Дочь Зельевара

"Характер у меня прелестный. А вот у вас нервишки — дрянь"

      Лекса смеялась и не могла остановиться. У неё слезились глаза и болел живот. Она держалась одной рукой за рукав мантии Снейпа, за который невольно схватилась, пытаясь удержать профессора от падения, а другой безуспешно пыталась прикрыть рот, стараясь заглушить порывы истерического смеха. Гарри и Драко застыли и с ужасом уставились на девушку. Они переводили взгляд со Снейпа на Алексу и их глаза округлялись все больше. Внезапно Александрия замолчала, удивлённо уставившись перед собой. Мысль о том, что она смеётся — по настоящему, как другие люди — так сильно поразила ее, что она закашлялась, подавившись собственным удивлением.       Профессор Снейп, отойдя от первичного шока, выдернул рукав из рук девушки и взглянул на неё с отвращением. Из-за подобного приступа смеха ученицы, у него в голове крутилась только две мысли: или у девушки не все в порядке с головой, или она специально заставила его упасть и теперь смеётся над ним, а значит скоро об этом узнает вся школа, а значит его имиджу, выстраеваемому годами, — конец.       Из мыслей его вырвала подозрительная тишина. Драко и Гарри стояли все также тупо таращась на него, а девушка неверяще уставилась перед собой. Её вид разозлил зельевара ещё больше — если больше, конечно, возможно. Он бесцеремонно схватил ученицу за руку, довольно сильно сжав её, и потащил за собой, бросив мальчикам следовать за ними.

***

      Директор со своим замом пили чай с лимоннымм дольками, обсуждая последние новости, когда дверь в кабинет Дамблдора распахнулась. В кабинет буквально влетел зельевар, таща за собой девушку. За ними вошли Гарри и Драко.       — Северус! — воскликнула Минерва. — Почему ты… — Оценив, наконец, внешний вид только что вошедших людей, МакГонагалл постаралась подавить неумесный смех, но улыбка все же появилась на её лице и она поспешила выйти из кабинета.       Дамблдор же скрыть свое веселье не пытался. Он улыбался, поглаживая бороду и созерцая чёрных, как душа некроманта, Снейпа и Алексу, и Гарри с Драко, напуганных до полужизни.       — Даже боюсь спрашивать у тебя, Северус, что случилось… — сказал директор и усмехнулся.       — Вы спросите у неё. — процедил зельевар и грубо толкнул Сетлер вперёд. Александрия едва удержалась на ногах, но выпрямилась, недобро глянув на Снейпа.       — Профессор разбил какие-то зелья, скорее всего umor ignis и все загорелось. Вот взгляните на мои волосы, — Александрия махнула головой, демонстрируя короткие волосы – неровные, опаленные и от того некрасиво скрюченные на концах. — они явно были длиннее. И вобще можно я пойду? У меня от запаха жженой кожи глаза режет.       Зельевар смотрел на девушку с таким непередаваемым возмущением и даже ужасом, что казалось, его глаза сейчас вылезут из глазниц и пойдут смываться в туалет. Дамблдор же откровенно забавлялся. Он перевел взгляд на мальчиков, находившихся в более удовлетворительно состоянии.       — Гарри, Драко, мы поговорим позже, пока вы можете идти. — Альбус махнул в сторону двери и она открылась. Мальчики покинули кабинет под непонимающий взгляд Лексы и осуждающий — Снейпа. Александрия хотела возмутиться, но, решив, что это бессмысленно и займёт лишнее время, промолчала.       — И что же все-таки произошло? — спросил Дамблдор, усмехаясь.       — Всё было comme je l’ai dit. — произнесла Александрия, горделиво вздернув подбородок и прикрыв глаза. Лицо Снейпа, казалось приобрело уже оттенок директорской птицы. Лекса не могла себе вообразить, что Снейп вобще может быть таким... разным.       — Оу, кажется, вы упустили пару деталей, мисс. — прошипел профессор. — Например то, что зелья разбились потому что я упал, причём явно не по своей воле. Как. вы. это. сделали.       — Сделала что? Я была в другом конце кабинета и у меня было задание. Какое мне было дело до вас и ваших зелий? И я, кстати, пыталась помочь. — Александрия пыталась изобразить искреннюю злость, но получалось немного комично, что ещё больше злило зельевара.       — Да как вы смеете?! — Зельевар недобро сощурил глаза. — Может нам стоит проверить ваши воспоминания?! — Снейп достал палочку и направил на Сетлер. Александрия развернулась к нему, ставя блок в сознании и неосознанно вставая в защитную позу.       — Хватит. — голос директора звучал непреклонно и казалось необычайно громко. А его лицо в этот больше не выглядело дружелюбно: большие белые брови сдвинуты к переносице, уголки губ опущены и ни тени прежней весёлости. — Северус, мы не применяем подобные практики на детях. Мисс Сетлер, постарайтесь говорить вежливее с вашим учителем.       Зельевар и девушка, почувствовав себя неловко, замолчали и сделали пару шагов друг от друга. Лекса скрестила руки на груди и отвернулась, Снейп кашлянул и перевёл взгляд на директора.       — Почему же вы никак не можете поладить? — Дамблдор снял очки и устало потёр переносицу. — Северус, большинство учителей довольны мисс Сетлер. Может, за парой исключений. Минерва вот в восторге от способностей девочки.       Снейп закатил глаза и гневно взглянул на ученицу, та выглядела задумчиво и недоверчиво глядела на директора. Алекса встретилась со взглядом профессора, он смотрел с яркостью, но вот она больше не излучала гнев, она смотрела скорее бессмысленно. Почему директор сейчас хвалит её? Александрия думала, что он будет их отчитывать, назначит ей отработку или ещё что-нибудь. Но хвалебных од в свою сторону она ждала меньше всего. Сетлер чувствовала раздражение зельевара и в данный момент разделяла его чувства.       — К тому же, я точно знаю, что Александрия увлекается зельеварением и далеко не на любительском уровне. Может вы могли бы. Ну… Обмениваться опытом? Например.       Сказать, что оба человека, которым это было адресовано, потеряли дар речи — значит не сказать ничего.       — Я знаю, — продолжал директор, — что мисс Сетлер занимается в отдельной лаборатории для учеников на третьем этаже. Вы могли бы дать ей отдельные задания или проводить эксперименты вместе. Может это помогло бы вам поладить. Ах да, я также предположил, что, раз мисс Сетлер не может, в силу своего недуга, изучать историю магии с другими учениками, вы, Северус, могли бы отдельно преподавать Александрии этот предмет. В школе у вас была по нему твёрдая пятёрка, и я склонен думать, что ваш уровень знаний нисколько не ниже чем у профессора Бинса.       Снейп и Сетлер стояли, поражённые до глубины души таким заявлением, и не в состоянии вымолвить ни слова. Наконец, первым отмер Северус.       — Совместные эксперименты?! — воскликнул он.       — Поладить? — спросила Александрия. Её лицо больше не выражало вобще никаких эмоций. Девушка была погружена в свои мысли и выглядела удивительно нереально. Она была похожа на уродливую куклу. Со сгоревшими волосами, нахмуренными бровями, ярко алыми искусанными губами и мертвенно бледной, слегка зеленоватой кожей. Тяжёлый взгляд ее чёрных глаз остановился на лице директора. Он тоже пристально смотрел на неё. Северус, поняв что к его персоне здесь поразительно мало внимания, проследил за взглядом директора и тоже посмотрел на Александрию. Девушка все также немигающе всматривалась в Дамблдора. Где-то на задворках сознания Снепа промелькнула мысль о том, что он ниразу не видел как девушка моргает.       Продолжая сверлить взглядом директора, Лекса спросила:       — Зачем? — на удивленный изгиб брови директора, Алекса пояснила. — Зачем вы все время пытаетесь нас… Свести? Заставить нас поладить. Вам не кажется, что некоторые люди просто не способны на нормальное комуницирование? — Александрия бросила многозначительный взгляд на Снейпа, но он этого не заметил.       — И зачем вам просить профессора Снейпа вести для меня историю магии? Если память мне не изменяет, а она не изменяет, то пару дней назад профессор МакГонагалл ясно дала понять, что она не против преподавать для меня этот предмет. Она также сказала, что уже поговорила об этом с вами, и вы согласились. Вы сами ранее заметили, что с ней мы прекрасно поладили. Alors, c’est quoi? Почему вы так внезапно изменили планы? Далее, совместные эксперименты? vous êtes sérieux? Кажется это не входит в обязанности учителей. И я занимаюсь в той лаборатории именно потому, что хочу провести время наедине с собой и котлом. Мне не нужны ни помощники, ни наблюдатели, ни наставники. Я признаю, что я не тот человек, который может судить о поведении других, все-таки в моей жизни было очень мало достойных примеров. Я бы даже сказала, вобще не было. Но тот факт, что вы все время, так или иначе, пытаетесь заставить нас взаимодействовать и постоянно «сталкиваете лбами», кажется мне очень подозрительным. Разве вы, как директор, не должны вести себя по другому? И, кстати, не только вы… — тут Александрия замолчала и перевела взгляд на дверь. Ей вспомнились слова МакГонагалл о том, что «вы обязательно поладите». Вероятно, она имела в виду зельевара. Сетлер медленно подошла к двери и потянула за ручку. Дверь открылась, и за ней действительно стояла Минерва, безуспешно пытавшаяся сделать вид, что она не подслушивала.       Взгляд Лексы стал каменным.       — Теперь все ясно. — девушка устало потерла переносицу. Северус неверяще уставился на Минерву, а Дамблдор виновато переводил взгляд с одного на другого. — oh Satan, donne-moi de la patience… — тихо проговорила Александрия и вышла из кабинета.