Шервуд

На календаре был первый день последнего месяца осени, но за окном уже царила зима. Мороз причудливо разрисовал окна узорами, а ветер гулял по коридорам школы. Гермионе с утра пришла записка от Арчи с просьбой встретиться. Она немного удивилась, но на встречу решила пойти. Девушка весь день сгорала от любопытства, о чём же тот хотел поговорить. Гриффиндорка помнила о том, что ей рассказал Малфой про семью Майерсов и что случилось после этого разговора. Хоть Гермиона и была уверена, что Арчи не причинит ей вреда, стоило предупредить хоть кого-то, куда она отправилась, но было уже поздно. Грейнджер уверенно поднялась на Астрономическую башню. Арчи был уже там, он стоял у перил и смотрел вдаль. Майерс был погружён в свои мысли и не заметил её присутствия, он вздрогнул, стоило ей встать рядом. Выглядел парень подавленным. — Привет, — чуть извиняющимся тоном поприветствовала она. — Привет, я задумался. В наше время нужно быть осторожным, ты так не думаешь? — спросил он, взглянув на нее. — Думаю, да. Ты хотел о чем-то поговорить? — Отец нашел мне невесту, — он снова отвернулся и уставился вдаль. — И я хотел сказать, что теперь мы можем быть только друзьями… без неловкости, — парень запнулся на последней фразе. — Это же отлично. Я тебя поздравляю! — Гермиона улыбнулась. — Надеюсь, ты её знаешь? Просто я слышала, что у чистокровных иногда заключаются браки с незнакомыми людьми, то есть они только на помолвке видятся первый раз, — она запрыгнула на ближайший стол. — Да, я её знаю с детства. Она на два года старше меня и переехала вместе с нами из США. Я никогда не думал, что она станет моей женой. — Она тебе не нравится? — Она хорошая, по большей части. Правда есть в ней такая лёгкая нотка безумия. Отец говорит, что это у неё от матери. Не в курсе, это и правда по наследству передается? — Арчи улыбнулся. — Я не думаю, хотя если разбираться в этом вопросе, то у маглов… — Остановись, — перебил её Арчи. — Я просто пошутил. — Он отошел от перил и сел рядом с Гермионой. Она всё же рассказала ему об основах генетики, а Арчи больше не перебивал. Затем они плавно перешли к первой магической войне, где не сошлись во мнениях с её финалом. В конце концов разговор зашёл о Волан-де-морте. — Ты знаешь, что-то о Пожирателях? — спросила Гермиона. — Что сейчас происходит? — Не больше, чем ты, — Арчи пожал плечами. — Если ты что-то слышала от Малфоя, то знай, я к этому не причастен. Не понимаю, почему он так думает обо мне и моем отце. Гермиона в ответ кивнула и больше поднимать эту тему не решилась. — Сходим как-нибудь в Хогсмид? — спросил Арчи, когда они вместе спускались с башни. Болтая о лавке Зонко и других магазинах деревушки, ребята дошли до Большого Зала. — Насчет твоей невесты, — начала Гермиона. — Всё же лучше слегка безумная, но подруга. Если бы вы не были знакомы или враждовали, было бы намного хуже. — Как нибудь познакомлю вас, оценишь сама, — Арчи вымученно улыбнулся и махнул в знак прощания. Гермиона была рада за Арчи. Судя по его рассказу, та девушка была подходящей кандидатурой для него, и он должен быть счастлив с ней. Счастлив без Гермионы, и это была хорошая новость. Ведь в этом году у неё и так слишком много поклонников. Грейнджер добралась до своей гостиной и вошла, сказав пароль портрету. В кресле расположился Теодор, держа в руках свиток и учебник, на столике валялись различные словари и пергаменты. Он поднял голову, когда услышал, что портрет отъехал, и вздохнул с облегчением, заметив её. — Привет, Гермиона, — устало проговорил он. — Можно тебя попросить помочь мне с домашкой по рунам? У меня никак не получается перевести текст, я уже отчаялся, в глазах эти символы расплываются. Я не буду приставать, обещаю, — он поднял руки в примирительном жесте и с мольбой в глазах посмотрел на неё. — Да, конечно, — она улыбнулась и кинула сумку на пол. И схватив словарь, села на диван. Они перевели уже больше половины текста, когда портрет снова отъехал в сторону. В гостиной появился Драко Малфой. Он был в спортивной форме Слизерина, которая подчеркивала и так хорошо сложенную фигуру, отчего Гермиона невольно засмотрелась. Но тут же себя одернув, перевела взгляд обратно на учебник. — Привет, Драко, — поздоровался Тео. — Привет. Хотел позвать тебя полетать, но ты, смотрю, занят. Долго ещё? — он подошёл к Нотту и заглянул в пергамент через его плечо. — Не больше часа, — ответил Теодор, листая словарь. — Ну, тогда я подожду здесь. Малфой сел рядом с Гермионой. Тео внимательно проследил взглядом за другом, а затем одними губами, так, чтобы та не заметила, спросил: — Почему рядом с ней? — Забей, — ответил Малфой так же беззвучно и прервал зрительный контакт. Драко развернул газету с целью скоротать время, но слова не укладывались в голове. Тогда он положил её себе на колени и стал наблюдать за процессом работы старост. Грейнджер облокотилась локтем на колено и старалась втолковать что-то Нотту. Тот, в свою очередь, сидел с уставшим, даже немного раздражённым взглядом, пытаясь понять смысл сказанного. Похоже, он не рассчитывал услышать от неё курс лекций по древним рунам, ему просто нужно было помочь с переводом непонятных символов. Драко ухмыльнулся про себя. Грейнджер в своей дотошности и скрупулезности может переплюнуть даже самого Тео. Опустив глаза, Малфой заметил, что юбка Гермионы немного задралась, оголяя ноги. Он ещё раз взглянул на друга и понял, что с его ракурса не будет видно рук, и решил немного подразнить заучку. Он легко и непринуждённо прикоснулся тыльной стороной ладони к её бедру. Она вздрогнула и напряглась, но головы не повернула, лишь немного отодвинулась ближе к Теодору. Спустя минуту Драко провёл рукой ещё раз; голос Грейнджер дрогнул, и, немного привстав, она поправила юбку и закинула ногу на ногу. «Думаешь, это тебя спасёт, девчонка?» Малфой осмелел, не получив отпора, отодвинул юбку сам и начал водить замысловатые узоры, не отрывая руки. Он почувствовал, что по её коже поползли мурашки, а речь стала сбивчивой и односложной, похоже, ей нравилось. — Драко, ты слышишь? — донёсся до сознания голос Теодора. Малфой поднял глаза. — Я сейчас оденусь и спущусь, — Тео, не дожидаясь ответа, двинулся вверх по лестнице. Когда он ушёл, Гермиона резко встала и повернулась к Малфою, её лицо было злым и немного покрасневшим. — Да как ты смеешь?! — прошипела она сквозь зубы и занесла руку для удара. Но Драко оказался быстрее. Он резко встал и перехватил руку, занося её за спину Гермионе, тем самым прижимаясь ближе к ней. — Я не твоя очередная шлюха, Малфой! — Нет, Грейнджер, ты намного лучше, — Драко оттолкнул её от себя и приземлился обратно на диван. — О, ну скажи ещё, что тебе не понравилось, — продолжил он с довольной улыбкой. — Надо как-нибудь повторить. — Не смей прикасаться ко мне, ты мне противен, — она скрестила руки на груди и с вызовом посмотрела на него. — Тогда почему ты вся покраснела? Этот вопрос выбил её из равновесия. От стыда щёки покраснели ещё сильнее. Она решила поступить как обычная девчонка — сбежать. Гермиона пулей кинулась в свою комнату, вслед услышав лишь смех Малфоя. «А понравилось ли мне?» Будто маленький разряд тока пускали по ней каждый раз, когда он прикасался к ней. Это было таким… рискованным, что ли. Ведь совсем рядом был его друг, который влюблен в неё. А что если бы он заметил? Ох, и страшно представить, что могло бы произойти. Когда Малфой прикоснулся к ней первый раз, Гермиона почувствовала как тепло пронеслось по телу, но оно было не согревающим, а, скорее, томящим. В ней промелькнуло желание, которое появлялось лишь рядом с Рональдом, и было немного непривычно чувствовать это с кем-то другим, особенно с Малфоем. От второго прикосновения ей показалось, что у неё затряслись колени. Тепло начало переполнять ее изнутри и рвалось наружу, чего, конечно, она не смогла бы допустить в присутствии Нотта. Но, черт возьми, этот жест был настолько возбуждающим, что ей совсем не хотелось, чтобы Драко останавливался. Возможно она даже ждала продолжения. В третий раз его нахальный жест просто свёл ее с ума. Ей казалось, что все тело покрыла мелкая дрожь. Она уже не слышала Нотта, всё внимание было сконцентрировано на ощущениях от этих легких прикосновений. Она чувствовала, что-то притягательное в Малфое, не хотела, но так было. Он был уверенным в себе, выводя её из зоны комфорта своими экстремальными заигрываниями, словно не боялся быть замеченным рядом с ней. Гермиона предполагала, что он с ней играет, но, черт возьми, ей нравилась эта игра! Возможно, размеренные отношения, которые могли быть с Тео, скучны ей. А Малфой волновал её сердце каждый раз, когда выкидывал что-то сумасшедшее, как сегодня. Грейнджер одернула сама себя. Она слишком много думает о нём. Это нужно прекращать! И, взяв первую попавшуюся книгу, она принялась читать, но после нескольких неудачных попыток понять текст — отбросила на пол фолиант по анимагии. Она решила пойти спать, но, уже заходя в ванную, услышала звук. Школьная сова стучала в окно, пытаясь скорее доставить почту и вернуться в совятню. Гермиона быстро отвязала записку. «Может всё-таки повторим?» Её лицо озарила улыбка, когда она вспомнила его прикосновения. Но тут же она скомкала записку и бросила в урну. «Я не буду о нём думать» — решила Гермиона. Наскоро приняв душ, она прыгнула в кровать, но сон не шёл, после послания Малфоя его как рукой сняло. Мысли о нём всё лезли и лезли в голову, и спустя полчаса бесполезных попыток уснуть она почувствовала голод. Живот предательски заурчал, и уже речи не могло быть о сладком сне, поэтому Грейнджер решила прогуляться до кухни, несмотря на то, что часы показывали почти полночь. Гермиона надела джинсы и теплый свитер. Прихватив волшебную палочку с прикроватной тумбочки, она вышла из комнаты. В гостиной уже догорал камин, свечи давно потухли, поэтому в помещении был полумрак. Зажигая огонёк на конце палочки, она шагнула в темноту коридоров Хогвартса. В школе было очень тихо. Только ветер гудел в стенах замка, и от этого становилось не по себе. Гермиону внезапно охватил страх. Ей показалось что она слышит чьи-то шаги. Девушка резко остановилась, но, кроме шума ветра, была тишина. Она посветила палочкой в обе стороны, но, видела только темноту в глубине коридора. Когда она двинулась дальше, снова услышала этот звук. «Это просто эхо моих шагов» — попыталась успокоить она себя, но сердце все равно бешено колотилось о грудную клетку. Немного ускорив шаг, она стала поддаваться панике, а на спине выступил холодный пот. За ней кто-то шёл. Это были не шаркающие шаги Филча или другого преподавателя, иначе они не затихали бы вместе с ней. Было невероятно глупо — отправляться ночью одной в путешествие по замку, но пути назад уже не было. Гермиона шла быстрее, но шаги не отставали. Она оглядывалась каждые несколько секунд, но во мраке ничего не могла разглядеть. Она блуждала по коридорам, уже не понимая, где находится. Её охватил страх, и она почувствовала, как сердце сжалось от ужаса, когда шаги стали звучать быстрее. Охваченная паникой, Гермиона побежала, не думая, что её могут услышать. Она не беспокоилась о том, что может столкнуться с кем-то из учителей. В глубине души она даже надеялась на встречу с ними. Наконец, свернув в очередной коридор, Гермиона поспешила к ближайшей двери. Вбежав в комнату, она быстро запечатала дверь заклинанием и с облегчением выдохнула. Но ощущение, леденящее в жилах кровь, не исчезло. Она поняла, что в комнате не одна. Гермиона быстро повернулась, услышав шорох в глубине комнаты, но в этот момент в неё уже летел голубой луч света: — Остолбеней!