Я же тебя найду, но правда лишь ночью.

Утречко не самое лучшее, конечно, а в семь утра бывает хорошо? Кастер маячит по просторной комнате, в которой царил полумрак из-за небольшого окна, и покусывает костяшки пальцев. Воскресенье. Через час он обязан быть в церкви, он не может всех подставить, никак не может. — Джесс? — Тюльпан проснулась вместе с ним и недовольно наблюдала за этой картиной, склонив голову и держа руки на поясе. Пастырь уже минут двадцать находился в таком состоянии, весь нервный, взбудораженный. — Ты мне объяснишь, что происходит? Но Джесси был погружен в свои мысли и не собирался выходить из них. Нервное дыхание, частые остановки у окна. А ведь он придет, тот вампир, обязательно придет, не пропустит не одно воскресенье, как и не пропускал до этого. — Ладно, пойду заведу машину, отвезу, вижу ты…— Тюлип запнулась, оглядывая пастыря. —…Не в состоянии. — Только девушка повернулась, Джесс остановил ее и со словами «— Не беспокойся, я сам» и выбежал из дома, сопровождаемый недоуменным взглядом брюнетки. А на улице не так уж страшно, яркое солнышко, приятная прохлада и свежесть. Это расслабило его и пастырь сел в машину, медленно поворачивая ключ зажигания. В голове на бешеной скорости пронеслись совсем недавние воспоминание, как он в страхе прыгнул в салон и трясущимися руками держал ключ, как посмотрел в окно и пожалел об этом, но сейчас за окном лишь чьи-то домики и парочка прохожих. Как обычно, дорога до церкви занимала десять минут, не более. Несколько легковушек стояло у постройки — кто-то приехал пораньше, как и проповедник. При виде на церковь своего отца он невольно вздрогнул. Бог умеет подставлять и столько ему не служи — добьешься только подзатыльника. Все же… Сегодня он перешагнет порог, странно не прийти пастырю в воскресенье. *** Arctic Monkeys — Old Yellow Bricks Начало исповеди прошло гладко, люди мирно и тихо наблюдали за Кастером, вслушиваясь в сказанные им слова. Джесс облегченно оглядывал зал, потому что среди пришедших не было вампира, так легко он не чувствовал себя никогда, думал что опасность позади, он здесь и сейчас, не где-то в неприятных мыслях. А этот незнакомец оказывается легок на помине, в открытую для всех желающих дверь с зонтиком и солнечных очках прошел клыкастый кровосос. Мужчина снял очки и спрятал в карман, показывая свои глаза, пристально наблюдающие за Джесси. Он встал у стены и едкая ухмылка снова озарила его лицо. Кастера передернуло, он прервал свою речь, опуская глаза на листочки. Нервозность постепенно начала проявляться в речи, некоторые запинки, но Джесс умело скрывал их в паузе. Он старался не смотреть на того незнакомца, всячески обходя его взглядами. Ооо, вампир это заметил, конечно он не оставил без внимания его смену поведения, едва заметно покрасневшие кончики ушей и переминания с ноги на ногу, а запах нестерпимого страха ударил в ноздри, какой пугливый однако падре. Джесс так не хотел заканчивать проповедь, ведь только при чтении вампир стоял, не двигался с места, не хотел прерывать, да и к тому же, полный зал людей. Но ничего не поделаешь, последние слова слетели с уст, и пастырь замолк. А незнакомец решил не терять времени, стенка осталась позади и он медленно приближался. Джесси напрягся, ища глазами путь отступления, оставалось лишь пойти в другую комнату, но тот разве не сможет туда войти? — Извините, но сюда нельзя, прошу пройти с другими людьми. — Эмили перегородила путь вампиру, который чуть ли не зашел в следующее помещение в этой церкви. Клыкастый слегка хмурится, но не спорит, спорить бессмысленно, нужно действовать сразу и наверняка. Он спокойно отходит от девушки и скрывается в толпе, не вызывая почти никаких подозрений. Джесс все слышал, чувство успокоения прошлось по всему телу, он ушел и больше не придет, но это пустые надежды падре, хотя… может и не пустые? Эмили неспешно зашла в комнату. — Знаешь его? — Да нет… —Джесс ответил не сразу и это насторожило Эми, он что-то скрывает от нее? — Я к Тюлип. — Спохватился Джесси и едва девушка хотела открыть рот, чтобы задать вопрос, Падре уже покинул здание. Теперь каждый выход на улицу приносил невообразимую волну тревоги и мурашки, мозг рисовал своеобразные картины, а отвязаться от них никак нельзя, они будто заполняли все пространство сознания. Ничего, у Тюлип он отдохнет, но, а вампира и не видно — ушел. С этими мыслями он и сел за руль. *** — И тут я его значит убила, — Тюльпан откинулась на спинку кресла и отпила из бутылки. Многие ее истории были с таким концом, но ничего не поделаешь — жизнь. — Не ну, а что? Не нужно было мне портить жизнь. Падре усмехнулся и поставил свою бутылку на стол. — Мне тут надо съездить до Эмили. — В такую ночь куда-то тащиться ради кого-то?.. — Тюльпан. — Обрезал Джессс и многозначительно посмотрел на девушку. Брюнетка закатила глаза и махнула рукой, Джесси улыбнулся, неторопливо принимаясь одевать ботинки. Действительно, куда тащиться в такую ночь, когда знаешь, что тебя еще и преследуют? Но помощь для падре видимо значила больше, чем собственная жизнь. Help — Hurts Улица оказалась пуста, а до дома Эми совсем не далеко, Джесс быстрыми шагами преодолевал пространство между домами, оглядывался на тихие шорохи, но это лишь листва или чьи-то крики из ближних домов. Ветерок дует прямо в лицо, вздымая черные локоны, пастырь прикрывает глаза и шагает на проезжую часть. Проезжающая иномарка с дрифтом вылетает из-за поворота, чуть ли не сбивая с ног Кастера. Водитель что-то прокричал в окно, но Джесси и не вслушивался, ему это не надо. Хмыкнув и проводив взглядом машину, он перешел на тротуар, и наконец, вот он нужный домик, отлично, осталось лишь помочь ей с церковными делами и обратно к Тюлип… Погодите… Пастырь настороженно нахмурился: дверь настежь открыта, по ее стеклянной поверхности пошла трещина, в открытом окне одиноко покачивалась белая занавеска, а свет везде погашен. Жутко. Кастер дико оглядывается по сторонам, вбегает в квартиру и замирает. Будучи светлый ковер окрашен в угрожающе алые оттенки, книжный шкаф слегка сдвинул, а несколько книг разбросались по полу, окружая бездыханное тело невинной девушки. Многочисленные ссадины покрывали кожу, а шея ужасающе погрызена, ее кусали не один раз, причиняя уйму боли, не давая слишком быстро покинуть этот свет. — Боже… — Шепчет Джессс дрожащим голосом, а выступающая слеза катится по бледной щеке. Двумя часами ранее — Пока мам! — Пока мои зайки, через неделю увидимся! — Девушка с завязанными, как обычно, в хвост волосами с улыбкой на лице машет детям рукой на прощание. Бабушка решила забрать ребятишек погостить к себе, позволить немного отдохнуть Эми от лишних хлопот. Солнце почти зашло за горизонт, поблескивая последними золотыми лучами, а звезды постепенно проявлялись на пока не очень темном небе, вырисовывая созвездия. Улыбка не сходила с лица девушки, скоро придет Джесси, они поговорят, дружно сделают дела, а там… а там падре пойдет домой. Эми ждет совсем не этого, уже давно. При каждой встрече с ним сердцебиение учащается, а зрачки предательски расширяются. Жаль правда любовь безответственная, сердце Джесс давно принадлежит совсем другому человеку — Тюльпан. Его Тюльпан. Его любимый цветочек. Шатенка вздохнула и неторопливо прошагала в квартиру. Разбросанные игрушки давали знать о недавнем ребячестве детей, нужно убираться, пока не пришел пастырь. Стук в дверь. Неужели Джесси решил прийти по раньше? Не вовремя он, не вовремя. — Сейчас! — Крикнула девушка, поспешно убирая игрушки на свои места. Ну вот теперь все чисто, Эми поставила руки на пояс и оценивающе оглядела комнату, новый стук напомнил ей о госте и она подбежала к двери. — Хэй, ты же… — Настороженно начинает девушка, смотря на мужчину со сложенным зонтиком, но что я говорил? Да, нужно действовать сразу и наверняка. Стук головы об деревянную поверхность шкафа, потом пол радушно встречает затылок. Вампир просто так не оставил тот момент в церкви, никто ему не помешает добраться до проповедника. Эми пытается вырваться, волосы растрепались, но хрупкие ручки сжимали до синяков, а клыки постепенно приближались с заветной шее, к пульсирующей артерии, заполненной свеженькой кровью, которая тягуче растечется по полости рта, заглушит отчаянный голод. О эти сладкие крики боли и безудержное сопротивление, но ничего из этого не способно остановиться вампира, ничего. Вернемся в настоящее Джесси сглотнул и на подкашивающихся ногах сделал маленький шаг к Эмили. — Ну что, нравится? — Чей-то самодовольный голос заставил чуть ли не подпрыгнуть на месте. Джесс поднял голову и в его глазах загорелся огонек нестерпимого гнева. — Зачем?! — Для забавы, — Похотливая улыбочка, сложенные на груди руки, словно важная персона. Кастер подбегает, чтобы хорошенько врезать по наглому лицу, но клыкастый оказывается проворней, он заводит руки нападавшего за спину и склоняется к уху. — Я вижу ты хочешь оказаться на ее месте… — Он указывает взглядом на бедное окровавленное тельце Эми. Джесс скалится и брыкается в крепких руках. Злоба бурлит где-то в груди, пытается выплеснуться наружу, парализует собой тело. — Тварь! — Процедил Джесс, а вампир усиливает хватку. — Лучше не горячись. — Уже с явным раздражением шепчет клыкастый, но Джесси вдруг освобождается из цепких рук и тут же его кулак с силой прилетает прямо по челюсти вампира. Оу, ликование длилось не долго, потому что Кастера грубо, с невообразимой силой толкают в комнату напротив, да так, что пастырь с глухим стуком падает на пол и скулит от боли, а в глазах темнеет. — Уу, вижу ты хочешь еще, да? — Мужчина медленно приближается, больной ублюдок, а Джесс отползает назад, тело дрожит от страха и боли, что делать? Вдруг он упирается в холодную стену и ежится, пути отступления нет, а вампир с ухмылкой подходит совсем близко, на сколько только можно. Присев на корточки он заглянул в глаза Джесс, а пастырь не двигался с места, будто его прибил к полу этот холодный и в то же время похотливый взор, дыхание стало совсем тихим, словно Кастер вовсе не дышал, а дрожь в теле постепенной стихала. Вампир не трогался с места, не совершал каких либо резких движений, ждал пока человек напротив него успокоится. — Как тебя зовут? Проповедник моргнул и будто не расслышал, что ему сказали, сделал вопросительный взгляд. — Имя, — Повторил вампир, без всякого раздражения, мягко растягивая столь короткое слово. — Джесси... — Уу, Джесси, тебе не говорили, что твоё имя смахивает на женское? — Вампир смеётся, когда замечает обиженный взгляд, но после затихает и почти вплотную подносит бледноватые губы к уху. — Но мне нравится... — После этих слов он неожиданно хватает Джесс за плечи и прижимает к полу. Кастер охает и на автомате начинает дергаться, но прижали его хорошенько, ведь вампир далеко не пушинка. За что это происходит именно с ним? Может потому что этот гребанный мир уже давно покинул Бог? А вот это может быть. Сопротивление стало бессмысленным занятием. Вампиры были гораздо сильнее, чем казались на вид, намного. Шею принялись покрывать поцелуями, от этого выворачивало, но пастырь просто терпел, просто не мог от этого уйти. Вдруг, что-то заостренное коснулось нежной кожи и Джесс вздрогнул, мурашки забегали по затылку, а вампир довольно ухмыльнулся такой реакции. Сейчас самое время вырываться? Верно, но вот только Каст был крепко-накрепко прижат к чужому телу, поэтому он потерял некий смысл в сопротивлении. Оставалось лишь ждать, ждать конца, и как по-видимому, жизни. Джесси удавалось только инстинктивно отодвигаться от зубов, но таким образом он лишь делал свою шейку более доступной. — Надеюсь, будет больно, сладкий. — С улыбкой шепчет вампир и тут же вонзает клыки в мягкую плоть, если бы не вовремя закрытый рот чужой рукой, Джесси разбудил бы весь район. Клычки медленно проходят все глубже, а по лицу Кастера бегут слезы, переходя и на руку вампира. Ужас. Боль. Единственное, что чувствует Каст, больше ничего, и скорее всего он будет это чувствовать всегда. Тьма заволакивает глаза и Джесс отключается от этого мира.