Глава вторая.
10 марта 2019 г., 22:14
Через неделю Том, устав ждать обещанной течки, вызвал врача. Северуса в спешном порядке усыпили, провели диагностику и взяли кровь для анализа.
Результаты привели Реддла в ярость, он метал круцио и авады, словно это были не непростительные, а простенькие заклятия, которым учат детей на первом курсе Хогварса.
Оказывается, незадолго до похищения Снейп приготовил и выпил зелье привязки, и течка у омеги начнется только после того, как он встретит своего истинного. Это значило, что и понести он может только от истинного. И привязать его тоже может только истинный. По сути дела, все было впустую. Реддл получил никому не нужную, сварливую, уродливую бету.
В тот вечер он впервые появился в спальне сам и жестоко избил Северуса. Тот молча сносил удары, но Реддл чувствовал, что внутренне жертва празднует свою победу. Именно тогда в голове Тома появился страшный план.
Посмотрев на Северуса безумными глазами, он сказал:
— Ты никогда не выйдешь отсюда, раз ты не можешь понести, и я не могу взять тебя в мужья, значит ты станешь постельной игрушкой. Никто и никогда, кроме домашних эльфов, не увидит тебя. Дело о твоей пропаже закроют, и про тебя все забудут. Ты будешь ползать по коридорам этого замка до тех пор, пока не сдохнешь.
После этого Том встал и пошел к выходу, но на пороге, обернувшись, он сказал:
— Хотя я даю тебе шанс! Если когда-нибудь здесь появится твой истинный, то любая дорога, любой коридор, по которому он пойдет, приведет его к тебе. Правда, думаю, после всего, что я с тобой сделаю, ты будешь ему противен.
Сказав это, Том вышел.
Никто не оказал Северусу медицинской помощи, кормить его после этого стали плохо, но он был рад временной передышке. Магия, так любившая род Принцев, стремилась спасти его последнего наследника, поэтому раны быстро зарастали, синяки проходили.
Реддл заявился только через неделю, злой и пьяный. Он жестоко избил пленника, привязав его к кровати, а потом изнасиловал.
— Мы с друзьями тут недавно гуляли в магловском Лондоне и зашли в один очень интересный магазинчик, там столько игрушек, и я буду использовать их ради наших с тобой игр. Видишь ли, если я женюсь, то мне придется хорошо вести себя с супругом, ведь за ним будет стоять его семья, а ты… Ты никому не нужен.
Он оставил его только на утро, перед этим надев на него рабский ошейник и браслеты.
— Только твой истинный сможет снять его, — сказал тот и ушел.
Эльфы отвязали Северуса, омыли и накормили. Давать зелья ему было запрещено, но можно было использовать кое-какие мази. Реддл не хотел смерти своего пленника, он хотел, чтобы тот понял и сожалел о своем поступке.
Северус остался жить в закрытой части замка Тома, поначалу тот часто посещал свою игрушку, но потом она ему надоела, и он о ней забыл. Лишь изредка, в минуты крайней скуки, возвращался в комнату, с целью получить садистское удовольствие. Со временем Северусу стало можно выходить из комнаты, он бродил по закрытой части замка Реддлов и даже заходить в библиотеку и читать старые книги, но колдовать он не мог. Также он не получал никаких сведений о том, сколько времени прошло, а судить о времени суток мог только по солнцу за окном. Поначалу Северус делал зарубки на стене ножом, но, узнав об этом, Реддл, жестоко избил его и разрешил пользоваться только ложкой. Северус не мог увидеть себя в зеркале, ему это не разрешалось. Сколько прошло лет с момента похищения, и как он выглядит, что происходит в мире, кто из его знакомых жив, и что с ними происходит — все это было недоступно Северусу. Он жил в склепе, несмотря на то, что на стенах были окна. Ему казалось, что прошли десятилетия. За это время душа Северуса очерствела, омега уже не требовала ничего, почти смирившись со своей судьбой. И только иногда по ночам, после очередного избиения, Северус видел ту самую старую гадалку, которая шептала ему:
"Ты будешь младшим мужем самого сильного мага за всю историю Англии, он будет боготворить тебя и носить на руках, а ваши дети будут самыми здоровыми и красивыми детьми в мире".
После этих снов Северус просыпался в горячке, эльфы выхаживали его с особым усердием, приводили в порядок, чтобы хозяин не наказал их.