Десять

      — Успокойся, закрой глаза и досчитай до десяти, крючочек, — ты сказала это тихо, почти на ухо. «Один…»       Первая встреча. Нам с тобой по десять. Все дети Острова тебя боятся. Ты прячешься от своей матери — могущественной Малефисенты на окраине пляжа, держа в руках шпагу. Я тоже часто там бывал, тоже часто прятался от отца. Я предлагаю научить тебя фехтовать. «Два…»       Мы проводим вместе весь день. Ты часто улыбаешься — искренне и совсем не злобно, а твои глаза-изумруды буквально светятся. Я никогда не видел тебя такой… Милой. Прощаясь, я подарил тебе фиолетовую розу и кулон своей матери. Ты поцеловала меня в щеку и убежала. «Три…»       Ты стучишься ко мне поздно вечером и заставляешь пойти вместе с тобой на пляж. Там я увидел красивый закат, небо пылало красным, фиолетовым и розовым. Ты смотрела на это с восторгом, не положены злодеям. Тогда я, пожалуй, начал влюбляться в тебя. «Четыре…»       Милые дети становятся взрослее, их души — чернее, а «ненужные злодеям эмоции» — запирались в глубине сердца. Тогда мы поделились на две группы — пираты под руководством Умы, и Наследники — под твоим руководством. Две самые могущественные девушки Острова поссорились.Тогда мы не общались с тобой почти полгода. «Пять…»       Я подкарауливаю тебя в одной из подворотен и прижимаю к стенке. Ты слишком часто от меня бегала. Я думал увидеть страх в твоих глазах, но они спокойно блестели, как изумруд на солнце. Я, сам не зная зачем, поцеловал тебя. Ты отвечала на поцелуй, ты обхватила руками мою шею, я обнял тебя за талию… Идиот Гил все испортил. «Шесть…»       Ты уплываешь от меня в Аурадон, ничего не сказав. Я и узнал-то об этом случайно — от злой Умы, готовой убить тебя в этот же миг. Я просидел в каюте весь день. Показывали тебя в обнимку с королем. Я угробил старенький телик отца. Нет, говорил я себе, я не ревновал, просто грудная клетка болит от предательства, а не от любви к тебе, Мэл. «Семь…»       Ты вернулась на Остров, я знал, жизнь там тебе осточертеет. Мы столкнулись с тобой у твоего укрытия. Новая прическа тебе идет. На мои ядовитые вопросы ты отвечала не менее едко, а потом, когда я собрался уходить, ты усмехнулась и сказала: «Скучала по тебе». «Восемь…»       Наш поцелуй… Ты сидела на нашем пляже и любовалась закатом, отражавшимся в твоих глазах. Ты о чем-то задумалась, наклонив голову. Я неслышно подошел к тебе сзади и убрал за ухо прядь твоих фиолетовых волос. Ты обернулась, я заметил письмо в твоих руках. Из Аурадона с приглашением вернуться. Я… Я испугался, что ты опять меня оставишь, поэтому я поддался вперед и поцеловал тебя. Ты ответила, в чем никогда не признаешься, морща свой нос при упоминании этой темы. «Девять…»       Наше признание. Я приготовил на крыше одинокого маяка на нашем пляже сюрприз для тебя. Ты пришла поздно вечером. Был конец июля, поэтому солнце только заходило за Аурадон. Ты удивленно смотрела на мою работу, а позже села рядом со мной. От тебя пахло сиренью и клубникой. Мне кружило голову от этого запаха. Мы проговорили до поздней ночи. Я подарил тебе кулон — фиолетовый камень, похожий на голову дракона, который окутывали еле заметные изумрудные ниточки. Ты мило улыбнулась, но сказала, что тебе пора идти. Ты поднялась и стала спускаться. Я, сам того не понимая сказал: «Я люблю тебя…» Я думал ты не услышала, но потом, разрезая ночную тишь своим голосом, ты сказала: «Тоже люблю тебя, Гарри». «Десять…»       Я открываю глаза, воспоминания больше не проносятся кинолентой передо мной. В комнате пустынно и жутко неуютно. Не осталось ни тебя, ни твоих вещей. Больше не витает запах твоих духов. Больше нет нашей с тобой сказки. На десять ты вновь уплываешь от меня в Аурадон. На десять исчезает только наш уютный и чуточку волшебный мир. На десять остается лишь пыль. На десять ты соглашаешься стать женой короля Бенджамина.