Это всё меняет

      Снились какие-то неясные образы и мысли. Ну как неясные — сейчас они кристально понятные, можно даже сказать гениальные, но утром всё волшебство рассеется, и окажется, что всё это сплошной абсурд с ноткой сюрреализма. Но до утра спать не пришлось: Иккинг очнулся ночью. Его кто-то звал. Но суть в том, что он не просыпался. Рядом с ним на краю кровати сидела Исгерд, сложив ногу на ногу, и скучающе закручивала свой локон вокруг пальца. — Привет, соня, — улыбнулась она Иккингу, — Давай, двигайся, — рукой она пододвинула правнука правее и легла рядом с ним. — Как поживаешь? Жалобы есть? — Всё у меня прекрасно. — ответил Хэддок, повернувшись лицом к прабабушке. Та засмеялась над его ответом. — Прекрасно — это когда спать не дают не мёртвые родственники, а возлюбленные. А у тебя просто беды с головой. — Мои возлюбленные предпочитают спать по ночам, — хихикнул Иккинг, улыбнувшись, и положил голову на плечо Исгерд. Хоть его мама отстранённый человек, но зато бабушка шикарная, хоть и мёртвая. У каждого свои недостатки. — Да и ты мне не мешаешь, я же формально тоже сплю. Всё равно снится белиберда всякая, а так хоть поболтаем о чём-то. — Не скажи, сны — это важно. Порой они несут для нас неожиданные открытия, если их не воспринимать буквально. Ты в курсе, что правители древних цивилизаций запоминали свои сны, и их жрецы тщательно всё расшифровывали. И исходя из значений снов могли приниматься важные решения. — Тогда я не удивлён, что те древние цивилизации развалились. — и они с Исгерд громко рассмеялись. Интересное замечание, повод задуматься. — А ты кое-что не забыл? — вдруг спросила прабабушка, отчего Иккинг посмотрел на неё с замешательством. — О моём задании с отказами. — Ой, — Хэддок и правда забыл про него, увлёкшись всякими делами. — Я над этим работаю. Правда ещё не начинал. — Расслабься, я просто напомнила. Сделаешь, когда освободишься. А то ты у меня такой занятой, — Исгерд потискала его за щёки. — Важный-важный гусь отважный. Кстати, а неплохо вы справились с тем духом. Я посмеялась. — Ну а что мне нужно было сделать? Я старался быть понимающим и тактичным, но всё без толку. Этот дух явно был не в себе. — В этом и суть. Понимающим и тактичным нужно быть с равными себе, а со всякими умалишенными общаться жёстко, императивно и бескомпромиссно. Они только такой язык и понимают. Но ты неплохо справился. Даже я не ожидала, что он будет настолько запущенным. Видимо, и при жизни не был особо смышленым. — Это так для меня непривычно. Я стараюсь избегать грубости. — вздохнул Иккинг. Исгерд его обняла, положив руку тому на плечо. — Можно ставить на место без грубости. Всего лишь к повседневным словам подключать эмоции. А ты постоянно сдерживаешь свой гнев. Это нехорошо. Рано или поздно он накопится, и сдержаться ты уже не сможешь и натворишь непоправимых делов. Я всегда опасалась именно спокойных и жизнерадостных людей. Ведь никогда не предугадаешь в какой момент они… ВЫЙДУТ ИЗ СЕБЯ. — чуть повысила голос Исгерд, резво защекотав Иккинга за бока. Тот засмеялся, уворачиваясь от вездесущей щекотки. — Хорошо-хорошо, я понял. Умоляю, не надо больше! — попросил Хэддок, задыхаясь от смеха, но эта пытка прекратилась не сразу. Ему пришлось помучиться ещё какое-то время, пока Исгерд не надоела эта игра. — Итак, я пришла сюда не просто тебе докучать. Будем развивать твои способности. Не хочешь немножечко безумия? — игриво объявила Исгерд, подмигнув Иккингу. Тот захихикал. — Когда это я от такого отказывался? Мне уже нет пути назад, рассказывай, что за безумие. — воодушевился Иккинг. А то как-то всё слишком тихо и спокойно стало. Непорядок. — Я могу научить тебя чуть-чуть заглядывать в будущее. Буквально на парочку мгновений, но зато видение будет точное, а не просто бабкины гадания по картам, косточкам или по крови. — Разве такой быстрый взгляд в будущее имеет смысл? Вряд ли это что-то даст. Да и как можно увидеть будущее, если его ещё нет? — критический взгляд никогда не будет лишним. — Прошлое, настоящее, будущее происходят одновременно, прямо сейчас. Будущее уже наступило, а прошлое никуда не исчезло. То, что живые существа не могут всё это объять одномоментно, не означает, что это невозможно. И даже быстрый взгляд в будущее может служить отличной подсказкой. Ты сможешь исправить роковые ошибки, изменив будущее. — Хорошо, и как я смогу заглянуть в будущее? — поинтересовался Иккинг. И всё же эта тема манила, несмотря на весь скептицизм. — Тут есть маленькая загвоздка. Самому себе предсказать будущее сложно, даже я сама с этим так и не разобралась. Но можно предсказать близким. А если хочешь узнать что-то про себя, то погадай на человеке, который всегда с тобой рядом. Это на самом деле легко, если бы не отнимало столько сил и концентрации. Расскажу самый простой способ. Нам понадобится лист бумаги, что-то пишущее и сам человек, в будущее которого мы заглянем. Пусть он что-нибудь нарисует, напишет, даже почеркает. Как-то изобразит те мысли, которые вертятся в его голове на данный момент. После этого ты должен сконцентрироваться на этом рисунке. Не просто созерцать, но вникнуть в смысл, как-то интерпретировать. Увидеть гораздо большее, чем просто линии. В какой-то момент тебя поглотит в водоворот и ты увидишь какой-то фрагмент из жизни того человека. Чаще всего это что-то яркое, важное или очень тревожное для него. Сумеешь правильно сориентироваться и узнать, когда примерно случится это событие и всё, ты поменяешь нить судьбы. И берёшь жизнь в свои руки, но с неожиданными последствиями. Да и всегда можно сделать новое предсказание. — Звучит интригующе, — Иккингу срочно захотелось провернуть нечто подобное в ближайшее время. Тем более у него такая непредсказуемая жизнь, следует быть готовым ко всему. — А почему этот способ не работает на самом себе? — Потому что ты в плену своих ожиданий, предвзятости и ещё так бывает, что заглядывать в собственное будущее волнительно и страшно. Это всё не располагает к успеху. Но если ты сможешь отринуть лишние эмоции, то может и получится. — Понятно. Ты говорила о каких-то других способах. — Иккинг не отстанет, пока не выпытает все знания. — Водная гладь может показать будущее, но образы в ней не такие чёткие. Да и предсказания неуправляемы. Они в целом могут тебя не касаться. Или вообще показать очень далёкое будущее, где тебя нет. Либо есть, но в другой жизни. А тебе это ни к чему. — Подожди, после того, как души попадают в загробный мир, они перерождаются вновь? — вот это было очень интересное открытие. Если это всё так, как говорится, то умирать уже не так страшно. — Не всегда. Там много нюансов. Подробности рассказывать не буду. Но если в общих чертах, то тебе придётся получить разрешение. А это может затянуться на несколько веков, может больше. Также к перерождению могут быть поставлены условия, которые обязательно нужно выполнить. Целая морока. Обидно, когда ты наконец перерождаешься, а умираешь в младенчестве или ребёнком. — Значит, существует вероятность, что я уже когда-то жил? — шокировано спросил Иккинг. Его мир перевернулся. — Ты не молодая душа, мой дорогой. У тебя развитая интуиция, а она обретается не из пустого места. Наверняка у тебя были и другие жизни, но об этом ты вспомнишь после смерти. — А ты помнишь свои прошлые жизни? — с любопытством спросил Иккинг, на что Исгерд тому кивнула. — Кем ты была? Где жила? — А тебе всё расскажи, да покажи, — засмеялась Исгерд, улыбнувшись. — Я жила в древнем Египте. Тоже была ведьмой, но нас называли чёрными магами. Это была уважаемая профессия, но позже начались гонения из-за местного правителя, а точнее из-за его сучьих советников, чтоб их. Меня убили в первые дни после объявления указа, так как я попала в самый эпицентр. Что-то мне вечно не везёт. Не доживаю даже до сорока, зато жизни насыщенные. Кстати, раз ты сейчас обладаешь такими способностями, то скорее всего ты тоже жил в древнем Египте. Истоки наших сил лежат именно там. Там как раз был так называемый культ мёртвых. — Я практически ничего не знаю об этой цивилизации. Вряд ли у меня сейчас есть что-то общее с той культурой, учитывая такое разное географическое положение. Мы же викинги. Тут всё по-другому. — И да, и нет. У противоположных культур может быть много общего. Вот даже взять твою любовь к подводке глаз, к духам, маслам. У тебя здесь не было примеров такой подачи себя. Думаю, это привычка из прошлой жизни. И твоя любовь к чёрному юмору, сарказму, да и у тебя нет страха смерти. Ты уже сейчас являешься носителем разных культур, хоть этого и не помнишь. Есть ещё явный способ определить старую душу от молодой. Старая душа некатегорична, созерцательна и созидательна. А ещё очень часто возникает чувство чего-то знакомого. У тебя бывали необъяснимые чувства к людям, хотя вы были даже не знакомы? — Было. Я сразу почувствовал симпатию с первого взгляда без причины, — Иккинг вспомнил, как познакомился с Астрид в возрасте пяти лет. Она ему так понравилась, хоть та в тот момент упала в грязь, поскользнувшись во время тренировки. Взяла топор, который был явно не по возрасту. Он ей помог встать и отмыться. И Астрид была доброжелательна к нему, хоть и почему-то сильно смущалась. Позже, в подростковом возрасте, их отношения ухудшились. Надо вообще её расспросить обо всём этом. Во второй раз он почувствовал интерес к Вигго, хотя по идее должен был ненавидеть его. Не получалось, несмотря на все каверзы. — Это многое объясняет. — Да уж. После смерти тебя будет ждать шок от осознания. Но не будем торопить события. Живи и наслаждайся своей жизнью прямо сейчас. Умереть мы всегда успеем, — подмигнула ему Исгерд. — С добрым утром.       Её голос прозвучал медленно и глубоко с эхом. Иккинг не успел понять, что происходит, как сразу же его вытолкнули из сна в реальность. Он с усилием продрал глаза, и яркий свет его ослепил. Стеклянные окна — это удобно, но утром слепит свет. Через пару мгновений он осознал, что всё это время он спал поперёк кровати, а кошечка на его подушке. Иккинг хотел пододвинуть Аасту в сторону, но та намеренно не сдвигалась, твёрдо застолбив место. Теперь это её подушка. Смирившись, он просто лёг в правильное положение, уткнувшись в мех кошки. Если кошка не хочет отдавать подушку, то кошка станет подушкой. Вставать абсолютно не хотелось. Ещё на улице было так пасмурно. Идеальная погода, чтобы сделать передышку хотя бы на пару часов. Через какое-то время к нему поднялся Вигго с подносом, на котором был как раз пропущенный завтрак. Он поставил поднос на тумбу, а сам присел на край кровати к Иккингу. — Ты сегодня проснулся позднее, чем обычно. Всё в порядке? Как твоё здоровье? — обеспокоенно поинтересовался Вигго, аккуратно взяв Иккинга за многострадальную правую руку, и поглаживал её. Сначала выжженная метка, затем ужасный перелом. А теперь на ней ни того и ни другого, но воспоминания ещё свежи. — В прошлой жизни ты наверняка был лекарем. Иначе откуда столько заботы и беспокойства о моём здоровье? — улыбнулся ему Иккинг, и потянул того поближе к себе. Тот сразу же пододвинулся, даже особо просить не пришлось. — Возможно, — засмеялся Вигго, кое-что вспомнив. — В детстве я мечтал стать лекарем, даже подбитых детьми зверей лечил, но это секрет. А потом мечта ушла, так как я с годами стал более равнодушным. К людям. Зверушек мне до сих пор жаль. Так ты не ответил на мой вопрос. — Тебе жаль только зверушек, но ты беспокоишься обо мне. В таком случае — мяу, — хихикнул Иккинг, на что Вигго вздохнул, усмехнувшись. — Всё в порядке. Сегодня ночью разговаривал с Исгерд. Она мне сообщила кое-что любопытное. — Когда-нибудь я привыкну, что в свободное время ты общаешься с мёртвыми. И о чём же вы говорили? — с точки зрения Вигго, на постоянке сталкиваться с какой-то загробной мистикой звучит как проклятье, а не дар. Но Иккингу вроде нормально, лежит воодушевлённый. — Она рассказала, что я могу заглядывать в будущее, то есть видеть какой-то фрагмент. И мне нужен доброволец. Желательно статный чёрноволосый брюнет с выразительными карими глазами. Прямо сейчас. Других не принимаем. — Я так понимаю, отказы тоже не принимаются? — утонил Вигго, на что Иккинг кивнул. — Ладно. В таком случае ты съешь весь завтрак и не будешь вредничать. — Идёт. А пока я завтракаю, ты возьми листок и уголёк у меня на столе. Рисуй и пиши там, что в голову взбредёт, пока не посчитаешь это дело завершённым. Мне это нужно для предсказания. — Иккинг взял к себе поднос и принялся неспешно завтракать. Пока Вигго что-то там надумает, он успеет покончить с едой. — Странный способ предсказания. Ладно, не мне судить, — Гримборн сел за стол, взял в руку держатель для уголька и… впал в ступор над пустым листом. Что там вообще нужно изобразить? В голове куча абстрактных мыслей, и он даже не знает за что зацепиться. Может, с этого и начать? Вигго нарисовал что-то вроде урагана, затем в его голове возникали какие-то образы предметов. Он нарисовал скалы, меч, факел, письмо. В голове возник образ Иккинга, и он тоже его нарисовал. Затем очертания Олуха с вида сверху. Подумав над рисунком пару минут, Вигго решил добавить слова: тревога, неизвестность, туман, непредсказуемость, кровь. Да уж, как-то всё совсем нерадостно получается. У него в голове всегда столько негатива, и только сейчас он осознал весь масштаб трагедии. Он будет надеяться, что Иккинг не станет что-то спрашивать по этому поводу, так как у него самого нет ответов, — Я закончил. — Вигго отдал лист с рисунком Иккингу, а тот с интересом стал его разглядывать, будто уже где-то в мыслях составлял психологический портрет. — Дай мне время. Тут нужна концентрация. — Иккинг всматривался в рисунок и всё визуализировал в голове. Итак, что мы имеем? Олух, пасмурная погода. Скалы? А может это сталактиты в пещере? Тогда это объясняет, зачем нужен факел. Неизвестность и непредсказуемость. Это то, чего боится Вигго? Портрет Иккинга рядом с надписью «тревога». Кто бы сомневался. Значит, Вигго беспокоится о нём и пошёл в ту пещеру. Кровь… Кто-то поранится?       Не успел Иккинг толком всё проинтерпретировать, как его сознание унесло куда-то далеко в иное измерение. Он видит тёмную пещеру, которую еле заметно освещал синий свет, исходящий отовсюду. Всё вокруг смазывается и колышется, будто он смотрит на видение сквозь воду. Затем Хэддок увидел самого себя, уворачивающегося от меча. Он был испуган и весь в крови. — Пожалуйста, перестань… Вигго, это же я, — дрожащим голосом проговорил тот Иккинг, вновь уворачиваясь от удара. — Это всё иллюзии. То, что ты видишь — это неправда. Ты меня слышишь? Не бойся, здесь безопасно!       После этих слов последовал ещё удар, и Иккинг скатывается по стенке вниз. Его глаза были открыты и совершенно пусты.       Иккинг также резко возвратился в сознание, с ужасом осознавая увиденное. Он скоро умрёт? Даже не это так печалит, чем факт того, что его убьёт самый близкий человек. Этого не может быть. Вдруг это всего лишь ошибка? Что же делать? — Иккинг, что с тобой? Чем я могу помочь? — Вигго испугался, когда Хэддок неожиданно потерял сознание. Он взял его за руку, но Иккинг панически вырвал руку и сразу же встал с кровати, попятившись к стенке. — Всё в порядке. Мне нужно побыть одному, — быстро проговорил Иккинг таким голосом, по которому сразу ясно, что ничего не в порядке. Вигго хотел последовать за ним и успокоить, но Хэддок ускорился, — Не иди за мной! — он хлопнул дверью и побежал вниз. Сердце стучало, как бешенное. Хотелось просто добраться до Беззубика и улететь куда глаза глядят. В какое-нибудь безопасное место, где он сможет успокоиться и всё обдумать. Встретив дракона, он сразу же сел на него и умчался на их секретное место, где никто их не побеспокоит.       Они приземлились на поляну. Иккинг, не задумываясь, слез с дракона и сел на сухую траву. Его пульс учащён, и каждый стук сердца ударял по голове. Мир вокруг расфокусировался и стал блёклым. Беззубик сразу же подбежал к другу и обеспокоенно посмотрел в его глаза, опустив мордочку тому на колени. Хэддок рукой коснулся макушки дракона и начал её поглаживать. Постепенно он успокаивался, и его разум вновь возвращается в привычный строй. Глубоко вдохнув и выдохнув, Иккинг всё это время сжимал в руке рисунок Вигго. Он уже был полностью смят. Распрямив бумагу, тот вновь всмотрелся туда, вздохнув. — Так, Иккинг, спокойно. Я ещё жив. В безопасности, — он снова сделал несколько глубоких вдохов и выдохов. — Надо разобраться во всём этом. Во-первых, у Вигго нет причин меня убивать, иначе он сделал бы это очень давно. Столько шансов было. Да ему бы и не понадобилось так обо мне заботиться и раскрывать свои чувства. Это же невозможно — столько времени играть влюблённого без фальши. Во-вторых, я из видения что-то говорил про иллюзии. Значит, Вигго видел нечто другое, а не меня. Это бы объяснило эти беспорядочные импульсивные нападения и удары. Он был испуган? Интересно, я смогу посмотреть видение ещё раз?       Он вновь начал всматриваться в рисунок, визуализируя это видение у себя в голове. До мельчайших подробностей, как запомнил. Видение вновь пришло неожиданно. Погрузившись в него, Иккинг старался подмечать все детали, которые должны подсказать, что это за место и чем оно опасно. Со второго раза тоже было мало что понятно. Поэтому он посмотрел всё это столько раз, сколько смог, пока не заболела голова. Теперь его смерть не такая уж и страшная. Вроде привык. Нет такой паники и страха, как было в прошлый раз. Но вместо этого он заметил интересную деталь. В той пещере виднелась какая-то дымка. И это не похоже на туман или пар, будто что-то более густое, но не как дым, а что-то такого зеленовато-синего оттенка. — Думаю, этот дым и есть корень проблемы. Но я не знаю таких пещер на Олухе. Может, это и не Олух. В любом случае мне стоит быть осторожнее с любыми пещерами. Умирать я не особо хочу, — Иккинг сложил листок и положил его к себе в карман. Будет что пересматривать на досуге. Он поёжился от холода. Ну да, выскочил в ночной рубашке и штанах на панике, а потом жалуется на холод, — Вигго об этом рассказывать не стоит. Он же так распереживается, что самоустранится, лишь бы мне вред не причинять. А как ему объяснить моё поведение? Хотя зачем объяснять, это же я. Чудик чудиком. Непредсказуемость на помешательстве. Решено. Живём как обычно и ждём мой последний день. А там сориентируемся. Пещера и дым, который вызывает галлюцинации. Специфическое место, ни с чем не перепутать. Зато я точно знаю, что до того момента не умру. Значит, сейчас можно не переживать. — позитивно резюмировал Иккинг, уже практически полностью успокоившись.       Иккинг вернулся домой весь продрогший. Хвала богам, его никто не встретил. Он быстренько подскочил в свою комнату, дабы привести себя в порядок. Но это не сильно ему помогло, так как до сих пор ощущался озноб. Сложно сказать, из-за чего это было: от холода или от осознания скорой смерти. И несмотря на весь свой оптимизм, волосы до сих пор стоят дыбом от увиденного в ярких красках. Сердце вновь забилось чаще. Усилием воли он вновь подавил панику и думал только над тем, что обязательно увернётся из лап смерти. Как и всегда. Дверь в его комнату открылась, и внутрь зашёл взвинченный Вигго. Да, с его стороны такой резкий панический побег Иккинга выглядел страшно и наводил на разные мысли. И ни одна из них не была позитивной. Иккинг нервозно посмотрел в лицо Вигго и не увидел там ничего, кроме колоссального беспокойства и заботы. Как же он мог вообще подумать, что Вигго намерено причинит ему боль и даже убьёт? Такое возможно только из-за заблуждения, ошибки и страха. Сильного, неконтролируемого и неосознанного страха. Несмотря на это предсказание, чувства к Вигго остались такими же сильными, как и раньше. Иккинг обязательно разберётся с мраком собственного будущего. Да и у него нет выбора, когда на кону стоит жизнь. — Иккинг, я тебя повсюду искал. Что с тобой случилось? Дело в предсказании? Я сделаю что-то такое, что тебя напугает или обидит? — Вигго за это время успел себя накрутить во всех направлениях. Вид у него уже был виноватым, хотя тот ничего не сделал, но уже успел себя обвинить во всех грехах. — Спокойно, Вигго. Дело не в тебе, — попытался успокоить его Иккинг. Он подошёл к Вигго и взял того за руку. И это было ошибкой. Своя же рука предательски задрожала. Столько раз видеть, как тебя убивает возлюбленный — пытка, и это бесследно не проходит. По крайней мере первое время. — То, что я увидел… Я не был готов к этому, и меня это потрясло. Я был в панике и поэтому так спешно отсюда ушёл. Теперь я успокоился и морально подготовлен к будущему. — И что же было в предсказании? — спросил Вигго, готовясь к худшему. Если Иккинг чего-то испугался, то это очень плохой знак. Произойдёт не меньшее по значению, чем катастрофа. — Прости, но я не могу это рассказать. Ни тебе и ни другим. Поверь мне, так будет безопаснее и спокойнее. Но там нет ничего, с чем бы я, мы не могли справиться. Когда то событие произойдёт, то я обязательно расскажу, что видел сегодня. — Если ты мне не рассказываешь, то это явно касается меня. Иккинг, прошу, расскажи, что произойдёт. Я просто хочу тебя уберечь и быть готовым к той проблеме. И если я стану её виной, то я должен об этом знать, чтобы предотвратить беду. — Нет. Я сам позабочусь о будущем. И не волнуйся, о самом главном я предупрежу и дам подсказки. Я не хочу, чтобы ты мучился из-за будущего и напридумывал невесть что. А пока мы будем жить как прежде и не бояться каждого дня на нашем пути, хорошо? — Вигго неохотно кивнул, удручённо смотря куда-то вниз. Эти слова его не успокоили. И механизм самокопания и катастрофизации уже запущен. — Почему ты меня испугался? Ты вырвал руку и попятился к стене. И сейчас ты нервничаешь рядом со мной. — задал важные и волнующие вопросы Вигго, ответы на которые Иккинг не мог дать прямо сейчас. — Я испугался не тебя, а видения, поэтому так среагировал. Прости, я не хотел тебя этим ранить. А сейчас я просто замёрз. Никаких нервов. Ты же знаешь, что тебе я полностью доверяю и люблю. Просто конкретно эту информацию пока лучше не озвучивать. — Иккинг немного неловко обнял Вигго, одновременно убеждая себя, что всё в порядке, и он в безопасности. Пока ещё. — Хорошо, я понимаю, — Вигго отстранился от объятий и отошёл на приличную дистанцию. — Несмотря на твои уверения, что дело не во мне, я всё же чувствую по твоему поведению, что я тому виной. Понятия не имею, что я сделаю в будущем, но это тебя непозволительно сильно напугало. Я хочу, чтобы ты знал, что я бы ни за что не причинил тебе боль. Разве что в безумстве, но я всегда считал себя уравновешенным. Видимо, зря, — вздохнул Вигго. Иккинг уже хотел его во всём переубедить, но тот продолжил. — Но тот факт, что ты хочешь дальше быть со мной, даёт надежду, что то видение исправимо, и этого всего может не случится. Я доверяю тебе в этом вопросе и сделаю всё, что ты мне скажешь для того, чтобы изменить будущее. Но сейчас тебе некомфортно рядом со мной, и я это принимаю, поэтому избавлю тебя от своей компании, чтобы ты смог восстановиться и до конца успокоиться. Я не буду тебя торопить и что-то требовать. Просто дай знать, когда ты будешь готов общаться со мной без тревоги. Мне важно, чтобы рядом со мной ты чувствовал себя комфортно. — Вигго, это необязательно. Всё в порядке. Это всё со мной скоро пройдёт. — попытался того остановить Иккинг, на что Вигго покачал головой и ушёл из комнаты, оставив его в одиночестве. Иккинг тяжело вздохнул. Ему и правда стало легче от его ухода, но одновременно с этим чувствовалось пустота и печаль.       Было принято решение отвлечься от этих тяжёлых размышлений о смерти. Оставаться одному в пустой хижине было слишком тревожно, поэтому Иккинг отправился на улицу. По пути встретив Иззи, к нему пришла идея обучить того полёту на драконах. Учитывая специфику жизни Иккинга, у Иззи обязательно должен быть дракон. Да и лишних людей и драконов в их команде никогда не бывает. Это в первую очередь защита от разного рода неприятностей. Предложив Израэлю тренировки по полётам, тот сразу же согласился. Будто у него есть вообще какой-то выбор. Сразу же после этого разговора Иззи уже побрёл на поиски дракона, но Иккинг его остановил. У Израэля всё было просто: получил приказ и пошёл его выполнять. Иккинг же настоял на своём и вызвался тому помочь, чему Иззи был даже рад. Он, конечно, авантюрист, но не безумец. Они вместе отправились на тренировочную арену. Иккинг пригнал пурпурного дракона-громмеля. Тот, как собака, радостно вокруг них скакал, вытащив язык. — Это Флаффи. Научишься на нём летать и тогда найдём для тебя личного дракона, — Иккинг представил Иззи громмеля, тот молча со всем согласился, не выпендриваясь. Для него даже громмели были в новинку. — Сначала попробуем наладить с ним контакт, а затем и оседлаем.       Процесс обучения Иззи шёл очень гладко и спокойно. Что бы Иккинг тому ни говорил, Иззи выполнял с точностью каждое действие, не пытаясь что-то додумать или переделать на свой лад. И благодаря такому подходу они уже оказались в воздухе под управлением Израэля и до сих пор не свалились вниз. Он оставался спокойным. И даже если тот нервничал, то ничем себя не выдавал. Вот что бывает, если слушать инструктора и не заниматься самодеятельностью на первых этапах. Постепенно Иккинг усложнял задания, давая упражнения на координацию и ускорения. Тут уже возникли первые трудности, но Иззи постоянно повторял тяжёлые элементы из раза в раз, пока не получилось правильно. Кажется, у него такой подход ко всему, уж очень он дисциплинированный. Этим он напомнил методы Астрид. В какой-то момент Иккинг совсем расслабился и даже не следил за действиями Израэля. Он смотрел куда-то в сторону, вспоминая, как совсем недавно обучал Вигго полёту. Это было весело, особенно тот спор. Вигго всё-таки не смог удержаться на громмеле, как и Дагур. Они были настолько уверены в себе из-за своих знаний о драконах, что это стало камнем преткновения в их обучении. Иззи в этом плане был куда осторожнее. Он довольно трезво оценивает свои силы. — Что мне делать дальше? — спросил Иззи, вырвав Иккинга из воспоминаний. За это время тот успел выполнить уже все упражнения и довольно уверенно держался в седле. — У тебя хорошо получается. Теперь попробуй летать на высокой скорости вокруг острова, огибая те скалы и деревья, — он указал рукой на упомянутые препятствия. — После этого подняться ввысь и резко упасть вниз, остановившись где-то рядом на уровне воды. Не волнуйся, я буду тебя страховать, если что-то пойдёт не так.       Иззи кивнул и принялся выполнять задание. Он плавно набирал скорость, облетая остров. Пролететь змейкой через скалы ему далось не так тяжёло. Всё-таки между глыбами приличное расстояние, и было куда развернуться и повернуться. А вот деревья оказались достойным препятствием из-за близкого расположения к друг другу и крупному габариту дракона. Пару раз они чуть не врезались в крону, но Иккинг успевал вовремя менять направления дракона. Изредка они касались веток деревьев, но это ничего страшного. Всё-таки кожа у громмелей плотная и чуть ли не каменная. Дальше шёл трюк сложнее. Подняться вверх не составляло труда, а вот падение оказалось стремительным. Иззи даже запаниковал, выругавшись, но сумел взять себя в руки и остановить громмеля до того, как они могли бы угодить в океан. — Отличная реакция, — похвалил его Иккинг. — Думаю, на сегодня достаточно. Завтра продолжим. Ну и как тебе полёты, понравились? — Да. Это намного круче. И не нужно никаких кораблей и людей. Только я и дракон. — незаметно улыбнулся Иззи, поглаживая громмеля по макушке, а тот рад ласкам. — Да. Это прекрасное ощущение свободы и лёгкости. Полетели на арену.       Наступил закат. Все встретились за ужином. Все, кроме Вигго. Друзья переговаривались о гонках бесстрашных, так как они все дни напролёт только и делают, что тренируются, мечтая показать себя и дракона, да и просто всем утереть нос. Иккинг рассказал, как приобщал Иззи к полётам, тот вставил свои комментарии о первом опыте. И все начали вспоминать о своих первых полётах на драконах. Болтать с друзьям, безусловно, классно, но без Вигго уже как-то не то. Да и то видение практически выветрилось из головы. Исгерд же говорила, что это только возможное будущее, не абсолютно верное. Главное, что он предупреждён, а это значит, что будущее уже изменило свой курс. Всё будет в порядке. Так что Иккинг пожелал всем добрых снов и отправился домой, взяв с собой поднос с ужином для Вигго. Теперь они невольно поменялись местами.       Дома как раз был Вигго, который перебирал документы, освещаемые лучиной. Он держал в руке какую-то бумагу и внимательно вчитывался в текст. Иккинг зашёл в хижину и поставил поднос с ужином на небольшом столике. На этом он не был намерен останавливаться. Хватит избегать друг друга. Одного дня было вполне достаточно. Иккинг подошёл ближе к Вигго, чуть ли не вплотную к его спине. Тот не был против, даже ничего не сказал. Заглянув через плечо мужчины, Иккинг увидел на том документе свою подпись. Неужели это их мирный договор? В тот день он так был напряжён и давил на перо, что даже его подпись отпечаталась на обратной стороне. — Ностальгируешь? — поинтересовался Иккинг, коснувшись спины Вигго. Тот был расслаблен. — Прошло около полутора года, а по ощущениям будто много лет. Жизнь с тобой так насыщенна, — ответил Вигго, положив договор на стол, и повернулся лицом к Иккингу. — А ты скучаешь по прошлым временам? Ты успел так сильно измениться. — Я искренне надеюсь, что в только в лучшую сторону, — усмехнулся Иккинг, ещё раз взглянув на его подпись и подпись Вигго в договоре. — Не скучаю. Мне нравится, как сейчас идёт моя жизнь, несмотря ни на что. И я думаю, что мне хватило времени, чтобы соскучиться по тебе. — Не расскажешь? — всё-таки ещё раз спросил Вигго про то предсказание, на что Иккинг покачал головой, — Видимо, мне придётся смириться, — вздохнул он, но продолжил разговор дальше. — Как прошла тренировка с Иззи? — Прекрасно. Он справился лучше, чем ты и Дагур вместе взятые, — довольно и чуточку насмешливо заявил Иккинг, на что Вигго усмехнулся. — Но это было не так увлекательно, как с тобой. — Приятно слышать, — улыбнулся Вигго, вспомнив те волнительные дни. — Тогда я был так сконцентрирован на тебе, что драконы и полёты меня мало волновали. — Это многое объясняет, — усмехнулся Иккинг и вальяжно сел на софу, положив ногу на ногу. — А сейчас ты на чём сконцентрирован? — Мало что изменилось с тех пор, — Вигго сел рядом с Иккингом и взял того за руку. — Но кроме тебя, я думаю и о нашем будущем. Но это тяжёло, учитывая тот факт, что ты особо не сообщаешь о своих планах. — Не стоит переживать за наше будущее. Я уверен, что мы способны преодолеть любые препятствия, и проживём эту жизнь счастливо и насыщенно, — увёл разговор в другое русло Иккинг. Пока он не готов сообщать свои планы и идеи кому-либо. — Но есть вещи, которые уже предопределены. Например, то, что я стану ярлом Олуха и буду ответственным не только за свою жизнь. Помимо этого у меня есть и другие обязательства. Так что с моим будущем сильно не разбежишься. У меня нет особых вариаций. — Я понимаю. Ничего страшного. Меня это не отталкивает, — Вигго вздохнул. Его попытка пойти издалека провалилась. — Хотя бы намекни, что случится в том предсказании. Когда и где это будет? — Практически сразу сдался, — усмехнулся Иккинг, раздумывая, стоит ли сообщать подробности, — Ладно, только для твоего успокоения, а то будешь каждый угол в чём-то подозревать. — хихикнул он, на что Вигго закатил глаза. Хотя они оба знают, что в этой шутке есть доля правды. — Это ближайшее будущее. Я точно не знаю, где это находится. Но как я понял, это пещера, в которой есть какой-то дым. Он вызывает галлюцинации и люди видят нечто иное, чем есть на самом деле. Больше я тебе ничего не скажу. — Не лучше ли в такую пещеру просто не заходить? — поинтересовался Вигго, на что Иккинг скептично на того посмотрел. — Да, я понимаю, что просто так мы там не окажемся. Вынудят обстоятельства. Но, может, ты расскажешь всё до конца, и мы вместе придумаем тактику, как поменять будущее? — Нет. Я сам придумаю тактику. Меньше знаешь, Вигго, лучше спишь. Я забочусь о твоих нервах. И о своих тоже. — Расскажи об этом хотя бы Астрид. Вместе что-то придумаете. — предложил Вигго, на что Иккинг покачал головой. Это просто ужасная идея. Зная характер Астрид, она просто убьёт Вигго до исполнения предсказания, несмотря на их хорошие отношения. — Никто ничего не узнает раньше времени. Всё, тема закрыта. Это моё предсказание, и я имею право распоряжаться им так, как мне захочется. Если я считаю, что вам это лучше не знать, значит так тому и быть. — строго и бескомпромиссно заявил Иккинг. Он и так рассказал больше, чем хотел. — Как скажешь. Не буду больше спрашивать об этом. — смирился Вигго. Самое обидное, что нигде, кроме у самого Иккинга, он не сможет узнать о предсказании.       Следующие дни проходили размеренно и без сюрпризов. Вигго и Иккинг больше не затрагивали тему предсказания, продолжая жить, как прежде. А Иккинг тем временем продолжал обучать Иззи полётам на драконах. День за днём тот справлялся всё увереннее и практически без подсказок Хэддока. Поэтому пришла пора покорять небесное пространство с помощью драконов разных видов. Как раз они подыскивали самый подходящий для Израэля класс драконов. Он имел удовольствие полетать на ужасном чудовище и злобном змеевике. Больше ему понравился змеевик потому что, дословно цитируем, «умён, красив, горяч и со смертоносными шипами, чего ещё надо для идеала?». Астрид с ним согласилась, и теперь у них появились общие темы для разговоров. Помимо этого в перерывах Иккинг выполнял задание Исгерд. И это всё шло куда сложнее, чем ожидалось. Иккинг придумал и записал кучу неприятных ситуаций, с которыми он частенько сталкивался. Осталось придумать к ним достойные отказы. Казалось бы, просто, но на деле пришлось задумываться над каждой формулировкой. И всё ему не нравилось, как это звучало. Ничего не оставалось, кроме как обратиться к профессионалу в области отказов и посыланий в одно место. Иззи с радостью включился в это дело и напридумывал чуть ли не тысячи формулировок под каждую ситуацию. Иккингу оставалось лишь записывать и параллельно цензурировать слог Израэля на что-то более вежливое и приличное. И получившиеся отказы его вполне устроили. Теперь Иккинг хотя бы знает, откуда взять подсказку и вдохновение.       Вскоре настал тот самый знаменательный день. Экзамен Иззи. И тот справился вполне неплохо. Что ж, теперь у драконьих наездников пополнение в команде. Оставалось лишь найти дракона для Израэля. Иккинг планировал найти ему кого-нибудь из класса разящих. Тому вроде понравилась Громгильда Астрид. Так что они собрались в путь на поиски нового дракона. Но как только они собрались улетать, на горизонте показался силуэт Грозокрыла. Вот и сюрприз. Дракон, напоминавший сову, плавно приземлился на террасу. С него энергично спрыгнула Валка и пошла навстречу сыну. — Что за дама? — поинтересовался Иззи у Иккинга. — Валка. Моя мама. — ответил он и подошёл к ней. Они сразу же крепко обнялись. Валка внимательно осмотрела Иккинга на наличие повреждений. И всё с ним было в порядке. Даже жить стало как-то спокойнее. — Прилетела тебя проведать, а ты уже куда-то собираешься. Хорошо, что я успела, — улыбнулась Валка и взглянула за спину сына, где стоял Иззи. — Может, представишь меня твоему другу? Первый раз его здесь вижу. — Ах да. Это Иззи, мой телохранитель. Король прислал и отказываться нельзя. Но мы уже поладили, так что всё хорошо. — Иккинг представил Израэля, и тот вежливо кивнул женщине. — Приятно познакомиться. А ещё приятней знать, что ты, Иккинг, будешь ещё больше защищён. Спасибо Харальду. Так куда путь держите? — Иззи нужен дракон. Собрались на поиски. Хочешь с нами? — предложил он, на что Валка радостно согласилась. — Как же я могу пропустить такой момент? Обретение друга-дракона — это что-то нечто волнующее и волшебное. Конечно, я с вами.       Они полетели на поиски какого-нибудь дракона. Кто бы мог подумать, что это будет такой проблемой. То драконы от них улетали как можно скорее, то, наоборот, приставали те, которые не были нужны. А большую часть времени никого не было. Что неудивительно, ибо уже середина осени, многие предпочитали находиться в тёпленьком местечке, а не летать по холодным ветрам. Так и прошло полдня. Устав, они уже направились к форпосту, как услышали драконий рёв откуда-то из леса, отчего даже птицы разлетелись в разные стороны. Это было похоже на зов о помощи. Так что все повернули к лесу и приземлились там. Спешившись, они направились к источнику звука. Скрывшись за деревьями, все увидели, как два шипореза дерутся друг с другом. Один из них агрессивно атакует, а другой обороняется, пряча за крылом детёныша-шипорезика. — Аталия говорила, что самцы шипорезов поедают своих же детёнышей, — прокомментировал увиденное Иккинг. — Он не даёт самке взлететь. — Дурной что ли? Зачем жрать собственных детей? — вставил ремарку Иззи. Для него это было очень странным. Какой нормальный зверь или дракон будет убивать своё же потомство? , — Именно поэтому они были на грани исчезновения. А так, не считая этого момента, они прекрасные драконы, очень умные, но со сложным характером, — уточнила Валка и вновь посмотрела на драконов. — Его надо отвлечь. После рождения потомства самцы всегда сходят с ума и себя не контролируют. Никто не может объяснить, почему так. — Ладно, мы с Беззубиком его задержим, а ты помоги самке улететь до острова Крылатых дев. — предложил Иккинг, Валка кивнула и побежала к своему дракону.       Так как шипы шипореза ядовиты, то лучше не стоит с ним бодаться в открытую. Лучше отвлечь внимание на что-то другое. Так как самца тянет кого-то слопать, то пусть съест что-то другое, например, морских слизней. Это же любимое лакомство шипорезов. Так что они быстро отправились к океану, и на скорую пасть Беззубик наловил немного слизней со дна. Жаль, конечно, этих добряков. Они такие милые в воде. Цветастые и напоминали разных милых зверушек. Но на суше они теряли форму и становились просто густой жижей, что сразу их губило. Смирившись с жестокостью жизни, они вернулись обратно и приманили слизнями шипореза. Тот сразу начал их уминать, а тем временем самка с детёнышем взлетела. Самец это увидел и забыл про слизней, сразу же устремившись к ним. Пришлось пульнуть в дракона плазменным залпом, чтобы он отстал от самки. Завязалась потасовка. Ночной фурии пришлось всё время уворачиваться от ядовитых шипов. В какой-то момент, подлетев ближе к шипорезу, Иззи спрыгнул с Беззубика прямо на спину дикого дракона. — Хватит ерепениться, балбес. — пробурчал Израэль, крепко вцепившись за его шею. Шипорез в бешенстве начал скакать и летать во все стороны, пытаясь скинуть с себя Иззи, но тот терпеливо держался, как тореадор на быке. А пока они тут играли в бычка, Валка уже увела самку, и они скрылись из виду.       Постепенно шипорез успокаивался, так как запах детёныша выветривался, и он возвращался в своё привычное состояние. Шипорез сознанием-то не хотел есть детёныша, но инстинкты с гормонами твердили другое, и ему было тяжело контролировать своё состояние. Он даже был рад, что его успели остановить до непоправимого. По крайней мере он не пытался их прикончить и на том спасибо. — Может, этого балбеса взять ко мне в напарники? — спросил Иззи, на что Иккинг вздохнул. Шипорезы славились агрессивным нравом. — А то вдруг он опять что-то вычудит. Я его пошпынять могу, чтобы не выпендривался. Нравятся мне своенравные. — Если ты уверен, что справишься с ним, то я не против. Только шипорезы тяжело поддаются тренировке, и им трудно контактировать с другими видами драконов. Нам придётся прилично потрудиться над его социализацией. — Я тоже не люблю людей. Но ничего, нахожусь же в обществе. И пусть он тоже страдает. А то что я один? — Иззи подошёл к шипорезу, и тот сразу набычился, выставив свои шипы. — Слыш, ты на кого наехал? В ножички хочешь поиграть? Щас поиграем.       Израэль достал кинжалы и стал выжидать, когда шипорез на него первым нападёт. Тот не заставил себя долго ждать и напал своим шипастым хвостом. Иззи сразу же отскочил и кинул кинжалы рядом с лапами дракона. Он не хотел ему навредить, просто опустить его амбиции и авторитет. Тот зашипел от досады и вновь принялся нападать, но ему это не помогло. Израэль чисто влепил тому леща по роже. — Угомонись. Тебя, дебила, нужно воспитывать. Надо же, додумался собственного ребёнка съесть и на подружку нападать, — Иззи отчитывал шипореза, а тот ошалело хлопал ресницами, не понимая, что вообще происходит. — Постыдись, так нельзя. Но я знаю, что ты снова вляпаешься в историю, так что всё. Ты теперь домашний. Возражения не принимаются. Будем учить тебя этикету. Я правильно всё делаю, Иккинг? — уточнил у того Иззи, на что Хэддок немного в замешательстве смотрел на шипореза. В прочем, этот странный способ как-то сработал, и шипорез больше не нападает. — Вполне. У каждого свои особые воспитательные возможности. Если получается, то хорошо. — Вот и всё. Дракон найден. Осталось его до конца убедить жить со мной. Есть ли какие-нибудь советы по этому случаю? — Драконы класса разящих обожают, когда их хвалят. Ну и заниматься самолюбованием. — Иккинг сказал первое, что пришло на ум. — Слушай, — обратился он к дракону. — У меня дома есть такое большое зеркало, ты даже, поди, и не мечтал о таком. Будешь наслаждаться своей крутизной. Ещё найдём какие-нибудь цацки. Ну прям царица, не меньше. — шипорез с интересом прислушался к его словам. — Ещё у нас будет куча приключений. И самое главное — еда каждый день и по расписанию.       Последний аргумент был самым решающим, так что шипорез решил всё-таки присоединиться к человеку. Если что-то не понравится, то просто улетит от него. Всё решив, Иккинг предложил Иззи сделать пробный полёт вокруг острова, чтобы они привыкли к друг другу. Полёт прошёл без особых происшествий, да и Израэлю было комфортно летать на этом классе драконов. Будет кем понтануться перед Астрид. Шипорез хоть и малость вредничал, но вполне сговорчивый. Им просто нужно время, чтобы притереться к друг другу. Когда летели на Драконий край, к ним присоединилась Валка, как раз успев проводить самку с детёнышем. — Ты самостоятельно его приручил? — удивилась она, коснувшись чешуи шипореза. На её реакцию Иззи самодовольно кивнул. Да, можем, умеем, практикуем. Есть ещё порох в пороховницах. — Изумительно. Мало кто смог так быстро сладить с шипорезами. Моему брату понадобился месяц, чтобы подружиться с Фолком, хотя тот был очень агрессивным. Я удивлена, что Винсент вообще жив. А с другой стороны его жена — ночная фурия. Буквально. — А он смельчак. Вот это я понимаю страсть к драконам. — и они все втроём засмеялись. Подшучивать над этой темой можно вечно.       Пока они летели к форпосту, Иззи расспрашивал Валку о шипорезах. Она же специалист со стажем в этом плане. Да и Иззи нужно было знать, какие фокусы может вычудить его дракон. По итогу весь путь они болтали о драконах, об очумелых трюках и вспоминали забавные экстремальные истории. Прилетев на форпост, Иззи выделили загон для дракона и прочий нужный инвентарь. Иззи, как и обещал, поставил в загон зеркало, чтобы его балбес любовался своей внеземной красотой. — Вижу, тебе понравился этот дракон, несмотря на сложности. — Иккинг облокотился об косяк загона и разговаривал с Иззи о том, о сём. — Я, когда посмотрел на его хитрые и благородного пшеничного цвета глаза, так напоминающее пиво, то понял, что это мой товарищ. — улыбнулся Иззи шипорезу, пока тот крутился вокруг зеркала. — Как душевно, — усмехнулся Иккинг. — Ты уже придумал имя для него? — Конечно, — воодушевлённо ответил Иззи. — Этот дракон, конечно, засранец, но не стопроцентный, поэтому назову его ласково. Чертилой. — Оригинально. — хихикнул Иккинг. Иззи и Чертила, а звучит то как.       Дальнейшие дни они проводили тем же составом, помогая Иззи с тренировками по полётам. И это было весело. Израэль столько раз падал с шипореза, потому что тот намеренно того скидывал из вредности. А за эти выходки Иззи мокнул того мордой в реку и постоянно валил его с ног. Они так постоянно дурачились. Кроме этого, с Иззи поладила Валка. Они вместе выдумывали какие-то трюки и бесились как дети, скидывая друг друга с драконов. Беззубик подхватил эту эстафету и теперь под угрозой утопления оказался Иккинг. Но не волнуйтесь, все вернулись живыми. Только потом все простыли. Это вам не лето, чтобы в водичке резвиться.       Одним уютным вечером Иккинг и Валка сидели на кровати в его комнате и обменивались новостями, воспоминаниями и шутками. Но Иккинг не был бы собой, если не перевёл бы разговор в более откровенное русло, не задав кучу вопросов. А то что только его все расспрашивают? Несправедливо. — Вижу, что дела идут хорошо, и ты чувствуешь себя лучше. Так когда ты была в последний раз на Олухе? — невзначай поинтересовался Иккинг. — Ну, не так давно. Кажется, два-три или, может быть, четыре месяца назад. Я не помню, а что? — Даже не знаю. Я думал, что вы с отцом всё же видитесь чаще. Всё-таки вы в браке. — Я понимаю, к чему ты клонишь. Но в последнее время нам тяжёло проводить время с друг другом. Я даже пыталась организовывать что-то вроде свиданий, но это полный провал. И у нас даже нет общих тем для разговоров, кроме тебя и местных сплетен, — расстроенно вздохнула Валка, посмотрев куда-то сквозь пространство. — Я не знаю, что мне делать. Думаю, что мы потеряли к друг другу любовный интерес. Мы пытались что-то сделать, но эти двадцать лет окончательно нас разделили. Да и я привыкла жить одной. — Значит, ты больше не любишь отца? — уточнил Иккинг, на что Валка пожала плечами. — Сложно сказать. Я ощущаю перед ним чувство вины за исчезновение и обязанность быть ему хорошей женой, но с этим у меня плохо. Так что я не только ужасная мать, но и жена. А каких-либо чувств у меня, наверное, уже нет. Просто уважение как к личности и к твоему отцу. Только ты нас и связываешь. — призналась Валка, ей до сих пор было тяжёло это принять. — Может, вам стоит поговорить об этом? И если вас на самом деле ничего не связывает, то закончить эти отношения по-мирному, пока это не перетекло в скандал. — Уже перетекло. Мы неосознанно стали соревноваться за твоё внимание, утапливая друг друга. Ничего хорошего, — вздохнула Валка, ей самой было стыдно за такое поведение. — Ты прав. Надо мне поговорить с ним. Вы скоро собираетесь на Олух, так что я отправлюсь с вами. Да и я обещала проводить каждый Сноглтог вместе с тобой. — Скоро у нас будет «гонка бесстрашных». Тебе понравится это соревнование. Оно очень зрелищное. — грустно вздохнул Иккинг. Он тоже хотел участвовать, но облом. «Спасибо» лжегидре. — Не расстраивайся. В следующем году примешь участие. Сразишься с победителем этого года. Кстати, а кто победил в прошлый раз? — Одна скромная персона. Ваш единственный сын. — и они оба засмеялись. — Ну да. Странные я вопросы задаю. Кто может быть победителем, если не мой сын? — Валка обняла Иккинга, потрепав того по волосам. — В этот раз побудешь на зрительской трибуне. Иногда полезно смотреть на соревнование со стороны. Как это всё ощущается с точки зрения зрителя, что самое зрелищное и так далее. Можно ещё подсмотреть занятные приёмчики соперников. Да и болеть за любимчика — это особый опыт. В какой-то степени это ещё более захватывающе, чем участвовать. Ты уже решил за кого будешь болеть? — За Астрид, конечно, — Иккинг так выразился, будто более логичного и очевидного ответа больше нет. — Она следующий победитель. И хоть она мне запретила посещать её тренировки, я уверен, что она готовит что-то масштабное. — Ты так уверен, что она победит. Даже несмотря на то, что на соревнования прибудут ребята с Сиггрида. Не боишься ставить на неё всё? — Это ребята из Сиггрида должны её бояться. Я уверен, что она победит. Тут даже и предсказаний не требуется. В прошлый раз она чуть меня не уделала, но последний экспериментальный трюк меня спас. Да и за других болеть как-то не хочется, какими бы они крутыми не были. — Всё ясной с тобой. Так бы и сказал, что это личная симпатия, — хихикнула Валка, на что Иккинг с возмущением на неё посмотрел. — Ладно-ладно, не только симпатия. Она и правда отлично справляется с драконом. — Вот и всё, — на самом деле в чём-то мама была права, но об этом ей знать необязательно. — Я смотрю, ты с Иззи поладила. — Он забавный и поддерживает все безумные идеи. Не знаю, как он собирается быть твоим телохранителем, если даже не пытается остановить нас от риска, но как друг с ним увлекательно находиться. — Иззи сказал, что и не собирался меня останавливать. Только защищать и помогать. Но мне так даже лучше. — Да, от такого телохранителя удирать не хочется. — согласилась с ним Валка, и они оба хихикнули, продолжая разговор дальше.       Когда все завершили свои дела на Драконьем крае, то начали собирать свои вещи на зимовку. Да и весь форпост стоило до конца подготовить к зиме. На этом этапе все суетились туда-сюда и спорили друг с другом, что стоит взять, а что оставить, так как драконы не такие уж силачи таскать с собой всё подряд. Но некоторых это не остановило, поэтому Иккингу пришлось осмотреть все седельные сумки друзей и убрать лишнее, ибо уже надоели собачиться и дурковать. Иззи за это время сдружился с драконом. А Чертила открыл для себя новый деликатес. Теперь он втихаря выпивает пиво Израэля, пока тот не видит. Ещё изловчился это делать тихо через трубочку. И стоит довольный, хлебает с кружки Иззи. А потом ходит пьяный, врезается во всё подряд, за что получает от Иззи. Никакого пьянства на корабле! Ой, то есть в воздухе. Так что в клуб любителей пива добавился новый член.       По пути на Олух Иккинг и Вигго решили залететь ещё на Энсомбаке, так как обещали Гарди вернутся и немного погостить. Тот успел даже немного подрасти за этот небольшой промежуток. Они вместе весело дурачились и проводили время. Однажды в гости к ним зашёл дед Фроуд и предлагал очередную экспериментальную новинку. Иккинг сразу же отказался, а вот Иззи не стал отказываться. Они ушли с Фроудом куда-то в неизвестном направлении. И больше их никто не видел. Израэль появился только на следующий день. Весь помятый, но счастливый. История умалчивает, чем они там занимались. В какой-то момент Иккинг пожалел, что отказался. Ощущение, что он пропустил что-то весёлое. Не будь здесь Вигго и его родителей, он бы согласился. Пришла пора возвращаться домой, на Олух. Давненько они там не были. Да и всех ждали насыщенные события, вроде тех же соревнований. Да и кто знает, что может случиться в будущем.