Не дай мне упасть

Pov Даниил. <tab Вечер 20 Апреля. Гаснет свет. И я, словно мастер, оживляющий свои творения.... Алина, Элизабет, Саша... Всё это похоже на волшебство. Только скудное освещение: несколько прожекторов, блуждающих своим светом по льду и бьющим ребятам прямо в глаза, портят общее впечатление. Но публика взрывается аплодисментами, значит им нравится. И так, шоу начинается...       Этери заметно волнуется, а наши спортсменки на удивление спокойны, переговариваются и шутят там, за ледовой сценой. Они относятся к этому, как к празднику, когда вся семья собирается вместе.        Я наблюдаю со стороны: не за шоу, за Алиной. Словно преступник из - за угла. С той лишь разницей, что "жертва" моя совсем не против. Она тоже поглядывает на меня, старается делать это незаметно для остальных, но не для меня... Я чувствую ее всегда. Улыбается и краснеет, когда мне удаётся поймать взгляд её ореховых глаз.        Я ухожу в комментаторскую зону, надеваю наушники и микрофон, и бодрым голосом объявляю: Дамы и господа! Поприветствуйте бурными аплодисментами Олимпийскую чемпионку и обладательницу всех возможных титулов в фигурном катании Алину Загитову. Толпа взрывается бурными аплодисментами, но мне кажется этого мало и я, словно направляя толпу, прошу их громко проскандировать её имя.        Лицо Алины покрывается румянцем. Ей нравится всё, что сейчас происходит: овации, скандирование ее имени, любовь поклонников. Я знаю, что она заслужила такое восхищение, как никто другой. "Только бы понять, о чём она сейчас думает? " Это было бы сейчас лучшей наградой. В перерыве мы едва успеваем перекинуться взглядами, она что-то шепчет, я пытаюсь прочесть слова по её губам.       Игра в сурдо это конечно забавно, но едва я замечаю, что Алина осталась одна, быстро метнулся в ее сторону и кладу ей в ладонь небольшой кусочек бумаги, наспех вырванный из блокнота, там написано всего одно предложение: "Приходи после шоу ко мне." Девушка наскоро пробегает текст глазами и поспешно убирает записку в рюкзак. Она едва улыбается уголками губ и стремится скрыть это, как только ей показалось, что на нас слишком пристально уставились.        Первый день шоу пролетел как один миг. Усаживающиеся на свои места в автобусе, довольные и смеющиеся ребята принялись доставать телефоны, кто-то копаться в планшете, а кто-то продолжил бурно обсуждать шоу. Я даже заметил, как Моррис тайком достал колоду карт, явно собираясь расслабиться с друзьями-спортсменами, пока их не видит главный тренер. Ох, и достанется же ему, если Этери увидит. - Вот чертёнок,- смеётся Дудаков, проходя по автобусу, и всё-таки забирает у парня карты.        Этери тоже вошла в автобус, показав жестом водителю, что отправляемся через 5 минут, осмотрела всех, кто уже был в автобусе и снова вышла на улицу. Из толпы послышалось недовольное бурчание, всем хотелось поскорее отправиться в сторону гостиницы, усталость своё брала, многим хотелось уже просто отдохнуть, кто-то уже начал дремать, им точно не терпелось добраться до тёплых постелей. Но в автобус сели еще не все. Мой взгляд переместился на Ваню, который склонил свою голову на плечо Саше Степановой. И, кажется, что его одного не волновало всеобщее недовольство.        Эта картина вызывала искреннее умиление, девушка улыбнулась мне уголками губ, а потом прошептала: "Отлично публика нас встретила". Я лишь кивнул. " Думаешь о чём - то своём?"- поинтересовалась она. - Это слишком сложно,- уклонился от дальнейшего разговора я.        Я взглянул в окно и заметил, что машина Этери ( она не часто ездила со всеми нами в автобуса) припаркована прямо около автобуса. Еще пять минут назад ее тут не было. Но Этери не торопится садиться в машину, она смотрит на вход в здание. Там всё еще раздает автографы Алина Загитова. Так было всегда, она не может отказать своим болельщикам, а мы, увы, сидим и ждем. Все привыкли. Но почему Этери так внимательно на нее смотрит? Я в недоумении бросил взгляд на Сергея, он пожимает плечами. В голове крутится : Какого чёрта происходит, раньше Тутберидзе не дожидалась, когда все рассядутся по автобусу,это была обязанность всех нас". Значит, неожиданно доходит до меня, Этери хочет сказать Алине что-то важное и возможно даже касающихся наших с ней отношений. " Кажется эту песню я уже слышал".       Дудаков бросает на меня многозначительный взгляд, а окружающие, не понимая, чем я так обеспокоен, просто смотрят на меня, как на идиота. И тут я вижу, как Этери отходит от машины и направляется в сторону Алины, улыбается болельщикам, берет Алину за руку и что то ей шепчет. Алина кивает головой и идет за тренером к ее машине. Этери никогда не была замечена в панибратстве с кем-то из своих учеников, что происходит?.Алина садится в салон машины, Этери тоже. Pov Алина. Я была немного удивлена, когда Этери Георгиевна после раздачи автографов, которая у меня чуть затянулась, остановила меня твёрдым, но настойчивым движением. И предложила: - Алина, не возражаешь если я тебя довезу? -Нет, пожалуй, не нужно, - хотела я сказать, но не успела. Взгляд тренера, да и интонация, с которой она это произнесла, дали понять, что выбора у меня нет. Я кивнула головой и направилась к машине следом за Этери Георгиевной. Она любезно открыла дверь машины рядом с водительских сидением. - Ну же, не стесняйся.        Нужно признать, я была в шоке, я не понимала, почему тренер вдруг решила меня подвезти, ведь она никогда этого не делала раньше. Я чувствовала себя скованно, явно что то было не так. Мои опасения не замедлили подтвердиться. Машина тронулась, а Этери Георгиевна спокойным, но твердым голосом начала разговор: - Я бы не стала заводить этот разговор с тобой, но Даниил Маркович не захотел меня выслушать и понять. От одного только произнесенного ею имени мое тело невольно содрогнулось. Но я пытаюсь оставаться спокойной, вслушиваюсь в ее слова, но мой взгляд замер в одной точке. - Алина, ты хорошая девочка и я понимаю, сейчас у тебя не простой период, но Даниил Маркович слишком взрослый и ты должна осознавать.        Внутри закипала злость и обида, всё протестовало. Эй! Она же это не серьёзно? - Но я, мы.... - Алина, последнее китайское предупреждение или я приму меры.        Разговор был окончен, тренер не сказала больше ни слова и нужно признать, эту битву я проиграла. Я не смогла ничего ни объяснить, ни убедить ее. Я просто сидела молча, будто меня заморозили...Погруженная в свои мысли я ни сразу заметила, что мы уже доехали. Автобуса с ребятами еще не было, а мы уже зашли в холл гостиницы, взяли ключи от своих номеров. Медленно поднимаясь на свой этаж, я чувствовала взгляд тренера, открыла дверь в номер и тихо зашла. Закрыв дверь, сползла вдоль нее и замерла....        Я ничего сейчас не хотела, только забыться, уткнувшись в шерсть Масару. Вспомнив номер с поддержкой Масару и Даниила, я улыбнулась и тут же из глаз хлынули слёзы... Прошло немного времени, услышала, что автобус с ребятами подъехал к гостинице. Я видела как они, смеясь что то снова обсуждали..Там было весело, там текла настоящая жизнь... А я здесь... Совсем одна... Прошла в ванную, посмотрела в зеркало, глаза горят от боли и слез...Умылась, села на кровать... Не хотела снова выглядывать в окно, там было тепло, тепло от душевного равновесия моих друзей-спортсменов. А я здесь одна, мне снова плохо,хотя еще час назад, казалось, что всё просто замечательно.        Через три минуты в дверь постучали это была Алёна,она привела мне Масару в номер. Я даже не обратила на неё внимания, только кивнула ей. И она, поняв,что я не в настроении, поспешила уйти в свою комнату. Завтра снова нужно будет делать вид, что всё хорошо, А сегодня я слишком измотана, чтобы выдавать хоть какие-то эмоции. Pov Даниил. Я мог только гадать, о чём Этери говорила с Алиной, но было почти утро, а Алина так и не появилась. Не трудно было сделать вывод, о чём говорили Этери и Алина. Но я понимал, что мне просто необходимо самому во всём разобраться и для этого я должен был, как минимум, поговорить с девушкой.        Я звонил ей, будучи почти уверен,что трубку Загитова не возьмёт. Я практически не сомневался, зная Этери,что она настаивала на том,чтобы наши с Алиной отношения прекратились. Ну кто её просит лезть? Я набрал её номер. - Что ты наговорила Алине! - крикнул я, едва женщина успела снять трубку. - Глейхенгауз что ты себе позволяешь?- Она сразу поняла, о чём речь. - А ты? - Дань, тебе нужно остыть. Я не хотел слушать этот бред снова и поэтому просто положил трубку.        Всё это было слишком сложно осознать, Алина запуталась, я её понимал, важно было другое: показать ей, что со мной она может не бояться чужого мнения. Я не могу и не хочу больше от неё отказываться.        Набрав номер Алины я лишь оставил голосовое сообщение -После шоу я покидаю группу.