Лживая Дружба

Мы сидели на кухне, и пили кофе. Как странно вдруг осознавать, что сейчас Томас был моей единственной опорой. Сегодня, мне не хотелось никого видеть кроме него. Старый друг рассказывал, как проводил время в Испании, какая там студия и какие люди. Ему вроде нравилась девушка, но он вернулся в Аргентину, и надежд нет. Надежд нет. Можно ли назвать так мои отношения с Леоном? На дружбу с Людмилой тоже надежд нет? На что вообще есть надежды в моей жизни? Я провожала Томаса, а он ободряюще держал меня за руку. « Все будет хорошо, веришь?». Я кивала, смотря в его глаза. Частички зрения восстанавливались, и я с удовольствием смотрела на падающие капли дождя. Мы дошли до дома, и друг, улыбнувшись, зашел. Там его ждут тепло, уют и любовь. А меня дома ждет угнетение и тоска. Тоска по любимым. Телефон в кармане завибрировал, и я открыла 36 смс от Леона. «Где ты? Что случилось?» Я холодными пальцами набирала короткий ответ « Оставь меня в покое». Отправляя, я думала: к чему все это было. Если судьба решила, что мне не быть с Леоном, не дружить с Людмилой, то к чему они пришли в мою жизнь? Можно было сразу послать Томаса, и возможно, все было бы по-другому. Я дошла до дома, где тускло светил свет. В моей комнате Леон, наверное, сидит и ждет, когда я приду. Ольга хлопочет на кухне, папа на работе. Все куда-то спешат, бегут, а я ели перебираю ногами и иду в ненавистное место. Глухо и одиноко стучит разбитое сердце под грудой ребер. Я поднимаю глаза к небу и шепчу: «Верни все как было», а в ответ только раскаты грома. Совершенно промокшая и замерзшая, я поворачиваю дверную ручку и тихо поднимаюсь в свою комнату. Разговор будет не приятный, но я креплюсь и захожу внутрь. Он сидит нервно заламывая руки. Волнуется за ту, которой изменил, глупый мальчик. Глупый, но такой любимый. Я тихо закрываю дверь и сажусь рядом. - Я пришла. Все хорошо. Леон поднимает голову, на миг улыбается и обнимает меня. - Я волновался. Где ты была? - Гуляла с Томасом. Улыбка погасает, а его руки сживаются в кулаки. - Он вернулся? Как вы встретились? - Меня чуть не сбила машина. Томас оказался рядом. - Почему ты была без Франчески? Ты же не видишь. - Уже вижу. Опека мне не нужна. Ты можешь уходить к Людмиле. Я отварачиваюсь и закрываю глаза. Теплые руки Леона гладят мои волосы, а он нежно шепчет на ухо: - Ты все видела? Я киваю и слезы катятся с щек. Он поворачивает меня лицом к себе и смотрит в глаза. - Он первая меня поцеловала. Я пришел поговорить о тебе, а она полезла. Между нами ничего нет, правда. - Угу. Поддаюсь рыданиям и лажусь на кровать сжимая подушку. Леон ложится рядом и гладит меня по спине. - Это не легко. Но ты должна понять, что она не понимала, что делает. А я не сказал, чтобы тебя не расстраивать. Я люблю тебя. Я поворачиваюсь к нему лицом. Грусть и сожаление. Верю, но не могу простить. Еще не могу. - Пожалуйста, уйди. Не хочу тебя видеть. Леон встает и уходит к двери. Открывая дверь, он уходит не оборачиваясь. А у меня внутри что – то лопается, и я вскакиваю с кровати. Выхожу в коридор и кричу его имя. Любимый оборачивается, а я душу его объятьями. Срываюсь с отдаляющей цепи и зарываюсь руками в его волосы. - Я люблю тебя. Люблю. Очень. - Но простить не можешь? - Еще не могу, не могу. Слишком рано. - Я понимаю. Ты ведь скажешь, когда сможешь? Киваю. Он прижимает меня крепче, целует. Мы так и стоит посреди коридора, целуясь. - Я люблю тебя. – Еще раз повторяет он. Целует, спускается по лестнице. Я закрываю за ним дверь и спускаюсь по холодной стене. Сердце жалобно бьется, а в голове потоком крутятся мысли « Прости его быстрей, ты без него не сможешь». Я закрываю глаза и обдумываю этот день. Добавлю в список дел « Простить Леона» и «Поговорить с Людмилой». Проваливаюсь в черную бездну и засыпаю. Все же будет хорошо? Правда?