А&М "Финальный аккорд"

       — Не может этого быть!        — Это, наверное, какая-то ошибка!        — Ошибки быть не может, — ответил на наши возгласы Мастер.        — Но тогда получается, что Бражник — кто-то из семьи Агрестов?! Это нонсенс! — я не хотела в это верить. Адриан точно не может быть Бражником, его характер не подходит для злодея. Да и ко всему прочему он может быть Котом Нуаром, что меня, конечно, почему-то не особо радует, но уж точно это лучше, чем личина злодея. И тогда остается только тот, на кого я пытаюсь равняться в дизайнерском искусстве — Габриэль Агрест.        — Мастер, можно с вами поговорить наедине?        — Конечно, — Мастер повел Нуара в соседнюю комнату и, обернувшись, обратился ко мне:        — Леди Баг, пожалуйста, отдохни сама и дай отдохнуть квами, пока мы разговариваем.        — Хорошо, Хранитель.

***

       — Мастер, что мне делать, если…        — Если это твой отец?        — Да, — меня одолевает столько эмоций, все разные, и я не могу понять, что конкретно испытываю к тому, кто считается моим отцом и злодеем одновременно. — Не смогу сражаться с ним. У меня не хватит сил противостоять ему — ни моральных, ни физических.        — Послушай меня, мой мальчик. Пока что нельзя судить о том, что Бражник — именно твой отец. Но даже если это окажется правдой, не позволяй эмоциям затмить твой разум. В этом сражении тебе надо действовать командой с Леди Баг, поэтому держи мысли чистыми. Если Хищная Моль — Габриэль, то постарайся для начала зайти через отношения отца и сына, чтобы минимизировать урон от сражения. Может выйти так, что все закончится мирно. По крайней мере, я на это рассчитываю.        — Мастер, вы не знаете его. Не думаю, что наше сражение может пройти мирно. Отец, после смерти моей матери, никогда не проявлял ко мне той самой любви родителя к ребенку. И в таком случае, если он окажется тем самым злодеем, что терроризирует Париж уже четыре с небольшим года, нам придется сразиться.        — Ну, что ж. Если так звучит вопрос, то я могу пожелать лишь только удачи. И буду надеяться и верить, что всё пройдёт хорошо.        — … Я тоже, Мастер. Я тоже…        — Давай я тебя подлечу, а то действие стаптайма скоро закончится, и ты не сможешь тогда помочь Леди Баг.

***

       — Нуар, ты как? Можешь сражаться? — я беспокоюсь за тебя, ты получил серьезное ранение…        — Не волнуйся, Миледи. Я в порядке. Мастер меня подлечил, — его лицо озарила яркая улыбка, он излучал уверенность, силу, храбрость и привычную ему легкомысленность.        Надеюсь ты не пострадаешь, Котик.        — Тогда пять минут на подзарядку наших квами и выдвигаемся.        Мы расположились в соседних комнатах, чтобы не нарушать тайну личности друг друга. На этот раз я попросила Мастера поговорить со мной наедине (ну, так уж получилось, хотя информация для Кота не секретная).        — О чем ты хотела со мной перетереть? — с улыбкой, которая выражала удовлетворение от того, что Мастер знает молодежный сленг, спросил Ван Фу.        — Когда мы прятались от Парабеллума, до того, как пришли к вам, мы детрансформировались. И в этот момент, щит, который выпал из Лаки Чарма, исчез. Раньше такого не было. Почему он испарился раньше, чем я использовала его для Чудесного Исцеления?        — Думаю, здесь произошла отмена Лаки Чарма из-за того, что вы в этот раз тратили очень много сил. Их просто не хватило на поддержание предмета после обратной трансформации, как это было раньше, когда тебе выпадали предметы, приводящие ко мне. И то, те объекты потом всё равно исчезали, когда ты снова призывала Шанс Удачи. Просто в этот раз энергия квами тратилась в разы больше во время сражения.        — … Звучит логично…        — Не волнуйся. Просто, когда вы попадете в логово Хищной Моли, не забудь сначала очистить акума и исцелить город. Думаю, в этот момент щит вернется, просто раскрой своё йо-йо. Прошу, только не забудь об исцелении. Иначе многие парижане погибнут…        — И Адриан с Котом Нуаром погибнут… — закончила я.        Нас ждёт самая опасная, сложная и важная битва. От её исхода зависит судьба Парижа, а может и всего мира. Нам нельзя проиграть… Ради наших близких. Нужно продумать план наступления… до всех мелочей, проиграть все возможные варианты событий, чтобы быть готовым ко всему. Почти ко всему, так как жизнь и судьба — сложные вещи, и быть готовым на все сто процентов просто невозможно.        Я и Нуар обсудили план, оба добавляли разные поправки. Нас в этот момент всё ещё разделяла стена. А когда квами подзарядились, мы отправились в наступление.        По дороге к особняку Агрестов и я, и напарник хранили молчание. Мы оба ещё до конца не переварили всю эту ситуацию. Нас одолевали сомнение, страх, мы не знали, что нас ждет там. Мы боялись за Париж… Мы боялись за себя…        — Как нам попасть в логово Бражника? Я была однажды в этом особняке и не видела там ничего подозрительного. Ничего, что могло бы вести в тайное логово.        — Я кажется знаю, как мы найдем его убежище.        — Ты о чём?        — Помнишь случай, когда на Габриэля Агреста охотился акума… Как его?.. Ж…        — Жакади! Помню, конечно.        — Точно, Жакади. Я тогда ещё обстановку снаружи разведывал, чтобы зомби-помощники этого злодея не смогли пробраться в дом. И вот тогда я заметил очень подозрительную крышу подпола. У таких особняков, как у Агрестов, изначально нет никаких наружных люков в подвал. В таких домищах его заменяют на комнату, которая находится в самой отдаленной и холодной части здания, чтобы можно было использовать это помещение как подвал и хранилище разных продуктов. И я видел у них такой «подпол» внутри особняка. Именно так, как задумано было архитекторами и инженерами. И именно поэтому мне не понравился этот наружный люк. Тогда я не понял почему. Зато сейчас всё стало на свои места.        — Похоже на то. Если всё так, как ты сказал, то мы сможем зайти к Бражнику в логово через этот самый подпол.        — Так и сделаем.        Пока мы спешили к дому Адриана, я надеялась, что его сейчас там нет, что отец отправил сына в больницу. Пусть он будет подальше сейчас от своего дома. Не хочу, чтобы парень пострадал, если, не дай Бог, всё выйдет из-под контроля. Не смогу себе простить, если он пострадает из-за меня ещё больше.        — Ты занимаешься Бражником, пока я очищаю акума и исцеляю Париж, — напомнила напарнику наш план, когда мы подобрались к особняку и нашли люк в подпол.        — Нужно действовать быстро. У нас есть преимущество — Хищная Моль не ожидает, что мы явимся к нему.        — Верно. Приготовились, — я нервно выдохнула, стараясь собраться с духом, что было сложно, так как страх пульсировал по венам и пробирался в каждую клеточку тела. — Вперед.        Когда зашли внутрь, нас окутала тьма. Я почувствовала, как рука Нуара сжала мою. Верно, кошачье зрение.        — Спускаемся аккуратно, тут крутые ступеньки, — шепотом произнес напарник. В ответ я лишь кивнула.        Когда была преодолена половина лестницы, мои глаза привыкли к темноте, и я уже могла спокойно ориентироваться, но руку Кота не отпускала. Так было спокойнее.        Преодолев последнюю ступеньку, я и Нуар замерли. Перед нами предстала ужасная картина:       Бражник со всей дури избивал Парабеллума. Последний получил несколько мощных ударов в солнечное сплетение, его лицо искажали боль, страх, негодование. Выражение Хищной Моли же отражало гнев, ярость, ненависть, злобу. Главный наш враг нанес сильный удар в челюсть Акума так, что мы, находясь на большом расстоянии от них, услышали звонкий хруст костей. Это был звук перелома. Изо рта и носа Парабеллума лилась кровь. Один его глаз заплыл так, что не мог открыться. Акума умолял Бражника пощадить его, но тот лишь продолжал наносить яростные, мощные и даже смертельные удары.        — Ты — идиот! Мне нужны настоящие талисманы, а ты что принес?! Это подделка! ЛИ-ПА! Убью!        — Не надо! Пощади, умоляю! Я не специально. Они меня обманули!        Я и Нуар наблюдали эту сцену с минуту, затем решили, что ждать больше нет смысла, так как мы можем потерять эффект неожиданности. Пока Бражник занят Акума, мы могли напасть на них. А так как Парабеллум сейчас слаб, мне будет проще забрать предмет, в котором находится черная бабочка и очистить её. Главное, чтобы Наур смог продержаться в одиночном бою с Хищной Молью.

***

       Видя нашего главного врага вживую, так близко, невольно хочется съежиться, свернуться в клубочек, спрятаться от него. Видеть, как Бражник в порыве ярости избивает своего приспешника, тяжело. Даже страшно. Да, страшно. Эти неподдельные эмоции пронизывают всё тело, сковывают. Начинает нарастать паника, но ей нельзя поддаваться. Нужно успокоиться, настроиться на сражение, на победу. У меня получится. У нас получится! Ведь со мной моя любимая напарница, героиня Парижа — Леди Баг. Наш дуэт сможет всё.        — Нельзя больше ждать, иначе мы потеряем эффект неожиданности, — шепнул я напарнице на ухо, не отводя взгляда от развернувшейся перед нами картины.        — Согласна. Либо сейчас, либо никогда!        Она сжала в руке йо-йо, я трансформировал свой посох в меч, и мы ринулись в ад.        — На мне Парабеллум, — напомнила мне напарница.        — Постарайся разобраться с ним побыстрее, — в ответ получил утвердительный кивок.        Мы неслись на наших ничего, не видящих, врагов в надежде, что у нас всё получится. Парабеллум уже свалился от ударов Бражника на колени, затем и вовсе свалился с ног, закрывая голову руками, чтобы мощные и молниеносные удары Моли не нанесли ему еще большего урона.        И вот, настал мой момент: когда Бражник занес свой посох за голову, чтобы в очередной раз ударить своего приспешника, я выставил вперед меч и блокировал удар этого главного засранца. Сказать, что он был удивлен, значит ничего не сказать. Момент неожиданности сыграл на руку, и Бражник был открыт, что позволило мне нанести ему удар, не очень хороший, так как в последний момент он смог увернуться, хотя небольшая рана на руке всё же появилась.        Краем глаза заметил, как Миледи оттащила Парабеллума и искала предмет, в котором спрятана акума. Пока она разбиралась с полуживым слугой Хищной Моли, я сосредоточился на сражении с главным боссом. Нужно продержаться до исцеления, тогда смогу в полной мере сражаться.

***

       — Где же спрятана эта чёртова акума?        — Ты не найдешь… мой предмет, — еле дыша проговорил Парабеллум. — Я… не позволю вам снова… опозорить меня перед хозяином!        Чувствуя, что злодей поднимается из последних сил, я напряглась. Мне не хотелось сражаться с тем, кто вот-вот может умереть от внутренних повреждений, даже если он — мой враг.        — Не стоит, — нужно попытаться решить это миром. — Я не хочу биться с тобой в таком состоянии. Лучше сдайся…        — Я никогда не сдамся вам… Кхе-кхе… жалкие букашки.        — Ты не оставил мне выбора…        Только хотела оглушить его, чтобы потерял сознание, как Парабеллум выхватил из-за пояса пистолет и направил его на меня, попутно нажимая на курок.

*ВЫСТРЕЛ*

       Увернуться успела, но пуля задела мою ногу: ранка была размером как от царапки кошки, но мизерная доля яда все же попала в мой организм. Нужно кончать с ним.        Только раскрыла йо-йо, как в этот момент произошёл

*ВЫСТРЕЛ*

       Мне повезло, что щит оказался там, как и сказал Мастер. Но везенье не всегда будет на моей стороне, нужно поторопиться. Думай, думай, где может быть мотылёк! Давай же… Ага, точно, это же пистолет Люгера. Осталось только отобрать его у Парабеллума.        Спустя некоторое время, прикрываясь щитом, удалось выбить пистолет из рук Акума. Дальнейшие действия заняли несколько секунд.

***

*ВЫСТРЕЛ*

*ВЫСТРЕЛ*

       Что там происходит? Не могу посмотреть, иначе Бражник меня убьёт. Мне остаётся только надеяться, что Маринетт цела.        — НЕ-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-ЕТ! — взвыл Хищная Моль. — Вы у меня за это поплатитесь!        Во время гневных речей я почувствовал Чудесное исцеление моей Леди, почувствовал, как рана затягивается, яд исчезает, организм очищается и силы ко мне возвращаются.        — Это ты сейчас получишь от нас! За всё!        С приливом сил я начал яростно нападать на Бражника, но это его лишь слегка удивило. Он мастерски закрывался от моих ударов, но от выпада Леди Баг увернуться не смог. А этот ход застал его врасплох.        Правда урон был низким, он быстро оправился и одним ударом вынес меня и Маринетт.        — Миледи, у тебя совсем мало времени осталось. Уйди сейчас и восстановись.        — Я не могу тебя бросить. Он слишком силён, чтобы в одиночку противостоять ему.        — Я справлюсь. Пару минут смогу потерпеть.        — Нет, я не брошу тебя! Берегись…        Дурак! Придурок! Отвлекся и позволил врагу нанести удар. Теперь Маринетт лежит без сознания в полутора метрах от меня.        — Леди баг! Л-леди…        Бражник подошёл к ней и потянул руки к серёжкам.        — Не тронь её! — сердце бешено начало стучать, страх подступал. Страх за неё, за её жизнь.        Молниеносным движением я схватил меч и бросился к напарнице. Теперь во мне бурлит ярость, застилающая глаза. Ярость держит меня за горло, в каждом вздохе ни капли кислорода, шанса уйти — под ноль. Ярость держит меня — так больно, мысли со вкусом крови, словно мы в кино, но нет — это не кино.        Я так стремительно наносил удары, думал, что у Бражника не будет возможности ответить мне, но он слишком силен. Я сглупил, сделал выпад и открылся ему. Он нанес своим жезлом мощный удар в солнечное сплетение так, что я услышал треск своих костей, пока летел на пол. В глазах помутнело, к горлу подступила тошнота, я не мог поймать ртом воздух, задыхался от этого удара. Мне было настолько плохо от атаки Хищной Моли, что я не заметил, как он подошёл ко мне, наклонился и потянулся к кольцу. В этот момент, когда он начал снимать моё кольцо, серьги Леди Баг пропищали, что осталась минута до обратной трансформации, и Бражник повернулся на их писк. Это дало мне мизерную возможность забрать брошь с его шеи. Перевернувшись на спину, левой рукой схватился за талисман Моли и со всей дури дернул. Но враг — не дурак, Бражник тоже стянул моё кольцо.        Произошла одновременная детрансформация. Надо мной нависал… мой отец.        — Ты? — с презрением на лице он процедил сквозь зубы. — Так и знал, что ты тот ещё гадёныш!        — Кто бы говорил! — эта его безосновательная злоба разозлила меня, я тоже вспылил. — Ты вообще знаешь, что такое быть отцом?!        — Мелкий говнюк! Тебя нужно было убить сразу после её смерти! Ты виновен в этом!        Он схватил меня за шею и начал душить, а я ещё не отошёл от удара под дых — как иронично — от своего отца. Но всё же мог сопротивляться. Ради себя и Маринетт буду сражаться до конца.        Габриэль ослабил хватку на моей шее, я был готов ответить контрударом, но не был готов к тому, что батя со всей дури врежет мне по лицу.        Он не отправил меня в нокаут, но сделал так, что я не мог пошевелиться от звона в голове, сопровождающегося адской болью и каким-то теплым ощущением на лице. Дотронувшись до того места, куда прилете кулак, я почувствовал теплую слегка липкую субстанцию — отец сломал мне нос, из него текла кровь.        Всё-таки Бражником оказался мой отец. Не знаю почему, может от того, что был готов морально к этому, а может здесь кроется какая-то другая причина, но особого удивления у меня не было. Больше всего сейчас меня одолевали ярость, злость, гнев, непонимание. Что значит, что я виноват в смерти матери?! Почему он считает несчастный случай — моей виной?! Как я могу быть виноватым в автокатастрофе?!        Пока я валялся в таком ужасном беспомощном состоянии, Бражник забрал серьги Маринетт, с которой уже спала трансформация. Наши квами, особенно маленькая божья коровка Леди Баг, были ослаблены, да и что они могли сделать против такого великана, как Габриэль.        — Отдай нам наши камни.        — Закрой варежку, мелкий гадёныш, — он пнул меня своей качественной, а следовательно, мощной туфлёй по ребрам. Я харкнул кровью, ещё больше понимая, что встать не смогу. Взгляд упал на напарницу, та начала потихоньку шевелиться, но не вставала. Тут заметил, что она лежит в луже, но откуда здесь вода… Нет. Это была кровь! Когда она закрыла меня от удара, то получила ранение. Вот откуда кровь.        — М-маринетт… — она лежала рядом, издавала тихие стоны от боли, пронизывающей её тело.        — Кот… А-адриан? — Леди Баг смогла перевернуться лицом ко мне и тут же она изменилась в лице.        — Ты ранена?        — Слегка… Всё-таки ты — Кот Нуар… — в этой фразе проскочила нотка грусти и небольшого удивления.        — Да, ты права. Этот мелкий засранец — Кот Нуар. Твой напарник, Леди Баг. Или мне лучше звать тебя Маринетт? — мой отец подошёл к ней, наклонился и приподнял её подбородок, чтобы их взгляды встретились.        На его лице красовалась коварная улыбка, а глаза излучали любопытство. Её же взгляд был пропитан ненавистью, удивлением и восхищением одновременно. Всё-таки мой отец — её кумир в мире моды. Не удивительно, что Маринетт одолевают такие эмоции.        — Единственный засранец здесь только вы, Габриэль Агрест!        — Дерзкая девчонка. Мне нравится. Теперь понятно, чем она тебя так зацепила, — последнее он произнёс, повернувшись ко мне. — Но ваши громкие слова вам уже ничем не помогут. Аха-ха-ха-ха-ха-ха.        Бражник демонстративно надел при нас серьги и кольцо.        — Теперь моя цель достигнута, и я осуществлю наконец то, к чему так долго шёл.        — Ублюдок! — я постепенно переходил на крик.        — Ты — мелкий недоносок, который так и не научился манерам. Уважение к старшим я прививал в тебе с детства, но ты так и не усвоил это правило, — Габриэль наступил мне на грудь и потихоньку перемещал свою массу на правую ногу, всё сильнее сдавливая грудную клетку так, что в конечном итоге я судорожно начал глотать воздух.        — Прекратите! Он же ваш сын, как вы так можете?!        — Глупая девчонка. Я не считаю его своим сыном! Он — лишь напоминание о том, как и по чьей вине я потерял жену! — отец тоже перешёл на крик. — Из-за этого мелкого засранца Эмили погибла! Он виноват в её смерти! И я столько раз думал убить его, но жалел. Постоянно жалел, потому что он собрал в себе черты своей матери! Каждый раз, смотря на него, я видел Эмили! Ты виноват в смерти своей матери! Ты! И вот теперь я наконец-то убью тебя! Наконец-то я перестал видеть в тебе Эмили!        Снова послышался хруст костей, я издал жуткий вопль, разнесшийся эхом по логову Бражника.        — Остановитесь! — я почувствовал облегчение, груз с моей груди спал.        Открыв глаза, я увидел Маринетт, сражающуюся в рукопашную с моим отцом, не смотря на полученную рану. Но сил ей не хватало для равного боя, а я стал обузой, которая не может даже подняться. Зато мог помочь кое-кто другой. Вспомнив, что у меня в руках до сих пор находилась брошь мотылька, я кинул её Леди Баг.        — Маринетт, лови!

***

       — Спасибо, Нуар. Нурру, трансформация!        — Какие же вы назойливые! Вы меня уже бесите!        — Мы не позволим тебе использовать наши камни! И лучше бы тебе отдать их по-хорошему!        — Это мы ещё посмотрим! — мощным ударом он отбросил меня в стену, из-за чего я была дезинформирована в пространстве.        — Плагг, Тикки, трансформация!        — Нет!        Логово пронзила яркая вспышка, ослепившая нас. Затем верх залился алым цветом, низ — чёрным. И теперь мы увидели свой самый жуткий кошмар наяву.        — Откуда он знает их имена?        — Не знаю. Адриан, ты как?        — Нормально. Сейчас нам нужно беспокоиться о другом.        Перед нами стоял Габриэль и издавал жуткий смех, от которого мурашки шли по коже. На нём были чёрные классические брюки, белая рубашка, поверх которой была черная жилетка, выглядывающая из-под алого пиджака. В руках он держал посох, схожий по своему виду на жезл в моих руках — Жезл Бражника. Только отличия, конечно же, были в расцветке и рукояти. У Габриэля трость была серого цвета, а наверху находился символ гармонии — Инь и Янь. Лицо закрывала маска Леди Баг, а сквозь волосы выглядывали кошачьи уши.        — Адриан, дарую тебе силу Кота Нуара! — бабочка полетела в браслет удачи, что я подарила ему несколько лет назад.        — Спасибо, э-эм.        — Просто Баттерфляй.        — Хорошо, мой Павлиний Глаз, — Нуар изобразил свою фирменную улыбку.        — Вам меня не победить! Талисман Моли не имеет той силы, того могущества, коим обладаю теперь я! Аха-ха-ха-ха-ха.        — Это мы ещё посмотрим, Бражник!        — Ну, тогда нападайте!        — Подставляй свою задницу, сейчас будешь огребать по ней!        — Некультурный пацан. Всё-таки надо было убить тебя ещё в тот день!        — Ненавижу тебя!        — А я-то как тебя ненавижу! Готовься к смерти! — и Габриэль ринулся на сына.