Лучший из лучших

Он сидит на лавочке под светом фонарей. Совсем один в такое позднее время. Смотрит на небо, на звёзды, которых в большом городе почти не заметно. Сплошная синева. Он облокотился головой на спинку и прикрыл глаза, тонкой полосочкой потекла слезинка по его нежной щеке к острому подбородку. Силуэт изящной фигуры вблизи смотрится еще прекраснее, чем можно было предположить. Это наша первая встреча. Я подхожу к нему, смотрю с нежностью и беспокойством. Присаживаюсь рядом, чуть ближе, чем нужно. Моя рука сама тянется к его лицу, чтобы убрать соленую каплю. А дальше пальцы сами собой проводят линию до брови и аккуратно касаются волос. Коротких светлых волос, что совсем недавно были покрашены. Красивый, светлый оттенок. Сам парнишка светлый, все черты лица будто наивные, мягкие. Совсем молод, невинен, как солнышко. Он прикрыл глаза, свои невероятные серые глаза, напоминающие светлый сплав металла, мягко коснувшись моей руки длинными пальцами. Большим пальцем погладил кожу, будто смакуя ощущения. Стоило мне слегка наклониться к его лицу, и он распахивает глаза, встречаясь затуманенным взглядом со мной. Этот момент должен остаться в памяти еще надолго. — Снято! Съемочная группа, притихшая до этого времени, начала шумно обсуждать каждый кадр. Я резко встал и направился к столикам, хотелось сделать глоток воды, смочить пересохшее горло. Разворачиваюсь в сторону этого горе актера, пытаясь рассмотреть его получше. Прямой нос, изящная фигура. Нет, не худощавый. Довольно высокий, но не дотягивает до меня. Чувственные губы, озорной взгляд. Хорош, но не этого я ожидал. Лучший из лучших? А разговоров то было, разговоров. Мне описывали профессионала своего дела, просто гения. Я не верил, что в двадцать лет можно стать профи в актерской игре. И был прав. Ошибок столько, что плакать хочется. Что еще удивило: это и правда наша первая встреча. Этот индивид не счел нужным появиться ни на одной репетиции. Разворачиваюсь обратно, пока он не заметил мой изучающий взгляд. Не нужно мне это. Собственно, на роль в фильме я согласился со скрипом. Уже семь лет как ушел на пике популярности и не собирался возвращаться. Хотел забыть как страшный сон. Уехал в другую страну, занялся собственным бизнесом, посчитав достаточным объем достижений. Сейчас к тридцати четырем годам совершенно не нуждаюсь в деньгах, да и подумывал уже о создании семьи. Поначалу было сложно, не имея за спиной опыта, но справился. Жизнь стала стабильной и комфортной. До одного случая… Четыре месяца назад ко мне приехал мой бывший агент. Именно его заслуга вся моя популярность, пока я был ходовым «товаром». Из вежливости пришлось пригласить его на чашку кофе. Для начала Базиль поведал мне историю о некой писательнице, что умудрилась написать жутко популярный роман о мужской любви. Мадам Жасмин Миррэ также после этого имела достаточно глупости, чтобы ляпнуть о том, с кого писала образ одного из главных героев. По иронии судьбы, им оказался я. После этого заявления, учитывая начало съемок фильма по книге, фанаты потребовали, а выглядело это именно как требование, того самого актера. Хотели видеть «оригинал». Сама писательница на этом настаивала. Вот только никто не учитывал, что я уже не у дел. После множества споров пришлось соглашаться, с условием покинуть киноиндустрию окончательно, после окончания проекта. Брать роль не хотелось, даже за столь приличный гонорар. Но раз согласился, нужно отработать достойно, ибо не привык делать что-то в пол силы. На данный момент, стоя на съемочной площадке, я испытывал глубокое разочарование. И вот этот мальчишка стал ведущим по популярности актером, за время моего отсутствия. Вивьен Руссе, двадцать лет. Опыта сравнительно мало, зато самомнение так и прет. Тяжело вздыхаю, подумав о тяжелой работе на эти полгода. Судя по отношению Вивьена к работе, сотрудничать он не станет. Меня его отношение не волнует, лишь бы на площадке не мешал и делал свое дело. Беру в руки текст, что должен был выучить на сегодня, вспоминая сценарий. Книгу мне лишь желательно прочесть, для полноты представления. Сюжет построен вокруг молодого музыканта и офисного работника, который устал от пресной жизни. Стоит ли заметить, что офисный планктон вряд ли имеет внешность, подобную моей? Не мне судить о правдоподобности, но это слишком даже для женского романа. Можно вытерпеть приторно сладкий сюжет, меня отталкивало больше другое. В этом сценарии много постельных сцен. Конечно, это не порно, и многое будет скрыто вещами, тканью, ракурсом съемки… Но сыграть нужно так, чтобы зритель поверил, будто там, на экране кто-то действительно занимается любовью. И даже это не самое ужасное. Я должен буду изобразить любовь с мужчиной. Никогда не страдал гомофобией, да и однополые браки у нас давно разрешены, однако у самого желания не возникало становиться в ряды гомосексуалов. — Ивон, вы прекрасно играете, — ко мне подошла девушка гример. — Наверное, всех волнует вопрос, почему вы так внезапно ушли, покончив с карьерой. У вас были все шансы. — Спасибо. — Больше ничего не скажете? — она склонила голову в бок. Если присмотреться, довольно симпатичная. Невысокая, зато с хорошей фигурой. Брюнеточка… Вряд ли на что-то рассчитывает, но точно не против общения. Во всех смыслах. — Я просто не захотел. Можно долгие годы к чему-то стремиться, а в конце пути понять, что это не твое. — Жаль, — ее личико стал грустным. Я почти поверил. — Но у вас отлично получается, просто прекрасно. Как же эта работа могла вам надоесть? Устало вздыхаю, но стараюсь сделать это незаметно для нее. Почему она считает, что мне интересно ее мнение? Всерьез полагает, что я выдам ей всю свою жизнь? Человеку, имя которого даже не помню, и в мыслях не могу назвать иначе, кроме как «она». Даже не смешно. — Надоесть может все что угодно, — откладываю сценарий. Все равно не дают сосредоточиться. — А как вам Вивьен? — кивает в сторону юноши. Повернувшись к нему, я поймал пристальный взгляд, который он и не подумал отводить. Впрочем, я тоже. — Неплохо. — И только? Да вы критик. О нем всегда очень хорошо отзываются. Говорят, Вивьен любит снимать дубли с первого раза. — Не сомневаюсь, — хотелось уйти уже от нее подальше. Полезной информации я не узнал, да и ежу понятно, что ее интересует пустой треп. Лишь трата времени. — Вам повезло играть именно с ним. Могли же взять актера и хуже, — она все продолжала. — Ивон, — меня окликнули. Поворачиваюсь к мужчине в синем костюме, что уверенно направился к нам. — Извините, я украду его у вас. — О, да, конечно, — наконец удалилась девушка. — Не благодари, — мягко улыбнулся Базиль. — Ты меня спас. — Мы работали вместе не один год. Кому, как не мне знать, как тебя утомляют люди. Особенно незнакомые, — все также улыбается мне. Странно, но Базилю, похоже, нравилось работать со мной. Именно работать, и ничего больше. Мы не были друзьями, но ладили вполне сносно. Ему уже около сорока, смотрит всегда снизу вверх, большая разница в росте. — Насколько я тебя знаю, от Вивьена ты не в восторге. Иисусе, сколько можно? Каждая собака спросит о нем, будто мое мнение чего-то значит. Правда, от этого человека вопросы не сильно напрягают, и ответить можно честно. — Красиво «упакован». У него явный талант, но… Вивьен Руссе из тех, кто считает, что можно выплыть на голом таланте. Жизнь покажет, что ему нужно учиться. — Вот как? — хмыкнул он и посмотрел в сторону паренька. По инерции смотрю туда же, вновь столкнувшись взглядом с серыми глазами. Он наблюдает за мной? — Знали бы они, насколько это высокая оценка, если звучит из твоих уст. — Может и так, — отворачиваюсь от него. Нам предстоит сыграть вместе немало различных сцен, в том числе тяжелых для меня. Стоит собраться с мыслями.

***

Две недели съемок я прожил, темп нормальный, закончим, скорее всего, в срок. При текущем раскладе я не волновался за свой бизнес, но все же не мешало бы проверить как только дадут выходной. Половину книги я прочитал, на остальное не хватало времени. Впечатление смешанные, но не скажу, что Жасмин Миррэ пишет плохо. История романтичная, вполне реальна в наше время. Однако, учитывая, что мне придется сыграть все это, становилось не по себе. Количество интима поражало. Сама Жасмин объясняла сей факт тем, что мужчины сами по себе повернуты на сексе. Удивительные выводы, и как она это поняла? До сего момента съемки шли легко. Ничего нового, а соответственно и сложного, ни для меня, ни для Вивьена не было. Парень и правда любит закончить еще на первых дублях. Однако сегодняшняя сцена отличалась. Первый поцелуй. Мы должны его сыграть нежно, будто это первый несмелый поцелуй старшеклассников. А закончить так жадно и страстно, словно бывшие любовники не виделись десять лет. Вот так сочетание. Снова ночной парк. Тусклый свет фонарей, падающий на лицо Вивьена. Нет, сейчас его зовут Луи. Луи как обычно грустный, никогда не смотрит в глаза, смущенно отводит взгляд. Мне следует быть более напористым, вести, направлять его. Луи отходит к дереву, прячась в его тени и скрывая румянец на щеках. Подхожу ближе, нависая над парнем. Разница сантиметров в десять, но ощущается прекрасно, особенно с ним. Он совсем не худой, скорее подкачанный, подтянутый, при этом остается стройным. И я со спортивным телосложением, гораздо крупнее. Медленно, но уверенно приобнимаю Луи, нагибаясь к лицу, еще ниже к пухлым чувственным губам. Он дрожит в моих объятиях, не смеет отвечать, но и оттолкнуть не может. Ведь Луи может лишиться любимого, того, о ком мечтает ночами, о ком думает сутками напролет. Касаюсь его губ своими неторопливо, смакуя ощущения, тепло и мягкость его кожи. Луи колеблется, старается быть смелее, ведь он любит, он по-другому не может. Его теплые ладони проходят по моей груди, дальше выше к шее, нежно проводя пальцем. Обнимает, притягивая к себе за затылок, перебирает волосы. Поцелуй становится смелее, более жадным. Покусываю его губы, зализывая покраснения. — Снято! Отстраняюсь, снова становясь самим собой. — Вышло неплохо, может еще дубль? — слышу откуда-то сбоку. — Нет, — говорю достаточно громко, чтобы могли услышать все на площадке. — У нас с Вивьеном губы красные и припухшие. — касаюсь пальцами своих в подтверждение. Оборачиваюсь к Вивьену, и снова взгляд… Только на этот раз очень странный, будто у меня что-то не то на лице. — Будет неправдоподобно. — Что ж, оставим как есть, — ответили после нескольких секунд молчания. — Если понадобится, отснимем позже. Дальше съемки прошли без эксцессов. Еще пара дней, и игра начала меня изматывать морально. Прямо как раньше, но тогда я терпеливо шел к цели, не особо обращая внимание на препятствия. Теперь же моя единственная цель в этом балагане — поскорее закончить и забыть. Сегодняшний день тоже ничего хорошего не сулит. Впрочем, как и последующие. Наверное, я слишком старомоден, но подобные отношения… Даже всего лишь играя роль, я испытывал дискомфорт. В этой сцене я должен сделать вид, что мне делают минет. Луи пришел ко мне на работу, и вот к чему это привело. Сотрудники отдела иногда заходят ко мне в кабинет, а этот мальчишка спрятался под стол. Естественно, не сдержался и начал… Не знаю, кого ненавижу больше, автора книги или самого персонажа. Пускай даже просто изобразить эмоции и попытки сдержать стоны, но это не отменяет стыда. Тяжело осознавать, что за этим наблюдает вся съемочная группа. А именно: звукорежиссер, ассистент, гример, продюсер, звукооформитель, костюмер, остальные актеры… И это далеко не все. И все эти люди будут наблюдать столь постыдные вещи. С другой стороны, на что мне способности актера? Сижу за столом, изображая бурную деятельность. Договора, различные бумажки для вида. Вот, сейчас начинается игра. В кабинет врывается Луи, раскрасневшийся, злой как черт. Он бежал сюда так быстро как мог, его дыхание сбилось, грудная клетка часто вздымалась. Приходится отослать секретаря и попросить не беспокоить. Луи резко хлопает ладонями по столу со злости, кричит на меня. Я лишь могу успокаивать его словесно, называя глупыми ласковыми прозвищами. По переговорнику сообщили о прибытии брата. Этого человека нельзя проигнорировать, будет проблем вдвое больше обычного. А еще он тесно общается с семьей, к его мнению прислушиваются, брат не должен увидеть здесь Луи. Прошу любимого спрятаться, но некуда, кроме как под стол. Джозеф уверенно входит в кабинет, оглядываясь по сторонам. Секретарь не должна была говорить о Луи, значит лишь попросила подождать. Брат садится напротив, начинает рассказывать о делах в фирме, потом переходит к семье. В этот момент я должен начать едва заметно дергаться, так как почувствовал на внутренней стороне бедра чужие пальцы. Вот только… Ощущения были настоящими. Мне достаточно знать сценарий и сыграть этот неловкий момент, а вот Вивьену вообще достаточно лишь сидеть и помалкивать до конца сцены. Но этот паршивец… Теперь я играл роль на автомате, стараясь игнорировать прикосновения теплых пальцев, что прикасались к плоти через ткань. Он обвел по контуру член, пока еще не возбужденный. Легко погладил, а затем медленно и тихо, скрывая ото всех, потянул собачку на молнии вниз. Просунул длинные пальцы в ширинку, и уже поглаживал через боксеры. Это оказалось гораздо ощутимее, из-за чего игнорировать стало весьма сложно. Тогда я подумал, что и не надо. Раз так, сделаем вид, будто мне помогают вжиться в роль. Актер напротив, а обращаться к нему мысленно по-другому я уже не мог, заканчивал свою часть и собрался уходить. После хлопка двери, нужно было перестать сдерживаться, что я и сделал. Вцепился в край стола до побелевших костяшек, стараясь дышать чаще, изображая оргазм. Немного отклоняюсь, чтобы заглянуть под стол. — Зачем ты?.. — Прости, любимый, — мурлычет Луи. — Ты сейчас был рядом, и я не содержался. — Снято! Мысленно вздохнув с облегчением, выравниваю дыхание. Стараюсь застегнуть ширинку максимально тихо и незаметно. Только после этого поднимаюсь, выпуская Вивьена из-под стола. Отхожу подальше от народа в место потемнее, залпом пью холодную воду из бутылки. Этот гаденыш все же смог наполовину меня возбудить. Хоть до каменного стояка далеко, не хотелось светить этим фактом. — Ничего себе! Я даже поверила, будто вы там… Ничего себе! — снова эта девушка. Да я сам себе почти поверил. Благо она сразу убежала, мне повезло. — Признаюсь, я ждал другой реакции, — зато подошел Вивьен. Собственно, он впервые заговорил со мной не перед камерой. Чего он ожидал? Скандала? Что я взбешусь и устрою разборки прямо посреди съемок? — Не все бывает так, как ты хочешь, — делаю еще глоток. — Знаешь, — он подошел ближе, оказавшись на расстоянии в пару шагов. — Когда я только начинал играть, мне постоянно ставили тебя в пример. Но невозможно брать пример с того, кого видишь только на экране. Ты мог сыграть кого угодно, вспыльчивого, манерного, инфантильного. А я все гадал, какой ты настоящий? И вот сейчас вижу. Стоит выключить камеру, и ты будто перестаешь чувствовать. Становишься холодным, отстраненным. Словно и не целовал меня минуту назад… — Вивьен замолчал на несколько секунд, пристально глядя в глаза. — Скажи честно, ты когда-нибудь целовал парня до меня? — Нет, — честно отвечаю, не думая отводить взгляд. — Я так и думал, — усмехнулся он. — Тебе все равно, что играть. Ты и секунды не мешкал. — А ты, — ставлю бутылку с водой на столик. — Таким способом вживаешься в роль, приближая ситуацию к реальности? — намекаю на его действия под столом. — Что? Нет, прости меня за это, — черт, даже желание злиться пропало. — Не думай, что я к каждому в штаны лезу. Просто… Ты такой равнодушный, хотелось растормошить. — вздыхает, так и не дождавшись ответа. — В любом случае, я не хочу с тобой враждовать. — Я тоже. Нас позвали на следующую сцену.

***

Я стоял у окна и ждал любимого. Луи, как всегда, минута в минуту пришел на встречу. Мы оба не любили отели, но у нас не было выбора. Двое любящих людей вынуждены скрывать свою связь. Раньше мы просто болтали ночами, как бы смешно ни звучало, позволяя себе лишь объятия. После случая в офисе, сегодня мы встретились в номере впервые. Он стоит в дверях, смущаясь. Ему до сих пор стыдно за свой поступок, но в то же время, он не жалеет. Это видно по глазам, по огню, что светиться в них. Жестом зову к себе, улыбаясь. Хочу дать понять, что бояться нечего, что я не злюсь. Луи тянется ко мне, льнет всем телом. Видно, как он скучал. Скучал и одновременно боялся этого чувства. Присаживаюсь на кровать, увлекая парня за собой. Успокаивающе поглаживаю спину, усаживая его на своих бедрах, лицом к лицу. Луи смотрит на меня так, словно я — центр вселенной. Его вселенной. Никто и никогда так на меня… Не успеваю закончить мысль, его лицо приближается, а губы впиваются жадным поцелуем. В нем столько страсти, скрытых чувств, потаенной боли… Словно эмоциональная мясорубка. Разрешаю терзать свой рот в его удовольствие. Широкой ладонью накрываю его ягодицы, сминая приятную округлость. Слышу еще не стон, но уже чувственное мычание, так ярко выражающее его желание. Луи прижимает меня так, словно боится, будто я могу исчезнуть прямо из его рук. — Снято! Хорошая работа. Перестаю отвечать на поцелуй и опускаю руки на кровать, давая возможность слезть. Но… Вивьен не перестал целовать меня. Хмурюсь, думая, что надо бы его оттолкнуть, но почему-то не делаю этого. С Вивьеном Руссе такое случалось. Если я всегда знал секунда в секунду, когда заканчивается съемка, то этот парень иногда долго отходил от роли. Мог зависнуть, а мог не заметить окончания и играть дальше. Или это не совсем игра?.. Возможно, он сливался с персонажем настолько, что не мог отделить себя вовремя? Или дело в отдельном случае? В Луи? — Эм… Ребята? Мы на сегодня закончили. — они подумали, что мы не услышали первого раза и до сих пор играем на публику. Я лишь прикрываю глаза, оставаясь в прежнем положении. Вивьен в своем мире, что ж, ничего страшного. С меня не убудет, а на мнение окружающих плевать я хотел с самой высокой колокольни. В добавок, интересно посмотреть, а что они будут делать дальше? Снова попытаются достучаться, или оставят в покое? Нас больше не трогали, но я спиной чувствовал взгляды. Вивьен вздрогнул и остановился, отстраняясь. Он все еще сидел на мне, обнимая за шею, а я облокотился ладонями на постель. Трогательная картина. Руссе выглядел удивленным, начал прятать глаза цвета стали. — Прости, я… — он пытался найти, чем закончить предложение. — Увлекся? — Да… — Вивьен смутился. По-настоящему смутился и растерялся. Причина растерянности заметно выпирала в тесных джинсах. За нами по-прежнему наблюдали любопытные взгляды, поэтому стоит ему слезть с меня, тут же станет заметен бугорок возбуждения. Беру его под попу, поднимаясь, и уношу в гримерку. Лучше сплетни, чем позорить мальчика. — Спасибо, — он опустился на ноги. — Правда, спасибо. — Не за что, — присаживаюсь на кресло. Замечаю, что Вивьен не двигается с места, лишь облокотившись об столешницу. — О чем задумался? — Ты ведь сразу заметил, когда закончили снимать. Почему не остановил меня? — Не знаю, ты был явно не в этом мире. — Вот как? Знаешь, мне стыдно. У меня стояк, а у тебя ноль реакции. — У тебя молодой здоровый организм, ничего необычного. — Брось, ты еще про четырнадцать лет разницы вспомни. А если серьезно, совсем на парней не встает? — Не проверял. Вивьен явно хотел что-то еще сказать, но желания это слушать у меня нет. Поднимаюсь и, попрощавшись, ухожу. Устал, а времени на отдых совсем мало.

***

На выходных слетал домой, проверил дела в фирме. Я владелец, так что никогда не сидел в здании, а лишь нанял персонал для этой работы. Удобно, ничего не скажешь, но главный минус в контроле. Нельзя заниматься делом, не зная всех нюансов, это огромный риск. Посему устраиваю проверки и требую отчетов. Назад на съемки я вернулся уставшим. Это не укрылось от остальных, особенно от Базиля. Он, как и я, лишь надеялся, что на работе мои перелеты не отразятся. Сегодня мне дали возможность посмотреть несколько отснятых сцен. Когда мы играли на площадке, казалось, что нас просто прерывали на середине игры. На видео же это выглядело как история с открытым финалом. Мол, а дальше додумай сам. Увиденное сильно отличалось от книги. Оно и понятно, учитывая, что многое нельзя было снимать банально из-за цензуры. Другие моменты передать попросту невозможно. Вздыхаю, очень жаль смотреть на это, пусть и результат собственных трудов. Я, как фанат какого-либо писателя, предпочел бы книгу. Сегодня мы играли прогулку, при этом стараясь скрыть связь между нами. Хотелось подержаться за руки, но нельзя, заметят, расскажут. А потом совместный завтрак. Кормить друг друга, общаться лишь взглядами… Получилось довольно интимно. Мы с Луи проснулись в одной постели, на огромной кровати в злосчастном отеле. Интерьер здесь неприятный глазу, слишком навязчивый. Слишком много ярких деталей всех оттенков красного. Сама обстановка словно кричала о разврате, что не прибавляло романтики. Все в этом помещении было… Слишком. Но мы с Луи словно не видели ничего вокруг, кроме друг друга. Только любимые лица напротив. Пока еще счастливые, не подозревающие о всех невзгодах на пути. Любимый открыл глаза и нежно улыбнулся. Он всегда улыбался так мне. Милый, невинный цветочек. Луи скрипач, у него невероятный талант, заставляющий трепетать сердца всех, кто слышит его мелодии. Вот эти руки с длинными изящными пальцами могут играть нечто потрясающее. Целую его ладони, каждый пальчик. Мне нравится смотреть на его реакцию в такие моменты. Словно меня просят о большей ласке, но не смеют сказать и слова. Но нам слова и не нужны… От переизбытка чувств Луи не выдерживает и забирается на меня сверху. Для зрителей мы голые, потому как провели вместе ночь. На самом же деле на обоих были боксеры, которые незаметно из-за тонкого одеяла на нас. Он начал ласкаться, потираясь всем телом и мягко целуя. Я отвечал, вылизывая полные чувственные губы Луи, получая и давая удовольствие в ответ. Затем он стал опускаться по моему телу ниже, целуя шею, обводя языком ключицы, до тех пор, пока макушка не скроется под одеялом. Дальше уже моя работа изобразить удовольствие и трепет. Однако… С этого момента я перестал видеть Луи. Теперь совершенно точно под одеялом был Вивьен, который не собирался быть паинькой. Я чувствовал теплую ладонь, что плавно двигалась вверх по внутренней стороне бедра. Вот гаденыш. Снова этот квест «скрой ощущения, изобразив их». Что ж, хорошо. Тем временем ладонь не остановилась у трусов, а лишь несмело миновала преграду. Вивьен залез под ткань пальцами, погладив яички, решив подразнить меня. Вредный мальчишка. Ладонь двинулась дальше, коснувшись основания члена. Руссе исследовал весь пах, пока была возможность, ощупал каждый сантиметр. Когда он наклонился ниже, я почувствовал теплое дыхание, вызывающее мурашки. Замечательно, у меня встал. Надеюсь, он доволен. — Снято! — Так натурально, обалдеть можно. Стараюсь не обращать внимания на галдеж. Сдираю с Вивьена одеяло и направляюсь в гримерку, прикрыв тело тканью. Пусть думают, что я стеснительный. Следом за мной, стоило прикрыть дверь, вошел Руссе, наряженный в простыню аки Юлий Цезарь. — Что, даже не отругаешь? — приподнимает бровь, наблюдая за тем, как вниз падает одеяло с моих плеч. — Ты азартен, подобная реакция лишь раззадорит. — Вот как, — он скинул простыню и подошел почти вплотную. — Значит, если я захочу более близкого контакта, не будешь против? — еще ближе, уже прижимаясь возбужденным телом. — Я этого не говорил, — все также стою, смотря в холодную сталь глаз. — Иногда тело может сказать за тебя, — он коснулся моего паха, все еще через ткань. Немного погладил, обвел контур стоящего члена. — Лишь результат твоих махинаций. Вивьен вздохнул, упершись носом в изгиб шеи. Будто ему нравился мой запах… Исследовал кубики пресса на моем торсе, поднял ладонь выше, к груди и… Резко отстранился. Он искал одежду, попутно натягивая на себя найденное. Я лишь сажусь в кресло, давая себе время расслабиться и унять возбуждение. Секса у меня не было с самого начала съемок, то есть больше месяца. На стену, конечно, лезть не хочется, но напряжение снять бы не помешало. — Не хочешь сходить в клуб? — вдруг отрывает меня от размышлений голос Вивьена. — У тебя еще остались на это силы? — искренне удивляюсь. Он рассмеялся, демонстративно хватаясь за живот. Не заметил, когда парень успел полностью одеться. — В клуб вообще-то ходят отдохнуть, — поясняют мне причину веселья. — Лично я хожу в такие места либо подцепить кого-нибудь на ночь, либо напиться, но никак не отдохнуть. А прихожу еще более уставшим. — Ладно, тогда я приглашаю тебя выпить. — Завтра съемки. — Ивон Вальян, — парень начинал злиться. — Как ты в таком случае отдыхаешь? — Предпочитаю спорт, поездки на природу, времяпровождение с людьми, в чьем обществе мне комфортно. — Хорошо. В моем обществе тебе комфортно? — Вивьен, я тебе нравлюсь? — устало разглядываю помещение в поисках джинсов и рубашки. Возбуждение почти сошло на нет, пора одеваться. — Что?.. — парень явно не ожидал подобного вопроса. — Я достаточно прямо спросил. Иначе просто не понимаю твоего внимания к своей скромной персоне. — Может я просто хотел попросить совета на счет роли, или стать другом? — И поэтому полез ко мне в штаны? — встаю, начинаю натягивать джинсы, взятые со стула. — Не логично, Вивьен. Так что, ты хочешь просто переспать? — Если так, ты согласишься? — Нет, — застегиваю на себе рубашку. — А если не только переспать? — Определись, — не могу сдержать улыбки, наблюдая за его гневным взглядом. Бесить этого малыша неожиданно весело. — Хорошо тебе отдохнуть до завтра, — фыркнул Вивьен, перед тем как хлопнуть дверью. Захотелось в голос рассмеяться.

***

На следующий день, как и еще два вплоть до выходных, Руссе по возможности держался от меня подальше. Однако, должен отдать мальчику должное, играть стал даже лучше. Обсудив некоторые моменты в сценарии с режиссером, отправляюсь со всей командой на обед. Столики расположены на достаточном расстоянии, чтобы не мешать остальным, но я по обыкновению сажусь за самый дальний. Начинаю с салата, попутно проверяя почту в телефоне. — Приятного аппетита, — ко мне подсел Вивьен. — И тебе, — мельком взглянув на него, возвращаюсь к новостям на экране. — Ты занят на выходных? — выдает, жуя бутерброд. — Думал слетать домой, — и немного подумав, решаю спросить. — А что? — Хотел пригласить тебя на пикник. Или еще куда-нибудь, если не захочешь. Но раз ты уезжаешь, могу я с тобой? Или у тебя там девушка? Жена? — Что тебе от меня нужно? — откидываюсь на спинку стула. — Не знаю. Не знаю, понимаешь? Просто ли хочу тебя на одну ночь, или большего… Понятия не имею. Так что? Внимательно разглядываю этого наглого мальчишку, пытаясь что-то понять в мимике, жестах. И самое главное, нужно ли мне это? — Я еду из-за работы, вряд ли тебе понравится поездка. — точно не нужно. — Разрешаешь? — видимо, специально игнорирует намеки. — Возможно, не смогу уделять тебе достаточно времени. — Ничего, я буду неподалеку, посмотрю как живет великий актер Ивон Вальян. Мешать работе не стану. — Ладно, — сдался я. — Хочешь потерять выходные, твое право. Вылет в шесть утра, не опаздывай, — обед закончен, пора возвращаться на площадку.

***

Утром Вивьен все же явился в аэропорт. Сонный, помятый с полоской от подушки на щеке, но все же приехал. В самолете парнишка спал, мило посапывая на соседнем сидении. А по приезде без нытья поплелся со мной в офис. В кабинете генерального директора Вивьен заметно оживился, сначала я не понял его веселья. Зато, когда ненадолго остались одни, он многозначительно кивнул на большой дубовый стол. Если подумать, обстановка сильно похожа на декорации к той памятной сцене… К пяти часам дня пришлось отвезти парня домой, ему явно было скучно, а я мог решить остальные вопросы чуть позже. — — Недурно, — восхищенно выдал Вивьен, когда мы вышли из машины. — Ты сам строил, или это был готовый проект? — Готовый. Один из моих друзей занимается строительством в престижных районах. — Удобно. Этот современный дом, выполненный в бежевых и коричневых тонах, ассоциируется с комфортом, спокойствием и роскошью. Есть пять спален с ванными комнатами, три на первом этаже, светлая и просторная гостиная с каменным камином, современно оборудованная кухня и столовая. Строение преподносится выигрышно благодаря большим окнам, которые выходят в сад с приличной площадью, пейзажным бассейном, крытой террасой. Два больших гаража, прачечная, автоматический полив, умная игра света на улице… Плюсов очень много. Проведя небольшую экскурсию, уже собираюсь назад в офис, когда за ворота проскальзывает белокурая красавица. Только не это… — Ивон, ты в своем репертуаре. Никогда ведь не сообщишь о прибытии, все узнаю через третье лицо… — высокая девушка, лет двадцати пяти, уверенно шла по дорожке, пока не заметила рядом со мной Руссе. — У тебя сегодня гости? Как необычно. Погоди… Ты же… Тот самый актер! — ахнула девушка, чуть было не тыкнув в него пальцем. «Тот самый»? Даже имени не вспомнила. — Мишель, я уже уходил, — решаю поспешно ретироваться, пока эта мадам не прилипла, словно жвачка к ботинку. — Вечно куда-то спешишь. Даже не представишь? — надула накрашенные губки. Макияж у нее на высшем уровне всегда, и только поэтому она никогда не лезет целоваться. Не дай Бог испортишь хоть что-то в идеальной покраске, рискуешь получить каблуком между ребер. Вот и сейчас лишь обняла в качестве приветствия. — Мишель, это мой друг Вивьен. Вивьен, Мишель моя хорошая знакомая. — Очень приятно, — улыбнулась блондинка. Он точно приглянулся этой барышне. — Взаимно, — а вот парнишке, кажись, моя знакомая не понравилась от слова совсем. — И давно вы знакомы? Ивон совсем ничего не рассказывал, — блондинка, поправив дорогое даже на вид платье, решительно продолжала беседу. — Достаточно давно, — буркнул Вивьен и, притянув мое лицо ближе к себе, увлек в поцелуй. Непривычно было отвечать ему без камер вокруг. Тогда я знал, что играю, а сейчас осознанно целовать парня… — Переключился на мальчиков, Ивон? — насмешливый голос рядом. Вивьен только усмехнулся, отпуская меня. — В гостиной на журнальном столике лежат брошюры из нескольких ресторанов. Можешь заказать себе поесть. А вечером я приготовлю что-нибудь на ужин, хорошо? — говорю в его губы, дожидаясь кивка. Поворачиваюсь к девушке. — Мишель, мне правда пора. Тебя подвести? — Ты очень добр, как всегда. Но я откажусь. Пока, Вивьен, — грациозный разворот на каблуках по направлению к воротам. — Бывшая? — интересуется парень, когда блондинка скрывается за воротами. — Нет, — ищу в кармане ключи от машины. — Как и сказал, знакомая, не более того. У нее таких как я, с десяток, наверное, — и наткнувшись на раздраженный взгляд, решаю добавить: — Кому она продыху не дает. Пришлось все же оставить Вивьена одного, и через пятнадцать минут я уже был на полпути к офису. В курс дел меня ввели, посему от количества информации гудела голова. Вид стен в здании и лица сотрудников начали вызывать тошноту. Вернулся я только в десятом часу вечера, обнаружив Вивьена на диване в гостиной с парой коробочек из-под еды. Парень обернулся и стал похож на ребенка, ждавшего родителей на рождество. Он встал, торопливо направляясь ко мне. — Чем занимался? — Исследовал твой дом, смотрел фотки в рамках, ел и страдал скукой, — сейчас мальчишка похож на нахохлившегося воробья. — Грешным делом подумал, что ты ночевать в офисе собрался. — Мог бы, но сегодня меня дома ждали, — улыбнулся я, и парень слегка оттаял. — - Запеченное мясо с картофелем будешь? — он кивает, — Тогда пошли готовить. Ставка была на то, что он заупрямится, но Вивьен покорно пошел за мной на кухню, кажется, даже с неким любопытством. Руссе мыл овощи, где-то неуклюже нарезал. Атмосфера получилась неожиданно домашней, уютной. Отправив блюдо в духовку, мы сидели за столом, разглядывая друг друга. — Скажи, почему в рамках совсем нет детских фотографий? — нарушает тишину Вивьен. — Потому что их не существует в природе, — хмыкаю я, подумав налить чаю. — Я серьезно спрашиваю, — хмурится. — До двенадцати лет я жил в детском доме. Потом меня усыновили, но не счастливая семейная пара, а мужчина средних лет. Ему нужен был наследник, однако я отказался от всего сначала, решив играть на сцене. У меня получалось, и я многого добился, не без усилий, конечно. Отчим, как оказалось, был болен, вскоре его не стало. Поэтому унаследовать его дело пришлось. Какое-то время так и продолжалось, но покончив с актерской деятельностью, я полностью поменял концепцию бизнеса. То есть, начал с нуля. — ставлю перед парнем кружку ароматного чая. — Во всем этом, никому особо не до фотографий дела не было. Вот и стоят в рамках лишь те, что делали люди с момента моей первой роли. — Странно, но об этом информации в интернете нет. — Не хотелось огласки, — делаю глоток, — О себе не расскажешь? — Нечего особо рассказывать. Я из обычной среднеобеспеченной семьи, мне никогда не запрещали заниматься любимым делом. Терять то нечего. — он поводил носом у кружки, вдыхая аромат и грея руки. — Ивон, ты перестал играть из-за смерти отчима? — Нет. — Тогда почему? Я спрашивал многих, но ответы всегда разные, будто ты специально уклоняешься. — Так и есть, поэтому не спрашивай, если не хочешь слышать ложь. — Случилось что-то настолько ужасное? — Вовсе нет, просто ответ явно не понравится никому из шоу бизнеса. Не стоит ворошить тему, — проверяю мясо в духовке. В принципе, готово, можно накладывать. После ужина мы еще немного посидели в гостиной, пытаясь посмотреть какую-то странную комедию. Сюжета никто не вспомнит, потому как мы оба утомились, да и болтали о всяких пустяках. — Выглядишь таким уставшим, — замечает Вивьен, спустя какое-то время. — Повернись спиной, я помассирую тебе плечи. — послушно разворачиваюсь на диване. — Всегда работаешь в таком темпе? — начинает мягко разминать затекшие мышцы. — Это только на время съемок. Фильм закончился, и я засобирался спать. — Можешь занять любую спальню, — бросил я на последок, подавляя зевок. Приняв душ и уже лежа в кровати, слышу как открывается дверь в мою комнату. Неторопливые тихие шаги все ближе, постель проминается под тяжестью чужого веса. Теплое тело прижимается сзади к спине.  — Ты сказал, любую, — напоминает вредный мальчишка, заранее против возражений. Пожимаю плечами, разворачиваясь и давая возможность устроиться на своей груди. Встать пришлось рано утром. Вивьен недовольно ворчал, потрепанный после сна, но тем не менее упрямо таскался за мной весь день. Вечером в самолете он тоже дремал, а я все размышлял, чего добивается этот мальчишка.

***

Снова день съемок. Очередной раз учить тексты и ни капли покоя. То время, когда даже эта рутина доставляла удовольствие, давно прошло. Сейчас же хоть волком вой, как не хотелось приходить на площадку. Базиль разглядывал меня с явным неодобрением. Я чувствовал себя шаловливым пацаном, будто снова возвращаясь на семь лет назад. Вокруг голубых глаз залегли едва заметные морщинки, делая мужчину старше. Это явно последствия быстрого жизненного ритма, который Базиль так и не менял с момента нашего прощания. Впрочем, мужчина не любил менять своих привычек, в том числе поэтому и спустя столько времени до сих пор опекал меня. — Ивон, тебе стоит заканчивать с перелетами и выделять время на отдых, — укоризненно вещал он уже минут десять. Я соглашался со всем, что слышал, не особо задумываясь над смыслом. В этот момент в помещение вошел Вивьен, и все как по команде обратили внимание на него. Всегда стильно одетый, веселый, игривый он создавал о себе завораживающее впечатление. Но сегодня к этому великолепию прилагалась усталость, которую заметили присутствующие и, к сожалению, Базиль. Придирчиво оценив увиденное, он перевел взгляд на меня, натыкаясь на легкую улыбку, что сама собой натягивалась на губы. — Нам, пожалуй, стоит обсудить кое-что. Но, позже, — твердо сообщил он, удаляясь. Сцены сегодня были более менее безобидными, не особо напрягали. Зато гримеру пришлось поработать чуть дольше, скрывая последствия нашего перелета. Еще пару дней игры, Вивьен умотался настолько, что начинал залипать, а я уже множество раз пожалел, что разрешил ему ехать со мной. События в фильме на этом этапе развивались очень бурно, как раз самые тяжелые эмоционально моменты. Приходилось кричать, плакать, местами гробить окружающие предметы. Тяжелее всего именно Вивьену — его персонаж был уязвимее, моложе, чувствительнее. Вместо обеда, пришлось уложить его на диван в гримерке, что стоял спинкой ко входу, а самому еще раз пройтись по тексту. В глазах уже рябило от бесконечных строчек, поэтому я отложил бумаги, устало откинувшись в кресле. В дверь постучали, и в гримерку тихо вошел Базиль. — Ивон, ты не занят сейчас? — он окинул взглядом помещение. — Нет, все в порядке. — Хорошо, — друг облокотился об стену плечом, прикрыв за собой дверь. — Я хотел сказать пару слов о твоих… Отношениях. — Отношениях? — приподнимаю правую бровь, стало даже интересно. — Не хотелось бы читать нотации, но вынужден предупредить. Тебе в этом случае ничего не угрожает, однако Вивьену может нанести урон. Ты со сцены уходишь, а мальчику еще поддерживать имидж. Прости, вмешиваюсь не в свое дело, но я думаю, что имею право считать, что знаю тебя достаточно хорошо. Ивон Вальян никогда не был человеком, способным на легкие интрижки. — Можно конкретнее, что ты предлагаешь? — Быть аккуратнее и не афишировать то, что между вами. — А что между нами? — я усмехнулся. Всегда нравилась особенность людей переворачивать все с ног на голову, не выяснив обстоятельств. — Ивон… — агент посмотрел на меня со странным выражением, то ли жалостью, то ли пониманием. — Со стороны видно гораздо больше, чем ты думаешь. Лично от себя, уже как друг, скажу, что Вивьен для тебя не самый лучший выбор. Он слишком… Непостоянен. А ты, Ивон, чересчур правильный для шоу бизнеса. Этот мир не для тебя. Решать только вам, но задумайся в первую очередь о карьере мальчика, не губи его талант. — Я тебя понял, Базиль, но мне кажется, слишком рано бить тревогу. — Как знаешь, — он вздохнул. — хочу лишь подготовить к последствиям. — Спасибо, — искренне благодарю друга, прекрасно осознавая его неподдельное беспокойство. Странным образом этот мужчина стал ближе обычного агента. Стоило двери закрыться за Базилем, ненадолго повисла тишина, а затем с дивана поднялся Руссе. Он медленно приблизился, присаживаясь на подлокотник. От входа было совсем незаметно, лежал ли кто-то на диване, из-за чего Базиль и подумал, что я в гордом одиночестве. Мальчишка, по-видимому, решил подслушать, впрочем, я догадывался, что он уже не спал. — Теперь будешь меня игнорировать? — упавшим тоном поинтересовался парень. — Нет, не буду. — Мой агент весь мозг съел по этому поводу. Столько лекций мне даже родители не читали, честное слово. Он сказал, что вся съемочная группа с актерским составом шепчется о нас. — Вивьен, послушай, — я потрепал его по светлым волосам, — Если поразмыслить, подобные сплетни были неизбежны с самого начала. Вспомни, сколько пар сводят во время съемок мелодрамы, не имея ни вещественных доказательств, ни словесного подтверждения самой «пары». — Знаю, но… Понимаю, местами я сам даю повод и чуть было не заигрался. Но они даже не дают возможности разобраться в себе, решить чего хочу, и могу ли я в действительности рассчитывать на большее с тобой. Ведь до сего момента между нами ничего не было. Ивон, а я ведь даже не знаю, как ты ко мне относишься. — Прежде чем делать выводы, прислушайся к словам Базиля. В отличие от меня, ты многим рискуешь. Оно того стоит? — задав последний вопрос, направляюсь назад на площадку. Обед закончился.

***

Пара недель упорной работы. Появились новые декорации, персонажи, соответственно сами актеры. Их утвердили давно, но в играть начали только сейчас. Вынужден признать, на площадке стало работать сложнее: те актеры, что влились в роли с самого начала, уже привыкли, а новые только начали адаптироваться. Легче всех иметь дело, как ни странно, было с Вивьеном. Парень не давал себе поблажек. Руссе на удивление серьезно отнесся к нашему разговору, ко мне без повода не подходил, уточняя лишь интересующие моменты в роли. Он, наконец, отдохнул и вернулся в прежнее состояние. В этот раз в сюжете был новый поворот: ввели персонажа, который создавал любовный треугольник. Леджер, исполняющий роль, оказался парнем внешне очень похожим на Вивьена. Специально сделанная стрижка, весьма подходящее телосложение. Яркие голубые глаза, на которые постоянно обращали внимание. Не могу назвать конкретной причины, но отчего-то Руссе производил на людей иное впечатление. Возможно, был менее навязчивым и броским, с ним находиться всегда было легче, проще. Вне съемок я с Леджером Бюжо не общался, да и желания не возникало. На данный момент я наблюдал как подготавливают площадку к сегодняшней съемке, проверяют реквизит, освещение. Ко мне несказанно подошел Леджер, хотя ранее предпочитал держаться на расстоянии. — Как насчет небольшой репетиции? — улыбнулся он, помахав сценарием. — Предыдущих было мало? Тогда это показатель непрофессионализма. — Достаточно. Но все было лишь на словах, а в этой сцене предстоит поцелуй, — и он, не спросив, приблизился, впиваясь поцелуем в мои губы. Я вымученно вздохнул, отстраняясь. Подобное было явно лишним, ведь от обычных поцелуев этот не отличался ровным счетом ничем. — Помогло? — Конечно, теперь я знаю, какой ты на вкус, — облизнулся парень и ушел готовиться. Может этим он и отличался от Вивьена? Своей вульгарностью? Начались съемки. Я вышел из здания, направляясь к машине, но неожиданно наткнулся на старого знакомого. А точнее на парня, с которым пытался забыть Луи. Естественно, ничего не вышло. Леджер, а по сценарию Матис, радовался встрече, доверчиво льнул ко мне, рассказывал о впечатлениях последних дней. Я знал о нем многое, в том числе о его знакомстве с Луи, а также то, что он пользовался нашим расставанием. Пришлось сыграть с ним несколько щекотливых моментов, одним из которых был страстный и полный тоски с моей стороны поцелуй. Краем глаза я заметил, как за этим действом наблюдал Вивьен с таким выражением, будто за раз прожевал пол лимона. Позже, за всем этим следовала сцена ревности Луи. Теперь уже я наблюдал, как Вивьен с видимым удовольствием отвесил пощечину Леджеру. На экране это Луи и Матис, однако вся съемочная группа явно видела в них совсем не персонажей, а конфликт между актерами. Могу лишь сказать, что получилось очень правдоподобно. — Прошу, не отнимай его у меня, — умолял Луи, — Я люблю его, никого дороже у меня нет, — он осел на пол. — Снято! Все свободны на перерыв. — Извини, сил не рассчитал, — фыркнул Вивьен, поднимаясь, однако весь его вид кричал о том, что ему не жаль от слова совсем. Удивленно смотрю на ухмыляющегося Леджера, чья щека пылала. Видимо, Вивьен ударил гораздо сильнее требуемого. Откуда такая ненависть?

***

Медленно, но верно мы приближались к, пожалуй, самой откровенной сцене за весь фильм. А именно главные герои, не выдержав разлуки, снова тайно встречаются и, наконец, переходят к непосредственной близости. До этого все ласки были поверхностными, больше напоминающие прелюдию. Мы с Луи лежали на кровати с белыми простынями. Квартира не наша, но радовало, что уже не отель. Луи полностью обнаженный, смущенный, дрожащий в моих объятиях. Это его первый раз, я буду нежным, внимательным и любящим. Из-за отсутствия одежды мне предстояло всячески прикрывать самое интимное место, при этом открывая обнаженное бедро Вивьена. Странно, он, похоже, очень волновался. Я забрался на него сверху, придавливая своим весом, нашу наготу скрывала лишь тонкая ткань простыни. Судорожный вздох с припухших чувственных губ, легкие робкие касания изящных пальцев на моей шее, спине. Провожу губами, повторяя изгибы его ключиц, чувствуя солоноватый вкус нежной кожи. Не лишаю внимания соски, поочередно посасывая каждый. Луи пока еще тихо мычит что-то одобрительное, выгибаясь мне навстречу и сжимая руками мои плечи. Стоит спуститься поцелуями ниже, как нас прерывают. — Стоп! Вивьен, в чем дело? — видимо он сделал что-то не так, с выражением лица или жестами. — Соберись. — Извините, — виновато изрек парень. — Это уже третий раз за сегодня, может стоит отрепетировать? — довольно жестко говорил режиссер. — Думаете, они еще не «нарепетировались»? — послышались ядовитые смешки с разных сторон. Все понятно, в какую сторону все идет. Злые языки и сплетни могли настолько вывести из колеи Вивьена? Очень не похоже на него, мальчик не был настолько слаб эмоционально. Ситуацию нужно менять. — Дайте нам немного времени, — прошу режиссера, разглядывая смущенного парня под собой. — Перерыв двадцать минут, — сказано твердым голосом всем присутствующим. Когда люди скрылись в разном направлении, ложусь рядом с мальчишкой, подпирая голову рукой. — Рассказывай, что с тобой происходит? — касаюсь пальцами его скулы. — Не помню, чтобы раньше ты стеснялся наготы. — Дело не в этом, просто… Это ты, понимаешь? Так близко, что у меня… — он кивнул на свой стоящий член. — Но самая главная проблема, ты вызываешь искренние эмоции, настоящие. До тех пор, пока это игра, мне совсем не стыдно. А так, не могу сосредоточиться… — Тебя не должны волновать такие вещи, никто не узнает, играешь ты или нет. Тем более с экранов. — Знаю. — Это ведь не все? — Нет, — он немного подумал, прежде чем продолжать. — Ивон, как ты ко мне относишься? — С чего ты это вдруг? — Я подумал о том разговоре, о словах Базиля, твоих, моего агента… Подумал о том, чего сам хочу. И знаешь, я не выдержу больше рядом с тобой кого-то вроде Леджера. — Значит, ты видел, — задумчиво провожу пальцем по его нижней губе. — Да, я наблюдал за вашей «репетицией», — отчего-то этот порыв ревности показался мне милым. — Чего улыбаешься? Он же специально это сделал! Леджер, как и вся съемочная группа, считает, что мы трахаемся с первого дня съемок! — И что же ты в итоге решил? Конкретно. Помнишь же о рисках? — Да, я знаю, что в случае огласки подобную связь с радостью примут только фанаты Жасмин Миррэ и люди нетрадиционной ориентации. Остальная масса неизвестно как отреагирует. К тому же моему имиджу могут навредить буквально любые отношения, смотря какие слухи пустят. Но я рискну, если ты захочешь, поэтому и спрашиваю как ты ко мне относишься. — Вивьен, я кого попало в свой дом, да и в постель не пускаю, — легонько щелкаю его по носу. — Даже учитывая, что по факту между нами ничего не было. — Значит с этого момента ты мой, — он прижал мою ладонь к своим губам. — И сегодня я ночую в твоей квартире. — Ладно, но второе с условием, что хорошо сыграешь сцену. — Идет, — Вивьен лукаво улыбнулся.

***

Меня просто поразила зависимость Руссе от настроения. Если хотел, он мог играть так, будто сам изначально придумал персонажа, ему верили все, чуть ли не рты не раскрыв. Режиссер был доволен, в конце дня подошел и шутливо поинтересовался, что я сделал с парнем. И этот туда же. Уже собирась в гримерке, я отдал дубликат ключей от съемной на эти полгода квартиры Вивьену на случай, если буду в душе, когда он приедет. Руссе сначала заедет к себе за некоторыми вещами, а потом останется у меня на все выходные. Когда в помещении остались лишь мы и уже собирался уходить Леджер, Вивьен демонстративно привстал на носочки, целуя меня с жадностью. Я отвечал не менее страстно, потакая маленькой шалости. Невольный свидетель громко хлопнул дверью, скрываясь. Как дети малые. По дороге домой меня застал врасплох звонок друга в столь поздний час, и возле подъезда я уже встречал Камиля. За чашкой чая мы обсуждали его новые проекты, командировку. Я бы предложил чего покрепче, но друг здесь проездом и вскоре уже должен быть в другом месте. Через некоторое время мне пришло смс, оповещающее о прибытии Вивьена. — Камиль, а как ты относишься к людям с нетрадиционной ориентацией? — В общем-то нормально, — удивился друг. Ранее таких разговоров между нами не бывало. — Если совсем откровенно, то у меня очень давно была связь с мужчиной. — Вот как, — я улыбнулся, чем еще больше озадачил друга. В этот момент хлопнула входная дверь, послышалась возня, и через минуту в гостиную вошел Вивьен Руссе. Он напрягся, увидев сидящего в кресле напротив меня блондина. Сидящий высокий, статный, правда это на данный момент не оценить. Зато правильные черты лица, стильную стрижку и дорогую одежду можно. — Мой друг, Камиль, — представил я гостя. — Это он проектировал дом, в котором я ныне живу. — А, строитель, — расслабился Руссе. Теперь к Камилю прилипнет это прозвище. — Вивьен, — мило чирикнул парень, — Очень приятно. — Взаимно, — ответил Камиль, наблюдая как Руссе нагибается ко мне и целует, обняв за шею. Вивьен захотел в душ, я указал направление, и тот, извинившись, исчез за дверями. Взглянув на друга, неудержимо захотелось смеяться. У него на лице чуть ли не бегущей строкой было написано «И что это было? «. — Значит вот к чему вопрос об ориентации? — Да, просто я был уверен, что он выкинет нечто подобное. — Ивон, будь честен, тебе нравятся эти собственнические замашки, — друг перекинул ногу на ногу. — Не отрицаю. Друг почесал затылок, тяжело вздохнул, взглянул на меня с укором и, о да, я ждал этого: — Ивон, а он не слишком молод для тебя? — начал нотации. — Не боишься, что наиграется? Пришлось потратить немного времени на рассказ. Я поведал другу все от начала и до конца, упуская лишь незначительные детали. Вода в душе все ещё шумела, поэтому я не волновался, что нас могут услышать. Камиль после истории еще помолчал, переваривая информацию. Сделал несколько глотков холодного чая, явно подумывая о коньяке. — Я думаю, — отмер он, отставив чашку. — То, что ты так отреагировал на того парня, Леджер, правильно? Результат того факта, что ты априори подсознательно всегда выбираешь Вивьена. К тому же, так легко впустить в свою жизнь человека, на тебя не похоже. А это означает… Ты влип, дружище. — Сильно? — усмехаюсь я. — Сильно. — припечатал друг. И немного подумав, продолжил: — Я абсолютно согласен с Базилем, но, пожалуй, скажу кое-что от себя в защиту паренька. Он молод, эмоционален и ветренен, но молодое сердце, что еще не было разбито, может любить самой искренней и чистой любовью. По Вивьену видно, что он еще не познал разочарования в этом чувстве. — Камиль, — задумчиво провожу пальцем по подбородку, — Ты же не понаслышке это знаешь? — растерянное лицо служит подтверждением моей догадке. — Когда-то ты, мой друг, рассказывал о своей давней несчастной любви. Этот человек ведь не женщина, верно? — А ты догадлив, — хмыкнул он, — Да, верно. Это мужчина, и у нас приличная разница в возрасте. Сейчас я понимаю причины расставания, но тогда было очень больно, мне не дали выбора. Конечно, я не жалею, ведь женат на прекрасной женщине и отвожу в детский сад чудную дочурку. Но… Не было и дня, чтобы я не тосковал по нему. — Прежде ты рассказывал так расплывчато, я даже не понял… Теперь все встало на свои места. Почему скрыл его половую принадлежность? — Боялся потерять друга из-за такой глупости. Великий Ивон Вальян со своими высокими нормами морали всегда был по девушкам. Но я рад, что смог поделиться. — Спасибо, Камиль, — даже не знаю, за что именно я его благодарил. За доверие, за совет или поддержку. Вероятно, за все разом. Друг поднялся, сказав, что и так засиделся и его давно ждут. Проводив его, возвращаюсь в кресло, обдумываю разговор. — Твой друг уже ушел? — теплые руки в махровом халате легли мне на плечи. — Да, — целую его ладошку. — Хочешь помочь с ужином? Мы возились на кухне часа два, пытаясь сотворить нечто съедобное. Вивьен совсем ничего не умеет готовить, но зато быстро и с удовольствием учится. Любимым делом оказались салаты, так как кроме нарезки я от него ничего не требовал. После ужина я сходил в душ, в который по некоторым обстоятельствам не успел ранее, а когда вышел и лег в кровать, начал играть в гляделки с Вивьеном, что нерешительно замер у нашего ложе. — В чем дело? — не понимаю его замешательства. — Ты позволишь мне?.. — медленно сбрасывает халат, под которым ничего нет. — Я уже понял, что ты более ждать не намерен. Вивьен ложится рядом, целует меня, доверчиво прижавшись всем телом. Выключаю светильник, погружая комнату в темноту, оставляя возможность видеть лишь очертания. На мне были лишь боксеры, которые совсем не защищали от шаловливых рук, что были на каждом сантиметре моей кожи. За это время я многое узнал о мальчишке, в том числе, что он очень любит целоваться. Долго, влажно и со вкусом. Вивьен залез на меня сверху, оседлав бедра, словно боялся, что я сбегу. Посасывал нижнюю губу, терзал мою верхнюю, вторгался языком в рот с явным намерением оторваться за все время воздержания. Когда воздуха уже не хватало, он переходил на лицо, шею, ключицы, уже чуть сдержаннее, нельзя оставлять следов. Все это время я невесомо поглаживал его коленки, медленно двигаясь к бедрам, дразня прикосновениями. Постепенно добрался до ягодиц, ощутимо сминая длинными пальцами и вырывая хриплые вздохи, ловя их губами. Наконец касаюсь указательным пальцем дырочки, ощущая как Вивьен судорожно сжался, тут же пытаясь расслабиться. И еще понимаю одну вещь — он хорошо подготовился, по всем правилам. Коротко поцеловав парня в чувственные губы, выползаю из-под ного, оставляя в коленно локтевой. Встав позади на колени, оглаживаю ягодицы, разглядывая открывающийся вид насколько позволяло тусклое освещение за окном. Прохожу пальцем по ложбинке и ниже к дырочке, мягко массирую отверстие. Глажу ладонью еще ниже к поджавшимся яичкам и стоящему члену, на кончике которого собрались капельки смазки. Вивьен шумно дышит, я отчетливо слышу каждый вздох, словно звук рядом с моим ухом. Развожу упругие половинки в стороны, затем касаясь дырочки языком, от чего мальчишка дергается и утыкается лицом в подушку, дабы не издавать ни звука. — Не надо так, — поглаживаю по напряженной спине, — Мы тут одни, а меня стесняться нет смысла. Парень послушно отодвигает подушку, тут же застонав от ощущения языка на стенках ануса. Мне нравится этот звук, то, как он отлетает от стен, заполняя комнату, а потому я продолжаю эту сладкую пытку, раз за разом вырывая полные наслаждения стоны. — Там, — задыхаясь шепчет Вивьен, — в кармане презерватив и смазка, — срываясь на очередном стоне. Тянусь к его халату на полу, вынимая упомянутое. — А ты запаслив. — Если доверить подобное тебе, то до секса у нас и через год бы не дошло, — хмыкает Вивьен, призывно качнув бедрами. Мысленно соглашаясь с его выводами, раскатываю по члену презерватив, предварительно избавившись от последнего предмета одежды, и начинаю размазывать смазку по стенкам ануса, растягивая пальцами. Закончив утомительную растяжку, наконец мягко, но уверенно вхожу, удерживая его бедра на месте. Поначалу медленные терпеливые толчки сбиваются с ритма, ускоряясь. Вивьен, спустя пару минут сам начинает нетерпеливо подмахивать, заполняя пространство звуками шлепков кожи об кожу, хлюпаньем смазки и собственными стонами.

***

Вивьен лежит на моей груди, выводя на ней пальцами различные узоры, уставший и удовлетворенный. Мы еще попробовали позу наездника, а также лицом к лицу. Мальчишка к тому времени уже перестал зажиматься и стал более открытым. — Ивон, а почему ты все-таки покончил с актерской игрой? — прерывает он расслабляющую тишину неожиданным вопросом. — Это так важно? — поглаживаю по светлым волосам. — Не совсем… Просто ты никому не говоришь причину, а я хочу знать хоть что-то, доверенное только мне. И еще, ты уверен, что у тебя до этого не было секса с парнем? Я коротко рассмеялся, поцеловав Вивьена в висок. — Малыш, анальный секс, он и с девушками остается анальным сексом. А о существовании простаты я и так знаю. — Понятно, — прижимается ближе. — Так ты расскажешь? — Если так хочешь, — тяжело вздыхаю. — Ты же знаешь, что в наше время не редкость получать должность через постель? — мальчик кивнул. — В шоу бизнесе подобное встречается еще чаще, чем в остальных отраслях. Но… Меня в свое время как-то обошло стороной, из-за чего я по наивности своей полагал, что так и будет. Тогда я встречался с одной начинающей актрисой, негласно, конечно. И однажды я застал ее за изменой. У нас не было большой любви, поэтому я не ждал от нее извинений, клятв в чувствах или подобного, мне даже больно то не было. Испугало другое. Она говорила так спокойно, будто само собой разумеющееся. Задала вопрос, мол можно подумать я не сплю со всеми подряд и роли получаю не через постель. Я просто ушел, оставив без ответа. Однако это мысли не шли из головы еще какое-то время, вплоть до одного подобного предложения. В тот день, решив, что слишком старомоден, я покончил с карьерой. Это не так просто было сделать, шумиху подняли знатную, но все когда-то заканчивается. Про меня в конце концов забыли. — Ты потрясающий, — восхищенно прошептал Вивьен, переварив сказанное мной. — Малыш, может по моим словам и кажется легко, это далеко не так. — Я знаю, — Вивьен немного поднялся, теперь внимательно глядя мне в глаза. — Ивон, я… Я уверен, ты понял, что я не святой, и с парнями у меня было, и не только вне работы… Но если ты дашь мне шанс, всего один шанс, я… — затыкаю его поцелуем. — Вивьен, если ты не заметил, я его уже дал. А предавать мое доверие или нет, это уже зависит от тебя. Он поцеловал меня так нежно как только умел, а я в этот момент ловил себя на мысли, что очень хочу ему верить.

***

Два года спустя Спускаюсь со второго этажа своего дома и подхожу к окну, чтобы раздвинуть шторы… И тут же задвигаю их обратно, ослепленный вспышками. — Вивьен?! Это что у нас там происходит? Ко мне выбегает растрепанный в одних боксерах и с щеткой в зубах мальчишка, размахивая руками в разные стороны. Его волосы уже давно темно русые, светлый оттенок был нужен только для фильма. Он виновато посмотрел на меня. — Прости… Я надеялся, у меня есть еще хоть полчаса, прежде чем ты заметишь. Ивон, они постоянно все переворачивают, раз за разом новые сплетни. Вспоминаю, как Вивьен эти два года приносил мне журналы со статьями, где были фотографии различного содержания. А потом он гневно причитал весь вечер об этих писаках, грозясь найти всех и каждого. Несколько месяцев назад состоялась премьера фильма, наделав много шума о предыдущей звезде экранов и настоящей. — Мне надоело опровергать истории лживых романов, поэтому я в сердцах заявил, что нахожусь в официальных отношениях. Прости меня, теперь они и тебе прохода не дадут, — виновато опустил голову парень. — Но я хочу, чтобы все знали, что я люблю тебя, а не какого-то левого парня со съемочной площадки и не актрису из второсортного сериала. Не это главное, малыш, не это. Сейчас последняя крупица сомнений покинула меня. Подхожу к парню ближе, прижимая к комоду, целуя и чувствуя вкус зубной пасты. — Ты злишься? — выдыхает мне в губы. В ответ достаю из ящика маленькую бархатную коробочку, демонстрируя кольцо. — Раз уж ты и так раскрыл им самую страшную тайну… — не успеваю договорить, как меня сжимают в объятиях, страстно целуя. Ты доказал им, малыш. Им всем и каждому, а в частности мне, что ты лучший из лучших.