскочившего бармена. — Здравствуй, — улыбнулась новенькая, развернув корпус к гостю. Ее голос мгновенно заглушил все звуки вокруг. Исчезла музыка, голоса, звон фужеров, абсолютно все — было только одно лаконичное приветствие и полная тишина. — Скучаешь? — продолжил Данте, не подав вида, что что-то изменилось. — Да, — улыбнулась рыжая и подперла рукой голову, — здесь давно не было стоящих мужчин, а с простаками я не работаю. Слух быстро восстановился, но осталось ощущение, словно через уши лезли в мозг; Данте уже прикинул, как быстро она может обработать ум обычного человека, не оставив ему никаких шансов на разумное поведение. Это было похоже на одурманивание, гипноз, все, что угодно, что могло бы заставить человека добровольно расстаться со всеми вещами и быть при этом самым счастливым на свете. Она явно не была суккубом, в этой привлекательной шкурке сидело нечто поинтересней. Миранда меж тем продолжала оценивающе разглядывать его, кокетливо закинув ногу на ногу так, чтобы и без того условная тематическая школьная форма не скрывала крохотное белье. Ее внешность была кричащей, яркой, такой, чтобы запомниться раз и навсегда. Огненно-рыжие волосы в идеальной укладке, большие томные глаза тепло-карего цвета, пухлые губы, идеальная фигура — все, как положено. И голос, не оставляющий после себя ничего. — Я бы попробовал что-нибудь по-настоящему крутое, Миранда. Сможешь меня удивить? — нефилим откинулся на стойку и окинул взглядом других присутствующих, словно ставил ее возможности под сомнения. — А ты самоуверенный, мне нравится, — девушка соскользнула со стула и, взяв Данте за руку, шепнула на ухо: — Не разочаруй меня.

Swallows pride with a swollen tongue

Данте хорошо знал лабиринты приватных комнат благодаря своим многократным визитам, так что его ничуть не удивило, что Миранда привела его в самое дальнее и тихое помещение. Еще пока они шли, он незаметно держал свободную руку на Айвори; его воодушевляла идея пустить в ход «близнецов» этой ночью. — Входи, милый, — девушка услужливо открыла дверь, пропуская нефилима вперед. От однотипности помещений можно было стать импотентом. Вульгарные красно-бордовые обои, кинг-сайз постель и дверь в крохотную душевую, вот и все, что могла предложить приват-комната. — Закроешь дверь? Не хочу, чтобы нам мешали, — брюнет прошел внутрь и вальяжно лег на постель, закинув руки за голову. С каждой минутой он хотел драйва больше, чем секса, а Мятежник буквально жег его шрам на спине, желая вырваться и разнести все к чертям. — Конечно, — замок громко щелкнул, отделяя их от внешнего мира. Музыка в клубе играла настолько оглушительно, что даже здесь она была хорошо слышна. Впрочем, обоих это устраивало: Миранда начала плавно покачивать бедрами в такт ритму, а Данте, не сильно-то заинтересованный зрелищем, все еще надеялся услышать тот трек. Она танцевала точно также, как и любая другая девушка из этого заведения, превращая медленное раздевание в банальную прелюдию. Нефилим видел это уже столько раз, что еще одно такое представление — и у него не встанет ни на одну работницу клуба. — Скукота, — поцокал языком парень, когда девушка сняла с себя бра и отправила его куда-то в сторону небрежным броском. — Мы только начинаем, — с холодцой откликнулась та, уперев руки в бока. — Если так и дальше пойдет, то я лучше свалю сейчас, — сев одним рывком, Данте посмотрел в глаза Миранды. — Сделай что-нибудь, ради чего можно было бы сдохнуть абсолютно счастливым. Повисло напряженное молчание. Они смотрели друг на друга и в их глазах читалось понимание, что отсюда выйдет кто-то один. Миранду не сильно волновало, кто перед ней, она просто хотела еще одну марионетку в коллекцию, особенно, если этот кто-то не простой человек. — Сдохнуть? Это можно.

Silent words from a bleeding mouth

В следующую секунду на нефилима обрушилась звенящая, раскалывающая сознание тишина. Он прижал ладонь к уху, и только по исказившемуся раззявленному рту некогда красивой проститутки понял, что она кричит, заполняя небольшое помещение отвратительным ультразвуком. Схватившись за Эбони и Айвори, парень сделал несколько выстрелов, но не услышал их. Тварь вильнула в сторону, на ходу принимая свою настоящую форму: долговязая, с хвостом, как у рыбы, она была покрыта склизкой серой кожей и жабрами. Пули предательски проходили сквозь ее размытое в движении тело, не принося никакого урона, хотя парень спустил несколько десятков патронов. Тварь упорно металась по комнате, скользя вдоль стен и потолка, стараясь подобраться поближе к нападавшему. — Эй, Миранда, любишь блестящие штучки? — крикнул Данте, сжимая в руке Мятежника. Двуручный меч был куда более выигрышным оружием в маленькой комнате, его широкое лезвие вкупе с превосходной реакцией хозяина покрывали помещение сотнями коротких ударов, лишая демона возможности увернуться. Серое пятно не желало останавливаться, и только по струйкам крови на лезвии нефилим понимал, что попадает по ней. — Давай, детка, теперь мне нравится твое представление, — прорычал Данте и, размахнувшись, одним ударом рассек постель в попытке попасть по исчезающему рыбьему хвосту. Кровать треснула, но он этого не слышал. Ее непрекращающийся крик дезориентировал его, но так было даже веселей. Он чувствовал себя в одной клетке с монстром, он чувствовал вызов и получал желаемый адреналин. Демон метнулся в опасной близости от Данте и полоснул когтями по ключице, оставляя неглубокие кровоточащие борозды. Оскалившись, парень пошатнулся назад и наотмашь рассек воздух Мятежником, отгоняя демона от себя. Почуяв запах крови, тварь прекратила издавать крик, высунула язык с десятками присосок и ринулась к нефилиму. Все вокруг основа обрело звук. Первое, что он четко услышал, была именно та самая песня, ради которой он сюда и пришел. Жесткий ритм индастриала выхлестнул его из реального мира, заставив триггер сработать на уровне инстинкта. Время замедлило свой ход. Мчащаяся на Данте тварь почти что замерла с раззявленной пастью и совершенно бездумными глазами. Нефилим неспешно выхватил Эбони и, затолкав ствол поглубже в глотку демона, повторил вместе с вокалистом: — Silent words from a bleeding mouth, — на последнем слоге он спустил курок, разнеся черепную коробку твари.