but now i found you

Тэхён зовёт его "Чонгукки" сразу же, как только тот представляется после него самого, и это звучит так мягко. Чонгук чувствует эту мягкость, это тепло сразу же, как только видит ведьму. У Тэхёна красивая остроконечная шляпа, тёмно синяя и с золотыми звёздами на ней(иногда они - чистое серебро) и очень тёплая улыбка. Он такой красивый, что Чонгуку даже как-то становится неудобно - он весь грязный, поцарапанный и с разбитыми коленками. Тэхён, однако, совсем не обращает на это внимание, он что-то напряжённо бормочет так тихо и быстро, что слов не разобрать, а потом вдруг щёлкает пальцами. Кровь исчезает, Чонгук растерянно смотрит на свои коленки. - Я слишком устал, - виновато сморит Тэхён на чужие ладони. - Прости, пожалуйста, могу только это сделать сейчас. Чонгук не боится. Ни магии, ни того, как чужие глаза из зелёных вскоре становятся тёпло-карими. Наверное, он просто околдован сразу же. Чонгук чувствует себя в безопасности, и будто бы вместо тех лет, когда он не находил себе места и бежал, он наконец может сам пойти за кем-то. Тэхён ободряюще улыбается, осторожно оглядываясь вокруг. Он хмурится, когда понимает, что Чонгук здесь один, у него нет ни вещей, ни еды, и очень грустные глаза. На улице темно и пахнет дождём - у Тэхёна нет сил даже на то, чтобы задержать его и спасти их от влаги. Когда он снова смотрит на Чонгука, тот кажется таким маленьким и таким одиноким, и это выше Тэхёновых сил - оставить его здесь. Поэтому он улыбается, ободряюще и солнечно, как умеет, и протягивает Чонгуку свою руку. Чонгук нерешительно берётся, его ладонь тёплая, шершавая и грязная от земли, а руки Тэхёна - мягкие и холодные. Они отправляются в путь, и дождь, кажется, даёт им фору, потому что не начинается и опаздывает на добрые минут пятнадцать. Тэхён болтает без умолку и заполняет своим голосом дражайшую и пугающую тишину тёмного леса. Чонгук улыбается, когда слышит, что Тэхёну недавно стукнуло сто семнадцать(по меркам ведьм - неопытный подросток, юнец, да и вообще сам ребёнок). Когда начинается дождь с грозой, Тэхён видит его смятение и укрывает своим плащом со звёздами, так похожим на звёзды со шляпы. Он учит его отсчитывать время, через которое снова появится молния и снова загромыхает, и Чонгук отвлекается. Оба, конечно, автоматически ускоряются и вздрагивают синхронно, когда слышится грохот. Дом у Тэхёна маленький и очень, очень уютный. Там тепло, пахнет травами и цветами, и мирно спит огромный рыжий кот. Должно быть, ему тоже здесь уютно, даже во время грозы. Тэхён, наконец накопивший силы, спрашивает у Чонгука, можно ли его переодеть, и, когда получает согласный кивок, младший оказывается в сухом по щелчку чужих пальцев. Тепло, кажется, излучает дом и при помощи магии в том числе, потому что когда ведьма уходит готовить какао(самое лучшее - приготовленное руками, и Тэхён вообще не часто пользуется магией в бытовых делах), Чонгук чувствует, что вот-вот заснёт. Он автоматически сжимает рукав ещё сырого плаща, который лежит рядом, и прислушивается, ещё слегка настороженный:кажется, Тэхён что-то напевает себе под нос. Спокойно. Тепло. И всё ещё мягко. Когда ведьма возвращается, Чонгук уже спит. Тэхён умиляется, ставит какао на тумбочку и садится рядом. Он прядёт почти всю ночь, борясь со сном, и выпивает две кружки горячего напитка. Засыпает только к утру, убедившийся, что ничто не потревожит сон младшего. Ведьма бросает быстрый взгляд на юношу прежде, чем поддаться сну, и улыбается, когда видит то, что тот всё ещё сжимает плащ. Он чувствует ответственность даже несмотря на то, что он немногим старше, и пусть другие ведьмы живут в одиночестве, и пусть сторонятся людей, и пусть ему, кажется, придётся учиться заботиться о ком-то, кроме себя. Если Чонгук решит остаться, то так тому и быть. "Чонгукки" звучит как обещание. Обещание оберегать.