Spring

Женя носит совершенно несочетаемые вещи, но чтобы она не надела, на ней все выглядело стильно, безразмерные кофты, нелепая обувь, огромные серьги кольца и собранные в не аккуратный пучок длинные волосы, а за спиной неизменно в расписном чехле болтается укулеле. Женя пахнет весной и дарит её прохожим, которые просто не могут не обернуться и не улыбнуться в ответ, проходя мимо нее. Почти два метра очарования, странных шуток и завидного упрямства увеличивает шаг и чуть ли не срывается на бег от нетерпения, прижимая к груди заветный пакет из цветастой бумаги. Калинкина поглядывает на наручные часы и вздыхает — снова опаздывает, но за столько лет Шакулина свыклась и даже перестала ворчать на Женю, хотя сегодня, благодаря Восьмому Марта, у них наконец выдался денёк, в который они могут провести все время вместе. Женя замечает скучающий силуэт, сидящий на парковой скамейке, поправляет очки и улыбается сама себе. Тем временем Василиса наблюдала за трущейся неподалёку от дерева кошкой и думала о том, что если бы Женя её увидела, то непременно бы затискала бедное создание в порыве нежности ко всему живому. Наконец Шакулина замечает подбегающую девушку. — Ну, ты чего снова бежишь-то? Скользко же еще, — немного укоризненно говорит Василиса, смотря на запыхавшуюся Калинкину. — Не могу не бежать, когда иду на встречу с тобой, — Женя широко улыбается, оголяя цепочку брекетов, и крепко обнимает девушку. Василиса смеётся, пытается выбраться из цепких рук, но Женя только крепче её обнимает и кладёт подбородок ей на макушку, Калинкиной все равно, что подумают люди в парке, но через пару минут, пускай и неохотно, все же размыкает свои объятья, чтобы вручить подарок. — С Праздником тебя, мой Василёчек, — Женя протягивает ей яркий пакет и целует в щеку, оставляя на коже персиковую помаду. Василиса чувствует румянец на щеках, её почему-то всегда смущает, когда Женя её так называет, но Жене это бесконечно нравится. В пакете Шакулина обнаруживает джинсовку, которую отдала Жене пару месяцев назад с тем, что она может сделать с ней все что пожелает. Теперь на спине куртки раскинулось поле подсолнухов и васильков, а из карманов будто прорастали одиночные цветы. Довольно странное сочетание, вполне в духе Калинкиной. — Господи, Женя, это невероятно красиво, спасибо, — теперь уже Василиса порывисто обнимает девушку и привстаёт на носочки, чтобы дотянуться до Жениных губ. — Как только станет теплее, так я её снимать не буду. — Я так рада, что тебе понравилось. — У меня тоже кое-что для тебя есть. — Шакулина загадочно улыбается и протягивает Калинкиной какую-то бумажку. — Ты мне уже целую вечность твердишь, что хочешь нос проколоть, но то у тебя времени нет, то денег лишних, так что идём завтра! Женя смотрит то на Василису, то на сертификат, то снова на Василису и лучезарно улыбается, обнимая девушку. — Буду теперь красотка! Спасибо, Василёчек. — Ты у меня и так красавица. — Василиса смеётся и закладывает выбившуюся прядку волос Жене за ухо. — Может, уже пойдём? Я же обещала, что сегодня мы идём объедаться сладким в ту кондитерскую. — Шакулина берет Калинкину за руку. — Я только за!