Рыбка на крючке

Почему же я провожу на острове столько времени? Когда я впервые сбежала на остров мне было 15. Ну точнее не сбежала, а просто… Хорошо, я сбежала. Мне вообще-то нельзя было из-за возраста, но это мало волновало. Кто-то скажет: «Зачем тебе туда плавать? Ты живёшь в Аурадоне, у тебя есть все, что захочешь, тогда какого ты плывешь в общество бандитов и уличных воров?» Что я могу ответить? Только то, что не все дети, выросшие в Аурадоне, обожают общество себе подобных принцев и принцесс. Да-да, принцесса из меня не очень, но я не пацанка, восстающая против общества, если вы так подумали. Я никому не грублю, не одеваюсь как панк, а с учёбой все в порядке. Просто на острове я чувствую себя как рыба в воде. (Странно прозвучало, учитывая то, что я русалка). (Flashback) Кстати об учебе. Скажите мне, вот кому в голову пришло давать в качестве домашнего задания доклад о злодее и его истории. Но как ни убеждай Фею Крестную, она не поменяет задание. Она требует доклады, по жребию выдавая злодея, и её не волнует, что все просто спишут с энциклопедии. Но по одним и тем же учебникам было написано уже сотня таких докладов. Мне не хотелось просто переписывать тот же самый материал, как и у моих одноклассников, поэтому я решила, что спросить о человеке лучше у самого человека. Или же у кого-то, кто знает его так же хорошо, как и он сам, потому что слышал его истории десятки тысяч раз — у его ребёнка. Мне пришло в голову отправиться на остров и спросить у дочери Злой королевы о её матери, так как мне по жребию нужно было написать именно о ней. Я надела старые, серые вещи, чтобы не выделяться на острове и заплела косу для удобства. Мне бы на самом деле и в голову не взбрело бы отправляться на остров, если бы мне выпала Червонная королева, Урсула или уж тем более Малефисента, мои подводные друзья знают почти о всех жителях острова, так как там каждый обсуждал друг друга почти везде и всегда, и дети вышеупомянутых злодеев дружелюбием не отличались. Иви со слов моего друга — морского конька Элиота была очень красивой и довольно доброй девушкой, которая была явно зациклена на моде, что естественно с такой-то мамочкой. В общем можно было понять, что к ней найти подход довольно просто, стоило только захватить с собой пару журналов о моде и несколько украшений из последних коллекций. Мне повезло, что я совсем отбитой не была, хотя это как сказать. Я поплыла туда со своим знакомым Мартином, потому что одну он бы меня туда не пустил, а если бы ещё мозгами подумал, то по башке бы лучше дал и оставил сидеть на месте и не совать хвост в пристанище злодеев. На самом деле всё прошло очень быстро. Иви рассказала мне историю Белоснежки от лица Злой Королевы, даже не пытаясь приукрашивать последнюю. Мы ещё поболтали о своём, и я уже звонила Мартину. Я предложила Марти пройтись по острову. Я никогда не была на там и всё было в новинку. Я хорошо запоминала места и поэтому через часа два прогулки знала почти всю центральную площадь. Мартину нужно было идти, и он, оставив меня недалеко от берега, уплыл. А я пошла вдоль берега. Приключения начались уже после. Буквально через минуты три я заметила что-то массивное. Отличным зрением я не обладала и решила подойти ближе, что было ошибкой. В метрах от меня стоял огромный пиратский корабль. Корабль. Пиратский. Знаете кто им обычно заправляет, и насколько русалки с ними хорошо общаются? К моему сожалению, меня уже заметила какая-то парочка пиратов на год или два старше. Сын Крюка и сын Гастона. Неприятные личности, в особенности первый. Они подошли сзади, так что когда я уже развернулась чтобы уйти подальше от пиратов, эти самые пираты стояли прямо передо мной. Почти сразу же узнав мою пренадлежность к русалкам из-за семейного кулона, они не оставили мне пути к отступлению в море. — Кто это тут у нас? — с гаденькой улыбочкой пропел первый, второй заржал, — Аурадонским русалкам не следует гулять по острову в одиночестве. Мало ли что может случиться. Спустя наверное минут двадцать я уже слушала планы пиратов, привязанная к мачте. Гарри стоял, облокотившись на ту же мачту, и иногда подносил зажигалку к моему лицу, пугая. Я действительно отчасти была напугана, но не показывала этого, нужно было думать как освободиться. Из вещей, что я постоянно ношу с собой был маленький флакончик с духами. Кое-как его достав, я дождалась когда сын Крюка снова поднесёт зажигалку и брызнула ему в лицо духами. Я прекрасно помню лицо пирата, когда я опалила его огнём, а заодно и верёвки, которые меня связывали. Пока на палубе стоял балаган, я сняла остальные верёвки и со всей скоростью, на которую была способна, побежала к краю судна и прыгнула в воду. С того дня я конечно пообещала себе никогда больше не посещать остров, но интерес был сильнее, и хоть я и приплыла туда на следующий же день, на территории пиратов хвоста я никогда не больше «снимала».