Семейка

И так, у пары Поттеров — Джеймса и Лили — родился сын. Они, конечно же, сделали Сириуса крестным ребенка и разрешили тому приходить к ним в гости в Годрикову Лощину. И Рему тоже можно было беспрепятственно приходить к Поттерам в гости. Конечно, Волан-де-Морт спокойненько себе существовал в этом мире, и даже знал то, что Питер предал друзей-Мародёров и перешёл на его сторону. НО… Но было тут и «но». Когда однажды Волдик припёрся в «гости» убивать Джейми, Лили и Гарри, у тех в гостях находились Сири, который пришёл к крестнику, его девушка Марлин, которая выжила после нападения Пожирателей на её семью, и общий друг семьи Рем. Они сидели на кухне и пили чай. Лили магическим образом подливала чай в бокалы и одновременно пекла пирожки. А Гарри находился внизу, в детской кроватке. И вот один придурок, которому голову солнышком напекло, и он создал семь крестражей (пока ещё шесть), подкрался к ребёнку. Лина услышала плач ребёнка, раздававшийся внизу. Она сказала подруге: — Лилс! Та обернулась: — Да, Лина? — Лилс, мне показалось, или там Гарри плачет? Сходи, посмотри! — Хорошо, сейчас. Ой, нет, — она спохватилась. — У меня же пирожки. Я не могу отвлечься. Ты можешь сходить? Хотя нет, стой. Джейми! — Да, дорогая? — отвлёкся от воспоминаний, как зажигала Мародёрская «банда» в Хогвартсе, её супруг. — Лине показалось, что Гарри плачет. Сходи вниз, пожалуйста. А идиот уже тянул свои ручонки с «Авадой» к Гарри. — Сейчас, милая. Бродяга, пошли, — позвал Поттер-старший друга с собой. — А почему я? — возмутился тот. — А кто, в конце-то концов, крёстный Гарри? — упёр Джеймс рука в бока. — А кто отец? — парировал Блэк. — Уел. Пошли. Как мой друг и крёстный Гарри. Сириус вздохнул и пошёл вниз с другом к собственному крестнику. Вскоре оттуда раздался крик: — ААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААА!!! — Что происходит? — схватилась за щёки Лили, от неожиданности выронив палочку и забросив недопечённый пирожок на люстру. — СОХАТЫЙ! — раздался ещё более громкий крик другого мужского голоса. А ему было в ответ слабым голосом: — Я… умираю… Скажи… Лилс, что я… её люблю… — Нет, ты не можешь! — второй из Мародёров разозлился на Волана и швырнул в него «Аваду». Тот, ясен пень, не погиб, и швырнул «Аваду» в Сири. Но тот, вышколенный с детства собственной матушкой (это ж как Вальбурга не любила собственных детей, что практиковала на них Непростительные заклятия?), ловко увернулся от неё. Так эти два «братца-кролика» и швырялись «Авадами», пока Лина и Лилс, прихватив Рема, не спустились вниз. — Что здесь происходит?! — разъярилась бывшая Эванс, ныне Поттер. Сириус услышал голос жены друга и обернулся к ней: — Вот, Цветочек, этот мохноногий павиан пытался нашего Гарри убить. Но не тут-то ему было. — Что-о-о?! Моего сына?! Я не допущу, чтобы он, как Невилл, остался сиротой! Уж я-то дружила с Алисой, мне так её и Фрэнка было жаль, когда всё случилось. Воланчик чему-то мысленно усмехнулся и хотел поднять палочку, чтоб убить Лили. Но Марлз, пока эти двое магов разглагольствовали, подошла к Бадминтону сзади и вытащила палочку из его рук. — Где моя палочка?! — заорал он на весь дом. — А нету, — ехидно улыбнулась Марлин. — Ах, так?! — рассвирепел Воланушка. — Да, так, — улыбнулась Маккиннон. Он нажал на «Чёрную Метку» и сказал: — Алло, Пожиратели! Все сюда! Будем Гарри Поттера убивать! Конечно, Пожиратели ничего поделать не могли с приказом повелителя. Они аппарировали в Годрикову Лощину, но в дом проникнуть не смогли. Кроме двоих. — Что за… — не понял Ракетка, когда пред его взором появились лишь Снейп и Регулус (да-да, брат Сириуса здесь был жив, потому что не он выпил то крестражное зелье, а его копия). — Сев? Как ты попал в дом? — спросила шёпотом Лили. — Здесь же Заклятие Тайны. — Видимо, ваш «Фиделиус» разрушился от того, что Тёмный Лорд проник сюда, — ответили ей. — Так, — подумала Поттер-Эванс. — Если Сири здесь, и он предать нас не мог, значит… Ну, Хвостик! А Бадминтонушка обратился к Снейпу и Блэку-младшему, показав на колыбель: — Снейп! Блэк! Вот ваша цель, убивайте! — А я не могу, — сказал Северус. — Я когда-то давно пообещал Лили, что не трону её будущих детей, пусть даже они будут от Поттера, в знак нашей дружбы. Иначе она не простила бы меня за слово «грязнокровка» на пятом курсе. — Хм, — встал в позу, скрестив руки на груди, и Регулус. — Гарри — крестник моего брата, а родственников трогать я не могу. Так что простите, Лордишка, но это Ваша забота. — Была бы здесь Белла, — вдыхал и выдыхал воздух через дырки вместо носа, злясь, Лорд Волановый-Торт. — А что сестрица? — вдруг встрял Сириус. — Я б её перевоспитал. А Циссу, нашу младшенькую, и вообще б к тебе, Волан-Не-Жмёт, не пустил бы. — Ну-ну, — зло фыркнул Воланушенька. — Белл! Белль! Беллатрикс моя любимая! Та послушалась и как-то смогла аппарировать внутрь дома. — Послужи Господину, убей мелкого Поттера! — Белла! Не вздумай! — окрикнул ту Сириус. — Белла, если ты это сделаешь, ты уже не будешь моей сестрой, — сказал Регулус. — Нашей сестрой, — поправился он тут же. Лестрейндж заколебалась. Чувство долга в ней боролось с сестринскими чувствами, но в итоге она все же не смогла лишиться братьев. Пусть к Сириусу она не прислушивалась после вычёркивания того с гобелена, но мнение Регулуса она всё же уважала и не хотела его тоже терять. — Прости, Рег, — расплакалась она, обнимая младшего брата. — И ты, Сири, тоже, — сказала она, пытаясь мириться и со старшим Блэком. Они обнялись. Затем все вместе, всей компанией дружно выдворили Воланчиковую-Морду из дома.

***

Через несколько лет. Утро. Слышен звонкий мальчишеший голос: — Мама, папа! Тётя Белла! Сири! Рем! Дядя Рег! Тётя Лина! Письмо, наконец-то! Вся семейка с кухни спокойно отреагировала на этот выкрик. А Лили ответила сыну: — Гарри, дорогой мой сынок, иди уже есть. А потом пойдём в Косой Переулок, купим принадлежности к школе. Но тут младший Поттер заволновался: — А что, если я попаду на Слизерин? Или вообще на Хаффлпафф? — Не переживай, Гарри, — сказала ему мама. Лина кивнула, подтверждая, — для Хаффлпаффа ты слишком ленивый, признай. А Слизерин… Пф-ф-ф! Мы тебя и такого примем. Вот, мой друг, Северус, к примеру. Ты его должен помнить. Он иногда на праздники приходит к нам в гости и учит тебя зельеварению. Он в Хогвартсе преподает зельеварение. Так вот, он учился на Слизерине. — И я, — подхватил Регулус. — И я, — сказала и Беллатрикс. — И мои сестры Андромеда и Нарцисса. Кстати, Медина дочка, Тонкс, она же вроде на шестом курсе учится сейчас. Вы можете пересечься в Хоге. Да и у Цисс, как я слышала, сын родился. Он одного с тобой возраста. Так что с ним вы точно пересечётесь. Его Драко зовут. — А это, случаем, не крестник моего Сева? Того тоже Драко зовут. — Ты же знаешь, Лил, я со Снейпом не общаюсь. Может быть. — Ладно, у Сева потом спрошу. И вот после обеда вся семейка Поттеров (то есть сами Поттеры, Блэки, Белла, Люпин и Маккиннон) отправились в Косой Переулок. Там Джейми, Сири и Рем с Регулусом впридачу пошли покупать метлу для Гарри, а девушки повели ребёнка в магазин мадам Малкин. — Тётя?! — заметил младший Малфой столь необычную процессию, когда стоял на лавочке и примерял мантии. — Привет, Драко. Один? — ответила тому Белла. — Мама с папой у гоночных мётел. — Хм, — повела плечом та. — Пойду проведаю Нарциссу. Лили, Марл, вы со мной? — Ладно, — пожала плечом и Лили. — Мадам Малкин, приоденете моего сына к школе, ОК? — Хорошо, — отозвалась полненькая женщина в длинной мантии. — Мальчик, вставай на табуретку. Гарри встал. Пока ему несли мантии, у них с Малфоем завязался разговор. — Ты же Поттер, так? — По-моему, это ожидаемо, — ответил Гарри. — Ну, просто, с кем же ещё может жить моя тётя. Мама просто давно рассказала, что тётя помирилась с братьями и живёт у них. А её братья живут у подруги старшего. — Да-да. Если ты про крёстного и дядю Регулуса, то да, они живут у мамы с папой. — А кто твой крёстный? — Сириус Блэк. Ты что, не в курсе? Тётя Нарцисса должна была рассказать, раз уж про тётю Беллу рассказала. — Я забыл. — А, кстати, крёстный спрашивал, будет ли когда-нибудь твоя мама мириться с ними? — Не знаю, — пожал плечами младший Малфой и перевёл тему. — Ты на какой факультет пойдешь? — Мне всё равно. Мама сказала, что они примут меня, какой я есть. — Я б на Слизерин хотел. У меня все там. — А Гриффиндор чем не устраивает? — Там тупицы. И мои родители со Слизерина. — Не скажи. Мой крёстный, мой папа, моя мама, они все с Гриффиндора. Малфой пожал плечами и увидел приближающихся к ним людей. Лили улыбнулась: — Сынок, выглядишь прекрасно! Нарцисса тоже кивнула своему. Люциус тоже позволил лёгкую полуулыбку. И тут его окликнули, помахав рукой: — Эй, Люц! Тот обернулся, сбросив на миг маску аристократа: — Регулус? Мы… считали тебя мёртвым. — Ты считал, — парировала Нарцисса. — Я всё знала. — Иди к нам, — позвал Малфоя младший Блэк. Тот пожал плечами и пошёл.

***

Спустя время все первокурсники доехали до Хогвартса и зашли в Большой Зал. Рядом с Гарри, справа от него, странным образом оказался Драко, а слева стояли рыжий и слегка чем-то напуганный паренёк и девочка с растрепанным пучком волос, уткнувшаяся в книгу. Рыжий обратился к Гарри: — Привет, я Рон, а ты? Младший Поттер чуть-чуть опустил свои очки и пронзительным взглядом уставился на того. — Ты Уизли? — бесцеремонно влез Малфой-младший. — Гарри, не дружи с ним. — Драко, не лезь, — отмахнулся тот. — Ну, сам догадаешься? Уизли ахнул, не обратив внимания на выпад Малфоя в его сторону: — Ты Поттер?! — Ну наконец-то дошло! Бинго! — похлопал в ладоши Гарри. — Гарри Поттер?! Знаменитый Гарри Поттер?! — оторвалась от книжки та девочка. — Гермиона Грейнджер, читала о тебе в «Истории Хогвартса». — Приятно познакомиться, — протянул руку Гарри и слегка толкнул Драко в бок. Тот пошатнулся, но тоже протянул руку, — И что же обо мне там пишут? — Ты сумел изгнать из дома Волан-де-Морта, когда тебе был год. — Тю! Я думал, меня там восхваляют на сто рядов. Впрочем, неважно. Это, — он показал на Драко, — Драко Малфой, мой знакомый и почти друг. Будешь нашей общей подругой? — Ну, если поступите на Гриффиндор, то буду. Я туда хотела. — А если нет? — То всё равно буду. — Славно, — улыбнулся той Гарри. И вот все стали поступать. Половина из присутствующих первокурсников попала на Слизерин, кто-то на Гриффиндор. Некоторые — на Хаффлпафф, такие, как Сьюзен Боунс, Невилл Лонгботтом. И на Рейвенкло попали. Но вот очередь дошла до Гермионы. Шляпа с ней пошепталась и выкрикнула вердикт: — РЕЙВЕНКЛО! Затем отправился к Шляпе Драко, и без раздумий вердикт был таков: — СЛИЗЕРИН! А вот потом пришла очередь и Гарри. Шляпа того спросила: — «Ну-с, юный Поттер, и куда мы хотим? Предлагаю Гриффиндор и Слизерин. Выбирай» — «А что тут выбирать?» — не стал думать Гарри. — «Пойду-ка я к Драко» — СЛИЗЕРИН! — заорала Шляпа. А вот Рона отправили на Гриффиндор. Он не расстроился. Только лишь подумал, что правильно сделал, что не стал дружить с Гарри. А то кто его знает, чего от слизеринцев ожидать. И вот так они учились в Хогвартсе и жили там. А на каникулы Гарри вметсе с Драко и Гермионой приезжал к своей семье и познакомился там с Виктором Крамом и Флёр Делакур, с которыми когда-то познакомилась Тонкс, которая тоже приезжала навестить дядю Сириуса, дядю Регулуса и тётю Беллу (и тётю Нарциссу, которая тоже иногда навещала сестру и братьев, с которыми помирилась).