Мой Лис

      День не задался с самого начала. Ну вот кто в здравом уме будет просыпаться в пять утра?! Верно, неугомонные и неуклюжие слуги, которых давно уже пора уволить! Девушка-призрак, протирая вазу в коридоре, по неосторожности разбила её. Покои Кицунэ находились совсем рядом, и Вэй Ин, естественно, проснулся. Чун-Чун извинялась и кланялась сотни раз, из-за чего демон сжалился и простил её, а после сразу же вернулся в их со спящим Лань Чжанем кровать. Следующие на очереди оказались столовые приборы, которые молодой паренёк-рокурокуби*, идя мимо спальни хозяина, с грохотом уронил, заставив лиса поморщиться от звона в чувствительных ушах. Благо У Сяня каждый раз успокаивало умиротворённое лицо Лань Чжаня, и демон не раздувал из мухи слона, прощая слугам их ошибки. Но терпение его закончилось ровно тогда, когда неаккуратный парень-призрак не до конца вымыл пол, и Вэй Ин, выходя из комнаты с Лань Чжанем, поскользнулся и шлёпнулся на задницу. В этот момент, кажется, весь дом слышал матерную речь демона. А когда всех созвали в главный зал, У Сянь, злой как чёрт, обрушил свой гнев на перепуганных обитателей поместья. — Сколько ещё вы предпримете попыток довести меня до массового убийства нелюдей?! Или вы действительно думаете, что у меня ангельское терпение?! Чёрта с два! Это последнее предупреждение! Если не внемлите и не начнёте летать над полом, вас даже родной дядюшка не узнает! Ещё раз я услышу грохот моей собственности разбиваемой вами — никто ваших костей не найдёт! — Вэй Ин, хватит уже, — попытался успокоить любимого Лань Чжань, положив руку ему на плечо. — Ну нет уж! Мне хватило сегодняшнего утра, которое я хотел провести в постели с любимым, нежиться на шёлковых простынях, а они мне что устроили?! Ад и только! Они и так начали садиться мне на шею, представляешь, что я устрою, если они от вседозволенности попытаются убить тебя?! — Они этого не сделают. — подал голос Цзян Чэн, который, тоже попав под горячую руку, тихо сидел на полу. Только Лань Чжань мог спокойно стоять рядом с Вэй Ином в такой ситуации. — Почему ты так в этом уверен? — Кицунэ хищно прищурился, переводя взгляд на друга, и, еле сдерживая рык, попытался подавить гнев, ведь Чэн-Чэн был не виноват. — Они прекрасно знают, что если попытаются — ты узнаешь, и тогда их ждёт неминуемая смерть. — Вань Инь, успокоившись, потянулся к саке, стоявшее на столике рядом. Но Вэй Ин свистнул, и сосуд вылетел прямо из рук Тэнгу. А чуть позже Чэн увидел рядом с ногами У Сяня Сяо Вэя, в зубах которого и находилось желанное саке. Разочаровано вздохнув, Цзян Чэн опёрся о колено, недовольно бормоча себе под нос. — Откуда ты знаешь, что творится в их мыслях?! Забыл, что на прошлой неделе пришлось избавить от мучений нескольких слуг, потерявших рассудок! Я уже порядком заебался, знаешь ли! — Тогда зачем спасаешь их? Оставил бы, и никаких проблем. — высказалась Ламия, внимательно осматривая слуг на предмет сумасшествия. Одного парня-призрака ужасно трясло, но он старался держать себя в руках. Верность хозяину сильна, но жажда человеческой крови сильнее. Обезумевший призрак взвился, словно ломаясь каждой частью своей эфемерной плоти. Слуги замерли с выражением ужаса на лице, а Сяо кинулся на Лань Чжаня, который физически не успевал уклониться. — Сукин ты сын! — взбесился Вэй Ин, резким пинком отшвыривая призрака в стену. Тот, врезавшись в камень, упал на пол и с ужасом в пылающих жаждой крови глазах посмотрел на бывшего хозяина. — Что ты хотел с ним сделать? — усмехнулся Кицунэ, а затем откровенно расхохотался в лицо Сяо. — Простите… прошу, помилуйте… — тихий лепет призрака только сильнее злил Кицунэ, но он продолжал молить, стоя на коленях. — Сохраните мне жизнь, господин Вэй, умоляю… — Я не собираюсь жалеть тварь, которая протянула свои гнилые ручонки к моей собственности. Увидимся на том свете! — раздавшийся рык Вэй У Сяня заставил присутствующих вздрогнуть. Положив руку на горло жертве, он начал медленно сжимать шею пальцами, причиняя страдания. А Сяо только и мог, что трепыхаться в безуспешных попытках освободиться. Зрелище было жестоко, и Лань Ван Цзи не хотел быть ему свидетелем. Но У Сяню, видимо, чужие муки доставляли удовольствие. Смотреть, как жертва барахтается, словно рыба на суше, задыхаясь без живительного кислорода, молит о пощаде, рыдает и кричит — мечта любого демона. Но для человека это зрелище было отвратительным. — Вэй Ин, хватит. — Ван Цзи отвернулся, намереваясь покинуть помещение, если демон не исполнит его просьбу, и Кицунэ усмехнулся. — Чёрт, прости, тебе, наверное, неприятно смотреть на такое. Я закончу быстро, иди пока брата разбуди, хотя я сомневаюсь, что он до сих пор спит, после моей-то ругани. — Вэй Ин, по-чеширски улыбнувшись, с силой сжал шею жертвы, переламывая её пополам. Лань Чжань даже не успел уйти, так и замер на пороге от жуткого чавкающего звука…       Хруст – и обезумевший призрак замер, чтобы через секунду повиснуть в руках демона безвольной куклой. Шея была сломана, а глаза закатились. Отбросив труп, уже начавший истлевать прямо на глазах, Вэй Ин перевёл взгляд на свою руку.       Ломая шею, он почувствовал жгучую боль в конечности. Как будто в ладонь вонзились тысячи мелких невидимых иголок. Вэй Ин поморщился, через боль шевеля пальцами, а потом фыркнул, смотря на труп. — Все свободны. Цзян Чэн, Вэнь Цинь, помогите мне немного. — демон сглотнул, растирая ладонь. Слуги поспешили разбежаться, Лань Ван Цзи так и стоял поражённый. — Что случилось? — заволновалась Ламия, наблюдая за тем, как Тэнгу поднимает остатки призрака. Обычно этим занимался сам Кицунэ, но сейчас с ним что-то было не так. — Ничего, всё в порядке. Лань Чжань, я не хотел, чтобы ты видел эту сцену. Вы, охотники, никогда не видели, как в призраке или другом тёмном существе пробуждается жажда крови. Мы сейчас закончим, и я всё тебе объясню, скажи Си Чэню, чтобы не торчал за дверьми.       Лань Чжань вскинулся, словно очнувшись, и окинул взглядом вход в залу, действительно увидев Старшего. Войдя, Лань Хуань бросил на Ван Цзи извиняющийся взгляд, страшась посмотреть на Кицунэ. Спустя какое-то время       Вэй Ин закончил с покойником и теперь сидел перед Ван Цзи и его братом. Тишина давила, но никто не собирался нарушать её первым, Кицунэ пытался в уме предугадать варианты развития событий. — Итак, с чего же мне начать… — Что вы сделали с трупом? — резко перебил демона Лань Чжань. — Вэнь Цинь его забальзамировала, чтобы его одержимый дух не вырвался из истлевшего тела, а затем сожгли и развеяли прах. — Вэй Ин был краток, сдерживая зевки. — Расскажите про то, что случилось в главном зале. — на редкость вежливо попросил Лань Хуань, натянуто улыбаясь. — Начну издалека. Все слуги когда-то были людьми, и я спас их от смерти, превратив в нечисть. У каждого из них есть свой предел, когда время истекает, жажда крови берёт вверх, превращая существо в обезумевшую машину для убийств. Он убивает всех подряд, за счёт чужой крови становясь сильнее. После обращения никто не может стать нормальным, каждого ждёт смерть от моих рук. — Тогда зачем ты их спасаешь, если всё равно в итоге убьёшь? — в словах Лань Ван Цзи прозвучал укор. — Потому что они хотят жить. Они прекрасно понимают, что в конце концов умрут, так как после превращения я рассказываю им правду. Неважно сколько, они хотят жить и отплатить за спасение. — То есть ты спасаешь их, только чтобы сделать прислугой? — Солнышко, ты хочешь меня разозлить? — раздражённо-ласково выдохнул Кицунэ и потёр переносицу. — Если они, пребывая на волосок от смерти, молят спасти их — я спасу. Я даю выбор — либо они остаются умирать, либо становятся моей прислугой, выплачивая долг жизни. — Спасибо за объяснения, господин Вэй. Если вы позволите, то я отправлюсь в клан. — Си Чэнь поклонился и направился на выход, где его уже ждал Цзян Чэн. — Цзян Чэн, неси его так, чтобы все заметили! — вдогонку крикнул Кицунэ, и Вань Инь фыркнул. — Ну вот, ушли! — Вэй Ин. — позвал его охотник. — Да?~ — мурлыкнул Кицунэ и хитро облизнулся. — Смогу я… когда-нибудь забрать тебя в Облачные Глубины? — Ван Цзи весь замер, ожидая ответа. — Хм… Думаю да, но я не хочу оставлять здесь слуг и друзей. Вряд ли твой клан позволит им прийти. Рано или поздно их убьют, а я начну мстить, устрою резню. — демон помахал рукой, словно прогоняя неприятный запах, явно забавляясь таким сценарием. — Они не станут терпеть убийства! — как-то пугающе усмехнулся Вэй Ин и прыжком повалил Лань Ван Цзи на кровать. Сейчас у него не было настроения играть с человеком, хотелось просто отдохнуть, поэтому он улёгся сверху, утыкаясь в грудь Лань Чжаня.       Если бы охотник знал, как ему больно убивать своих слуг, потому что за время их службы они стали друзьями. Каждое убийство оставляло рваные раны в чувствительном сердце. Но Вэй Ин никогда не делился горем и скорбью с кем-то, только брал из погреба самое крепкое вино и выпивал один в своих покоях. Каждое убийство ему напоминало о Мо Сюань Юе, которого он лишил жизни по незнанию, от этого становилось ещё паршивее… — Вэй Ин? Что случилось? — взволнованно прошептал Лань Чжань, вырывая демона из его мыслей. — А? Всё нормально, а что? — Ты плачешь… — охотник скользнул ладонью по щеке, избавляясь от солёных слёз. — О чём ты думал? — Не обращай внимания! — наигранно весело отмахнулся Кицунэ и поспешил встать. Но Ван Цзи сразу понял, что эта радость — подделка. Вэй У Сянь попросту не хотел показываться слабым перед человеком, ведь знание о слабостях другого – это потенциальная возможность победить его. Только демон не понимал, что слабость охотника – это он сам. — Расскажи мне. — Лань Чжань не позволил любимому спрятаться, обнимая за живот и усаживая на свои колени. — Прошу… — Моя душа… болит… — неуверенно начал демон, ведь говорить о своих чувствах так открыто… — Каждый слуга стал мне другом и… убивать его собственноручно — так больно. — Вэй Ин задрожал, не в силах справиться со слезами. С каждым убийством плотина в душе У Сяня давала трещину, сейчас её прорвало. Поток чувств хлынул, проливаясь горячей влагой. — Почему я всегда так привязываюсь?! — всхлипнул Вэй Ин, пряча лицо в ладонях. — Всё хорошо… — Лань Ван Цзи прижал его к себе, прижимаясь губами к макушке. — Ничего не хорошо, Лань Чжань! Я убивал их собственными руками! Никого не щадил! — У тебя не было выбора! — Был! Он у меня был, но я боялся… Я испугался смерти! — Что? — Я мог дать им своей крови, они бы продолжали жить, но не долго! Но… Я дефектный** Кицунэ…! — Что значит… дефектный? — Я наполовину Кицунэ… Мой отец был человеком, свою демоническую сущность я перенял от матери не полностью. Если я отдам слишком много крови — умру. А жизнь постоянно нужно поддерживать! — признался Вэй Ин и замолчал. Он не хотел, чтобы любимый узнал об этом, поэтому и скрывал. — Почему ты не сказал? — спросил Лань Чжань, утыкаясь носом в плечо демона, вдыхая приятный аромат. — Потому что боялся… Боялся, что, как только узнаешь, посчитаешь слабаком и сбежишь! Что возненавидишь, начнёшь презирать… — Дурак… — тихо рыкнул Лань Чжань и впился губами в шею демона. Тот сначала только вздрогнул от неожиданности, а потом заголосил. — Лань Чжань?! Стой, ты что делаешь! Ты ведь не собака! Пожалуйста! — захныкал демон, стараясь отцепить от себя охотника, который уже кусал его. — Это за то, что не сказал. — повалив Вэй Ин на кровать, Ван Цзи навис над ним,. — А это за то, что любишь меня. — добавил он, накрывая губами мягкие и податливые губы Кицунэ, затем спускаясь влажными поцелуями на шею демона. У Сяню оставалось только наслаждаться, тихо постанывая. Лань Ван Цзи знал слабое место Вэй Ина, которое он смог доверить только охотнику, только ему одному… — Лань Чжань… поклянись, что никогда не уйдёшь… — Ни за что на свете. — прошептал Нефрит, скользнув пальцами на грудь Кицунэ, с целью сорвать ханьфу с возлюбленного, но тут в покои как всегда бесцеремонно ворвался Цзян Чэн. — Твою-то маааать… — протянул Тэнгу, прикрывая рукой глаза и с разворота ныряя обратно за дверь. — Чэн-Чэн мать твою, я же просил стучать!