Любовный друг

      Более-менее организовано и без происшествий все улеглись спать. Я долго не могла уснуть из-за духоты и спустя два часа бесцельного смотрения в потолок ушла на первый этаж, где примостилась на диване в гостиной и к счастью быстро уснула. Ночью я проснулась от непонятного шума рядом с собой. В темноте ночи ко мне приближалась фигура. Парень, пошатываясь, направлялся ко мне, цепляясь руками за рядом стоящие предметы. Раздался ужасный кашель, и, не удержавшись на ногах, молодой человек начал падать. Я почти закричала, когда он упал на диван рядом со мной, но, услышав знакомый стон, расслабилась, вглядываясь в лицо Хосока.       — Хоби?       — Бёр-а… — хриплым голосом протянул парень, снова кашляя. — Принеси воды, пожалуйста.       — Хорошо, ложись скорее, — я аккуратно положила парня, — сколько же ты выпил? — недовольно нахмурившись, я побежала на кухню.       Возвратившись, я подняла парня и всучила ему стакан. Жадно выпив воду, Хосок вновь улегся, точнее рухнул на подушку.       — Может тебе лучше тазик?       — Не, нормально, — простонал парень, на что я снова покачала головой.       — Я пойду в комнату тогда.       — Нет, побудь со мной. Не хочу спать один, — парень схватил меня за руку и потянул на себя.       Я рухнула рядом с Хосоком. Диван не был широким, поэтому я, лежа на самом краю, почти падала, но парень зацепил мое тело рукой, бережно прижимая к себе. Я положила голову на его руку, аккуратно пристраиваясь. Дыхание, пропитанное алкоголем, мягко касалось моей шеи, но ничего неприятного я не ощущала, потому что моего носа достигали лишь легкие ноты одеколона Хосока. В уютном коконе его тепла я ощущала комфорт и защищенность. Веки становились тяжелее, мысли улетали из головы, и я провалилась в сон.       Утро наступило неприятно быстро. Щурясь от солнечного света, я едва разомкнула глаза, прилагая множество усилий. Ноги и руки Хосока окутали меня всю, поэтому мне пришлось здорово напрячься, чтобы выбраться. Приняв душ, мне удалось проснуться до состояния думающей головы, и я свежая и чистая пошла на кухню, где меня встретила Сеин в окружении грязной посуды, с которой она храбро сражалась.       — Доброе утро, — мой голос не был бодрым, хотя я очень старалась придать ему этих красок.       — Доброе, — повернувшись, Сеин слегка улыбнулась, но тут же ее лицо стало непроницаемым.       — Как спалось?       — Не очень, — тихо ответила девушка, в активно намыливая жирную сковороду.       — Да уж, зря мы столько вчера выпили. Я думала, что умру, — я коротко рассмеялась, но тут же замолчала, потому что лицо Сеин не изменилось ни на сотую грамма. — Но на удивление спала я отлично.       — Ничего удивительного, — прошептала Сеин, однако я смогла услышать ее фразу, на что нахмурила брови, не понимая, что происходит.       Я промолчала, решив не задавать вопросы, чтобы не ставить нас обоих в неловкое положение. Мы не были подругами. И делиться чувствами не привыкли. Да и особого желания не было.       Мы молча перемыли всю посуду, и я начала готовить завтрак для голодных подростков после пьянки. Сеин безмолвно сидела за столом, наблюдая за моими махинациями за плитой. Я слышала ее тяжелое дыхание и чувствовала сверлящий взгляд спиной, но молчала. Наконец, спустя двадцать минут бесконечных гляделок, Сеин заговорила.       — Почему у тебя до сих пор нет парня?       Я немного опешила от такого вопроса. Повернувшись, я удивленно посмотрела на девушку, которая до дыр на тряпке начищала столовые приборы.       — К чему такой вопрос? — я вновь отвернулась к плите, следя за процессом.       — Мне просто интересно.       — Я не хочу тратить свою жизнь на мимолетные отношения.       Моя фраза стала последней в нашем странном разговоре. Я продолжила готовить, а Сеин по-прежнему чистила приборы. Потихоньку начали просыпаться ребята. Они входили на кухню совершенно разбитыми и хриплыми голосами просили воды. Последним на кухню зашел Хосок. Он поздоровался со всеми ребятами и плюхнулся на стул, откидываясь на спинку и разминая кости. Потом Хосок легко чмокнул Сеин в щеку, на что девушка поморщилась, потому что от парня сильно несло перегаром. Парень рассмеялся и нашел глазами сидящую напротив меня. Он послал мне воздушный поцелуй, на что я счастливо улыбнулась, и одними губами спросила у него: «Кофе?». Хосок мотнул головой, сморщив губки, и так же прошептал: «Покрепче».       К вечеру все единогласно решили выползти к бассейну. Сон столкнул ничего не подозревающую Хери прямо в воду и разразился счастливым смехом. Девушка удивилась такой несказанной наглости и переглянулась с Намджуном, который, игриво приподняв брови, направился к Сону, до сих пор празднующему свою маленькую пакость. Намджун на носочках подскочил к парню и с воплем Тарзана кинул его в бассейн, под восторженные крики Хери. Я рассмеялась и оглянулась по сторонам. Хосок и Сеин почему-то долго ходили за напитками, поэтому, решив, что им нужна помощь, я направилась в дом. Как только я зашла, то тут же поняла, что парень и девушка горячо о чем-то спорили, переходя на повышенные тона. Я остановилась, невольно замирая, мои ноги примерзли к полу, заставляя становиться слушателем разговора.       — Ты слышишь себя, Сеин?! — я редко слышала, чтобы Хоби кричал в повседневной жизни; он мог прикрикнуть на ребят на репетиции, мог разозлиться, когда что-то не получается в танце, но в остальной жизни он редко повышал голос. — Ты хоть понимаешь какой бред сморозила?       — Я-то все понимаю, Чон Хосок! А вот ты, кажется, совсем ничего не замечаешь! Ты разве не видишь, как она на тебя смотрит?! Каждый раз!       — Я просто не пойму, что в этом такого! Мы знакомы кучу лет! Я устал тебе это повторять.       — Опять! Каждый раз ты говоришь одни и те же слова!       — Но если это действительно так?! — парень ударил ладонью по столу, отчего я буквально подпрыгнула на месте от удивления.       — Хосок, знаешь, что больше всего меня задевает? — неожиданно Сеин перешла на тихий голос, пробирающий до самых костей. — Ты любишь ее больше, чем меня.       Мое сердце замерло, а спустя пару секунд пустилось галопом. Я прижала руку к груди, чтобы хоть как-то успокоиться, но ничего не помогло.       — Что?!       — Не делай вид, будто это не правда. Я видела, как ты на нее смотришь. Я не думаю, что это обычный дружеский взгляд.       — Сеин, но это правда бред… — прошептал Хосок, и я услышала, как он сел на стул.       — Тогда, почему она ни с кем не встречается?       — Ты снова об этом. Сеин, что если она не хочет?       — Конечно, она не хочет. Потому что ты ей нравишься. Она хочет разрушить наши отношения. Она ненавидит меня.       — Сеин… — простонал Хосок. — Я так устал от твоих подозрений. Я люблю только тебя.       — Я постоянно чувствую, что делю тебя с ней! — ее тон был заполнен истерикой.       — Чего ты хочешь от меня? Просто скажи, я все сделаю, — Хосок подошел к ней и попытался обнять       — Я хочу, чтобы ты прекратил с ней общение.       Я стояла на месте, словно пораженная громом, практически не дыша, и пыталась сдержать подступающие слезы. Они душили меня, сковывали горло, и я чувствовала, что могу задохнуться. Зажав рот рукой, я прерывисто выдохнула, глуша собственные рыдания. Это я виновата. Я виновата в их ссоре.       — Что?       — Ты прекрасно слышал.       Голос девушки был холоден как лед. Она беспощадно резала своими словами троих человек.       — Я не смогу. Она слишком много для меня значит.       — Больше, чем я?       — Сеин… — послышался его усталый выдох.       — Ты меня слышал. Выбирай. Я не вижу надобности общаться с ней, когда у тебя есть я.       Наступила звенящая тишина. Я, закусив губу, бесшумно двинулась к двери, чтобы выйти наконец на улицу. Когда прохладный ветер коснулся моих мокрых щек, я смогла вдохнуть полной грудью. В голове было пусто. Судя по всему, перепалки на эту тему случались в их паре довольно часто. Хосок соврал мне. Он говорил, что Сеин не ревнует его, но выходит все совсем иначе. Он не хотел, чтобы я волновалась, мотивация хорошая. Но сама ситуация весьма патовая, и самое страшное то, что я не знаю, как поступить.