Что им нужно?

      Влада открыла глаза и увидела над головой небо. Она провела рукой по тому, на чём лежала. Похоже, это трава. Её разум был затуманенным. Юная алкоголичка попыталась что-нибудь вспомнить, но сопоставить воедино все обрывки, сохранившиеся в её памяти, оказалось не так просто. Влада попыталась приподняться, но у неё закружилась голова. Когда всё перед её глазами перестало расплываться, она поняла, что находится на траве возле дома крипипасты. И тут сзади раздался голос, который был Владе знаком, но она бы предпочла больше никогда его не слышать. — Очнулась наконец? Влада обернулась и перед глазами снова всё поплыло. Но на этот раз это отошло быстрее. Так и есть, сзади стоял Слендермен. В ответ Влада пробормотала что-то неразборчивое. — Иди на кухню. — распорядился Слендермен и исчез. Влада резко встала на ноги и, ещё не успев пожалеть об этом, пошатнулась и едва не упала в росший рядом куст черники. И возможно, было бы лучше, если бы прежде чем пытаться встать, она бы подумала не из-за того, что могла упасть, а из-за куста с ягодами. Девочка опустилась на землю и хотела уже сорвать несколько ягод, как внезапно очутилась за столом на кухне. — Я ясно выразился. Влада уронила голову на стол, зачем-то подняла вверх руку и невнятно сказала: «Отвали». — Кто ты? — Я твоя судьба. — Как тебя зовут? — Забыл. — Сколько тебе лет? — Не помню. — Кто я такой? Влада подняла голову со стола, внимательно осмотрела Слендермена и снова опустила голову на стол. — Корнеплод какой-то. — Корнеплод? — Хрен — это корнеплод. Или овощ? — Зачем ты ушла в город? — Я мужчина. — Зачем ты ушёл в город? — Меня зовут Сигизмунд. — Сигизмунд, зачем ты ушёл в город? — Не за чем, а за кем, хотя в принципе не вижу разницы. — Поставим вопрос по-другому. Что ты делал в городе? — А почём мне знать? — Почему одежда в холодильнике? — Вдруг испортится? — А почему еда в стиральной машине? — Да грязная стала, постирать пора. — Зачем ты сломал челюсть прохожему этой трёхметровой... — Сам ты трёхметровый, это была зубочистка. — А по-моему, это обгрызенный бобрами и распиленный на несколько частей ствол дерева. Где ты его взял и как поднял? — Думаешь, я помню? — Почему у тебя в рубашке тарелка? — А в кафе люди хотят знать, почему на полу разлит суп. — И почему же он разлит на полу? — Но ты же не из кафе, зачем тебе знать? — Если хочешь, мы туда вернёмся, Сигизмунд. — Спасибо, не хочу. — Так почему по полу разлит суп? — Ну, тарелки же нет. — И где она? — А кто её знает. — Зачем стучал в люк и просил впустить тебя внутрь? — А это люк был? — А ты думал, что? — Вход в Рай. — Зачем бегал с палкой за голубями? — Они отняли хлеб у моего сына. — Какой хлеб и у какого сына? — Белый, у маленького. — Сколько лет сыну? — Шестнадцать. — Как его зовут? — Влада. — Твоё имя Влада и тебе шестнадцать лет. — Ну, значит они отняли хлеб у меня. — Где Сигизмунд? — Какой Сигизмунд? — Зачем в город ходила? — Чë? — Зачем в город ходила? — За КагеКао. — Что вы там делали? — Добрые дела. — Как тебя зовут? — Влада. — Сколько тебе лет? — Шестнадцать. — Как зовут твоего сына? — Какого сына? — У которого голуби хлеб отняли. — Какой хлеб? — Белый. — А, эти что ли? — Как зовут твоего сына? — У меня нет сына. — У кого голуби хлеб отняли? — Какие голуби? — За которыми ты с палкой бегала. — Не было никакого хлеба. — Зачем ты за ними с палкой бегала? — Я мужчина. — Как тебя зовут? — Сигизмунд. — Иди спать. — Ладно. Влада молча встала, вышла с кухни и, не заметив стоящих у стены Алёну с Олесей, пошла на второй этаж.